Одесская область богата историческими памятниками. Состояние многих из них настолько удручающее, что без немедленной реставрации они через пару лет перестанут существовать. Скудных средств, выделяемых из областного бюджета, едва хватает на крепость в Белгороде-Днестровском, а остальным памятникам остается лишь лелеять призрачные надежды на инвесторов. Подробности в моем фоторепортаже-антирейтинге на Думской.net.

Белгород-Днестровская крепость – пациент скорее жив, чем мертв

Средневековая крепость – единственный объект, на который выделяются деньги из областного бюджета. Но их очень мало – всего несколько десятков тысяч в год, ни на какие серьезные реставрационные мероприятия не хватит. Поэтому в нынешнем году было образовано областное коммунальное предприятие – для того, чтобы доходы от платного входа посетителей шли на непосредственные нужды крепости, а не оседали в городском бюджете Белгорода-Днестровского. Кроме того, в настоящее время ведется работа по планированию использования огромной пустующей территории внутри крепостных стен. У крепости хватает проблем, важнейшая из которых – размывание берега Днестровского лимана и разрушение стен и башен вдоль берега.

Усадьба Курисов – в пылу бумажной волокиты разбирается по кирпичику

Расположенная в селе Петровка Коминтерновского района усадьба Курисов, соединяющая в себе мавританский и готический стили, являет собой печальное зрелище. Роскошный особняк, построенный в 1820-х гг. и перестроенный архитектором Н. Толвинским в конце XIX века, после революции стал учебным корпусом сельскохозяйственного техникума. Характерно, что советская власть сохранила старинные интерьеры и обстановку здания. А вот румынские оккупанты постарались на славу – и ограбили дворец подчистую. К 1990-му году был готов проект реставрации, даже выделили средства. Но благому делу помешал случай – от попадания молнии усадьба сгорела. Пожар продолжался несколько дней – так как внутри стен для теплоизоляции были заложены камыш и слома. После пожара остов посчитали непригодным к восстановлению, и вот уже два десятка лет величественные руины только ветшают и разрушаются.

В настоящее время местные жители понемногу разбирают памятник архитектуры по камушку. Ответственные чиновники в лице областного управления охраны культурного наследия бьют тревогу, но безрезультатно. Местная милиция ограничивается бумажными отписками и не предпринимает никаких мер по защите памятника. А пока идет бумажная война – скоро от дворца ничего не останется.

Восстановить усадьбу Курисов реально только за счет инвестора. Инвесторы есть и готовы вкладывать средства в реставрацию на основе все того же проекта 1990 года, который, по неподтвержденной информации, находится в строительной компании, специализирующейся на реставрационных работах. Но их отпугивает отсутствие государственных гарантий на право собственности или долгосрочной аренды объекта.

"Волчье логово" под Одессой

Есть в Раздельнянском районе село Васильевка, в котором каждый проезжающий по Кишиневской трассе увидит руины огромного здания. Каждый водитель автобуса считает своим долгом рассказать, что именно здесь снимали "Свадьбу в Малиновке"… На самом деле никакого кино тут не снимали, тут жил самый известный пациент Зигмунда Фрейда – "человек-волк".

Эпизоды с панской усадьбой в "Свадьбе в Малиновке" снимались совсем в другом селе, в Полтавской области, а сравнение кадров из фильма с Васильевкой показывает, что здания совершенно разные.

Величественное здание поместья генерала Василия Дубецкого было построено в период между 1830 и 1854 годами. Неизвестен и архитектор, который, очевидно, был весьма талантливым мастером своего дела. Есть предположение, что усадьбу проектировал и строил Франц Боффо, а разбивкой парка вокруг здания руководил другой маститый архитектор Иван Даллаква. Возможно, свое поместье Дубецкий, которого рассказчики еще и наделяют графским титулом, построил в виде уменьшенной копии Зимнего дворца - назло императору Николаю I, за что впал в немилость и был сослан в свою же вотчину. Тем не менее, здания в Васильевке и Петербурге при внимательном рассмотрении схожи разве что наличием в них окон и дверей.

Усадьба состояла из трех двухэтажных корпусов, связанных между собой одноэтажными переходами. К барскому дому примыкали различные хозяйственные пристройки, огромный фруктовый сад, лес площадью 44 десятины, озеро, маленький пруд и фонтан. Лес вырубили во время Гражданской войны. Сад пришел в упадок и исчез. Остатки фонтана еще были видны в 1990-х годах. Сейчас от всего этого великолепия осталось только озеро.

Позже усадьбу купил разбогатевший каховский купец Константин Матвеевич Панкеев, у которого было двое детей: дочь Анна и сын Сергей, младше ее на три года. Именно пятилетний мальчик Сережа прославил в определенных кругах Васильевку на весь мир.

Онажды Сереже Панкееву приснился страшный сон. Волки молча сидели на ветках орехового дерева и слали ему сообщения глазами. Он стал истерически бояться изображений волков, постоянно кричал, что волк придет и его съест. Наверное, ему слишком часто пели колыбельную про то, что "... придет серенький волчок, и укусит за бочок..." Мальчика долго лечил психоанализом старина Зигмунд Фрейд. Да так лечил, что доктор и пациент стали большими друзьями. Сергей Панкеев так и не расстался со своими волками и периодически подлечивался у Фрейда. Между доктором и пациентом возник своеобразный симбиоз – Фрейду был нужен не столько пациент, сколько объект для исследований.

В 1914 году Сергей женился на австрийской подданной Терезе-Марии Келлер. В 1918 году чета эмигрировала окончательно, в Вену, поближе к Фрейду. Позже Сергей Панкеев еще раз наведался в Одессу – в 1943 году, во время оккупации. Даже в старости он настолько свыкся со своей болезнью и известностью, что представлялся "человеком-волком".

Усадьба Дубецких – Панкеевых долгое время служила сельсоветом. Потом постройка вконец обветшала, и местный орган власти переехал в типично советскую постройку-"коробку". В бурные 1990-е и "стабильные" 2000-е барскую усадьбу пару раз выставляли на продажу, но ее стоимость превышала все разумные пределы.

С тех пор, как сельсовет выселился из поместья, дом превратился в жуткие руины. Перекрытия рухнули, и сейчас над прудом возвышается лишь остов некогда величественного дворца. В подвале – свалка мусора, гнездовья бомжей и бродячих собак. Стены испещрены матерными надписями, сквозь которые еще можно разглядеть советские лозунги.

Восстановить усадьбу можно, опять же, только за счет инвестора. Первые попытки были в 2008-2009 гг., тогда предполагалось вложить в реставрацию около миллиона долларов. В настоящее время инвестор появился и смог получить права на здание. Сейчас ведутся проектные работы по превращению усадьбы в туристический объект, с реставрацией внешнего вида.

Храмы немецких колоний: собака на сене

В Раздельнянском районе сохранилось несколько полуразрушенных католических и протестантских храмов в бывших немецких колониях. Это два католических костела в ПГТ Лиманское, кирхи в Каменке и Щербанке.

Костел Успения Пресвятой Девы Марии в Лиманском (бывшая колония Зельц) – крупнейший католический храм юга Украины. Сооруженный в стиле неоренессанса в 1901 году, он когда-то имел две башни высотой 58 метров. Костел практически полностью был построен из кирпича, в отличие от многих других зданий Одесского региона, при строительстве которых использовался только ракушняк. В советское время переоборудован в клуб, башни разрушены. После того, как построили новое здание по типовому проекту, клуб переехал, а бывший костел понемногу разрушается.

Неподалеку есть еще один костел – Пресвятой Троицы, построенный в 1892 году. Он расположен в бывшей колонии Кандель (позже село Рыбальское, сейчас часть ПГТ Лиманское). Состояние его еще хуже – кровля давно рухнула, и от храма остался только остов с величественными колоннами.

Еще один католический храм Рождества Пресвятой Девы Марии стоит в селе Каменка (бывшая колония Мангейм). Храм, построенный в 1850-м году, когда-то имел две башни. Сейчас представляет собой жуткие руины с грозящей обрушиться аркой.

В несколько лучшем состоянии находятся католические храмы в Щербанке (колония Эльзас), Кучургане (Страсбург). Они в советское время были перестроены и используются до настоящего времени. В Щербанке – как школьный спортзал, в Кучургане – как клуб.

Несколько лет назад католические общины из южной Германии изучали вопрос о восстановлении храмов. Естественно, что они должны были снова стать католическими костелами. Но в дело вмешалась православная церковь по принципу "пусть лучше будут руины, чем что-то неправославное". На этом все и завершилось, хотя, судя по опыту реставрации одесской кирхи, восстановить их было вполне реально.

http://arch-heritage.livejournal.com/954680.html