Харрисон Фишер (Harrison Fisher) родился в 1875 г. в Бруклине, в семье художников-эмигрантов из Богемии. В 1886 семья покидает Нью-Йорк и переезжает в городок Аламеду (Калифорния), где через два года умирает мать Харрисона. В 1893 картины его деда - Антуана Фишера были выставлены на Всемирной Колумбийской выставке в Чикаго, которые, кстати, и принесли деду художника успех, после чего он открывает студию на Battery Street в Сан-Франциско. По прибытию в Калифорнию, отец художника – Феликс Фишер, занялся преподаванием уроков рисования двум своим сыновьям, беря их в поездки вверх и вниз по Тихоокеанской береговой линии, где они отрисовывали пейзажи, при этом задатки таланта обнаружились у Харрисона в возрасте шести лет. Впоследствии он с легкостью поступил в Институт искусств Марка Хопкинса, и уже в подростковом возрасте начал зарабатывать, продавая свои иллюстрации местным газетам.(продолжение в конце поста)



















Первым серьезным успехом в карьере Харрисона, было издание популярным национальным журналом "Judge" его работ, после чего художник снял отдельную студию. Через несколько лет его приглашают работать в большую газету издательства Уильяма Рандольфа Херста "San Francisco Examiner", где Фишер занимался подготовкой графических составляющих заголовков и новостей. В 1897 Фишер получил работу мультипликатора и иллюстратора в известном журнале "Puck magazine". Его имя стало известным и популярным, он наслаждался признанием и славой.
К 1900 он выполнял заказы самых известных журналов Америки. Грандиозный успех принесли ему яркие рисунки красивых американских девушек, которые он нескромно подписывал "Девушки Фишера". Таким образом, он стал непревзойденным иллюстратором "идеальной американской женщины".
Разумеется, работы Харрисона были несколько идеализированы и оторваны от реальной жизни американок, но, с другой стороны, в них передавалась сама идея идеала женственности, лишенная бытовых и финансовых проблем. Красочные обложки глянцевых журналов - это основная составляющая процветания издательства, и Харрисон прекрасно чувствовал это, и неудивительно что в марте 1908 года один из конкурирующих журналов "Success magazine" опубликовал гневную статью Оливера Оппа, в которой и были раскритикованы работы Фишера и образ созданной им идеальной американки. "В то время, когда средняя заработная плата женщины составляет приблизительно 5$ в неделю, девушки, изображаемые Фишером, живут в роскоши в особняках в Ньюпорте, играют в теннис или путешествуют с нашими автомобильными миллионерами в загородные клубы".
Одним из первых начал эту "галерею красоты и роскоши" Чарльз Дана Гибсон, в чем очень преуспел, но в 1905 году его не стало, и Фишер оказался его логическим приемником и продолжателем, при этом уже к 1920 году о его предшественниках, включая Кристи и Хутте все забыли. В июне 1910 журнал "Космополитен" опубликовывает материал о великом иллюстраторе, который носил название "Отец тысячи девушек" - это прозвище закрепилось за Харрисоном Фишером навсегда. В 1913, один из голландских журналов упоминал, что доходы Фишера составляют более семидесяти пяти тысяч долларов в год. В период с 1907 по 1914 гг., "Красавицы американца Фишера" были изданы в форме больших альбомов по искусству более 12 раз. Красавицы Фишера и сцены из повседневной жизни идеальной американки были воспроизведены на более чем 80 почтовых открытках. С 1913 до его смерти в 1934, Фишер создавал почти каждую обложку для журнала "Космополитен". В более поздних своих работах Харрисон Фишер начал изображать известных исполнителей и светских дам, а в 1927 он сделал портреты Ф. Скотта Фитцжеральда и его жены Зельды.
Харрисон Фишер никогда не был женат, возможно, ему этого и не нужно было - ведь имея такого секретаря как Кэт Клеменс, которая была его постоянной спутницей и партнершей, о женитьбе можно было и не думать.
После смерти Харрисона, в 1934 году, его состояние было оценено в 297 061 доллар, исключая недвижимое имущество в Вестпорте, Коннектикуте и Калифорнии. Интересным оказался тот факт, что все его картины были оценены очень низко, а объяснялось это просто - за иллюстрации ему уже заплатили и они изданы, поэтому “имеют фактически очень немного ценности”. Около 113 картин были оценены в 565$ и 53 рисунка – в 159$.
После смерти Фишера один из родственников художника оставил на хранение у себя несколько картин, а остальные более чем 900 работ из его художественного наследия просто сжег!

Отпусти Мечту в полет,

Радость дома не живет;

Как снежинки, наслажденья

Тают от прикосновенья,

Лопаются - посмотри, -

Как под ливнем пузыри!

Пусть Мечта твоя летает,

Где желает, как желает,

Лишь на пользу не глядит -

Польза радости вредит;

Так порой в листве росистой

Плод приметишь золотистый:

Как он сочен, свеж и ал!

Надкуси - и вкус пропал.

Что же делать? Лето минет;

Осень взгляд прощальный кинет;

Ты останешься один.

Дров сухих подбрось в камин!

Пусть тебе мерцают в очи

Искры - духи зимней ночи.

Тишина - среди снегов,

Не слыхать ничьих шагов,

Только пахарь с башмаков

Снег налипший отряхает,

Да луна меж туч мелькает.

В этот час пошли Мечту

С порученьем в темноту:

Чтоб она тебе достала

Все, чем год земля блистала;

Пусть вернет тебе скорей

Благодать июньских дней,

И притом апреля почки

И весенние цветочки,

Зрелой осени покой, -

И таинственной рукой

Пусть, как редкостные вина,

Их смешает воедино;

Кубок осуши глотком! -

И услышишь - майский гром,

И шуршащий спелый колос,

И далекой жатвы голос;

Чу! как будто в небе звон...

Жаворонок? Точно, он!

Там грачи к гнезду родному

Тащат ветки и солому;

Гомон птиц и шум ручьев

Слух наполнят до краев.

Ты увидеть сможешь рядом

Маргаритку - с виноградом,

Поздних лилий холодок -

И подснежника росток,

Гиацинт сапфирный в чаще,

Рядом с лопухом стоящий;

И на всех листках вокруг -

Ливня майского жемчуг.

Ты приметишь мышь-полевку,

Пережившую зимовку;

Вялую от сна змею.

Сбросившую чешую;

В лозняке, спугнувши птичек,

Пару крапчатых яичек;

Перепелку, что крыла

Над птенцами развела;

Пчел, роящихся нестройно,

Раздраженно, беспокойно;

Желудей созревших град,

Ветер, осень, листопад...

Пусть Мечта живет свободно,

Странствуя, где ей угодно,

Лишь на пользу не глядит -

Польза радости вредит.

Разве не поблекнут розы

Под унылым взглядом прозы?

Разве будут губы дев

Вечно свежими, созрев?

Разве есть глаза такие -

Пусть небесно-голубые, -

Чтобы свет их не погас,

Став обыденным для нас?

Как снежинки, наслажденья

Тают от прикосновенья.

Лишь в Мечте бы ты сыскал

Милую - свой идеал:

Кроткую, как дочь Цереры, -

Прежде, чем в свои пещеры

Царь теней ее стащил

И к угрюмству приучил;

Белую, как стан иль ножка

Гебы, коли вдруг застежка

Золотая отпадет,

И к ногам ее спадет

Легкая, как сон, туника;

И вздохнет Зевес-владыка,

В кубке омочив уста...

О крылатая Мечта!..

Разорви ж скорее эти

Здравого рассудка сети;

Отпусти Мечту в полет,

Радость дома не живет.



(перевод:Григорий Кружков)

Мечта

Дж.Китс