ОБЫКНОВЕННОЕ ЧУДО

Всю жизнь боролся с лишним весом. На вопрос о любимом блюде отвечал: «Кофе с сигаретой». И тем не менее Андрей Миронов – идеальный герой для «Аппетитной истории», ведь был он хлебосольным хозяином и желанным гостем, знавшим, что секрет застолья – отнюдь не еда, не выпивка…



«Не пью, не курю, не сутулюсь, не ем вкусненького»



Так писал молодой Миронов в одном из частных писем. Отказывать себе во «вкусненьком» ему приходилось довольно часто, ведь и в детстве, и в школьные годы он был упитанный и даже толстый. Да и в зрелости при его склонности к полноте поддерживать стабильную форму удавалось непросто. Разумеется, он переживал. И однажды даже поправит мать, которая упрекнет его: «Мы зарабатывали деньги, чтобы тебя прокормить!» – «Нет, перекормить!»



Разумеется, при весьма достойных гонорарах, связях знаменитых родителей и всенародной любви (а он умел влюблять в себя – и зрителей, и коллег) Миронову не составляло большого труда забить холодильник деликатесами. Но этой возможностью он не злоупотреблял. Более того, как рассказывал актер Театра сатиры Юрий Васильев, «у Андрея Александровича даже наблюдался комплекс благополучия, от которого он старался избавиться... В трудные времена Миронов, будучи с концертами в Новосибирске, приносил моей маме в подарок дефицитных импортных кур».



Известно, что Миронов не любил рыбу. Никакую. А среди того, что он ел и пил с удовольствием, было немало довольно простого: зеленый лук, молочный коктейль, сырники, колбасный сыр. А еще индейка, которую по семейной традиции обязательно жарили 7 января, в день рождения его матери, Марии Владимировны Мироновой.



Что же касается алкоголя, то, по словам Аллы Суриковой, режиссера его последнего фильма («Человек с бульвара Капуцинов»), «Андрей Александрович мог и любил выпить – но только чтоб поддержать компанию. Напиваться – никогда».



Каннеллони со шпинатом и рикоттой

(4 порции)

Что нужно:

500 г свежего шпината

200 г рикотты

250 г пасты каннеллони

200 г помидоров

1 луковица шалота

1 зубчик чеснока

250 мл молока

1 ст. л. муки

2 ст. л. сливочного масла

1 ст. л. оливкового масла

80 г тертого пармезана

соль, перец, тертый мускатный орех



Что делать:

Шпинат перебрать, листья оборвать, стебли удалить. Вымыть, обсушить, крупно порубить, смешать в миске с рикоттой. Приправить солью, перцем, мускатным орехом. Полученной массой наполнить каннеллони и выложить в огнеупорную форму. Духовку предварительно разогреть до 200?С. Помидоры очистить от кожуры, удалить семена, мякоть крупно нарезать. Шалот и чеснок очистить, измельчить. Оливковое масло разогреть в сковороде, обжаривать лук, чеснок и помидоры 5 мин. В отдельной сковороде растопить 1 ст. л. сливочного масла, добавить муку. Помешивая, постепенно подливать молоко, в конце добавить половину тертого сыра. Обжаренные помидоры выложить в форму поверх каннеллони, полить белым соусом. Оставшееся сливочное масло натереть хлопьями и высыпать вместе с оставшимся пармезаном на соус. Запекать в духовке 30 мин.



«Руссо туристо, облико морале, ферштейн?»



В отличие от большинства советских граждан, чья жизнь выпала на годы пресловутого «железного занавеса» и проходила под песню «Не нужен мне берег турецкий, и Африка мне не нужна», Миронов регулярно бывал за границей. География его поездок, связанных с гастролями, съемками, фестивалями и просто туризмом, – от Болгарии и Финляндии до Соединенных Штатов и Мадагаскара. И он охотно (насколько позволяли скромные суточные или щедрость принимающей стороны) попадал под «тлетворное влияние Запада» и открывал для себя кухни других стран. Особенно преуспел с этим в Италии.



В 1973 году во время съемок «Невероятных приключений итальянцев в России» Эльдар Рязанов решил сделать одному из своих любимых артистов, можно сказать, царский по тем временам подарок – почти месяц жизни на Апеннинском полуострове. На звонок своей тогдашней жены Екатерины Градовой: «Что ты там делаешь так долго?», он так и ответил: «Живу!»



Дело в том, что Миронова надо было снять всего лишь в двух крошечных эпизодах на натуре (впрочем, это можно было сделать в СССР), но режиссер добился от продюсера де Лаурентиса, чтобы римские каникулы Андрея не только состоялись, но и затянулись.



Рязанов рассказывал, что «находясь в Италии, Андрей Миронов во время прогулок по улицам то и дело с чувством напевал: «Пусть ярость благородная вскипает, как волна...» Обычно это происходило в тот момент, когда на глаза ему попадалась какая-ни¬будь особенно шикарная витрина… Когда Миронов видел на прилавке что-ни¬будь аппетитное, вкусное, сладкое, он цокал языком: «О, это произведение кулинарного ис¬кусства нам нельзя есть, его можно только при¬кладывать к животу!»



До этого, в октябре 1968-го, у артиста была еще одна яркая поездка – в Японию. Вернувшись, он посетовал друзьям: «Самое трагическое в моем путешествии это то, что меня никто не видел, когда я с сигарой в машине космического века несся по Токио!»



К приезду Андрея из Страны восходящего солнца его тогдашняя невеста, Татьяна Егорова, на пару со сценаристом Александром Червинским приготовила изысканное блюдо по рецепту Елены Молоховец – курицу с гречневой кашей. После шедевров японской кухни («Как там кормили!») это произведение не произвело на Миронова ни малейшего впечатления: «Кому в голову пришло набивать это животное гречкой? Терпеть не могу гречневую кашу!»



Пирожки с зеленым луком и яйцом

(15–20 пирожков)

Что нужно:

800 г готового слоеного теста

2–3 ст. л. растительного масла

1 яйцо

Для начинки:

800 г зеленого лука

3 сваренных вкрутую яйца

70 г сливочного масла

соль по вкусу



Что делать:

Для приготовления начинки лук очистить, промыть, обсушить и мелко нарезать. Посолить и слегка размять в миске. Яйца очистить, мелко порубить и добавить к луку. Смешать с растопленным сливочным маслом. Тесто раскатать в пласт толщиной 6–7 мм, чашкой или стаканом вырезать круглые лепешки, раскатать их до толщины 5 мм. На половину каждой лепешки выложить луковую начинку, накрыть второй половиной, края защипать. Противень смазать растительным маслом, уложить пирожки на расстоянии 2 см один от другого, сверху смазать взбитым яйцом. Выпекать 20–25 мин. в духовке, разогретой до 240–250?С.



«Будете мешать, оставлю без обеда!»



«Я помню, когда у Людмилы Васильевны Максаковой собирались Андрей Миронов, Гафт, Калягин, все самые потрясающие артисты, то застолье оказывалось поводом объясниться друг другу в любви. Все рассказывали, что репетируют, где снимаются, о чем мечтают... Пели... Над столом, где мы сидели, возникал некий магический купол, атмосфера обожания. При чем здесь еда! Когда пирует душа, то еда – незаметная добавка к духовной энергии. В нашу топку можно было бросать все, что угодно! Когда кончались изысканные блюда, придуманные Людмилой Васильевной и ее мужем-немцем, все кричали: «На постном масле жареной картошки!.. Огурцов!..» – так рассказывал о богеме 70-х в интервью «Гастроному» режиссер Роман Виктюк.



В мемуарах людей, знавших Андрея Александровича Миронова по совместной работе и дружеским пирушкам, то и дело можно встретить упоминания о том, что при всей его природной деликатности, застенчивости и даже ранимости, в неформальном общении артист отличался остроумием и весельем. «Когда он бывал в ударе, – писал Эльдар Рязанов, – то всегда оказывался душой компании, ее эпицентром, вулканом, извергающим шутки, экспромты, остроты. Его юмор был заразителен, а рассказы, помноженные на блистательное актерское исполнение, вызывали взрывы хохота».



…Как-то раз морозной зимой, после первого – только для своих – просмотра «Бриллиантовой руки», Миронов оказался в гостях у актерской пары – коллег по московскому Театру сатиры. Жили те вместе с матерью мужа, дамой преклонных лет, бывшей актрисой, которая, утомившись в тот вечер от веселых гостей, отправилась спать. «В три часа ночи открылось второе дыхание, – вспоминает участница вечеринки, актриса и писательница Татьяна Егорова. – Смех, опять тряслись стены от пения романсов, и начались соревнования – кто скорее вылезет в форточку из кухни во двор. Слава богу, квартира была на первом этаже…»



И вот 27-летний Миронов при одобрительной поддержке присутствующих наполовину уже вылез из форточки, когда Мария Марковна, та самая пожилая хозяйка дома, нервно хлопнула дверью, выходя из квартиры: «В таких условиях я спать не могу! Я пошла в сквер!..» Будущий народный артист не без усилий выпал, наконец, из окна на улицу и… «Подошел в одном свитере к сидящей на скамейке жертве, поцеловал ей ручку и сказал: «Зачем в такую холодную ночь выходить в сквер? Вы – скверная женщина». Мария Марковна растаяла от каламбура, и инцидент был исчерпан».



Знаменитый петербургский дирижер Юрий Темирканов, долгие годы друживший с Мироновым, подтверждает: «Розыгрыши, шутки, неожиданные сюрпризы, главным исполнителем которых был Андрей, сопровождали все наши встречи. Он умел точно подметить самые характерные черточки своих друзей, а потом показать их талантливо, смешно, но всегда по-доброму, с большой теплотой». Пародируя Темирканова, Миронов изображал его стоящим за пультом, и при всей верности жанру делал это необидно. Постоянными соучастниками, а иногда и жертвами мироновских розыгрышей оказывались его товарищи – Марк Захаров, Александр Ширвиндт, Аркадий Арканов, Григорий Горин. И, конечно, Татьяна Егорова, «женщина его жизни», автор бестселлера «Андрей Миронов и я».



«В нашей компании, как в шайке, появилось несколько неписанных законов, – говорит Егорова. – Первый – в любое время дня и ночи (особенно ночи) открыть дверь внезапно нагрянувшим гостям и немедленно накрыть стол. Второй – в обязательном порядке тосты по кругу. До утра. И третий – желательно по возможности чаще переодеваться».



С переодеванием связан один из самых забавнейших эпизодов – 50-летие артиста театра «Современник» Игоря Кваши. Дело в том, что Кваша решил свой «полтинник» не праздновать – депрессия. Но Миронов решил «командовать парадом»: обзвонил всех общих друзей и изложил свой план.



О том, что получилось, рассказал писатель Аркадий Хайт: «В день рождения Игоря без всякого приглашения мы явились к нему в дом, одетые в самое плохое, что у нас было. Мы, не поздоровавшись прошли мимо слегка оторопевшего хозяина в маленькую комнатку, постелили на полу специально принесенные из дома газеты и улеглись на них, дабы выказать полное презрение к хозяйским стульям. Затем достали из кошелок собственные судки, кастрюли, тарелки. Разложили на полу хлеб, винегрет, голубцы и поставили бутылку вина. Даже соль и перец принесли с собой. Игорь, конечно, сновал возле нас, но мы делали вид, что с ним незнакомы. Такова была режиссерская установка Андрея».



Первый тост, по-грузински цветистый, о всеобщей любви к юбиляру сказал именно Миронов, подчеркнув, что их любимый друг неожиданно оказался «большой сволочью», не пригласив их на день рождения. И так продолжалось весь вечер: «незваные гости», наряженные под сантехников и дворников, охотно пили за здоровье Кваши, закусывали принесенным, при этом на хозяина не обращали ни капли внимания. «В тот вечер Андрюша был в каком-то особенном ударе. Все, что он говорил, было смешно. Мы визжали, хрюкали и катались по полу. И громче всех хохотал Игорь».



Подобно одному своему персонажу – министру-администратору из фильма «Обыкновенного чуда», Миронов мог сказать тем, кто сопротивлялся участвовать в его костюмированных играх: «Будете мешать, оставлю без обеда!». Но таких, как вы понимаете, не было. Если уж даже Лариса Голубкина, его вторая жена, утверждает: «В доме он был художественным руководителем, а я – исполнителем без права голоса», то что тогда говорить об остальных, попадавших в орбиту его таланта и обаяния?!



Золотистые сырники с малиновым вареньем

(2 порции)

Что нужно:

300 г творога

3 ст. л. муки

2 ст. л. сахара

1 яйцо

1 ст. л. изюма

4 ст. л. растительного масла

100 г сметаны

2–3 ст. л. малинового варенья или джема

соль



Что делать:

Изюм перебрать и промыть. Творог протереть через сито, добавить половину муки. Вбить яйцо, добавить изюм и сахар. Посолить по вкусу и хорошо вымесить. Раскатать в батончик толщиной 5–6 см, нарезать кусочками поперек. Обвалять в оставшейся муке и сделать сырники в виде круглых биточков, сплюснутых с двух сторон. Масло разогреть в сковороде и обжарить сырники до золотистого цвета. Выложить на большое блюдо, дать слегка остыть и смазать каждый сырник сметаной. Сверху на сметану положить по 1 ч. л. малинового варенья.

 

Влад Васюхин, Журнал "Гастрономъ" 

Серия сообщений "Кулинарные путешествия во времени и пространстве":

Часть 1 - Мастер и "Маргарита" или вариация на тему бессмертной классики
Часть 2 - Восточные секреты красоты. Диета для ханум.
...
Часть 63 - Л.И. Брежнев. Советский царь и пирожки с горохом (кулинарные путешествия)
Часть 64 - Ф.И. Шаляпин. Чай с икрой (кулинарные путешествия)
Часть 65 - Андрей Миронов. Обыкновенное чудо (кулинарные путешествия)
Часть 66 - Ф.Г. Раневская. ''Пихайте в пузо!'' (кулинарные путешествия)
Часть 67 - Букет гарни: аромат французской кухни

"ПИХАЙТЕ В ПУЗО!"

«Старость – это время, когда свечи на именинном пироге обходятся дороже самого пирога». Так считала Фаина Георгиевна Раневская.

НАД ХЛЕБОМ И ЗРЕЛИЩЕМ



Не хочется пересказывать бородатые анекдоты, реплики из фильмов или крылатые фразы, часть которых легендарной актрисе беззастенчиво приписывает молва. Позвонил Елене Антоновне Камбуровой, дружившей с Ф.Г. в последние ее годы.



«Любила ли она гурманствовать? Когда мы познакомились, Фаине Георгиевне уже многое было нельзя – врачи запрещали, но она обожала угощать! Спрашивала уже на пороге: «Вы не голодны?». Как-то раз призналась мне: «Утром заходила Мариночка Неелова, принесла зелень, огурцы, и я подумала: как хорошо – вечером придет Камбурова, есть чем угостить». А сама при этом почти ничего не ела...»



Хлебосольность как отличительную черту Раневской-хозяйки отмечают многие.



Андрей Зоркий, сценарист: «Уставляла стол замечательной снедью и командовала: «Пихайте в пузо». Происходило это обычно на ее тесной кухоньке. «Не обращайте внимания, это «итальянский дворик», – сказала как-то Раневская, кивнув на гирлянду трусов, развешанных для сушки под потолком кухни».



Алексей Щеглов, ее «эрзац-внук»: «Она часто делала мне, как она говорила «еврейский комплимент»: «Ви знаете, ви очень плохо виглядите!» И тут же требовала есть все, что было на столе и в холодильнике».



Глебу Скороходову, помогавшему ей разбирать архив, Раневская как-то заявила: «Сменим пищу духовную на яичницу с ветчиной. Приготовленную, между прочим, любящими руками! От этого, как известно, все делается вкуснее». При этом Раневской принадлежит афоризм: «На голодный желудок русский человек ничего делать не хочет, а на сытый – не может».



За ее столом бывали великие. «Сегодня у меня обедала Ахматова, величавая, величественная, ироничная и трагическая, веселая и вдруг такая печальная, что при ней неловко улыбнуться и говорить о пустяках».



«Я знала блистательных…» – словно завидуя самой себе, признается Раневская и перечисляет имена современников, одаривших ее дружбой: Эйзенштейн, Михоэлс, Пастернак, Качалов, Ахматова, Уланова… Но – «никаких ночных бдений с актерской братией, никаких сборищ с вином, анекдотами и блудом».



Описывает обед с Соломоном Михоэлсом в киевской гостинице: «Ужин затянулся до рассвета. Уставшая девушка-подавальщица приносит очередное что-то вкусное. Михоэлс расплачивается и дарит подавальщице 100 рублей. В то время, перед войной, большие деньги. Я с удивлением смотрю на С.М. Он шепчет, наклонившись ко мне: «Знаете, дорогая, пусть она думает, что я сумасшедший». Я говорю: «Боже мой, как я люблю вас…»

Вспоминает, как однажды утром кормила завтраком соседа по дому – выдающегося поэта Твардовского, а он ел и спрашивал: почему у друзей все вкуснее, чем дома?



Раневская любила угощать не только знакомых. Она постоянно подкармливала голубей и воробьев, и отходами их жизнедеятельности была покрыта вся лоджия ее квартиры…



Нельзя сказать, что она испытывала любовь к готовке, стряпала разве что самое простое, по необходимости. У нее вообще были сложные отношения со всем, что не касалось искусства. Запись из дневника: «Поняла, в чем мое несчастье: скорее, поэт, доморощенный философ, «бытовая дура» – не лажу с бытом! Вещи покупаю, чтобы их дарить. Одежду ношу старую, всегда неудачную. Урод я».



Подобно Розе Скороход, своей героине из фильма «Мечта», она могла сказать: «Каждый раз меня губит моя доброта. Когда-нибудь я издохну под забором, потому что раздам все, что у меня есть». Правда, Роза, говоря это, страшно лукавила, а вот в устах самой актрисы все выглядело естественным, как дыхание.



Считается, что свой псевдоним она, урожденная Фельдман, взяла в честь Раневской из «Вишневого сада». Однако Ф.Г. отметала эту версию: «Должна вас огорчить. Раневской я стала потому, что все РОНЯЛА, У меня все валилось из рук. Так было всегда».



А ее фантастическая рассеянность! Однажды умудрилась забыть в троллейбусе… новую люстру. «Загляделась на кого-то и так отчаянно кокетничала, что вышла через заднюю дверь без люстры: на одной руке сумочка, другая была занята воздушными поцелуями».



Одним из ее московских местожительств была престижная высотка на Котельнической набережной. Фаина Георгиевна жила на втором этаже, окна выходили в колодец двора, где был выход из кинотеатра и место разгрузки хлебных фургонов. Рано утром ее будили тяжелые на язык грузчики, грохотавшие хлебными лотками, а вечером шумели выходившие из кино зрители. Знакомым Раневская нередко жаловалась, что «живет над хлебом и зрелищем».



«БАРЫШНЯ, ЧАЙ ПОДАН»



Ей хронически не везло с домработницами. В помощницы она выбирала таких же мало приспособленных к быту, а к тому же еще и нечистых на руку женщин. Еще одна запись из дневника народной артистки.



«Диалог с домработницей.

– Что на обед?

– Детское мыло и папиросы купила…

– А что к обеду?

– Вы очень полная, вам не надо обедать, лучше у ванне купайтесь…

– А где же сто рублей?

– Ну, вот детское мыло, папиросы купила…

– А еще?

– Та что там считать? Деньги от дьявола, о душе, Фаина Георгиевна, надо думать…»



Как страшно далеки были эти советские кухарки от тех, дореволюционных, что служили в доме ее отца. Вспоминая самые счастливые моменты детства, она, 80-летняя, признавалась: «Это когда рано утром входила горничная, вся в крахмале и говорила: «Барышня, чай подан».



Слово – Елене Камбуровой: «Помню, она жаловалась на очередную свою домработницу, сварившую борщ, который напоминал что угодно, только не борщ».



Можно не сомневаться, что в молодые годы и в зрелости, пока болезни не лишили ее многих радостей жизни, Раневская была весьма неравнодушна к еде. Благо, амплуа характерной актрисы не вынуждало ее держать диету, как, скажем, ее подругу Любовь Орлову. И эта жажда плотских удовольствий видна в сыгранных ролях.



Виталий Вульф пишет: «В фильме «Пышка» она играет небольшой эпизод – ест курицу. Наслаждение – смотреть, как она это делает. Любой сытый человек во время телепоказа бросится к холодильнику и начнет жадно жевать. Крохотный эпизод – классика кино!»



А вспомните, как она пьет газировку в «Подкидыше», как аппетитно пожирает конфетки ее таперша в «Александре Пархоменко»!



Кстати, она любила организовывать большие приемы по случаю своего дня рождения. «Она устраивала что-то вроде фуршетов с царственной индейкой во главе стола – памятью о таганрогских застольях в особняке, – пишет А. Щеглов. – Двери квартиры, и без того никогда не запиравшиеся, были открыты настежь. Раневская любила этот день. Любила, может быть, тем больше, чем меньше ей самой перепадало от елисеевских яств – балыков, буженины, шоколада и прочего, – почти все уже находилось под врачебным запретом. Есть вприглядку, питаясь удовольствием других, – не об одной еде речь, разумеется, – испытывать удовольствие от праздничности, искренности пришедших к ней, человеческих слов, наконец-то обретших не правдоподобие, а правду, – вот смысл этих ее творческих постановок».



И при этом, как замечает один из мемуаристов, «у нее было обостренное чувство сострадания к мясу. «Не могу его есть: оно ходило, любило, смотрело. Может быть, я психопатка?» Про курицу, которую пришлось выбросить из-за того, что нерадивая домработница сварила ее со всеми внутренностями, Фаина Георгиевна грустно сказала: «Но ведь для чего-то она родилась!..»



Омлет с ветчиной и сладким перцем

(4 порции)

Что нужно:

8 яиц

100 г ветчины

1 красный и 1 зеленый сладкий перец

1 зубчик чеснока

оливковое масло

30 г сливочного масла

соль, перец



Что делать:

Перцы вымыть, разрезать пополам, удалить семена и перегородки, нарезать ломтиками. Чеснок очистить и измельчить. Ветчину также нарезать ломтиками. В сковороде разогреть оливковое масло и обжаривать, помешивая, на слабом огне ветчину и перцы 10 мин. Яйца взбить в миске. Посолить, поперчить, добавить измельченный чеснок. В отдельной сковороде растопить сливочное масло, влить яичную смесь и дать схватиться, слегка прижимая поверхность выпуклой стороной ложки. Сверху на яйца равномерно разложить обжаренную ветчину и перец. Готовить все вместе еще 2–3 мин., затем свернуть омлет рулетом и тотчас же подавать.



ПИРОГ С МОРКОВЬЮ, РЫБЕШКИ В КАСТОРКЕ



Было время, когда великая актриса голодала. Спасали друзья, а еще… ирония судьбы.



В своей автобиографической книге, от которой остались клочки, Раневская вспоминала: «В трудные годы гражданской войны в Крыму я, уже актриса, жила в семье, приютившей меня, учительницы моей и друга, прекрасной актрисы и человека Павлы Леонтьевны Вульф. Я не уверена в том, что все мы выжили бы (а было нас четверо), если бы о нас не заботился Макс Волошин. С утра он появлялся с рюкзаком за спиной. В рюкзаке находились завернутые в газету маленькие рыбешки, называвшиеся комсой. Был там и хлеб, если это месиво можно было назвать хлебом. Была и бутылочка с касторовым маслом, с трудом раздобытая им в аптеке. Рыбешек жарили в касторке. Это издавало такой страшный запах, что я, теряя сознание от голода, все же бежала от этих касторовых рыбок в соседский двор. Помню, как он огорчался этим. И искал иные возможности меня покормить».



Еще одно воспоминание: про голодные годы военного коммунизма, когда Раневскую и еще нескольких актеров какая-то дама, вообразившая себя писательницей, пригласила к себе домой – слушать пьесу.



«Шатаясь от голода, в надежде на возможность выпить сладкого чая в гостях – я притащилась слушать пьесу. Странно было видеть в ту пору толстенькую кругленькую женщину, которая объявила, что после чтения пьесы будет чай с пирогом. Пьеса оказалась в 5 актах. В ней говорилось о Христе, который ребенком гулял в Гефсиманском саду.



В комнате пахло печеным хлебом, это сводило с ума. Я люто ненавидела авторшу, которая очень подробно, с длинными ремарками описывала времяпрепровождение младенца Христа. Толстая авторша во время чтения рыдала и пила валерьянку. А мы все, не дожидаясь конца чтения, просили сделать перерыв в надежде, что в перерыве угостят пирогом.



Не дослушав пьесу, мы рванулись туда, где пахло печеным хлебом.

Дама продолжала рыдать и сморкаться и во время чаепития…

Пирог оказался с морковью. Это самая неподходящая начинка для пирога.

Было обидно.

Хотелось плакать».

После, в инсценировке чеховского рассказа «Драма», она сыграла подобную сочинительницу.



Безденежье – верный спутник всей ее жизни – не позволяло Раневской жить на широкую ногу. «Перерыла все бумаги, обшарила все карманы и не нашла ничего похожего на денежные знаки…» Или вот еще: «Деньги мешают и когда их нет, и когда они есть». Она жаловалась, что если б у нее было много денег, все узнали бы, какой у нее хороший вкус.



Фаина Георгиевна очень любила особняк Рябушинского: «Здесь каждый сантиметр – произведение искусства». Этот дом, построенный на Малой Никитской по проекту архитектора Шехтеля, известен еще и тем, что в его стенах провел свои последние дни Максим Горький. Раневская не раз бывала в этом доме в гостях у Марфы Пешковой, внучки писателя: «И тепло всегда было, и сытно, и стол она вела, как самый опытный лоцман».



Апельсиновый гоголь-моголь

(2 порции)

Что нужно:

2 яйца

3 ст. л. сахара

0,5 стакана апельсинового сока

1 щепотка соли

2 стакана холодного молока

30 мл коньяка или рома

1 ст. л. шоколадной стружки



Что делать:

Отделить белки от желтков. Желтки взбить с сахаром, солью и апельсиновым соком до получения пышной массы. Влить молоко и коньяк, перемешать. Оставшиеся белки взбить до состояния крутой пены, соединить со смесью желтков с молоком. Разлить по бокалам, украсить шоколадной стружкой.



 

ПОСЛЕДНИЙ НОВЫЙ ГОД



И тем не менее у безбытной, все роняющей Раневской имелось свое коронное блюдо, рецепт которого она унаследовала еще от еврейской мамы: актриса блестяще готовила курицу, которая подавалась на старинном кузнецовском блюде.



Андрей Зоркий вспоминал: «Однажды Фаина приготовила мне курицу по-французски – «ля пуль». Погнала няньку с красными щеками до колен (от обжорства и воровства) на Палашевский рынок, но все остальное делала сама. Курицу вывернула из ее камзольчика, очистила от всех косточек, дважды перемолола, добавила специй, орехов, зашила обратно в виде такой продолговатой булочки и поставила в духовку. Ну, курица, конечно, вся прослезилась с пылу, приняв окраску балтийского янтаря, а внутри создалось такое золотисто-шафрановое свечение, что, когда по готовности Фаина ударила по ней серебряной лопаткой, развалив на элегантные ломти, кухонька наполнилась ароматом версальской гостиной, накрытой на триста персон».



Курица по-французски «Ля пуль»

(4 порции)

Что нужно:

1 потрошеная курица средних размеров

2 стакана ядер грецких орехов

1 ч. л. молотого красного жгучего перца

50 г чернослива без косточек

2 ч. л. смеси молотых пряных трав

1-2 ст. л. растительного масла

соль



Что делать:

С курицы аккуратно снять кожу, стараясь ее не повредить. Для этого лучше использовать острый нож и черенок столовой ложки – ею легче отделять кожу. Мясо отделить от костей и дважды пропустить через мясорубку вместе с орехами и черносливом. Добавить соль, перец, пряности и все хорошенько перемешать. Полученной массой аккуратно заполнить кожу курицы, отверстия зашить нитками, слегка натереть солью и перцем, сбрызнуть растительным маслом. Духовку разогреть до 180–190 оС, противень для запекания смазать растительным маслом. Запекать начиненную курицу 1 ч., накрыв фольгой и периодически поливая соком с противня. За 20 мин. до готовности фольгу удалить и продолжать запекать до появления хрустящей золотистой корочки.



Увы, знаменитая «ля пуль» не украшала стол в последние праздники Раневской. Рассказывает Елена Камбурова: «Одинокий человек, каким была Фаина Георгиевна, острее всего чувствует свое одиночество именно в праздники, поэтому три раза я приезжала к ней на Новый год. Хотела как-то скрасить ее одиночество. Не могу сказать, что мы устраивали пиршество: пили чай, разговаривали, я привозила какие-то салаты и бутерброды… Особенно запомнила я ее последний Новый год. Фаина Георгиевна попросила, чтобы я почитала ей Пушкина. И за несколько минут до наступления очередного, 1984-го, она заснула. Я сидела рядом и представляла Новый год ее детства, в Таганроге: какая была елка в ее большом доме, как все веселились и надеялись на чудо…»

 

Влад Васюхин, Журнал "Гастрономъ"

Серия сообщений "Кулинарные путешествия во времени и пространстве":

Часть 1 - Мастер и "Маргарита" или вариация на тему бессмертной классики
Часть 2 - Восточные секреты красоты. Диета для ханум.
...
Часть 64 - Ф.И. Шаляпин. Чай с икрой (кулинарные путешествия)
Часть 65 - Андрей Миронов. Обыкновенное чудо (кулинарные путешествия)
Часть 66 - Ф.Г. Раневская. ''Пихайте в пузо!'' (кулинарные путешествия)
Часть 67 - Букет гарни: аромат французской кухни