Староверов, кто же ещё Голосов: 1 Адрес блога: http://staroverov1.livejournal.com/ Добавлен: 2010-03-28 09:12:07

старик Староверов (пиэса о двух актах)

2012-04-09 08:54:08 (читать в оригинале)


(действие происходит 9 апреля 2042 года, когда две лолиты встречают ничего себе старика)

АКТ I

Лолита-1: OMG! Что это за тело лежит в душистой траве?
Лолита-2 (тыкает пальчиком в лежащего старика): Это живое, но старое тело. Назовёшь ли ты имя своё, лежащее тело?
Старик: Я не тело, я старик Староверов, и у меня сегодня день рождения.
Лолиты (хором): Поздравляем, старик Староверов! Сколько тебе, сорок?
[старик негромко и скептически хохочет]
Лолиты (хором): Неужели сорок один?
Старик: Сорок один мне исполнился 9 апреля 2012 года. Давно это было...
Лолита-1: А тестостерон в крови твоей сохранился ли?
Старик: Семь наномоль на литр... после гормональной терапии.
Лолита-2: Семь - это таки не ноль. Пойдём со мной старик, я сделаю тебе бесплатное удовольствие по поводу именин.
Лолита-1: Нет, сука, он мой. Я его первая нашла.
Лолита-2: Сама ты сука.
[Лолиты дерутся, катаясь в траве и разрывая на себе остатки одежды]
Старик (встаёт): Ай да девки!.. Гм... Барышни! Мир вам! Мой дряхлости хватит на вас обеих. Come on baby, light my fire... Baby... Babes... Two...

АКТ II

[Старик выползает из кустов с початой бутылкой виски]
Старик: Господа зрители, я не вижу повода для улыбок. Плохо получилось, но ведь получилось. Мне не тридцать лет, и не сорок, и даже не сорок один. В семьдесят лет жизнь только начинается. А барышни эти ушли... ушли... старика оставили...
[Старик делает длинный-длинный глоток и падает обратно в траву]

(Занавес, крики "Браво!" и "Как страшно жить!". На поклон выходят актёры - сорокаоднолетний Староверов, игравший старика, и две несвежие дамы под пятьдесят, блестяще сыгравшие свежих лолит)

---

весны не будет - кто виноват?

2012-04-05 10:10:09 (читать в оригинале)


-- Что это булькает там за окном?
-- Это весна.
-- Вы полагаете, это весна?
-- Полагаю.
Тёплое пиво в огромный стакан наливаю.
-- И что же нам делать?
-- Я думаю, следует пить.
-- Вы полагаете?
-- Сука, всегда полагаю.
Я и сейчас это тёплое пиво глотаю.
"Нету весны" - сообщают обложки газет.
-- Кто виноват?
-- Полагаю, что это госдеп.

---

"Дирижёр" Павла Лунгина: возвращение блудного отца

2012-04-03 13:13:41 (читать в оригинале)


Кто знает, где заканчивается стыд и начинается вина?

Вопрос не имеет ни смысла, ни ответа. В классическом дзигай-гэки "Сказки туманной луны после дождя" (по-басурмански Угэцу-моногатари) режиссёр Кэндзи Мидзогути ещё в 1953 году намекнул зрителю, что вины не бывает, есть только стыд. Европейцы этого не поняли и завалили "Сказки…" разными вкусностями типа Серебряного Льва и признаний Андрея Тарковского в вечной любви к долгим горизонтальным планам, превращающим мир духов в пир духа. В самой Японии посмеялись и решили, что фильм - не более чем пессимистический комментарий Мидзогути по поводу массовой миграции сельского населения в города после Катастрофы 1945 года. "Не туда идём и страдаем болезнью "боязнь жены" - так написал какой-то критик из Осаки. Имел право.
* * * * *

У советских российских собственная гордость, выразителями которой стали не только Никита Михалков, но и Павел Лунгин. После "Острова" и "Царя" можно было ожидать продолжения православного банкета, но не случилось.


Итак, "Дирижёр". Главный герой фильма действительно дирижёр – с диктаторскими наклонностями руководитель оркестра; роль, сделанная сильно и минималистично Владасом Багдонасом, чью мужскую бергмановскую фактуру ценит не только Някрошюс.

Вы помните картину Ганса Гольбейна-младшего "Мёртвый Христос в Гробу"? Именно в позе мёртвого Христа (тут долгий-долгий план) просыпается в своей небедной квартире страшный дирижёр со смешным именем Вячеслав Петров. Мерзко трещит факс, приносящий злую весть (антиевангелие, если так можно сказать по-гречески). И Багдонас начинает страдать - глазами, жестами, походкой, одним своим молчанием. Ай да Багдонас, ай да сукин сын!

Вячеслав Петров понимает, что надо срочно ехать в Иерусалим. Впрочем,  столицу Израиля (простите, арабы, я настаиваю именно на столице) пришлось бы посещать и без антиевангелия – у оркестра Дирижёра там гастроли (оратория митрополита Илариона (Алфеева) "Страсти по Матфею").

А оркестр вполне феллиниевский, набор человеческих типов нечеловечен (или слишком человечен). Преданный слуга дирижёра Лагранж (Сергей Барковский) – этакий цивилизованный опричник, будто перенесённый из "Царя" в XXI век. Истеричный тенор-параноик (Сергей Колтаков) – большое и больное дитя, которое обиделось на весь мир в целом и на шефа в частности. Солистка Алла (Инга Оболдина), на каждом шагу так твердящая о своей вере, что начинаешь подозревать её в участии в чёрных мессах. Муж Аллы (Карен Бадалов) - бабник со взглядом хитрого жука за секунду до оргазма. А ещё у Аллиного мужа есть Нос.

И этот Нос муж непременно встретит в самолёте прелестную (хотя это спорный вопрос) молодую даму (Дарья Мороз) с двумя сыновьями-ангелочками (а какой вообще пол у ангелов, я не помню). Дама едет в Иерусалим на паломничество-лайт и даже будет жить в монастыре, потому что так стильно (и дёшево). Как такую не трахнуть?

И в бизнес-классе летит Дирижёр. Он летит хоронить сына, умершего в 26 лет (хотя в 27 было бы рок-н-ролльнее).

Сын был художник-социопат, куривший травку и предпочитающий сквоты буржуазным домам. Отец называл сына бездельником: Дирижёр считал творчество тяжёлой работой и возражения не принимал. После окончательного и отрицательного решения вопроса о финансировании сын полез в петлю, хотя были и бабы, и немного шекелей…

И далее нас ждёт возвращение блудного отца – ситуация не прямо библейская, а, скорее, описанная в пушкинском "Станционном смотрителе", только вывернутая наизнанку.

Это ситуация стыда, который наш христианский ум упорно пытается переплавить в вину, и тогда теория греха станет по-аристотелевски красива. Однако наш Дирижёр не чувствует вины.

В подарок от мёртвого сына герой Багдонаса получает репродукцию всё того же "Мёртвого Христа в Гробу", только у Христа на картине лицо Дирижёра. Лунгин не даёт прямой расшифровки этой, казалось бы, понятной аллегории и всё запутывает, потому что появляется шахид.

И опять мы видим мизансцену, композиционно параллельную картине Ганса Гольбейна: на столе обмывают тело - то ли живое, то ли мёртвое. Как выясняется, ни то, ни другое – это отец-араб готовит своего сына стать мучеником за веру.

Тут неплохо вспомнить про Аллу и её носатого мужа. Алла – всего лишь женщина, она хочет стабильности и никому не желает отдавать давно охладевшего к ней супруга. Что же, это понятно, логика собаки на сене – ни себе, ни людям. Алла запрещает героине Дарьи Мороз приходить на выступление оркестра (куда эта героиня, конечно, была приглашена Носом с глазами жука), и та отправляется на рынок - именно тогда, когда там появляется шахид.

Взрыв, к слову, технически изображён совершенно похабно, как в советских фильмах, непонятно, зачем вообще было вклеивать эти комбинированные съёмки, без которых было во всех смыслах лучше.

И оркестр возвращается в Россию – проблемы не решены, драматургическая задача не выполнена. В самолёте среди мрачных лиц и сжатых губ странно видеть улыбающееся лицо Аллы - та довольна, мужа сохранила, соперницу устранила. Вы думаете, это арабы во всём виноваты? Нет, это Алла – православная ведьма, убившая десятки людей только из ревности к человеку, который ей давно не принадлежит.
* * * * *

В "Угэцу-моногатари" горшечник Гендзиро попадает в аналогичную ситуацию. Его жена убита голодными солдатами, а новая возлюбленная госпожа Вакасу – призрак, но это не отменяет факта двоежёнства: живые они или мёртвые – нам стыдно перед теми, кого мы любили.

В лунгинском "Дирижёре" стыдно становится только главному герою, который ("Страсти по Матфею"!) бросает ремесло мытаря, но куда пойдёт, пока неизвестно. Себя он не любит, а это единственное условие полюбить всех остальных. Хотя бы немногих. Хотя бы сына, который с запозданием, но успел уже буквально с того света отправить записку: "Папа, я люблю тебя. Я больше так не буду".

---

Пушкин продаёт детей: окончательное решение литературного вопроса

2012-04-01 08:53:51 (читать в оригинале)

Пятничный скандал в Минобрнауки не утих до сих пор. Конкурс на пособие по литературе выиграла группа авторов, чей учебник, тем не менее, был запрещён указом Президента за "наличие признаков фальсификации истории". Вся беда авторов состояла всего лишь в том, что они были правдивы и любили литературу. В результате нашим детям в школе продолжат преподавать лёгкую степень ненависти к Пушкину и Толстому. Печалька…
* * * * *

ПУШКИН
"Дети, дети, кому детей? Недорого – пятиалтынный за дюжину! Мальчики, девочки – всем найдётся по вкусу – рыженькие, чёрненькие… чёрт, чёрненьких много больше… Эх, смуглые отродья, откуда вы в селе Михайловском?"

Александр Сергеевич Пушкин очень любил делать детей, благо крепостных девок на Псковщине было довольно для удовольствия, срамное дело нехитрое; Анна Керн была да сплыла, уехав в столицу лечить приобретённую в поэтическом порыве гонорею, а разницы между благородными барышнями и крепостными не было решительно никакой – анатомия штука нехитрая, однообразная, местами очень приятная. Другое дело, девки обходятся дешевле, а деньги были, деньги будут, но сейчас их нет, посему приходится продавать крепостных, а ежели попадутся среди них кудрявые арапчики – все вопросы к барину, изливающему свой тестостерон под каждую юбку.


Всё это в общем и целом делало солнце русской поэзии пятнистым светилом: "Евгения Онегина", да что там, и "Повести Белкина" Пушкин, конечно, написал, но собственных детей всё же продавал. За что и размещался в шорт-листе литераторов только на третьем месте – сразу вслед за порывистым Жуковским и обжорой дедушкой Крыловым.
* * * *

ЛЕРМОНТОВ
"Каналья! Члены мои молоды и гибки, с виду я почти мальчик, барышни липнут ко мне, как мухи на говно, волосы… Да я уже лысый к своим двадцати двум годам! Бабушка! Прикажи сегодня подать романтический парик. Нет, не этот, нет, не тот, нет, не байроновский, другой парик – с русыми прядями и русскою душой. Мерси, мон шер"

Михаилу Юрьевичу Лермонтову на любовном фронте категорически не везло: барышни, будто сговорившись, не давали молодому поэту, мотивируя отказ кривыми плечами Мишеньки, его лысиной и несносным характером. Почти вышло с племянницей Николая Мартынова, но почти не считается. Лермонтов пиарился, как мог, утверждая Мартынову, что племянница таки дала, более того, она блядь, а сам Мартынов мудозвон, и отец его жидомасон по имени Соломон, а бабушка была усата. После полугода боевого НЛП робкий Николай Соломонович был вынужден вызвать Лермонтова на дуэль и даже не без удовольствия его застрелить. Говорят, Мартынов стоял над телом убитого соперника и читал ему посмертную мораль: "Ещё Пётр Великий приказал литераторам писать по-русски с немецким синтаксисом и ворочать слова, как каменные глыбы. И только ты, Мишенька, стал писать по-французски и основал русскую прозу. Кабы не Гоголь, наш синтаксис остался бы лёгким, субъектно-предикатным и не отягощённым ненужными прилагательными… О дио мио! Я только что убил луну русской литературы"

За убийство луны Мартынову дали месяц гауптвахты.
* * * * *

ТОЛСТОЙ
"А я таки мачо, недаром меня обольстила Авдотья Панаева; выдь на Волгу, чей стон раздаётся – это Авдотьюшка кричит в порыве страсти, мешая спать русским бабам, утомившимся после покоса и сева этих… яровых с озимыми. Лев Николаевич тоже мачо, но, конечно, не такой мачистый, как я".

Николай Алексеевич Некрасов очень любил Толстого и не без основания почитал его за русского Хэмингуэя. Бывало, под утро выходит с Лёвушкой из публичного дома, что на углу Гороховой и Садовой, и говорит: "Лев Николаевич, вот ты написал уже "Севастопольские рассказы", пора бы тебе взяться за крупные, хе-хе, формы, романчик бы неплохо организовать, про войну и мир. Нет, лучше про войну и мiр. Впрочем, про что хочешь, про то и напиши".

Надо отметить, что в борделе Некрасов больше времени проводил за карточным столом, нежели с девицами, а Толстой как раз наоборот. Проститутки, тем не менее, не помешали Толстому написать большой роман, едва ли не лучший в русской литературе. "Крейцерова соната" случилась много позже, когда медвежья толстовская потенция ослабла, казалось, жизнь кончена и пора бросаться под поезд. Однако Лев Николаевич вспомнил, что суицидальные мотивы он уже сублимировал в "Анне Карениной". Пришлось звать в гости Максима Горького и смущать его вопросами о женской анатомии. Горький краснел, говорил, что вот женщины… как раз женщин у него было не так много, и всех подробностей он не запомнил. Толстой в ответ много смеялся: "А я, батенька, по молодости был страааааааашный блядун". Вот так и говорил, растягивая гласные. Впрочем, проклятие "Анны Карениной" настигло и его, когда Толстой сбежал от всех своих женщин, непротивления злу насилием и, главное, от своего прошлого на станцию Астапово, где и умер под шум поездов. Благодарные потомки потом назову Астапово станцией Лев Толстой.

Максим же Горький от огорчения уедет на Капри, где будет жить подобно императору Тиберию, разве что не будет звать к себе каждую ночь астрологов для того только, чтобы под утро сбросить их со скалы.Хотя, конечно, чужая душа – потёмки, ничего с Горьким не ясно.

* * * * *
РЕКЛАМА
Спонсор Льва Толстого (станции) – Российские железные дороги. Езжайте поездами РЖД, потому что другого перевозчика в России вы хрен найдёте! Нашим поездам доверяла сама Анна Каренина, а она умела доверять - совсем как Отелло в интерпретации Пушкина – того самого Александра Сергеевича, что продавал своих детей.

---

Эрик снова убивает (хотя на самом деле рождается)

2012-03-30 10:41:25 (читать в оригинале)

Что у нас сегодня? 59 февраля по старому зимнему времени? Это здорово, что не 90 января, а то я совсем бы замёрз. Впрочем, для мозгов холода хватает, ничего не пишется, совсем ничего. Может быть, к 1 апреля оттаю.

Что же до Высокой Науки Арифметики, то по западному, исчислению 30 апреля 1945 года в Рипли, графство Суррей, Великая Британия, родился Эрик Клэптон - снаружи белый, а внутри немного чёрный. Так что есть повод отметить пятницу осмысленно.

А экстремистский призыв убить шерифа не принимайте близко к сердцу. Статья 105, часть 2, от восьми до двадцати лет либо пожизненно.

Мир вам.