Дульсинея Миронна этим утром была притихшей от сошедшего во сне откровения. Лежала под пышным одеялом, вдумываясь в новый день. Вспомнила что сегодня воскресенье, а значит можно прийти к Умной подруге прямо с утра, на первый кофе-с-сигаретой.



- Ночью во сне, - волнуясь, говорила Дульсинея Умной подруге, наблюдающей за восходом пенки в джезве, - я четко поняла, что каждый мужчина, кто меня когда-то любил, был всего лишь курьером от Бога, с посылкой - в посылке - любовь. А я спешила воздать каждому курьеру божеские почести, и ждала от него чудес и знамений.



- Не гадость ли, - заметила Умная подруга, - что женщина ощущает себя созданной отказывать и игриво отбиваться, а ей приходится вместо этого добиваться и льнуть.



Дульсинея Миронна растерялась, и дальше пила кофе молча, не решаясь спросить при чем тут это. Решила что лучше попозже поймёт сама.

Лара Галль

Есть Большая история – о ней пишут в учебниках. Великие события, крупные деятели культуры, памятные даты и прочие перевороты составляют её текст. Есть другая история – частная, личная, потаённая. Но именно она определяет судьбы, страсти и часто поступки известных людей в Большой истории, которые объясняют интриги и сюжеты исторических спектаклей на мировой сцене. Потому даже небольшой частный портрет, выставленный в музее на обозрение публики, может вызывать не просто интерес, а бурное обсуждение: на холсте Екатерина Долгорукая? Эта та, что могла бы при определённых обстоятельствах стать российской императрицей?




1922 год. В Ницце на 78 году жизни скончалась женщина, всеми на родине забытая. Русская аристократка княгиня Юрьевская, морганатическая супруга императора Александра II. По прямой линии – наследница древнего рода Рюриковичей, в девичестве – Екатерина Михайловна Долгорукая. Ну и что, мало ли русских аристократок нашло вечный покой за пределами России и похоронено на православных погостах по всей Европе? Много, конечно. Но эта женщина все же заслуживает особого внимания в связи с теми фактами ее биографии, которые поведала миру известный искусствовед Ирина Чижова.



Лик княгини Юрьевской был знаком каждому россиянину, хотя многие и не догадывались, как зовут красавицу с картины и кто она по положению. Репродукции ее портрета, в свое время вырезанные из советского журнала «Огонёк», украшали стены квартир и молодежных общежитий; фотофрагменты картины смотрели с коробок конфет и прочих мелочей «галантерейного качества». Она иллюстрировала блоковские стихи в образе «незнакомки». И по-прежнему ее портрет висит в стенах Третьяковской галереи среди прочих шедевров Ивана Крамского. Уже догадались? По популярности в России «Неизвестная» Крамского едва ли не самый манящий эталон неземной красоты и чистоты – русская Джоконда, разгадать загадку которой пытались многие.



Когда в 1883 году мэтр художников-передвижников Иван Крамской выставил этот портрет на 11-й выставке Творищества передвижников, вдруг разгорелся скандал. Странно, ведь с нынешней точки зрения картина выглядит абсолютно невинно. И что в ней могло вызвать возмущение передовой русской интеллигенции? Изображена всего лишь дама, сидящая в открытом экипаже. Да, она роскошно одета и словно сошла с модной картинки своего времени. Эта шикарная женщина, имеющая явно немалые средства, чтобы быть не просто благополучной, но смелой и независимой, чтобы несколько свысока смотреть на публику вокруг себя.
Однако скандальным был в то время сам факт появления дамы без имени среди прочих «своих» портретов выставки: людей с именами – деятелей культуры и науки; или «идейных» полотен с героями – простыми гражданами-тружениками (крестьянами, купцами, студентами). Портрет так и остался единственным примером подобного изображения. Неподписанный лик публика выставки почему-то сразу «записала» в дорогие содержанки-куртизанки. Ее даже не захотели рассматривать как «светскую львицу» – новомодное в русской культуре явление. Что-то в этом образе настораживало. Он словно художественно отображал два классических литературных типа русской литературы второй половины XIX века.
Кто? Настасья Филипповна Достоевского («Идиот») или Анна Каренина Толстого? Содержанка, осмелившаяся подняться духовно над своим положением падшей женщины, или аристократка, спустившаяся с высоты своего социального положения? Образ сродни обеим: в нем видна свобода, независимость, гордость женщины наступившего времени перемен и в то же время есть что-то удивительно простодушное, оставшееся в характере русской женщины прошлого.
Современники неожиданно увидели в образе своеобразную вульгарность, то есть излишнюю чувственность, не вязавшуюся с представлениями о светской даме. Если согласиться с доводами Ирины Чижовой, то Крамской просто очень точно, на уровне творческого обобщения, уловил положение, в котором оказалась княгиня Екатерина Долгорукая, многолетняя содержанка императора Александра II, мать четверых его незаконнорожденных детей, так и не вступившая на трон в роли императрицы Екатерины III.



Содержать любовницу в высшем свете столицы Российской империи XIX века считалось хорошим тоном. Но чаще всего это были красавицы балерины. Многие великие князья из династии Романовых, нисколько не считаясь с законными женами, на протяжении многих лет практически открыто имели вторую семью. У Великого князя Николая Николаевича (брата Александра) роль второй жены исполняла известная балерина Екатерина Числова. Родила князю четверых детей. Князь Константин Николаевич жил с балериной Анной Кузнецовой, родившей ему пятерых детей. Носить фамилию Романовых дети, по понятным причинам, не имели права. Однако заботливые отцы не оставили отпрысков без своего внимания. Все они получили дворянское достоинство: первая семья носила титул и фамилию Николаевы; вторая – Князевы. Примеры можно продолжать.
Екатерину Долгорукую назвать просто куртизанкой, язык не поворачивается. Она была могущественной аристократкой – фавориткой императора. Судьба фавориток часто была замешана на романтических основаниях – чувствах, игре случая. Так целый ряд событий в императорской семье роковым образом сказался на отношениях царственных особ.
Венчание Александра II на русский императорский престол случилось в 1856 году. Ему исполнилось уже 38 лет. В соборе он сам возложил на голову коленопреклоненной жены Марии Александровны маленькую корону. В этот момент грянул пушечный залп. Императрица вздрогнула, корона упала. Она подняла ее и пробормотала: «Это знак того, что я недолго проношу ее». И ошиблась, корону ей пришлось носить целых 25 лет. Но недоброе предзнаменование сказалось все же в том, что через девять лет она похоронила любимейшего сына – наследника престола Николая (всего она родила восемь детей). Мария Александровна погрузилась в скорбь, особенно после того, как царь через год утешился от общего горя, влюбившись в молодую женщину (младше его на 27 лет), и в качестве супруга к императрице больше никогда не вернулся.

На первых порах Александр скрывал свою страсть. Однако молодая фаворитка была самого знатного происхождения и к тому же русская, чем он очень гордился. Влюбленные никогда не разлучались (разве что на период русско-турецкой войны). Царь стал подумывать о легализации отношений, пообещав любовнице, что после смерти жены сделает ее императрицей. Мария Александровна была больна чахоткой, но, несмотря на все муки, выпавшие на ее долю, решила жить вопреки диагнозу. Дело в том, что Екатерина Долгорукая родила императору сына Георгия, который в случае ее коронования мог стать наследником престола. И больная женщина жила, сохраняя право на престол для своего сына Александра. После ее смерти и вскрытия тела, врачи были потрясены силой ее духа. Как при таком поражении дыхательных органов, несовместимых с жизнью, можно было жить?

Но что же портрет? Император Александр старел. Ему было уже за шестьдесят. А его любимая Катенька и после рождения детей находилась в полном блеске своей красоты. Она так долго ждала обещанного воцарения, ее так долго не признавала семья Александра, что ее существование тоже было далеко от идеального. (Хотя в последние годы жизни Александра она жила в Зимнем дворце, и ее покои находились прямо над комнатами Марии Александровны, этажом выше). Долгорукой хотелось царить и в искусстве, а не только в сердце государя. Потому император и решил заказать ее портрет одному из самых популярных художников того времени – Ивану Крамскому (он уже писал портреты его детей от первого брака). Екатерина пожелала быть изображенной в коляске, едущей по Невскому. Она хотела выглядеть гордой и независимой на фоне Аничкового дворца, где проживал наследник престола Александр Александрович с семьей.
Долгорукая позировала Крамскому урывками, и художник вынужден был приглашать других натурщиц. Это и вводит искусствоведов в замешательство: портрет написан с использованием эскизов и набросков с разных женщин. Работа тянулась долго. Крамской искал обобщения, и портрет отдалялся от оригинала все дальше. И все равно изображенная очень похожа на сохранившиеся фотографии княгини.
Не выдержав положенного срока траура (после смерти первой жены), Александр II обвенчался с Долгорукой (уже получившей от него для себя и детей новый титул – светлейшей княгини Юрьевской, в честь Юрия Долгорукова). Через год в апреле 1881 года ожидалась коронация. Но рок и тут «помог» скончавшейся Марии Александровне. 1 марта император был убит террористами.



Официальный наследник Александр III вступил на престол. Долгорукую-Юрьевскую с детьми тут же выслали из страны. После смерти заказчика про портрет никто и не вспомнил. Крамскому словно развязали руки. Изображение наконец было завершено, приобретя те идеальные формы, которыми все и восторгаются. Прошло еще два года, прежде чем художник решился выставить портрет «Неизвестной» для обозрения. Про княгиню давно забыли, но г-н Третьяков, купивший картину для коллекции, еще долго держал ее в запасниках. Зачем рисковать, вдруг кто-нибудь узнает неизвестную?
Ирина Чижова нашла подтверждение своей гипотезы, что портрет написан с княгини Долгорукой, еще в одном факте: «…И вдруг в одном журнале мне встретилась репродукция с картины Литовченко с изображением Александра II на маневрах. Рядом с ним сидит его морганатическая супруга, и на ней такой же костюм и шляпка, как на портрете у Крамского».
Кто-то скажет: «Не все ли равно, кто изображен на портрете? Ее красота уже стала символом». Мне же кажется, что имя многое объясняет в изображении. «Биография» делает красоту понятной, земной – и от этого очень трогательной.


Когда в 1883 году Иван Крамской выставил этот портрет на 11-й выставке Творищества передвижников, вдруг разгорелся скандал. Факт появления дамы без имени среди прочих «своих» портретов выставки вызвал общественный резонанс. Неподписанный лик публика сразу «записала» в дорогие содержанки-куртизанки.


текст: Наталья Зограбян, фото: Bild-press.

http://www.rimv.ru/aeroport/44/djakonda.htm

Серия сообщений "портрет":

Часть 1 - Русские императоры в живописи
Часть 2 - Зинди Нилсен (Zindy S. D. Nielsen)Рисунки карандашом
Часть 3 - Luca Postiglione.Живопись
Часть 4 - Portraits as belle jardinier
Часть 5 - Русская Джоконда