Тамариск Голосов: 2 Адрес блога: http://www.liveinternet.ru/users/986923/ Добавлен: 2007-12-05 01:21:10 блограйдером Тамариск

Исторический роман. Игорь Владимиров

2016-12-24 01:14:36 (читать в оригинале)

Более 40 лет Игорь Владимиров был главным режиссером Академического театра им. Ленсовета. Он сделал этот театр одним из лучших коллективов Советского Союза, воспитал шесть поколений актеров, а спектакли "Трубадур и его друзья", "Укрощение строптивой", "Дульсинея Тобосская", "Люди и страсти" и многие другие прославили Театр имени Ленсовета на всю страну. Именно на сцене этого театра вспыхнули актерские звезды Алисы Фрейндлих и Михаила Боярского.



В программе Игоря Владимирова вспоминают: Александр Белинский, Алиса Фрейндлих, Михаил Боярский, Сергей Мигицко, Ирина Мазуркевич, Варвара Владимирова, Геннадий Гладков, Валерий Плотников.

---

Последняя любовь Игоря Владимирова

2016-12-24 01:11:30 (читать в оригинале)

Актриса Инесса Перелыгина столько раз уходила от своего знаменитого мужа... подышать воздухом

Игорь Владимиров был из тех мужчин, что вспыхивают мгновенно1 января Игорю Петровичу Владимирову исполнилось бы 85 лет. 20 марта - пять лет со дня его смерти… О выдающемся актере и режиссере, создателе неповторимого театра - Театра имени Ленсовета рассказывает актриса Инесса Перелыгина-Владимирова. Кстати, читатели «Смены» одними из первых узнают, что Инесса буквально на днях присоединила к своей фамилии фамилию покойного мужа.

«Он угостил меня бананом»

- Инесса, что привело вас в Театр имени Ленсовета?

- Пути Господни неисповедимы. Я работала в Русском драматическом театре в Таллине. Когда в открытую заговорили о выходе Эстонии из СССР, начала подыскивать работу в театрах Москвы и Ленинграда. В поле моего зрения попал и Театр имени Ленсовета.

«Ты идешь показываться к Владимирову. Обязательно спой «Шаланды, полные кефали…», - посоветовала подруга. - Это его любимая песня!»

«Шаланды» на показах пели все! Но я спела «Фраер, толстый фраер…» Розенбаума. Владимиров остался доволен: «Это близко к «Шаландам». Замечательно! Но… хорошо бы вам еще раз показаться». Игорь Владимиров был единственный режиссер, которому я показывалась пять раз! В чем, конечно же, необходимости не было. Он позвонил мне в Таллин: «В каких спектаклях вы заняты?» И специально приехал посмотреть. Однажды, продрогшая за ночь в поезде, я увидела Игоря на перроне Варшавского вокзала. «Вы что здесь делаете?» - «Вас встречаю…» Он усадил меня в свою «Волгу», напоил кофе из термоса, угостил бананом.

«Во мне увидел Софи Лорен…»

- Вам не показалось странным, что вас встречает режиссер такого ранга?

- Об этом я как-то не думала. Меня удивило уже то, что он приехал встречать. Но наши отношения складывались не так просто, как может показаться. Игорь человек был горячий. Вспыхнуть мог из-за пустяка. На одном из показов ему что-то не понравилось, и он начал на меня орать! «Ну, думаю, гори все синим пламенем!..» Взяла и уехала в Москву! Евгений Симонов брал меня в свой театр. Написала заявление. И тут позвонил Игорь. Разыскал телефон через подруг. «Почему ты Новый год встречаешь не со мной?» - «А почему я должна встречать с вами?!» - «Да потому, что ты нужна… театру!»
Позже выяснилось, что роль, которую Владимиров предложил мне, репетирует другая актриса. Но решение я приняла, и обратного хода не было.

- Когда вы поняли, что Игорь Петрович неравнодушен к вам?

- Не знаю. Сегодня он мог быть неравнодушен, а завтра… Игорь был из тех мужчин, что вспыхивают мгновенно! И любой понравившейся женщине готовы говорить: «Люблю!» И это никакая не ложь. Поэтому я долго его признания не воспринимала всерьез.

- Вы красивы. Но ведь в окружении Владимирова было столько красивых женщин! Как вы думаете, что его привлекло в вас?

- Игорь рассказывал, как однажды в мужской компании они обсуждали идеал женщины. И пришли к выводу - это Софи Лорен! «В тебе-то я и увидел Софи Лорен! - сказал он. - Женщина не обязательно должна быть красивой. Но в ней обязательно должна быть изюминка!»

«Игорь был страшно одинок»

- Первая ваша роль в Театре Ленсовета - Королева в спектакле «Двуглавый орел» - дело случая?

- Думаю, да. Спектакль ставился к 45-летию творческой деятельности Владимирова. Репетировали долго. За это время мы с ним успели съездить в Ялту на юбилей Михаила Пуговкина. Я вернулась в Питер, а Владимиров продолжил отдых в Доме актера. Он просил звонить ему. Даже на пляж. Звоню. Через громкоговоритель на пляже объявляют: «Владимиров, к телефону! Звонит Инесса!» Игорь был в море. И весь пляж, пока он плыл к берегу откуда-то из-за буйка, развлекался, скандируя: «Игорь! Игорь!.. Инесса! Инесса!..»

- До вас наверняка доходили слухи, что Владимиров, мягко говоря, неравнодушен к женщинам?

- Я знала. А что плохого? Игорь был нормальный мужчина! В наше время это такая редкость! А злые языки есть везде, в любом коллективе. Меня больше интересовали наши с ним отношения. С Алисой Фрейндлих они развелись лет за десять до меня, и по большому счету Игорь был страшно одинок!

Мы очень долго с ним хороводились. Даже не поцеловались ни разу! Однажды Игорь пошел провожать меня до метро. На прощание я чмокнула его в щечку. Свежая помада оставила яркий отпечаток. «Ой, что я наделала! Давайте сотру!» - забеспокоилась я. А Игорь мечтательно произнес: «Интересно, сколько времени она продержится?!»

«Сорок четыре года - невелика разница…»

- Вас не настораживала разница в возрасте? 44 года как-никак…

Они любили друг друга, несмотря на 44-летнюю разницу в возрасте

- Герои всех моих предыдущих романов были старше меня, кто на десять, кто на пятнадцать лет. Может быть, сказывалось то, что папа рано ушел из жизни? Нет, об этом я не думала. А чего задумываться-то? Может быть, завтра все закончится. Когда я жила у Игоря, мне и голову не приходило, что его дом станет моим. Судьба несла и несла меня по жизни. Да и не был он стар! За день Игорь мог порепетировать, сыграть спектакль, сделать несколько деловых поездок. Он спал по четыре часа! Я не выдерживала его ритма!

- Вы говорили о его непростом характере.

- Первый год нашей совместной жизни шла притирка. Мы даже отдыхали в разных местах. А потом - потом Игорь меня от себя никуда не отпускал. Мы ходили, держась за руки! Я раньше не представляла, что такое возможно не в кино, не в театре, а в жизни. Но жить с ним было трудно. Как он кричал, когда я в первый раз приготовила котлеты! «Запомни! Ты актриса, а не кухарка!» Меня это так обидело! «Актриса, что, не человек, что ли?!» Владимиров привык к другой пище. Все время на сухарях да на чае. А я не могла без нормальных обедов. Со временем я приучила Игоря есть супы. И он восстановил свой подорванный сухомяткой желудок.

- После очередного скандала не было желания собраться и уйти?

- Сколько раз! «Все, Игорь! Я больше не могу! Я ухожу!» - «Ну-ну, иди, иди! Погуляй по Таврическому саду. Подыши воздухом!»

Врачи cказали: «Никому ни слова!»

- В последние годы жизни Владимиров тяжело болел…

- Да. Больницы, врачи, лекарства, операции… Игорь нуждался в постоянном уходе. Спать мне приходилось по три часа. Помогали друзья - кто чем мог. Дочь Варя навещала… Не так часто… У нее дети тогда как раз были маленькие… Алиса Бруновна помогла устроить в Свердловку…

- Игоря Владимирова нужно было «устраивать» в Свердловку?!

- Врачей пугала ответственность. Когда Игоря по «скорой» увезли на Костюшко и требовалась срочная операция, молодые врачи поставили мне условие: «Никому ни слова! Никакой Алисе Бруновне! Еще не хватало, чтобы на нас стали давить!..» И сделали операцию - на свой страх и риск! В другой раз Бехтеревка не хотела мне отдавать Игоря на дом. Я забрала. Он не ходил. А дома пошел! Не разговаривал - заговорил!

«Мне неловко напоминать о себе…»

- Простите, Инесса, но мы не можем не коснуться того, что после ухода из жизни Игоря Петровича вы остались в театре без ролей…

- Не совсем так. Спектакли Игоря Петровича с моим участием были сняты из репертуара. Мне дали роль во втором составе в спектакле «С болваном». Вот и все. Наверное, привыкли к тому, что я постоянно нахожусь у кресла больного…

- Не было желания уйти в другой театр?

- Было. Предлагались варианты. Но нужно было увековечить память Игоря Петровича - пробить мемориальную доску, создать музей. Теперь же мне неловко напоминать о себе.

Владимир ЖЕЛТОВ

---

СКАЖИ: "ЛЮБЛЮ". АЛИСА ФРЕЙНДЛИХ И ИГОРЬ ВЛАДИМИРОВ ВМЕСТЕ И ПОРОЗНЬ

2016-12-24 01:08:40 (читать в оригинале)

НИНА АЛОВЕРТ,- «РУССКИЙ БАЗАР», 2009, № 2, 8 - 14 ЯНВАРЯ
Театр сам по себе - главная любовь моей жизни. Я всегда вхожу в зрительный зал в предвкушении чуда, в ожидании той любви, которая должна родиться во мне к тем, кто будет это чудо создавать. И если любовь возникла, я ей не изменяю. И храню верность тем «милым спутникам, которые сей свет своим сопутствием для нас животворили». Вспоминать о них - это все равно что говорить: «люблю».
Судьба великой актрисы Алисы Бруновны Фрейндлих и замечательного режиссера Игоря Петровича Владимирова в период их совместной работы в Ленинградском драматическом театре им. Ленсовета в большой степени была связана их любовью, поэтому вспоминать о них порознь - трудно.
Уведя молодую актрису из театра имени Комиссаржевской в театр им. Ленсовета, Владимиров многие годы создавал репертуар прежде всего в расчете на нее. Он, можно сказать, «подарил» ей театр. Строил репертуар из любви к Алисе, своей жене и главной актрисе театра, но находил в этом любовном творческом союзе основу для своего индивидуального развития, создания своего стиля режиссуры. И долгие годы это был «их театр» - Владимирова и Фрейндлих, не похожий ни на один другой русский театр того времени. Я работала там штатным фотографом около трех лет и имела ни с чем не сравнимое наслаждение снимать Фрейндлих на сцене. В книге отзывов на моей выставке в Петербурге в 2003 году Фрейндлих написала: «...ты останавливаешь мгновения самые-самые и так любя... ».
Когда-то подобные слова сказал мне другой уникальный российский актер, другая «любовь моей жизни» - Сергей Юрский. Сравнивая лестным для меня образом мои фотографии с работами другого фотографа, он спросил: «Почему? Такой же фотоаппарат, так же щелкает затвор... Тот же актер... Почему такая разница?»
«Это все любовь», - ответила я ему. Это высшее счастье для меня снимать актера, которого я люблю. Тогда между ним и мной как будто протягиваются незримые нити, я стараюсь уловить и передать высший момент актерского напряжения, откровения.
Мистика? А любовь - не мистика?
Итак, я работала с Фрейндлих и Владимировым в одном театре и любила обоих. Но вне театра я встречалась с каждым из них - порознь.
Алиса Фрейндлих, дочь известного актера Пушкинского театра, окончила Театральный институт в 1957 году. Поступила работать в Ленинградский драматический театр им.Комиссаржевской. Ее имя сразу стало известным после того, как она сыграла в спектакле «Время любить», поставленном приглашенным режиссером И.П. Владимировым. Именно в те годы я впервые увидела Фрейндлих в жизни, в театре Комедии. За молоденькой, но уже известной актрисой тогда ухаживал артист театра Комедии красавец Геннадий Воропаев. Он и пригласил Алису на генеральную репетицию (не помню, какого спектакля) в театр Комедии. Алиса стояла у огромного зеркала, которое вделано в стену зрительского фойе около входа за кулисы. Я находилась неподалеку, когда к ней подошел Н.П.Акимов. Поцеловав Алисе руку, он сказал: "Какая актриса пришла к нам на спектакль! Может быть, Вы и играть в наш театр перейдете?" Алиса подняла на Акимова свои огромные глаза и что-то смущенно прошептала.
Но перешла она не в театр Комедии, а им. Ленсовета, и вышла замуж за его главного режиссера Владимирова, и родила дочь Варвару. С тех пор и до начала 70 годов я видела Фрейндлих только на сцене.
Игорю Петровичу Владимирову, режиссеру и актеру театра и кино, 1 января исполнилось бы 90 лет.
Владимиров родился в Екатеринославле (Днепропетровске), окончил Ленинградский кораблестроительный институт, воевал. Но он был из тех, кто «призван» своей профессией и изменить судьбу не мог. Демобилизовавшись, «забыл» о кораблестроении, окончил режиссерский факультет Ленинградского театрального института, играл в театре им. Ленинского комсомола, откуда вместе с режиссером Г.А. Товстоноговым перешел в Большой драматический театр, где работал артистом и ассистентом режиссера, а затем и сам начал ставить спектакли. В 1960 году был назначен главным режиссером в театр им. Ленсовета.
На этом его скитания закончились. Вместо захиревшего после ухода Н.П. Акимова театра Владимиров создал оригинальный, ни на какой другой по общему стилю и направлению не похожий. Там он и оставался главным режиссером до самой своей смерти в 1999 году (последние годы Владимиров болел, и театром практически руководил режиссер В.Пази).
В 1974 году в залах Дворца искусств на Невском проспекте состоялась первая выставка ленинградских театральных фотографов, в которой я принимала участие. К этому времени я работала штатным фотографом Драматического театра им. В.Ф.Комиссаржевской. Владимиров пришел на выставку, и мне передали, что он приглашает меня работать в свой театр.
Раздумывала недолго. Я любила театр им. В.Ф.Комиссаржевской, но мне надоели слишком обострившиеся отношения с его директором - «сталинским соколом» Сащенко. Мне предложили в театре им. Ленсовета снять какой-то спектакль. Сижу в зрительном зале, снимаю. Дверь отворяется, и сзади меня усаживается Владимиров. В антракте я к нему поворачиваюсь, но он смотрит на меня хмуро и чуть ли не во весь голос спрашивает у кого-то из работников театра: « А это кто такая»?
«Так это же и есть Аловерт».
На самом деле мы уже были знакомы с Владимировым - за несколько месяцев до описываемого момента вместе «гуляли» на каком-то банкете во Дворце искусств. Выпито было, по-видимому, довольно много. Но я хотя бы помню, как мы с Игорем Петровичем притулились к стене в коридоре, и он, держа меня за руку, рассказывал какие-то смешные истории. Историй не помню, хотя помню - что смешные.
Владимиров не помнил ни самого факта нашего разговора, ни меня.
Так я начала работать в театре на Владимирском проспекте. Театр был в расцвете. Владимиров собрал в своей труппе многих прекрасных ленинградских актеров. В 1976 году открыл на второй сцене «Молодежную студию» (случай в то время беспрецедентный), где играли выпускники Театрального института (Владимиров вел там курс актерского мастерства).
Именно к этому периоду относятся лучшие спектакли, поставленные этим режиссером. Он создавал новаторскую для русского театра стилистику, синтез комедии, гротеска и лирики, ставил яркие театральные представления, пронизанные музыкой.
Публицистика, комедия, мелодрама - все варилось в котле этих причудливых спектаклей Владимирова. И в них расцветал многогранный талант Фрейндлих. Ее пение вставных куплетов, этих монологов-исповедей было той краской, тем способом выражать себя, который составлял особенную притягательную сторону ее великого дара.
Я впервые снимала Фрейндлих в «Укрощении строптивой». Помню, с каким предубеждением говорил мне об этой пьесе Акимов, который считал, что это не Шекспир, что он не мог написать пьесу об унижении женщины. Но в постановке Владимирова вся история сводилась к увлекательному поединку между двумя веселыми людьми, «не такими, как все». И Фрейндлих, и Дмитрий Барков разыгрывали этот поединок азартно, с бешеной энергией, которая выплескивалась даже в песенных монологах. Особенно мне запомнилась их драка на шпагах, когда все время казалось, что они действительно стараются проткнуть друг друга. И когда в конце спектакля «укрощенная» Катрина учит жен повиновению, не было в игре Алисы ни капли самоуничижения и покорности. Один только лукавый взгляд, которым она обменялась с Барковым, говорил о многом. Они продолжали разыгрывать свой «спектакль на публику» весело, влюбленно, понимая друг друга с полувзгляда.
Снимать Владимирова было тоже большим для меня удовольствием: высокий седой красавец, бесконечно обаятельный, лицо значительное, глубокие складки придавали ему скульптурность, которая сочеталась с невероятной живостью лица, эмоциональностью, сменой юного блеска и глубокого мрака в глазах.
Впервые я снимала его на стадионе во время волейбольных соревнований. Владимиров был страстным болельщиком «Спартака» и пригласил меня на стадион специально для того, чтобы я его снимала во время игры. И не просто «болел» за игроков, но еще и играл роль болельщика. А поскольку артист он был очень непосредственный и эмоциональный, то и фотографии вышли достаточно забавными. Он их потом помещал во многие буклеты.
Спектакль «Дульсинея Тобосская» (А. Володин) был особенно удачным. В нем много философских моментов. Действие начиналось после смерти Дон Кихота. Дульсинея-Фрейндлих играла простую женщину, которая из книг знает, что ей поклонялся Дон Кихот. И вдруг к ней приходит подлинный Санчо Панса (в блестящем исполнении Анатолия Равиковича), чтобы посмотреть на ту, которую любил его хозяин. Я помню потрясающую сцену, от которой у меня до сих пор мурашки бегают по коже.
Разговаривают Дульсинея и Санчо. Приходит дочь Пансо (Г. Никулина), чтобы увести его домой. Истеричная Санчика визжит при любом желании с ней заговорить. И вдруг раздается громкий стук в дверь, врывается молодой человек и, стоя на верхней ступеньке лестницы, тревожно спрашивает: «Тут плакал ребенок?».
Михаил Боярский действительно напоминал изображение Дон Кихота, но был при этом молод и красив. И от этого сходства, и от слов, которые мог сказать настоящий Дон Кихот, действующие лица замирали, Санчо, кажется, опускался на колени. И с ними замирал зал: из небытия воскресал защитник слабых и обиженных...
Спектакль заканчивался песней, которую пели главные герои, изгнанные и оскорбленные своими соотечественниками (музыку к спектаклю написал Г. Гладков): «Нам ни выгод, ни щедрот, ничего не надо, - лишь бы где-то Дон Кихот сел на Россинанта».
Какими богатейшими модуляциями голоса, каким разнообразием тончайших интонаций пользовалась Алиса в этой роли! Я буквально слышу, как она презрительно, чуть растягивая слова, обращается к своему окружению: «Нет, милые мои, нет, начитанные, не буду я ради вашего удовольствия кого-то из себя изображать». И совсем с другой интонацией, просто, наивно, почти без выражения, но так, как будто каждое слово немного «спотыкается», - к Луису: «А жениться на мне не обязательно».
На богатейших вибрациях ее голоса были построены и «партитуры» монологов Марии- Антуанетты и королевы Елизаветы в спектакле «Люди и страсти» - одном из самых значительных, поставленных Владимировым.
Конечно, не этими интонациями исчерпывалось мастерство великой актрисы, но я не пишу рецензию ни на ее творчество, ни на творчество Владимирова. Моя тема - скажи: «люблю».
«Душа моя - Элизиум теней, что общего меж жизнью и тобою!» - писал Ф.И.Тютчев. Между моим «Элизиумом», моей памятью, где живут друзья из прежней жизни, и мною сегодня - любовь, которая, если зародилась, то навсегда остается в душе.
Ленинградский драматический театр им. Ленсовета... С какой любовью я вспоминаю время своей работы в нем! Алису Фрейндлих, Игоря Петровича Владимирова, моих друзей, которых я там встретила...
Владимирский проспект. У входной двери в театр на рекламном щите под стеклом - мои фотографии спектакля «Люди и страсти». Божественная Алиса Фрейндлих наклонила голову и затянула веревку на своей шее - в ярости, в отчаянии: королева Елизавета решается послать на смерть свою сводную сестру. Как давно это было! Но я и сегодня вижу, как начинается этот спектакль, созданный И.П. Владимировым в 1974 году (монтаж из пьес немецких драматургов). Это одна из лучших работ режиссера. Я не вспоминаю, я вижу, как в сценическом полумраке Фрейндлих выходит на сцену в черных бархатных брюках и камзоле, поет «вступление» ко всему представлению своим неподражаемым, нежным голосом с особыми придыханиями и интимными интонациями: "Вы снова здесь изменчивые тени, меня тревожившие с давних пор... " (Гете, вступление к "Фаусту", музыка Г.Гладкова). Поет завораживая, увлекая за собой в таинственный мир театра. А как она исполняла балладу на слова Гейне «Мария-Антуанетта», воссоздавая вибрациями голоса иронично-зловещую фантасмагорию: бал обезглавленных королевы и ее фрейлин!
Алиса играла в отрывках из пьесы Л.Фейхтвангера "Вдова Капет" Марию-Антуанетту (монолог перед казнью) и следом Королеву Елизавету ("Мария Стюарт" Шиллера), двух страдающих, но таких разных женщин: казнимую и отправляющую на казнь. Не знаю, в какой роли я отдала бы ей предпочтение. Великая актриса! Олицетворение непобедимой женственности и женской силы духа.
Образы двух королев, которых сыграла Фрейндлих, на время удовлетворили ее потребность в трагических ролях. Я думаю, судя по некоторым замечаниям актрисы, ей казалось, что Владимиров недостаточно заботится о том, как разнообразить ее репертуар. Она хотела играть трагедию, выступить в роли леди Макбет! Но такой спектакль не соответствовал направлению Владимировского театра. И все же Фрейндлих сыграла эту роль позднее, в 1995 году, на сцене БДТ, и я снова сидела в зале!
Спектакль Т.Чхеидзе мне не понравился. Но не о нем речь. Я пришла смотреть Фрейндлих. Режиссер же отодвинул леди Макбет на задний план: это был спектакль о мужчинах. И все-таки великая актриса, которой досталось только два «крупных плана», сыграла в спектакле лучшую его часть. В сцене, где леди Макбет толкает мужа на убийство Дункана, я поняла, почему актриса так стремилась получить эту роль, я увидела другой горизонт ее творческих возможностей. Пуская в ход всю силу эмоционального напора, Фейндлих - леди Макбет как будто «перекачивала» свою энергию, волю в короля. И делала это с такой непобедимой силой сексуального обольщения, что даже анемичный Макбет в исполнении Г.Богачева издавал не возглас, а какой-то ликующий рык: «Рожай мне только сыновей!»
Мое прощание с театром перед отъездом в Америку было болезненным. Игорь Петрович сначала расстроился (что было тяжелее всего), затем обещал мне работу до последнего дня, но испугался и я ушла из театра.
Владимирова перед уходом я не видела, но к Алисе после спектакля пришла, подарила ей фотографии. Она при всех меня обняла и сказала: "Я надеюсь, что ты на нас не в обиде, не обижайся на Игоря Петровича, его запугали".
За что мне было на него обижаться? Мне только стоит назвать его по имени, и я вижу: утро, темное зрительское фойе, слегка поблескивают колонны. Из дверей кабинета выходит высокий красивый седой человек и медленно на длинных, как будто не гнущихся ногах идет в буфет, выпивает пятьдесят грамм коньяку и идет на репетицию. Талантливый, импульсивный, противоречивый, увлекающийся... Когда я вернулась в Ленинград, мы встретились как старые друзья. На одном из маленьких альбомов, где на обложке была опубликована моя фотография, Владимиров написал: "Нине на добрую память с различными многочисленными чувствами".
Я любила этот театр, любила его актеров, особенно Алису Фрейндлих, мне было радостно работать с Владимировым. Эта любовь к ним и к их театру осталась со мной навсегда.
Я не присутствовала при уходе Фрейндлих из театра в 1983 году и слава Богу. Ее отношения с Владимировым уже к моему отъезду явно портились. Алису, как я писала, перестал удовлетворять репертуар, который она играла, Игорь Петрович пил все больше, его увлечения тоже не доставляли Алисе удовольствия. Позднее Владимиров женился на женщине не из театрального мира. Когда Алиса приехала в Нью-Йорк уже актрисой БДТ со спектаклем Н.Саймона «Пылкий влюбленный», она была замужем за красивым молодым артистом. Юрий Соловей появился в театре им.Ленсовета еще при мне, он играл на молодежной сцене. Но и этот брак распался.
На сцену театра им. Ленсовета Фрейндлих все-таки еще раз вернулась, но уже после смерти Владимирова. В. Пази, главный режиссер театра, поставил для нее спектакль, где она одна играла и роль мальчика, умирающего от рака, и роль его воспитательницы в больнице. Зал был набит битком. Алиса Фрейндлих! На сцене театра, где благодаря любви к искусству и к ней, уникальной актрисе этого театра, Игорь Петрович Владимиров создал столько прекрасных спектаклей!
В 2003 году, придя на другую мою выставку в Санкт-Петербурге, Алиса сказала, глядя на портрет Владимирова, сделанный еще в те далекие 70-е годы: "Я вспоминаю его любовно. У нас были разные проблемы в отношениях, но я его любила".
«Что любви настоящей на свете сильнее,/И хоть рыцари нынче в Тобоссо не те,/Каждой женщине хочется быть Дульсинеей,/ Хоть на час, хоть на миг, хоть во сне, хоть в мечте!» - пела Алиса Фрейндлих в спектакле Игоря Владимирова «Дульсинея Тобосская», как будто выкрикивая свою боль.
Скажи: "люблю!"
Нина Аловерт

---

владимир леонидович жарихин

2016-12-07 21:15:48 (читать в оригинале)


Жарихин Владимир
Заместитель директора Института стран СНГ
69% РЕЙТИНГ ДОВЕРИЯ
Рейтинг сформирован на основе голосования за каждое высказывание Владимира Жарихина
МЕСТО РОЖДЕНИЯ
г. Кронштадт, Ленинградская область
РЕГИОН
Москва
БИОГРАФИЯ ЖАРИХИНА ВЛАДИМИРА

Владимир Леонидович Жарихин - заместитель директора Института стран СНГ, заместитель председателя Межрегионального фонда президентских программ, член Совета по национальной стратегии.

---

Черубина де Габриак

2016-12-04 13:46:08 (читать в оригинале)

http://brb.silverage.ru/zhslovo/sv/


И вечер стал. В овальной раме
Застыла зеркала вода.
Она усталыми глазами
В нее взглянула, как всегда.

Волос спустившиеся пряди
Хотела приподнять с виска.
Но вот глядит, и в жутком взгляде
И крик, и ужас, и тоска...

Тоска, тоска, а с нею вещий,
Неиссякающий восторг,
Как будто вид привычной вещи
В ней бездны темные исторг.

И видит в зеркале не пряди,
Не лоб, не бледную ладонь,
А изнутри, в зеркальной глади,
Растущий в пламени огонь.

Душа свободна. Нет предела,
И нет ей места на земле, -
И вот она покинет тело,
Не отраженное в стекле.

Священной, непонятной порчи
Замкнется древнее звено,
И будет тело биться в корчах,
И будет душу звать оно.

Но чрез него неудержимо
Несется адских духов рой...
Пройди, пройди тихонько мимо,
Платком лицо ее закрой!

Людским участием не мучай!
Как сладко пробуждаться ей
Из темной глубины падучей
Среди притихнувших людей.

20.VII.1921