Но сегодня совсем не обычная ночь. Что-то, пока ещё неуловимое, изменилось в мире, тревога пронеслась над лесом тёплой и влажной волною. Я подбрасываю сухих веток в огонь и кутаюсь в плед, неожиданно хочется орать и смеяться, но я молчу, вслушиваясь в глухое волнение леса, это его ночь и не мне тревожить его своими даже неосознанными ещё чувствами. Незадолго до полуночи в лесу появились светящиеся призраки с рубиновыми глазами, в старой полуразрушенной избушке лесника сам собою засипел было патефон. Суеверные осины испуганно зашелестели, узнав, что на Северной поляне видели белого волка с двумя головами. Кто-то очень огромный и древний зашевелился под землёй. Гроза разразилась в полночь. Фантастическим кораблём плыла она над лесом, развернув в полнеба ослепительные паруса молний. Прижавшись к земле, я почувствовал долгий вздох восставшей от дряхлости планеты. Старый правитель леса - серебряный дуб, о чём-то яростно спорил то ли сам с собой, то ли с кем-то, мне невидимым, он так расшумелся, что живший в его дупле учёный леший собрал все свои книги и ушёл, облепленный пауками, жуками и гусеницами. А с первым лучом зари сумасшедший старикан выдрал из земли свои ещё очень даже крепкие корни и направился прочь из леса, роняя оставшиеся с осени ломкие листья. Я знаю, куда он пошёл, но человеку не пристало ходить тропами деревьев. Получая неизъяснимое удовольствие от каждого мгновения, я не спеша загасил костёр, свернул плед, закинул на плечо порядком надоевшее ружьё, закатал до колен штанины и босиком по колючему инею отправился на свой пост на высокой скале, откуда на много полётов стрелы видна жёлтая кирпичная дорога, выходящая из умирающего города, извергающего чад м дым, города, откуда я ушёл, desperado, однажды на рассвете и где за мою голову назначена непомерная цена - десять минут свободы, как будто палач может быть свободен! Сегодня силы зла празднуют победу. По жёлтой кирпичной дороге движется потешная процессия: Повелитель мух со свитой, мышиные короли, убийцы в мундирах и чищеных сапогах, вурдалаки с торчащими клыками и алчными глазами, торговцы кошмарами и тайнами чернокнижия, воры, грабители, мошенники, зомби и только сам Враг сочтёт это своё войско! Все они беспокойно щёлкают челюстями, испуганно сопят, нервно вращают головами - видимо, чуют меня, чуют, что всё не так, что уже открыты двери иных миров, и что главный из Семи Ветров - ветер Свободы и Очищения уже надвигается с границ этого затхлого мира. Но мне нет дела до этих монстров, уже теней. С надеждой и чувством вины я жду, когда по этой жёлтой кирпичной дороге пойдёт Господь и тогда я выйду к нему навстречу, безоружный, с болью в душе, с покаянием, но без смирения, ибо я должен задать Ему один вопрос, всего один вопрос, ответ на который навсегда избавит всех нас от страданий и сводящих с ума сомнений. А до тех пор я - партизан! И курок моего ружья как нос Сирано де Бержерака! И пускай эти уродцы снуют по нашей жёлтой кирпичной дороге, несчастные безумцы, ведь пока по ней не прошёл Господь, она ведёт в Никуда...
 

 

И вот Клаас врывается на этот ламанческий постоялый двор, швыряет на стол свою шляпу и... видели бы вы, как взвился котом старый толстый трактирщик! То сидел рохля рохлей, а тут вдруг тебе скалится нагловатой улыбкой бывалого пирата, а в следующее мгновение глядит из темноты мстительным мавром, а еще через долю секунды извлекает из-под стойки пыльные тома по астрологии и чудесам Востока, либо трактат о любви неизвестного на Земле поэта. Да что там трактирщик, если я сам безнадежно и навсегда оказываюсь втянут в поле притяжения сумасшедшего бродяги, в шумный карнавал чудес и безумия, на причудливую орбиту десяти тысяч миров...
 

Музыка:Eurostyx Music "Красота Индийского океана"