К северо-востоку
2011-05-18 03:04:05 (читать в оригинале)
Никогда не читала Мураками. Кажется, где-то услышала нечаянно оброненное ехидное слово в его адрес и решила отложить знакомство. Наверное, сыграло свою роль и то, что Андрюшка не любил японскую прозу так же сильно, как я латинскую. Сейчас слушала "К югу от границы, к западу от Солнца". Чтец Игорь Князев не делает диких ошибок в ударениях, не переигрывает, не плямкает, не пыхтит и не тормозит на полуслове, чем часто грешат другие. Когда дошло до откровенностей любви, мне казалось, что он сходит с ума от волнения, но тон его был такой естественный, что не было противно. Хоть и хихикнула пару раз. От умиления. И старая музыка фоном, джаз. Это так совпало с моим настроением. Завтра в дорогу, совсем налегке, как дура, - без подарков. И никто меня не будет встречать, и я буду наслаждаться железнодорожным, вокзальным одиночеством с полупустой сумкой.
Снился Андрюшка. Несколько секунд очень красивого сна, юности и счастья.
***
Когда наш маленький оркестр ушел на перерыв, я подошел к пианисту и попросил, чтобы он убрал из репертуара «Несчастных влюбленных».
— Сколько уже ты играешь эту вещь? Хватит, — сказал я, скроив приветливую улыбку.
Пианист внимательно посмотрел на меня, словно взвешивая что-то в уме. Мы были друзьями, иногда пропускали вместе по рюмочке, болтали о том о сем.
— Что-то я не очень понял. Ты хочешь, чтобы я пореже ее играл или не играл совсем. Есть разница. Объясни, пожалуйста.
— Я не хочу, чтобы ты ее играл.
— Тебе не нравится, как я играю?
— Что ты! Ты классный пианист. Редко кто так может.
— Значит, ты больше не хочешь ее слышать?
— Пожалуй, — сказал я.
— Почти как в кино — как в «Касабланке».
— Что-то вроде того.
После этого разговора он, завидев меня, иногда в шутку выдавал несколько аккордов из «Пока проходит время».
