Эдуард_Волков Голосов: 2 Адрес блога: http://www.liveinternet.ru/users/2503040/ Добавлен:

Железная рука комдива Котова

2011-05-13 02:36:08 (читать в оригинале)

digest.subscribe.ru/kino/pr...html?print

Э.В.: Фильм - «Утомленные солнцем. Цитадель» -  пока я не видел,а посему мнения своего не имею...А что  касается Никиты Михалкова,то я его уважаю как актера и режиссера...

Неубиваемые герои из эпопеи Никиты Михалкова возвращаются на экраны в очередной главе фильма «Утомленные солнцем. Цитадель»



Вспомним: персонажи Михалкова и Меньшикова, богатыри — не мы, воскресли 15 лет спустя (в 1994-м авторы не оставляли им шансов на жизнь) в некрофилической батальной мозаике «Предстояние», посвященной началу Великой Отечественной войны. Стиль трагической монументальной фрески воспротивился режиссеру отчасти потому, что разорванные во времени и пространстве сюжетные нити он планировал связать в третьей серии. И само воскрешение героев в оборванном на полуслове фильме, и перелицовка дамы их сердец из хрупкой Дапкунайте в крепенькую Толстоганову вызывало недоумение.



Все разъяснилось-собралось воедино в «Цитадели». Энергичное линейное повествование о восьми днях 1943 года решено в разудалом жанре «небывальщины».



Сюжет. Арсентьев по приказу Сталина разыскивает Котова где-то в условных сталинградских степях (потому что без таких, как Котов, войну не выиграть), дабы поручить ему возглавить войско из 15 тысяч тыловиков, вооруженных палками. И взять во что бы то ни стало условную тевтонскую цитадель — упроченный древним камнем оплот фашистов. Помогут советским былинным героям: комар (залетевший сюда явно из «Сказки о царе Салтане»), паучок (он привяжется к прицелу вражеского пулемета и призовет смерть на голову интеллигентного пулеметчика, слушающего Вагнера) и белая мышка-норушка (та, что хвостиком махнет, керосин прольет, и вражеская крепость взорвется на глазах у изумленного геройского воинства). А еще есть сквозной герой — не мохнатый шмель, бабочка, легкокрылый мотылек, вьющийся вокруг обреченной головы Мити Арсентьева. Палача и спасителя Котова. Орудия и жертвы режима.



Это кино про то, что на себя надейся, а в отношениях с Господом не плошай. Чудо — всегда с тобой. Оно рождается в начале фильма в образе комара. Пищит над ухом бойца. Хлоп! И отвел смерть от бойца в окопе, «да спокойно в свой удел через море полетел». Новорожденный младенец в материнской «замазке» грузовик с ранеными спасет. И Надя папу встретит. И мина тебя полюбит. Только верь. А не веришь — взрыватель на место не встанет. Погибшие — не оживут.



Фильм решен с храбрым оперным замахом (трехактное строение со спасительной кодой). Опереточным удвоением (две старушки на семейной даче Котовых, два новорожденных, две волшебных мины, две атаки на неприступную каменную крепость). Театрален многослойно загримированный Сталин-Суханов, поднимающий веки лишь для того, чтобы «зарезать» взглядом собеседника. В окопных и фронтовых сценах сплав драмы и несокрушимого юмора шибает с экрана энергией былой михалковской режиссерской силы. Но в середине фильма герои возвращаются в комдивское имение. Тут начинается другое кино, путаное, вязкое. Несмотря на всю мелодраматическую истерику, богатая интимная биография Маруси-Толстогановой, вынужденно меняющей мужей, малопривлекательна. В дачном доме, даром что кругом война, жизнь будто замерла в сонном царстве. Только воздушной атмосферы, звенящей невысказанной драмой взаимоотношений, как в оскароносных «Утомленных солнцем», — нет. Поймав журавля в небе в «Неоконченной пьесе для механического пианино», режиссер пытается повторить свой фирменный жест… Но в кадре возникает журавль резиновый. Сжатый в руке комдива он пищит из последних сил. На поверку выходит надрыв под аккомпанемент пыльного рояля. Заявленный колдовской флер — чеховская взвесь иронии отчаяния — выветривается, разбивается о лодку коммунального быта.



Сам белозубый Котов — продолжение портретной киногалереи доподлинных «…спасителей, могучих избавителей». Не болтунов-либералов, не прозападных интеллектуалов. Царственных отцов отечества (Александр III в «Сибирском цирюльнике»). Вершителей справедливости (старшина судей в «12»). Непобедимых командиров, готовых на подвиг — хоть с палкой, хоть со скипетром, хоть со стальным когтем Фредди Крюгера. Если говорить о мифологической основе фильма — то народный миф здесь и олицетворяет прежде всего Котов (собирательный образ репрессированных военачальников от Тухачевского до Уборевича). Герой эпоса на белом коне, мученик и титан. «Вы большой человек, — говорит ему страдающий плоскостопием «епиходов» Кирик, очередной муж Маруси (Владимир Ильин), — если бы не мы, маленькие люди, не было бы вас, больших». Большого Котова Бог управил ответствовать и направлять. Миловать и наказывать.



В «Цитадели», которая смотрится, конечно же, лучше, чем «Предстояние», — с большей очевидностью проступают черты стиля «позднего Михалкова». Когда вроде все есть. И жанр придуман. Впрочем, сказка не очень срастается с дотошностью выписывания реалий, а метафоричность временами навязчива. И юмор каскадный есть. И переживания нешуточные. И кастинг даже на эпизодические роли точечный. Чего стоит эпизод с пьяным вдупель генералом (Романом Мадяновым), посылающим штрафников на гибельный штурм под прицелом заградотрядов. Или эпизод родов под артобстрелом бабы, изнасилованной немцем (Анна Михалкова), целомудренно рожающей в кадре маленького Иосифа прекрасного, разумеется, Виссарионовича. Игра актеров временами — совершенный блеск. Но с гигантским плюсом. Всего через край. Крика. Слез. Если говорить о претензиях к «Цитадели», они в стилистическом разнобое — менее очевидном, чем в «Предстоянии», но мешающем эмоциональному сочувствию героям.



В финале уже не удивляет очередное воскрешение комдива Котова, движущегося с однополчанами и любимой дочкой Надей на танке «на Берлин»… Его добрая улыбка над звездой героя, изуродованная в гэбистских застенках рука с выкидывающимся железным лезвием — юродивому немцу сулит милосердное прощенье, идейному ворогу — смерть лютую.



Премьера фильма состоялась не в Кремле, всего лишь в пяти залах «Октября». Ее не предваряли орудийные залпы пиар-кампании. В Москву в это время тащились километровые колонны автобусов с надписью «Дети», везущие солдатиков на репетицию парада. По Тверской шли танки, поблескивая в накрапывающем дожде. И казалось, впереди в Кремль едет сам комдив, олицетворяющий, так сказать, тягу к настоящей «железной руке».



Лариса Малюкова

Комментарии | Постоянная ссылка

---

Фрунзик Мкртчян: "Мужчины не плачут!"

2011-05-13 02:21:52 (читать в оригинале)

digest.subscribe.ru/kino/in...html?print

Э.В.: Прочтите,уверяю Вас,не пожалеете..Правда,может быть, и опечалитесь...

Как-то после выхода на экраны фильма «Мимино» Фрунзик Мкртчян оказался в московском метро. Народу в вагоне было - не протолкнуться, кто-то читал, кто-то дремал. Но прошло всего мгновение после того, как актер зашел, — и его буквально «искупали» в овациях... Его любил весь советский народ, но мало кто знал, почему у знаменитого комика такие печальные глаза.



У будущих папы и мамы Фрунзика Мкртчяна - Мушега и Санам - кроме друг друга, никого не было. Они даже не помнили своих родителей. Их обоих пятилетними нашли буквально на большой дороге возле Ленинакана. Все их близкие, как и тысячи других армян, погибли во время турецкой резни, вошедшей в историю Армении как геноцид 1915 года. Из детдома оба пошли работать на текстильный комбинат. Мушег - табельщиком, а Санам - в столовую посудомойкой. Поженились, 4 июля 1930 года у них родился сын. В тридцатые годы советское руководство постоянно обвиняло армян в национализме. В результате, детей стали называть странными для Армении именами - Роберт, Альберт, Роза и даже Лениниана. Мушег и Санам назвали своего первенца в честь советского военачальника Фрунзе. Дома малыша любовно называли Фрунзик. Позже и в паспорте записали уменьшительно-ласкательный вариант: Фрунзик Мушегович Мкртчян. Однако и этого его землякам было мало: на родине Мкртчяна называли не иначе как «Солнце», Мгер по-армянски. И даже второй паспорт выдали на имя Мгера Мушеговича Мкртчяна.



Его отец не возражал бы против такой перемены имени. Мушег безумно любил своего старшенького. Правда, мечтал, чтобы Фрунзик прославился, как художник. Мальчик действительно очень хорошо рисовал, но сам для себя уже в десять лет твердо решил - идти в артисты. На площадке второго этажа, где жила семья Мкртчян, он вешал самодельный занавес и показывал соседским ребятишкам выдуманные им же сценки. Позже, когда Фрунзик стал посещать драматический кружок, его игру приезжали смотреть со всего Ленинакана. А отец в подпитии, бывало, кричал на весь дом: «Что это за профессия - актер?!». И вот однажды он сам отправился к Фрунзику на спектакль. Вечером, вернувшись домой, мальчик с ужасом ждал реакции отца, но тот все не приходил. Была уже глубока ночь, когда Мушег на нетвердых ногах подошел к кровати Фрунзика, который от страха притворился, что крепко спит. В темноте отец долго смотрел на него, потом снял ботинки и лег спать в ногах у сына, как преданная собака. Утром он сказал Фрунзику только одну фразу: «Молодец, ты хорошо играл».



Это был последний разговор отца с сыном. Текстильный комбинат, где работали Мкртчяны, выпускал бязь, или, как ее называли в голодное послевоенное время, «белое золото». Работники, получавшие нищенскую зарплату, кто как мог выносили отрезы «золота» через проходную. А попался один Мушег Мкртчян. За кражу пяти метров ткани ему дали десять лет лагерей. Срок отбывал под Нижним Тагилом, валил лес. Он не смог разделить восторг всего Еревана, когда его сын впервые вышел на сцену столичного театра. Семнадцатилетнему студенту второго курса театрального института поручили роль Эзопа, которого он должен был сыграть попеременно со своим педагогом. Даже друзья Мкртчяна, сидящие в зрительном зале, не смогли узнать в согбенном восьмидесятилетнем старце парнишку с рабочей окраины Ленинакана. Его игре аплодировали стоя. А его учитель подошел к Фрунзику после спектакля, расцеловал его и уступил роль совсем...



В ожидании чуда



«Мужчины не плачут, мужчины огорчаются», «Валик-джан, я тебе один вещь скажу, только ты не обижайся!», «Такую неприязнь чувствую к истцу, что кушать не могу!» - что ни фраза, сказанная Мкртчяном в фильме Георгия Данелии «Мимино», то поговорка. В сценарии этих знаменитых фразочек не было в помине, актер придумал их сам. А сцена в суде, когда допрашивают героя Фрунзика, водителя Хачикяна, - вообще чистой воды импровизация гениального комедийного актера, снимая которую съемочная группа умирала со смеху.



А между тем пора было плакать - во время съемок «Мимино» Фрунзик просто не просыхал. В конце концов, Данелия поставил ему жесткий ультиматум: или фильм делаем, или водку пьянствуем. Мкртчян мгновенно взял себя в руки. Искусство для него было свято. Но продержаться в трезвом состоянии смог только десять дней. После чего произнес речь в стиле восточной мудрости: «Я понял, почему бездарности завоевали весь мир! Они совсем не пьют, встают утром все такие бодрые и все силы тратят на карьеру!». И после тяжкого вздоха Фрунзик добавил, глядя на коллег своими огромными печальными глазами: «Это же так ужасно!».



Пил Мкртчян действительно очень много. С возрастом даже появились серьезные проблемы с печенью. А начал еще в Ленинакане, в своем первом театре, где познакомился с Азатом Шеренцем, ставшим его лучшим другом на всю жизнь. После первого выхода Мкртчяна на сцену Азат вместо «Поздравляю!» налил новичку до краев в чайную чашку водки и сказал: «Ты талантливый и ты должен выпить, потому что все талантливые актеры были алкоголиками!». Фрунзику никогда не нужен был допинг, чтобы играть, но тогда он еще не знал, что алкоголь понадобиться ему, чтобы жить. Иначе впору было наложить на себя руки…



Однажды в жизни любимца публики появилась ослепительная красавица Данара. Она приехала из его родного Ленинакана в Ереван поступать в театральный институт и попросила Фрунзика ей помочь. Вся Армения знала, что Мгер никогда и никому не отказывал в помощи, тем более женщинам, к которым питал слабость. Актер не мог спокойно пройти мимо привлекательной девушки на улице. Толкал смеющихся над ним приятелей под бок: «Как вы можете упустить такое чудное создание! Она же сейчас завернет за угол и навсегда исчезнет из вашей жизни!». Поклонницы отвечали ему тем же обожанием, преследуя буквально толпами. А тут перед ним стояла такая красавица, какой он еще никогда не видел. Потрясающие, как у газели, глаза так запали в душу этого женолюбца, что он, позабыв о не слишком удачном и очень коротком первом браке, повел их обладательницу в ближайший ЗАГС. Вскоре у них появилась дочка Нунэ и сын Вазген. Супруги вместе работали в Ереванском академическом театре драмы имени Сандукяна.



Вместе они снялись в «Кавказской пленнице». Фрунзик играл водителя товарища Саахова, а Данара - его жену. Вся съемочная группа любовалась нежно-трогательным отношением Мкртчяна к супруге. Никто не мог и предположить, что дома у него царил ад. Его обожаемая жена, как разъяренный дикий зверь в клетке, металась из угла в угол, устраивала многочасовые истерики, ревнуя Фрунзика ко всем подряд: от Натальи Варлей до помощницы костюмера. С каждым месяцем их семейной жизни ее душевное состояние ухудшалось. В отчаянии Мкртчян отвел жену к лучшим психиатрам Армении. Те только руками развели: тяжелая форма шизофрении лечению не поддается. Фрунзик не мог смириться с таким приговором его любимой женщине, семье в целом. Он повез Данару в лучшую психиатрическую клинику Франции, уверив самого себя, что заграничные медицинские светила непременно спасут ее. Те предложили оставить несчастную у них для дальнейшего исследования и лечения, но надеяться посоветовали только на чудо…



Через несколько лет тот же диагноз поставили сыну Мкртчяна Вазгену. Заболевание передалось по наследству. Почему-то Фрунзик решил, что если мать и сын увидят друг друга, то долгожданное чудо случится, оба наконец-то освободятся от тяжелых пут болезни, и все они вновь станут счастливой семьей. Он повез Вазгена в ту же психиатрическую клинику, где находилась Данара. Но два самых родных ему человека даже не узнали друг друга…



Солнце погасло...



Мкртчян запил с новой силой, но надо было дальше жить, играть, бороться за Вазгена. Дочь Нунэ к тому времени вышла замуж за иностранного студента и улетела с ним в Аргентину. И Фрунзик решил, что ради сына просто обязан создать новую семью. Как-то актер познакомился с первой красавицей Армении с царским именем Тамара и почти царским положением в обществе – она была дочерью председателя Союза писателей Армении Оганесяна. Актер вновь отправился в ЗАГС. Его друг, бывший свидетелем на двух предыдущих свадьбах, пошутил тогда: «Не слишком ли часто, Мгер, мы ходим в это учреждение?». Мкртчян, не терявший чувство юмора ни при каких обстоятельствах, тут же ответил: «Чаплин вообще восемь раз женился. Я что, хуже?».



Но, к сожалению, и этот брак не принес актеру счастья и спокойствия. Тамара, привыкшая к светской жизни и ожидавшая ее продолжения со звездой советского экрана, просто не была готова ни к запоям Мкртчяна, ни к ухудшавшемуся состоянию его сына. Супруги постоянно ссорились, месяцами могли жить врозь. А незадолго до Нового 1994 года Мгер с сыном окончательно ушел жить на отдельную квартиру. Утром 29 декабря он узнал о смерти своего лучшего друга Азата, а через несколько часов его самого нашли мертвым - обширный инфаркт сердца. Рядом с Фрунзиком сидел Вазген, который даже не понимал, что отца не стало.



31 декабря весь Ереван не Новый год встречал, а провожал в последний путь своего обожаемого Мгера. Из-за войны с Азербайджаном страна находилась в блокаде, в домах армян не было ни света, ни тепла. А теперь еще и их «Солнце» погасло. Прощание с артистом затянулось до ночи. Тысячи людей вышли на улицы с зажженными свечами, и гроб с Фрунзиком пронесли по живому многокилометровому освещенному коридору.,

До сих пор Мкртчян в Армении - настоящий национальный герой. Всюду - от центрального проспекта столицы до сапожной мастерской в Гюмри (бывший Ленинакан) - висят его портреты. А его младший брат создал в Ереване театр имени Мгера Мкртчяна, на стене которого висит мемориальная доска с барельефом в виде знаменитого профиля актера.



Автор статьи: Марина Холодова

Комментарии | Постоянная ссылка

---

Составлен TOP-10 чудес света, которые скоро исчезнут (ФОТО)

2011-05-11 23:23:05 (читать в оригинале)

Budget Travel составил список из 10 достопримечательностей, которым предстоит исчезнуть к 2030 году. 

Белизский барьерный риф уже в значительной мере пострадал в 1998 году, потеряв во многих местах до 50% кораллов.

 

Составляющие его кораллы по-прежнему подвергается обесцвечиванию - как по причине глобального потепления, так и из-за деятельности человека.

Конголезская впадина - второй по площади массив джунглей после бассейна Амазонки.

К 2040 году до двух третей уникальной флоры и фауны, по данным ООН, будет утрачено в случае непринятия эффективных мер по их защите.

Мертвое море. За последние четыре десятилетия его площадь сократилась на треть, а обмелело оно на 24 метра.

Бывшие пляжи теперь на полтора километра дальше от береговой линии.

Национальный парк Эверглейдс (Флорида, США). Болота, которые занимают основную часть его территории, подвергаются загрязнению со стороны окружающих ферм, а также нашествию чуждых живых существ. Не говоря уже о том, что 60% местной воды откачивают для снабжения близлежащих городов и ферм.

В результате площадь парка - единственного места, где обитает флоридская пантера - уже сократилась вдвое с 1900 года. В ближайшие 40 лет флоридская пантера и еще 20 видов животных могут полностью исчезнуть.

Мадагаскар. Если не спасти леса этого островного африканского государства, через 35 лет они будут полностью вырублены и выжжены, а их обитатели вымрут.

Мальдивские острова. Если глобальное потепление продолжится, эти острова, приподнятые лишь на два с небольшим метра над уровнем моря, окажутся затоплены.

 

Северный и Южный полюса. Глобальное потепление грозит вымиранием 80% императорских пингвинов Антарктиды.

В Арктике же уничтожение грозит белым медведям, ведь вместе с таянием полярных льдов гибнут целые экосистемы, включая пищевые цепочки. Новые массивы льда перестанут формироваться в Антарктиде в течение 20-40 лет.

Популяция тигров. Более половины тигров мира живет в Индии. Всего в мире их осталось 3200, тогда как в 1900 году в одной Индии их было 100 тысяч.

Полностью тигры могут вымереть уже через 12 лет. Для нужд китайской традиционной медицины убивают в среднем по одному тигру в сутки.

Джунгли Тахуаману (Перу). В перуанской провинции Мадре де Диос находятся чуть ли не последние в мире запасы красного дерева. И произрастает оно именно в джунглях Тахуаману.

Но из-за незаконной вырубки они сокращаются. США приобретают около 80% красного дерева. Ведь из каждого дерева можно произвести мебели на миллион долларов.

Бассейн реки Янцзы. Многие наблюдатели, включая китайских официальных лиц, уже признали, что большинство видов флоры и фауны, населяющих этот природный регион, находится под угрозой уничтожения.

Виной тому вырубка лесов, строительство плотин и образование водохранилищ. Существует также опасность землетрясения.

Юрий Болдырев:Что разрушает плоды Победы

Э.В.:Уважаю всех троих: Александра Зиновьева,Сергея Кургиняна и Юрия Болдырева, - несмотря на полемику...

В этой статье, выходящей на следующий день после Праздника Победы и в день пятилетия ухода от нас Александра Зиновьева - фронтовика, ученого, писателя и гражданина, хотелось бы сказать: о Победе, о свободе или несвободе, принесенной этой Победой, а также о необходимом нам сплочении. Но также и о том, что ослабляет это сплочение. Последнее, надеюсь, по ошибке, в силу заблуждения, всем нам порой свойственного.

Победа была великим актом, но не только как освобождение от предотвращенной смертельной угрозы, но, не менее важно, и по своим долгосрочным последствиям – как предпосылка и основание для выстраивания новых правил международного порядка. Создание тогда нового мирового порядка – не идеального, но реально сдерживавшего на протяжении почти полувека мир от худшего – важное достижение человеческой цивилизации. И вот теперь на наших глазах этот мировой порядок разрушен. На словах – якобы для чего-то еще лучшего. На деле же, очевидно, мир все более скатывается в хаос.

И вот на что в связи с этим стоило бы обратить внимание. Когда в ходе тех или иных дискуссий в связи с агрессией НАТО против Ливии возникает вопрос об ответственности нынешних российских властей, фактически пошедших на поводу у Запада и, «воздержавшись», давших согласие на уничтожение суверенного непокорного Западу государства, самыми решительными и последовательными защитниками наших властей выступают… представители западных и прозападных институтов, но с весьма циничными и, на самом деле, уничижительными для России и ее властей обоснованиями. Звучит это примерно так: «Россия поступила правильно, прагматично – что толку накладывать вето, если на него плюнут и все равно сделают по-своему, а так сохранили лицо и хорошие взаимоотношения с Западом». И иногда добавляют что-либо примерно такое: «Чтобы накладывать вето, надо иметь соответствующий вес - чтобы ваше слово и ваше вето звучали весомо».

Что к этому можно добавить? Последнее ведь – абсолютно верно. И когда говорят о потере плодов Победы, обычно больше акцентируют внимание на сжатии страны и потере территорий. Но вопрос о потере весомости слова и позиции в международных делах не менее важен.

И тогда снова о свободе, которая, как нас уверяют, «лучше, чем несвобода». Но что понимается под свободой?

Едете Вы едете в метро, и на Ваших глазах насилуют, грабят и/или убивают – так свобода в том, чтобы иметь возможность прикрыться газеткой, и тогда какое-то время Вас не трогают? Вы – «свободны» и чудо как «прагматичны»? Или же свобода в том, чтобы иметь волю и, что немаловажно, реальную силу заступиться, защитить и спасти, воздать негодяям, и тем самым на будущее защитить и себя, и близких себе?

Так какая свобода лучше, чем несвобода? Свобода прикрыться газеткой лучше, чем несвобода, вынуждающая вступиться? Или свобода вступиться и защитить лучше, чем несвобода сидеть тихо потому, что твое слово (в том числе, в ООН) все равно ничего не значит, так как за ним реальных сил и решимости действовать нет?

И о сплочении, а также, к сожалению, и о том, что ростки этого сплочения подтачивает. Пять лет с нами уже нет Александра Зиновьева – жесткого и острого критика советской системы и советского общества, но одновременно и патриота России, боевого летчика, участника Великой Отечественной войны, а также и не менее жесткого критика западной системы, «западнизма», «западного сверхобщества», в котором Зиновьев прозорливо видел колоссальную угрозу всему человечеству и, в частности, России.

Для меня, честно говоря, было удивительно и чрезвычайно досадно услышать сейчас вдруг весьма неуважительные нападки на Зиновьева, который защититься уже не может. Причем, не от либерально-олигархической тусовки, которая пыталась привлечь Зиновьева на свою сторону и использовать его, но получила от него решительный отпор. Нет – от… Сергея Кургиняна, во всем прочем, что он делает в части работы на сплочение созидательных сил нашего общества, человека мною вполне уважаемого. И потому, повторю, для меня это тем более непонятно и досадно.

Как, хотя и существенно более младший, но все же в последние годы его жизни товарищ Зиновьева (а мы семь лет сотрудничали в «Русском интеллектуальном клубе», который возглавлял с 1999 года сначала академик Н.Н. Моисеев, а затем, после его смерти, А.А. Зиновьев (кстати все дискуссии клуба, в том числе, выступления на нем Зиновьева, опубликованы и доступны), попробую высказать свою точки зрения по существу.

Первое. Была ли критика Зиновьевым советской системы слишком жесткой или даже разрушительной? Может быть. Но убежден: не тот виноват, кто в своей критике, чтобы быть услышанным, вынужден прибегать ко все более и более жестким и «болевым» приемам, но тот, кто в формах более мягких и изначально не унизительных для критикуемого эту критику наотрез отказывается воспринимать, полагая себя и только себя носителем абсолютной истины раз и навсегда. Мы что, не помним этих «забронзовевших» идеологических работничков всех уровней, не способных не только понять чьи-либо сомнения и, тем более, критику, но принципиально не допускавших даже само право «вверенного их попечению народа» задуматься о чем-либо самостоятельно, не по заданному свыше шаблону? И это – не камень в огород нынешней КПРФ: худшие из этих «забронзовевших» без малейших душевных сомнений переместились в кресла пропагандистов сначала «Выбора России», затем «Нашего дома - России», теперь, понятно, «Единой России»…

Второе. Да, можно допустить, что революции в какой-то период для победы требовался набор простых, ясных и однозначных догматов. Но той же революции, а затем государству, которое выросло из прежней многовековой традиции и, одновременно, из революции, и которое попыталось в той или иной форме эти противоречивые идеи и традиции совместить, объединить, для того, чтобы развиваться и защищаться от внешних конкурентов и врагов потребовалось и развитие образования и науки. И уже не только по спущенному сверху шаблону, а с выходом за любые наперед заданные рамки. И в материаловедении, машиностроении, авиастроении, ракетно-космической сфере прямого противоречия между догматами и научным поиском не возникало. Но в философии, логике, социологии? Здесь противоречия возникли. И что делать ученому – не только по должности, но и по своему призванию, по складу мышления (а ведь МГУ, в котором работал Зиновьев – и по старой традиции, и по духу, который сумели сохранить и развить в советское время – истинный храм науки)? Да еще если этот ученый прошел войну и видел смерть не на картинках - должен ли он покорно соглашаться с тем, что кто-то из идеологического отдела лучше его знает, как правильно Родину любить?

Третье. Есть такое понятие – талант. И Кургинян об этом, польщу ему, хотя и вполне заслуженно, сам знает не понаслышке. Талант из человека вырывается, его даже трудно сдержать. И возникают образы – яркие, сочные, жестко критичные, но одновременно правдивые, обидные донельзя, но живые и узнаваемые – хоронить ли их в ящике своего стола? Ради того, чтобы никого не обидеть. А почему надо стараться не обидеть, тем более, тех, кто не хочет видеть, что уже разлагается, что идет к саморазрушению и смерти своей, да еще и тянет за собой и всех нас? Может быть, надо попытаться уколоть, встряхнуть, заставить оглядеться и посмотреть на все, включая самого себя, критически? И это не вопрос наличия или отсутствия «конструктива» - отсутствие готового решения вовсе не означает, что лучше молчать обо всем том, что видишь. Может быть, один способен лучше увидеть и обнажить проблему, а другой проблему – уже выявленную и описанную другим – решить. И если первый будет молчать, то и от второго, такого конструктивного, пользы ведь тоже не будет?

Кстати, а какой конструктив был у Салтыкова-Щедрина? Или Салтыков-Щедрин тоже был вреден для России, для нашего государства – сеял в умах недоверие и скепсис? А может быть, надо государство и общество строить так, чтобы они не боялись уколов и прививок – тогда, быть может, и внешние идеологические воздействия будут не столь разрушительны?

Четвертое. Насколько мне известно, Зиновьев не предавал страну и добровольно ее не покидал. Зиновьев, уже тогда известный и признанный ученый, сначала «не прошел аттестацию», а затем был изгнан из страны – в Германию. После чего был сфальсифицирован документ о его якобы эмиграции в Израиль, что позволило… отнять квартиру. Конечно, великий человек должен быть выше обид, мелкие гнусности просто не замечать. И мы все должны быть выше, но мы все, включая уважаемого Кургиняна, все же еще и люди. Простой вопрос: если бы с Вами так, то Вы бы как?

Конечно, те, кто изгонял Зиновьева, тоже были люди – им тоже было обидно. Во-первых, что их просто не слушаются. Во-вторых, что перед ними не трепещут. То есть, все, разумеется, трепещут (или делают вид), но отдельные «отщепенцы»… В-третьих, что работы Зиновьева – его сочные романы-памфлеты - обижали и их лично…

Но даже если и согласиться с тем, что все «виноваты равно» - все друг друга обижали, то обратите все-таки внимание на разницу в методах: один обижал мыслью и словом, другие – подлым (не по существу, а обманом и фальсификацией – «аттестацию» у них, видите ли, Зиновьев как ученый не прошел…) делом. Наивный вопрос: а почему же вторые не могли ответить первому его же методом – точным и острым словом? Некогда, других важных государственных дел много? Или интеллекта не хватало? У него – внизу системы общественного и государственного управления – интеллекта хватало, а у них – на самой вершине – нет?

Пятое. Вот мы и подобрались к главному: если в период жизни и работы Зиновьева в СССР, не будем обобщать, скажем так, как минимум, элементы противоестественного отбора во власть и госуправление стали торжествовать, то признаемся себе честно: был бы Зиновьев или его не было бы вовсе, судьба страны далее уже от него не зависела. Точнее, могла бы зависеть, если бы к таким, как он, ярко выраженно пытливым и талантливым, прислушивались бы, привлекали бы их к госуправлению, в том числе, к работе над формированием системы ценностей и мировоззрения общества, а также и к организации собственно самой системы управления, которая не отвергала бы альтернативные, не шаблонные способности и таланты, а, напротив, вовлекала бы их.

Шестое. Повторю: вся критика советской системы (причем, перечитайте – надо признать, весьма аргументированная, а в чем-то и прозорливая) исходила от Зиновьева не тогда, когда СССР рушился и каждый мелкий норовил плюнуть в некогда всесильного великана, но тогда, когда СССР был в самом расцвете силы, в том числе, на мировой арене. И если Зиновьев открыто говорил, что слабое звено СССР – вертикаль, и достаточно заменить одного человека – генсека – на своего или послушного чужой воле по недомыслию, и весь корабль можно повернуть куда угодно, это он ЦРУ тайные советы давал? Или же открыто говорил о слабости Родины, надеясь, что это услышат все, в том числе и сама Родина, до того категорически отказывавшаяся к нему прислушаться?

Когда же Родине стало совсем плохо, особенно, когда стало ясно, что она теряет суверенитет и становится игрушкой в чужих руках, Зиновьев (кстати, равно как и Владимир Максимов и некоторые другие искренние критики советского режима, но все же патриоты) не праздновал ее крушение, а прилагал усилия к тому, чтобы Родине, чем может, помочь.

И последние годы жизни Александр Зиновьев провел в России – не почивал на лаврах, не записался в стройные ряды заслуженных ниспровергателей тоталитаризма, не боролся за «декоммунизацию» в президентских и околопрезиденских структурах. Напротив, свой авторитет положил на чашу весов противников «западнистского реванша». При этом, надо признать, что был он в последние годы жизни (те, когда я его знал) чрезвычайным пессимистом, осознавал и неоднократно открыто говорил о том, что именно советский период был вершиной российской цивилизации. И более того, утверждал, что вернуться к этой вершине (не по модели государства, но по уровню развития, социальным завоеваниям да общей и осмысленности жизни), скорее всего, более уже никогда не удастся. Но, тем не менее, все силы свои положил именно на то, чтобы невозможное все же когда-нибудь вновь стало возможным…

И седьмое. Пишу я все это не для того, чтобы как-то противопоставить себя и свою точку зрения, повторю, искренне уважаемому мною Сергею Кургиняну и тому, что он делает в своем известном цикле телепередач. Напротив, всячески его деятельность поддерживаю. Но если, как призывает Кургинян, искать в прошлом лучшее, то согласен, давайте искать и сплачиваться на лучших образцах и примерах, но без изъятий. То есть лучшее – не только то, что делала власть, но и то, что делали те, кто волею судьбы и самой этой власти (волею ее самоуверенности, самодовольства и близорукости) оказывались зачастую и в конфликте с нею. Не власовцы, разумеется, предававшие свою Родину. И не их наследники, сдававшие затем стратегические интересы страны, государственные секреты и даже советскую агентурную сеть в странах Запада… Но ученые, художники, писатели – все те, кто волею своего призвания просто обязаны были быть критичны и вольнодумны, дерзки и своевольны, и кого весьма часто власть выбрасывала не просто в оппозицию себе, но и за пределы страны и общества.

И обратите внимание: нынешние «декоммунизаторы» все продолжают требовать от нас осуждения далекого прошлого, действительно чрезвычайно жестокого, но при том, что прошлое ближайшее, все фигуранты которого живы и здоровы, во многих аспектах куда позорнее и непростительнее. От Зиновьева же, которого выбросили из страны как врага, принудительно на долгие четверть века лишенного гражданства и возможности жить на своей Родине, после его возвращения в Россию я ни разу не слышал слов осуждения и обиды в отношении тех, кто с ним так поступил. Потому что Зиновьев считал своим прямым долгом бороться за истинное сплочение всех национально ориентированных сил, без обид за прошлое. И тот же лидер КПРФ Геннадий Зюганов выступал у нас на Клубе и говорил замечательные слова в память о Зиновьеве, вовсе не считая его противником России и даже коммунистических идей.

Таким образом, по большому счету, мы за одно, пусть и при всех возможных ошибках и заблуждениях, как прошлых, так и нынешних, и которые всем нам - людям свойственны.

При этом я вполне допускаю, что Сергей Кургинян искренне считает, что Александр Зиновьев был злом, вредным для нашей страны, а мои аргументы его не переубеждают. Что ж, каждый имеет право на свои суждения и оценки. Но только тогда все надо делать вовремя – и с Александром Зиновьевым спорить надо было тогда, когда он был жив. Тем более, что Зиновьев не был ни президентом, ни премьером, ни видным приватизатором – он, в отличие от ряда бывших руководителей нашего государства новейшего времени, не совершил никаких преступлений, осуждения за которые человек достоин и после смерти. Так разве за элементарную некорректность – за «задержку» аргументации в споре с Зиновьевым и выдачу ее на публику уже после его смерти, когда ответить невозможно, - разве за это не стоит извиниться?

Талантливому и яркому человеку извиниться за ошибку, за несправедливые слова, сказанные про другого в запальчивости, или даже просто за некорректность по отношению к тому, кто уже не ответит, - извиниться не стыдно. Уверен, что это будет способствовать не разделению, а именно сплочению всех сил, заботящихся о нашей стране и ее будущем. Сплочению людей – со всеми нашими ошибками, заблуждениями и недостатками.

И еще о том, что же разрушало и продолжает разрушать плоды нашей Победы: критический взгляд на власть, государство и общество или же, напротив, самодовольная самоуверенность, не позволяющая своевременно видеть проблемы, мобилизовываться, обновляться и усиливаться.

Государство – что прежнее имперское, что затем советское, что нынешнее, пусть и без реальных механизмов смены власти или даже реального воздействия на нее общества – это единственный нам известный (не теоретически, а на практике нашей жизни) и опробованный нами механизм организации жизни народа. И если пока нам не удается отделить власть от государства, как частное от общего, временное от, надеюсь, вечного или, как минимум, долгосрочного, если пока это практически оказываются в нашем случае почти синонимы, то готов согласиться с Кургиняном - в том, что стоит семь раз отмерить, прежде чем отрезать, несколько раз взвесить всякое слово и дело в отношении власти (как прошлой, так и нынешней) – с тем, чтобы не причинить вред не только власти, но и государству. Как, повторю, единственному пока реальному способу нашей самоорганизации ради жизни и продолжения рода.

Но из этого ведь еще вовсе не следует, что государство и, тем более, государственная власть – это такая двухлетняя «ляля», с которой надо сюсюкать. Согласен: нельзя, недопустимо чернить прошлое. Но, одновременно, нельзя позволять затуманивать настоящее. Тем более, что сама власть нам слишком часто дает основания именно ее-то, прежде всего, и подозревать в том, что она не защищает наше государство, а, напротив, его разрушает, сдает позиции. И тогда что – продолжать ради сохранения страны сплачиваться вокруг именно тех, кто ее разрушает?

Знакомая картинка последних времен? Для многих сейчас – почти очевидная? Но тогда надо допустить, что и 35-40 лет назад были люди, видевшие угрозу в том же. Разумеется, тогда – еще не в прямом предательстве высшей властью своей страны. Но уже тогда видевшие и анализировавшие тенденции деградации власти, государства и общества, прогнозировавшие дальнейший упадок, разумеется, если этим тенденциям ничего не противопоставлять. Должны ли они были молчать?

Или их слова должны были быть вовремя услышаны, и тогда, может быть, нам теперь не бросали бы презрительные упреки в реальной не весомости в ООН мнения державы-победительницы…

СТРОГИЕ ПРАВИЛА ОБРАЩЕНИЯ С ПРИБЛУДНЫМИ КОТАМИ!

И так продолжим! Читать только в хорошем настроении и с долей иронии!

1. Приблудных котов мы не кормим.

2. Приблудных котов мы не кормим, разве что даем им немного сухого кошачьего корма.

3. Приблудных котов мы не кормим, разве что даем им сухой кошачий корм, размоченный в молоке.

4. Приблудных котов мы не кормим, разве что даем им сухой кошачий корм, размоченный в теплом молоке, с добавлением

дрожжевых витаминизированных таблеток и остатки деликатесных сортов рыбы.

5. Мы не приветствуем попыток приблудных котов сделать наш дом своим постоянным жилищем.

6. Приблудные коты не могут рассчитывать на то, что за ними будут ухаживать, играть с ними, брать их на руки с тем чтобы гладить и расчесывать без крайней на то нужды.

7. Мы никогда не будем давать имени приблудным котам, за которыми мы ухаживаем, с которыми играем, которых берем на руки, гладим и расчесываем.

8. Есть у них имя или нет - приблудным котам вход внутрь дома запрещен в любое время суток.

9. Приблудным котам внутрь дома вход запрещен, за исключением особых обстоятельств.

10. Приблудным котам вход в дом запрещен, кроме следующих дней недели: среда, четверг, пятница, суббота, воскресенье, понедельник, вторник.

11. Приблудным котам, вошедшим в дом, запрещается запрыгивать на кресла и диваны, равно как и точить о них когти.

12. Приблудным котам запрещается точить когти о новую шикарную мягкую мебель, равно как и спать на ней.

13. Приблудным котам разрешается спать на любой мебели, но когти точить разрешается только о новый специальный кошачий столбик, купленный за 114 долларов 99 центов, обвитый канатом из особо обработанных волокон стеблей агавы, увешанный всевозможными кошачьими игрушками.

14. Приблудные коты должны справлять свои "дела" в песочке на улице.

15. Приблудные коты должны справлять свои "дела" в специально приобретенном трехсекционном туалете из высокопрочного пластика и снабженном аромтизированным наполнителем.

16. Приблудные коты должны справлять свои "дела" в специальном крытом туалете, за трехсекционной ширмой, отгораживающей добрую треть гостинной комнаты.

17. Приблудные коты спят на улице!

18. Приблудные коты спят в гараже.

19. Приблудные коты спят в доме.

20. Приблудные коты спят в доме в картонной коробке, на старом шерстяном одеяле.

21. Приблудные коты спят в специальной кровати "Кошачий комфорт" на противоалергенных подушках из пуха ягненка.

22. Спать на кровати приблудным котам запрещается.

23. Приблудным котам запрещается спать на кровати, кроме как в ногах.

24. Приблудным котам запрещается спать в постели под одеялом вместе с хозяевами.

25. Приблудным котам запрещается спать под одеялом, кроме как в ногах.

26. Приблудным котам категорически запрещается играть на столе.

27. Приблудным котам категорически запрещается играть на столе рядом с компьютером.

26. Приблудным котам категорически запрещается расхаживать по клавиатуре компьютера, когда хозяин ываооррлдждоавюжщ шукэзгннльь4ривь9д щ9оьвылвьбю РАБОТАЕТ ЗА НИМ!