| Сегодня 5 января, понедельник |
      |
  
|
  
Какой рейтинг вас больше интересует?
|
Главная /
Каталог блоговCтраница блогера Muraveynik/Записи в блоге |
 |
|
ДРЕВНИЕ ГЕРБЫ И НАША ИСТОРИЯ
2011-06-25 22:22:00 (читать в оригинале)Какой крест был изображен на древнем гербе «Погоня»? И – что важнее – где же искать наши древние истоки?
Вадим ДЕРУЖИНСКИЙ
«Аналитическая газета «Секретные исследования»
О ФЛАГАХ
Книга «Тайны беларуской истории» вызвала много откликов читателей. Александр Никодимович Басов из Минска прислал свои уточнения к главе «Забытая «Погоня». Он пишет:
«Немного о себе. Хотя я по образованию архитектор, я много лет (примерно с 1970 года) занимаюсь изучением вексиллологии – вспомогательная историческая дисциплина, то есть историей флагов и знамен. Считаюсь здесь довольно крупной величиной. За много лет работы опубликовал две книги о флагах и десятки статей. Хотя основная тема моих интересов – история флагов ВМФ, я, естественно, знаком и с другими направлениями вексиллологии и немного с геральдикой. Одна из моих работ: Басау А., Курков I. Флагi Беларусi учора i сення. Мн., «Полымя», 1994. 36 с. Теперь о главном. Глава о гербе «Погоня» нуждается в уточнениях.
Сначала о флагах. Большинство людей почему-то уверено, что государственные и национальные флаги существовали столько же, сколько существует понятие «государство». Это далеко не так. Первый в истории национальный флаг утвержден лишь 20 мая 1794 года в революционной Франции (до этого он был кормовым флагом ВМФ). Такой флаг мог возникнуть только в государстве с республиканским устройством, но никак не в монархическом государстве, где главным символом был штандарт короля. Так что государственный флаг – это реалия только XIX и XX веков, когда он стал нормой. До этого существовали только морские флаги, именно они и становились впоследствии государственными символами.
Когда появились государственные флаги в отдельных странах? В Испании таковым стал флаг ВМФ лишь в 1843 году. В Великобритании он и сегодня де-юре гюйс ВМФ. В Австро-Венгрии его вообще не было. В Японии он стал таковым только в… 1999 году! В Германии: в империи им стал в 1892 флаг торгового флота, а черно-красно-желтый был государственным флагом Германского союза в 1848-1852 годах, а затем государственным в 1919-1933 годах и после Второй мировой войны. Россия получила свой флаг, бывший до этого два века флагом торгового флота, только в 1883 году (ранее 25 лет государственным флагом было черно-желто-белое полотнище). И т.д.
Кстати, ранее европейцев, в начале XIX века вводили по примеру французов государственные флаги народы Южной Америки. К чему я все это? С XI века и до Французской революции только корабли представляли в чужых портах флаг государства. ВКЛ же не имело ни торгового, ни военного флота, и потому вплоть до конца XIX столетия, когда в народах империи проснулось национальное самосознание, наш народ в едином флаге не нуждался.
В международных вексиллологических кругах датой рождения бело-красно-белого флага считается 25 марта 1917 года, и я с этой датой согласен (во всяком случае, в Национальном архиве имеются раскрашенные цветными карандашами проекты беларуских флагов, относящиеся по времени именно к этому совещанию).
Поэтому не следует говорить о древности беларуского флага. Ну а что касается вымпелов с крестом св. Георгия на копьях или приведенного в книге значка (а не знамени) гусарского полка, то это несерьезно – просто совпадают цвета, как и на уланских значках. Кстати, такой гусарский значок я видел только в книге Анатоля Титова «Геральдика Беларуси».
И не должно быть обидно, так как все наши соседи, кроме России, точно в таком же положении. Эстония? Флаг появился в конце XIX века как флаг студенческой организации с цветами полос по цветам мундира университета г. Тарту (а мундир-то утвердил царь Николай Первый!). Польша? Флаг появился только во время восстания 1831-1832 годов. Латвия? Около 1870-го года студенты вычитали в Рифмованной летописи, что какой-то рыцарь вел под красно-бело-красным знаменем какой-то местный отряд (притом спорят до сих пор, а были ли это предки латышей?). Украина? Впервые во второй половине XIX века в Галиции как цвета со знамени львовской хоругви при Грюнвальде. Ну а Литва – это вообще в результате конкурса 1918 года, где победил художник Жимуйдзинавичюс (кстати, будущий народный художник Литовской ССР).
Лично я считаю нашим флагом несомненно бело-красно-белый».
Прерву цитату.
Замечания специалиста совершенно верные, поспорить можно только с тем, что цвета наших гусар лишь случайно совпали с флагом 1917 года. Дело в том, что у ряда украинских гусарских полков аналогично были утверждены тогда желто-голубые цвета. Поэтому два таких факта – это уже больше, чем совпадение. Анатоль Титов в книге «Геральдика Беларуси» приводит ротный стяг Беларуского гусарского полка (две красных полосы на белом фоне) и кивер нижних чинов Гродненского Лейб-Гвардии гусарского полка (красная полоса на белом фоне). Эти же изображения – в энциклопедии «Беларусь» (Мн., 1995).
Конечно, говорить о древности беларуского флага нельзя. Но можно говорить о другом – о древности использования нами именно этих цветов. В отличие от Республики Летува или Эстонии, древние беларусы использовали эти цвета еще минимум со времен Грюнвальдской битвы или Оршанской битвы.
Был ли проект флага 1917 года случайным? В 1993 году в Минске вышло репринтное издание книги В.У. Ластовского «Короткая история Беларуси» (Вильня, 1910). В послесловии к нему доктор исторических наук, профессор А. Грицкевич писал:
«В книге помещены и два портрета церковных деятелей – православного киевского митрополита Иосифа Солтана (умер в 1522 г.), полоцкого православного архиепископа Мелетия Смотрицкого (1572-1630 гг.). Солтан был главой православной церкви в Великом княжестве Литовском с резиденциями в Вильне и Новогрудке (киевский митрополит – это титул). Одеяние обоих иерархов православной церкви украшено бело-красно-белыми полосами. Эти цвета на церковном одеянии православных и униатских митрополитов, архиепископов и епископов означают их миссию, выражаемую в символике крови Иисуса Христа на чистой душе человека. Бело-красно-белые полосы носят и теперь иерархи православной церкви. Эти цвета есть и на портретах церковных иерархов в художественном музее в Вильнюсе. Они совпадают с историческими цветами беларуской национальной одежды, а также с цветами боевых стягов беларуско-литовского войска в XVI-XVIII веках и Беларуского гусарского полка в русской армии в конце XVIII – начале XIX века, и с государственным беларуским флагом».
Конечно, в средние века не было государственных флагов в нынешнем понимании, но все-таки были некие свои «национальные» цвета на полковых стягах или в виде лент на копьях. Эти цвета носили, как правило, сугубо религиозный характер – как, впрочем, и почти все средневековые гербы. Хорошо известно, что гербу «Георгий Победоносец» соответствовали белый и красный цвета – что и реализовалось на флагах многих государств (наиболее известны, скажем, бело-красные флаги Англии и Грузии – буквально страны ГЕОРГИИ, так правильнее ее называть).
Поэтому цвета флага задает древний христианский герб – и, как известно, гербу «Погоня» соответствовали именно белый и красный цвета (почему многие историки считают, что этот герб тоже является модификацией Георгия Победоносца).
Вот в чем, на мой взгляд, древность бело-красно-белых цветов – в изначально религиозном их смысле. Ведь у действительно юных флагов такой увязки нет: ни у Эстонии, ни у Республики Летува (гербом которой всю ее историю до февраля 1917 года являлся «Медведь», а вовсе не наша «Погоня»). А что касается флага Украины, то многие историки считают, что он появился от полков казаков, воевавших на стороне шведов в Северной войне и носивших на пиках шведские голубую и желтую ленты.
В такой ретроспективе наши цвета более «ценны», чем действительно случайные цвета, избранные в XIX или начале XX века. В них – огромный пласт нашей древней истории, культуры, религии.
В средние века Войско ВКЛ, шедшее на битву, себя идентифицировало, если так можно выразиться, вовсе не в этническом или государственном плане, а прежде всего – в плане веры. Ведь вера должна была защищать воинов от смерти. Поэтому и цвета Войска ВКЛ на щитах или стягах хоругвей – это именно и только цвета нашей веры, перенятые с бело-красно-белых лент в средневековых одеяниях наших иерархов ВКЛ – православных, а затем униатских.
Однако этот вопрос, конечно, остается дискуссионным (особенно в связи с польским красно-белым флагом, об истоках которого тоже много спорят). Но вернемся к письму читателя.
О ГЕРБЕ «ПОГОНЯ»
Александр Никодимович Басов далее пишет:
«Теперь о гербе «Погоня». В книге постоянно напоминается про крест Евфросинии Полоцкой. Крест Евфросинии не имеет к «Погоне» никакого отношения. Вы считаете форму этого креста уникальной и неповторимой? Я привожу Вам рисунки подобных крестов того времени (см. рисунок). Их масса (есть еще).
Как видите, я поместил последним крест анжуйской династии, правившей в Венгрии в средние века, и именно он идеально совпадает с крестом на щите всадника на надгробье Ягайло в Кракове (кстати, этот крест и сегодня на гербе Венгрии). Случайно? Лично я считаю, что нет.
В европейской геральдике того времени было принято вносить в свой герб детали герба рода, с которым владелец герба породнился в результате брака. Не является загадкой, что польская королева Ядвига (имени точно не помню), благодаря браку с которой Ягайло взошел на польский трон, принадлежала именно к этому роду. Так что, копируя всадника с надгробия в Кракове для герба Беларуси 1991-1995 годов, художник поступил неправильно – крест надо было изменить. И это надо будет сделать при восстановлении герба (кстати, я бы взял за основу герб из Статута ВКЛ).
Что касается креста Евфросинии Полоцкой, то, являясь православной монастырской святыней (да еще женского монастыря), был ли он вообще известен Ягайло? Я бы не стал утверждать положительно.
Кроме того, Ягайло на момент смерти был католиком (иначе он никак не мог занимать польский престол). И вряд ли на могиле католического короля, на его гербе поляки-католики стали бы изображать православную святыню. Это нонсенс. Я уже опубликовал эту свою гипотезу за рубежом. Так что прошу: в следующем издании уберите это постоянное напоминание о полоцком кресте. Оно неуместно и исторически неоправданно. В остальном книга хорошая и интересная».
* * *
Концепцию о том, что на щите всадника «Погони» на саркофаге Ягайло в Кракове изображен крест Евфросинии Полоцкой, первым высказал, видимо, беларуский историк Игорь Литвин. В своей книге он специально рядом приводит фото саркофага Ягайло – и памятник, поставленный Евфросинии в Полоцке – она в руках держит шестиконечный крест с малым верхним перекрестием. (Цель автора ясна – показать, что «Погоня» - это наш древний православный герб, а не нечто «чуждое».)
Вроде бы крест тот же самый, но как все верно объяснил наш читатель, крест «тот – да не тот».
В целом, рассуждения Александра Никодимовича кажутся вполне логичными: в Кракове «подправили» крест на манер анжуйской династии. Вполне может быть. Подобные правки герба происходили нередко – исходя из тех или иных конъюнктурных соображений. Это можно проследить на примере, скажем, гербов наших губерний и городов в составе царской России: вначале там на щите крест с параллельными полосами, затем нижняя становится повернутой в сторону (как нижняя перекладина на восьмиконечном кресте РПЦ Москвы), а потом крест на щите всадника «Погони» вообще становится впервые в своей истории – восьмиконечным крестом РПЦ Москвы.
Однако все-таки кажется верной логика наших художников Я.С. Кулика и В.Я. Круковского, которые нарисовали герб для Республики Беларусь в 1991 году – изобразив там нечто среднее между крестом Евфросинии и крестом на саркофаге Ягайло. Ведь крест Евфросинии Полоцкой (вообще-то, византийский) считается ОБЕРЕГОМ БЕЛАРУСИ, а потому он и должен быть на ее гербе. То есть, смысл понятен.
Кроме того, пусть крест на щите всадника с саркофага Ягайло и не является крестом Евфросинии Полоцкой. Но ведь дело в другом: был ли на ИЗНАЧАЛЬНОЙ «Погоне» (нашей, а не «краковской») крест Евфросинии?
ЗАГАДОЧНАЯ «ПОГОНЯ»
Герб «Погоня» не принадлежит Республике Летува по массе причин. Собственно говоря, в 1935 году премьер-министр этой страны Тубалис на сойме официально заявил про ее «нелитовское» (то есть не жемойтское) происхождение и сообщил, что идет работа по созданию настоящего оригинального герба этой страны. Он хорошо известен – это «Медведь», герб территории Республики Летува и в составе Российской империи, и в составе Речи Посполитой, и в составе ВКЛ.
Само название герба «Погоня» никак не могло появиться в восточно-балтском языке жемойтов и аукштайтов. Мало того, они до середины второго тысячелетия нашей эры оставались язычниками и не были христианами – так что нелеп для них герб с христианским крестом, который был введен, как общепринято считать, еще князем ВКЛ Витенем – а на самом деле существовал и ранее.
В.У. Ластовский приводит в 1910 году в своей книге «печать Миндовга»: это «Погоня» в окружении рунической надписи (ныне расшифрованной как «Печать князя Миндовга»), а на щите всадника – шестиконечный крест. Датировка – примерно 1250-е годы. Сам Миндовг – прусской король (в Великой Хронике Польской на латыни – Мендольф), который из своей прусской Погезании ушел в Новогрудок, создав тут ВКЛ как страну мигрантов с Полабья, Поморья и Порусья (Пруссии)..
И вот самое интересное – КАКОЙ крест на щите всадника? Какой ветви христианства – если это не крест Евфросинии? (Святая Евфросиния Полоцкая (1104-1167) – небесная заступница Беларуси; дочь князя, она в 12 лет стала монахиней.)
Чтобы что-то понять в этом вопросе, надо вернуться к главному – откуда вообще взялся шестиконечный христианский крест.
Александр Никодимович нарисовал пять его вариаций (были, верно, и многие другие). Но самые древнейшие вариации происходят от креста с полумесяцем под перекладиной.
Крест с полумесяцем – древнейший православный крест, существовавший во времена, когда ислам еще являлся ветвью православия. Раскол с исламом произошел в 1180 году, на мечетях появились полумесяцы, а на православных крестах полумесяцы оставались еще долго (на некоторых храмах – до сих пор).
Московский историк Алексей Бычков в книге «Ледовое побоище и другие «мифы» русской истории» (М., АСТ, 2008) пишет:
«С 602 года правоверные и православные молились в одних и тех же храмах, на куполах которых сияла восьмиконечная звезда в полумесяце. Потом правоверные оставили только полумесяц, а православные, немного исказив звезду, превратив ее в крест с лучами, оставили сей крест с полумесяцем. Такой крест и поныне можно увидеть на русских церквах».
Б.А. Успенский в книге «Крест и круг: Из истории христианской символики» (М., 2006, с. 225-258) пишет:
«Такого рода крест встречается в древнейший период при изображении церкви на миниатюрах и клеймах икон. Так, например, мы встречаем его на миниатюрах так называемого Служебника Антония Римлянина начала XIV в., Федоровского евангелия 1321-1327 гг., Симоновской псалтыри второй четверти XIV в., хроники Георгия Амартола середины XIV в., Сильвестровского сборника XIV в., Часослова 1423 г. Кирилло-Белозерского монастыря, Псалтыри 1424 г. Кирилло-Белозерского монастыря, сборника до 1426 г. Кирилло-Белозерского монастыря, Лествицы конца XV в.; на клеймах киевской иконы Николы Зарайского начала XIV в. (Третьяковской галереи), новгородской иконы Николы с житием из церкви Бориса и Глеба ХIV-XV в. (Новгородского музея-заповедника) и на иконе Николы Можайского из Троице-Сергиева монастыря начала XV в. (Третьяковской галереи)».
Надо добавить, что в древности (до XIV века) такие кресты были распространены и в Литве (ныне Беларуси).
Б.А. Успенский пишет: «Следует при этом иметь в виду, что крест с полумесяцем представляет собой одну из древнейших форм креста на русских храмах. Другой распространенной формой русского купольного креста является так называемый восьмиконечный крест, т. е. крест, максимально приближенный к изображению Распятия (с верхней перекладиной, символически представляющей таблицу с надписью над головой Христа, и косой нижней перекладиной, обозначающей подножие). Обе формы имеют канонический характер, но при этом купольный крест с полумесяцем является более старой, а восьмиконечный крест — относительно более новой формой.
Форма купольного креста явилась предметом специального постановления Стоглавого собора 1551 г. ...Определено было впредь ставить кресты по образцу креста на московском Успенском кафедральном соборе... Как видим, восьмиконечный крест на куполе Успенской церкви в Московском Кремле, поставленный непосредственно перед Стоглавым собором (в 1550 г.), представлял собой новое для того времени явление; при этом отмечалось, что ранее кресты ставились «по древнему закону», — вполне вероятно, что при этом могли иметься в виду кресты с полумесяцем...
Постановив впредь ставить на церквах восьмиконечные кресты, Стоглавый собор не вынес решения о замене старых крестов, поставленных «по древнему закону»; несомненно во всяком случае, что кресты с полумесяцем продолжали существовать и после собора, т. е. оба интересующих нас типа купольного креста — восьмиконечный и с полумесяцем — сосуществовали друг с другом».
В Полоцком княжестве времен Евфросинии равно употреблялись как крест со вторым перекрестием, так и крест с полумесяцем. Не вызывает сомнений, что это второе перекрестие – и есть бывший полумесяц, а обе формы пришли в Полоцк из Византии. Сам знаменитый крест Евфросинии был изготовлен полоцким ювелиром Лазарем Богша в 1161 году – то есть еще до раскола с исламом (1180).
Этот же крест изображен на «пограничном камне княжества Полоцкого», который находится недалеко от Орши. На нем дата – 1171 год и имя Рогволода (в христианстве Василя) – князя Полоцкого, Слуцкого и Друцкого, он умер в 1223 году на 69 году жизни в г. Юрьеве (Дерпте, ныне Тарту, Эстония). Второй такой же камень лежал возле Дриссы (ныне Верхнедвинск, Беларусь).
Итак, вариант 1: крест на «Погоне» Миндовга мог быть перенят у вошедшего в состав ВКЛ Полоцкого княжества, и в таком случае – это крест Евфросинии Полоцкой. Даже если это не так, в будущем на гербах Полоцка и Витебска фигурирует все-таки крест Евфросинии (пусть даже как «адоптация» герба к своим реалиям).
А вот вариант 2.
Датировка «Погони» Миндовга примерно совпадает со временем его крещения в католичество и принятием им титула короля (что, возможно, отражает корона в верхней части печати, однако следует помнить, что королем Пруссии – точнее, Погезании – был еще отец Миндовга Рингольд, а потому корона может означать титул короля Погезании). В такой версии крест – какая-то модификация именно католического креста.
Однако тут много неясного. В строках, стоящих в книге В.У. Ластовского рядом с изображением «Печати Миндовга», сказано:
«Миндовг в 1252 году принял католичество и с позволения Папы короновался на короля Литовского, думая таким способом избавиться от нападений крестоносцев. Этот же самый Миндовг в 1255 году достал разрешение от Папы короновать своего сына Войшелка или Василя (двух имен) на Короля Русского, которого думал посадить в Полоцке».
Таким образом, печать может равно относиться и к Полоцку, и в таком случае на ней – полоцкий крест.
И, наконец, вариант 3.
По мнению ряда историков, шестиконечный крест с двумя перекладинами являлся крестом и ариан (древней христианской секты, которую считали еретиками и католики, и православные). Арианство исповедовали викинги и варяги, славяне Полабской Руси (ободриты, русины и лютичи), славяне Поморья (лужичане), западные балты Пруссии погезаны Миндовга – что для нас важно в вопросе печати Миндовга.
Вацлав Ластовский писал:
«Или христианство к нам пришло через Киев, когда принял его Владимир, или же намного раньше через Скандинавию, - это еще не разгадано, но то является точным, что в Полоцке и Турове епархии появились очень рано, а во время крещения Руси Киевской у нас знали христианские догматы, были уже монастыри».
Скандинавские народы исповедовали не латинское или греческое христианство, а особую веру – арианство. Арианство к ним пришло в IV веке «окружным» путем, минуя Рим и Византию – сначала из Египта в Исландию, а из Исландии – в Полабье и Поморье; Библия и другие святые тексты писались руническим письмом. Фактически арианство являлось египетским православием, и его сегодня аналог – это православие Эфиопии, в котором тоже не признается Троица.
Папы римские Лев III (795-816), Бенедикт III (855-858) и другие держатели римского стола направляли специальные послания «клирикам» росов-русов Полабья, так как общины русов (они были арианами) продолжали держаться обособленно от остальных христиан. Их русинская вера – это арианство, течение в христианстве в IV-VI вв. Его зачинатель – священник Арий (умер в 336 г.) из г. Александрии. Ариане не принимали один из основных догматов официальной христианской церкви о единосущности Бога-отца и Бога-сына (Христа). По учению Ария, Христос как творение Бога-отца – существо, ниже Ему стоящее. Арианство осуждено как ересь церковными соборами 325 и 381 гг..
Очень многое говорит о том, что древние беларусы исповедовали именно арианство, принесенное сюда с Полабья.
В третьей части книги («От смерти Витовта (1430 г.) до Любленской Унии (1569 г.)») в рассказе о Реформации на территории Беларуси Ластовский отмечает:
«В это самое время [когда Николай Радзивилл (Черный) в короткое время основал в Беларуси 163 кальвинистских собора] мозырьский земский судья Степан Лаван распространял вместе с Будным и Матавилой социанизм и арианизм (наука арианов не признавала Христа за сына Божьего, считая его человеком). Каждая из этих новых религиозных сект – а их было несколько десятков – имела своих широких сторонников и верующих».
Но арианство – это вовсе не новое течение в рамках Реформации. Наоборот – это архаичная вера, созданная еще до Вселенских церковных соборов, на которых была введена Троица. Почему же арианство так распространилось во время Реформации в Беларуси (и не было известно ни в Польше, ни в Украине, ни в Чехии)? Очевидно, только потому, что арианство было «реанимировано» как еще не забытая в народе древняя вера беларусов, которую насильственно искореняла РПЦ Киева. И вера эта пришла сюда с Полабья – вместе с самим народом.
НАША РЕКОНСТРУКЦИЯ СОБЫТИЙ
Наиболее вероятным кажется третий из изложенных выше вариантов. На печати Миндовга – руническая надпись, а святые тексты ариан писались именно руническим письмом. По этой причине они массово уничтожались потом католиками и православными без разбору – ксендзы и попы не понимали руники и сжигали все подряд, на рунике написанное, так исчезла почти вся руническая литература полабцев, поморов, пруссов – и наша в том числе.
Соседство с рунической надписью говорит об арианском характере креста с двумя перекладинами. Будь этот крест католическим – его сопровождала бы латиница, а будь он православным – кириллица.
Сама эта печать Миндовга – отражает возникновение Литвы-Беларуси, литвинов-беларусов и нашего ВКЛ, к чему не имеют никакого отношения жемойты Самогитии (нынешней Республики Летува).
К 1200 году на территории Беларуси было два главных этноса (оба – западные балты): кривичи Полоцка и ятвяги Дарагичина (в 1945 году Сталин отдал эту столицу ятвягов вместе со всей Белосточчиной Польше). Этническая граница между ними проходила по Минской области. Это были родственные народы: в долитовский период в Полоцке (бывшем с 1181 по 1190 год Республикой) правила ятвяжская династия Мингайло (после смерти Мингайло его сын Гинвилл-Юрий, потом его сын Борис).
И ятвяги, и кривичи говорили на западно-балтском языке, родственном тогда языку мазуров, погезан, лютичей и лужичан (этот язык был наиболее близок славянскому – то есть языку ляхов, ободритов, киевлян). Правда, в городах Полоцкого княжества преобладал славянский язык – под влиянием их нахождения на пути «из варяг в греки» (которым владели ободриты Рюрика) и под влиянием нахождения в сфере Киевского православия (Киев был проводником греческой веры).
К 1200 году Ятвяжское и Полоцкое княжества были объединены в прочный военно-политический союз и являлись, по сути, уже прообразом единой страны и единого народа: их объединяла не только этническая западнобалтская идентичность. Их объединяли и многие победы общего ятвяжско-полоцкого (то есть беларуского в нынешнем понимании) войска над Киевом – за свою свободу от него.
В военном и цивилизационном плане Ятва и Крива не представляли собой ничего особенного, и, даже объединившись к 1200 году в прообраз будущей страны с единым этносом ятво-кривичией (с присутствием еще дайновичей Дайновы, столица Лида), вряд ли могли бы стать чем-то значимым на политической карте той эпохи. Они с попеременным успехом сопротивлялись попыткам Киева вернуть тут свое господство (Полоцк на 70-90 лет был захвачен киевским князем Владимиром, но освободился при помощи ятвягов в том числе).
И вдруг происходит ЧУДО! Этот край, мало кому известный и ничем ранее себя не проявлявший (кроме отчаянного сопротивления Киеву) – вдруг становится полюсом ЧУДОВИЩНОЙ СИЛЫ (военной и цивилизационной), которая – под именем Литвы или ВКЛ – захватывает за кратчайший срок огромнейшие земли от Балтики до Черного моря. «Из ничего» рождается крупнейшее государство Европы, поглотившее в себе моментально и саму Киевскую Русь.
Откуда? Как? Почему?
Ответ на эту загадку не имеет никакого отношения к коренному населению этих земель – ятвягам и кривичам, а тем более к жемойтам, которые в ту пору были туземцами, не имевшими гончарного круга и кирпича, не знавшими обработки металла и городищ. Жемойты тогда жили в землянках в чаще лесов, воевали каменными топорами, были язычниками и не имели письменности.
Но ответ прост – Литва-ВКЛ была создана в Новогрудке мигрантами с Полабья, Поморья и Порусья – как своя новая страна, «Земля обетованная».
Немецко-польская экспансия в Балтике вызвала «новое переселение народов». Полабцы сначала бежали в Поморье. Оттуда были изгнаны в Порусье (Пруссию). Уже из Пруссии – все бежавшие были изгнаны к нам в Новогрудок.
По разным и приблизительным оценкам историков, за сравнительно небольшой период в несколько десятилетий в земли вокруг Новогрудка (первой столицы ВКЛ) мигрировало:
- до 100 тысяч пруссов (в основном погезан из Погезании Миндовга);
- около 60-80 тысяч лютичей Лютвы Поморья;
- около 60-80 тысяч лужицких сорбов;
- около 30-60 тысяч ободритов;
- около 20 тысяч русинов острова Русен (Рюген);
- около 40-60 тысяч русинов Руси-Помазовья (Помезании; многие из них, впрочем, являлись теми же ободритами, русинами, лютичами и лужичанами, которые до последнего защищали Помезанию-Русь от немцев);
- плюс другие славяне и балты.
Мигрировало в основном население городов Полабья, Поморья и Порусья – поэтому эти мигранты были ценны в цивилизационном плане. Например, в Новогрудке «невесть откуда» тогда появилась крупнейшая в Восточной Европе алхимическая лаборатория, чего даже в намеке не было у всех соседей, плюс там же появились самые передовые производства стеклолитейные, по обработки стали и прочие. И ценны в военном плане – ибо большинство мигрантов составляли княжеские дружины (с семьями и слугами).
Тут следует напомнить, что Пруссия являлась вовсе не моноэтническим «образованием пруссов», а сами пруссы – это собрание совершенно разных племен. На западе Пруссии в Помезании (второе название – Русь или Рейсен у немцев) жили русины-славяне, Помезанией правил князь Святополк. Далее лежало «сердце Пруссии» - это Погезания Миндовга, ее население – западные балты, родственные кривичам, дайновичам, ятвягам, мазурам, лужичанам и лютичам. А далее – это земли восточных балтов Вармия, Барта, Надровия, Самбия, Скаловия и пр. Там население было родственно жемойтам и латышам, оно особо и не сопротивлялось немецкой экспансии, так как считало себя слугами погезан и русинов-помезан. Все сопротивление немцам заключалось только в Помезании Святополка и в союзной ему Погезании Миндовга. Когда два этих очага сопротивления пали – вся Пруссия стала немецкой.
До 1219 года Новогрудок являлся городом, лежащим на этнической земле ятвягов (Ятва, Ятвягия). С этого года он перестает быть Ятвой и становится Литвой, им правят уже литвинские (Лютвы) князья Булевичи и Рускевичи, мигранты с Поморской Литвы, которые и закрепили эту свою новую власть в Договоре 1219 года с князьями Галицкой Руси.
Об этом переселении было известно давно. Этот факт сообщался в скандинавской «Саге про Тыдрека Бернского» (XIII век). В ней говорилось, что князь Вилькин (то есть князь вильцев-лютичей) со своими воинами пошел на восток и захватил Полоцк и Смоленск. Он оставил там свое войско, а сам вернулся в «страну Вилькинланд», то есть страну вильцев-лютичей (Урбан Павла. Древние литвины. Язык, происхождение, этническая принадлежность. Мн., 2003. С. 71.) Очевидно, это «преданье о древнем переселении части вильцев-лютичей с запада на восток». Причем, в нем указано, что не только вильцы-лютичи ушли в Новогрудок, но заодно подчинили себе и землю кривичей, которая тогда была под управлением династии ятвяжских князей и в теснейшем союзе с Ятвой.
Далее эта «Земля обетованная» является местом миграции вообще всех с Полабья, Поморья и Порусья – под руководством Миндовга и Святополка, которые демонизируются в «Великой Хронике Польской».
Хроника пишет, что Миндовг, бежав к нам в Новогрудок со всеми этими мигрантами, объединил под своим началом их в 30-тысячное (что огромно для той эпохи!) войско «пруссов и литвинов» (первое упоминание о Литве в хронике!) – и этим огромнейшим войском вторгся в Польшу. Прошелся по всей Польшей, сжигая ее города (в том числе наиболее разорил Плоцк, что возле Кракова), а также на время отвоевал у немцев Пруссию, где истреблял тевтонов и вешал всех прусских коллаборационистов.
Итак – вот самое первое упоминание в источниках о том знаменитом 30-тысячном рыцарском войске ВКЛ, которое и будет создавать Литву от Балтики до Черного моря (и само, и их дети и внуки).
После этих разорений польской земли – поляки отказались от самой мысли соперничать с нами, а затем приняли нашу сторону в конфликте с немцами (Грюнвальдская битва 1410 года). Однако урок полякам дал именно Миндовг – что запомнили навсегда и что отражено в трагических главах «Великой Хроники Польской» о нашествии с нашей стороны – причем, ничего подобного никогда ранее не было в истории отношений нас как соседей: до этого ятвяги никогда так не опустошали земли ляхов.
В землях нашего Новогрудка в 1219-1260-х годах было создано совершенно новое государство мигрантов – Литва. Имя свое оно взяло от первых сюда мигрировавших лютичей и их князей Булевичей и Рускевичей, но вот в этническом плане это было объединение и русинов-славян Полабья, и лютичей-вильцев, и погезан Миндовга, и лужичан. Причем, лужицкая культура сегодня наиболее близка беларусам (может, потому, что единственная сохранилась в Германии и нет возможности с чем-то иным сравнивать в этом вопросе). Польский исследователь Т. Лер-Сплавиньски признавал факт миграции носителей лужицкой культуры с области между Лабой и Одрой – в западную часть Беларуси (Lehr-Splawinski T. Poczatki ekspansji slowian ku Wschodowi. // Slavia Antiqua. T. IX. 1962. C. 5.)
Таким образом, в Западной Беларуси оказался чудовищный наплыв населения (в разы больше местного ятвяжского), который создал и новую страну – ВКЛ. Эти мигранты принесли с собой не только неизвестное до того тут и в Жемойтии (нынешней Республике Летува) слово «Литва», но и свой герб «Погоня».
«Погоня» была до нашей Литвы у князя Помезании Святополка:
«Святополк — первый поморский князь, получивший титул «dux», что означало одновременно суверенную власть и независимость. Эту идею отражала символика герба Святополка: рыцарь на коне со щитом и знаменем (Czaplewski P. Tytulatura ksiazat pomorskich do poczatku XIV w. // Zapiski TNT 1949. T. 15. S. 9-61.).
Скачущий влево всадник был изображен и на печати поморского князя Богуслава I в 1214 г. и его преемника Казимира II, Барнима I Поморского в 1235 г., и этот древний полабский герб просто перекочевал к нам вместе с переходом в наши земли самой Литвы лютвинов и вообще поморов.
Польский историк Ежи Довят сообщает:
«Богуслав I, князь Западного Поморья, титуловался princeps Liuticorum» (Dowiat Jerzy. Pochodzenie dinastii zachodnio-pomorskiej i uksztaltowanie sie terytorium ksiestwa Zachodnio-Pomorskiego. // Przeglad historyczny. Tom XLV. Zeszyt 2-3. Warszawa, 1954).
То есть «князь лютичей, лютицкий, литовский».
Вот и полное совпадение: Богуслав I – и князь литовский, и «Погоня» его герб. Вот откуда все это к нам пришло – и Литва, и «Погоня». Печать Миндовга была только ее территориальным вариантом в Погезании (ибо она была точно так у Святополка в Помезании, главного брата и союзника Миндовга в борьбе с польско-немецкой экспансией).
ДРУГАЯ БЕЛАРУСЬ
Все это показывает абсурдность не только фантазий летувисов о том, что они, дескать, создали огромное ВКЛ, но равно и абсурдность точно таких фантазий уже наших беларуских историков. Великая страна ВКЛ была создана не усилиями наших местных племен, а мигрантами с Полабья, Поморья и Порусья. Это, думаю, следует, понять и осознать. По поводу Летувы-Жемойтии наши историки говорят (приводя массу аргументов), что ее маленький народ не мог управлять огромной страной ВКЛ. Но ведь это в какой-то мере относится и к нам: без мигрантов мы бы точно так никогда не создали крупнейшую страну «от моря до моря», владея Украиной и Центральной Россией.
Разница между нами и населением Республики Летува только в том, что эти мигранты (славные создатели у нас Литвы-ВКЛ) за века растворились в куда большей степени ИМЕННО в нашем этносе. Мало того, они, очевидно, оказали огромнейшее культурное влияние на этнос беларусов. Показательно, например, полное тождество культур беларусов и лужичан (очевидно, и лютичей). Национальные имена (Ян, Янка, Якуб, Янина, Алесь, Алеся и пр.), фамилии всех местных на 90% только на «-ич» (чего совершенно не было у исторических киевлян, ляхов, московитов). И многое прочее, что касается именно культуры. В этом аспекте беларусы наиболее близки лужичанам (лужицким сорбам Берлина, Дрездена-Дрезно и Лейпцига-Липецка), чем украинцам, полякам и русским.
Поэтому Беларусь до сих пор в национальном аспекте отражает этнические корни Полабья, Поморья и Порусья (Пруссии) – которые впитала в себя, вобрав мигрантов оттуда и став ВЕЛИКОЙ ДЕРЖАВОЙ именно из-за этой миграции. Фактически, за многие века эти мигранты растворились в среде ятвягов и кривичей (или, точнее, наоборот), а это смешение и является ныне беларуской нацией.
Есть разные оценки той миграции; более верной, на мой взгляд, является такая: население Западной Беларуси тогда, в эпоху создания ВКЛ, выросло минимум в 5-7 раз. Другие исследователи горят: в 10-12 раз. В любом случае это – полное изменение лица региона. В демографическом плане, в цивилизационном, в военном и политико-государственном.
С точки зрения исторических концепций сей «запал экспансии ВКЛ» был задан только тем, что к нам мигрировали в большей части горожане и княжеские дружины, то есть цеховики и рыцари. Прошло несколько веков – весь этот «запал» канул в Лету. Мы стали снова сами собой – «нормальной» Литвой-Беларусью, в которой уже не было избытка воинства. Отсюда стали «хиреть» в военном плане, уже давно не являясь пугающей всех «военной Литвой». И все кончилось разделом Речи Посполитой, где наши военные силы были уж совершенно слабы и карикатурны.
Эта концепция, как кажется, позволяет объяснить и появление Литвы-ВКЛ, и ее огромнейшее в свою эпоху Государство, и его кризис, закат и гибель.
Но это, конечно, только одна из точек зрения на нашу историю – точнее, на тенденции, которые этой историей управляли.
УНИКАЛЬНОСТЬ БЕЛАРУСОВ
Эти представления об истоках беларусов позволяют иначе взглянуть и на знаменитую беларускую толерантность, которую традиционно объясняют тем, что Беларусь находится «на перек
Вадим ДЕРУЖИНСКИЙ
«Аналитическая газета «Секретные исследования»
Не утихают споры о том, кем являются беларусы – славянами или балтами.
22 октября 2010 года агентство БелаПАН распространило заявление на пресс-конференции заведующего лабораторией нехромосомной наследственности Института генетики и цитологии Национальной академии наук, член-корреспондента НАН Беларуси Олега Давыденко. По его словам, исследование по этногеномике беларуского народа проводилось в 2005-2006 годах. В ходе него было изучено около тысячи проб ДНК коренных беларусов шести географических районов: северное Подвинье, западно-восточное Полесье, центральная, восточная и северо-западная Беларусь.
Олег Давыденко, в частности, сказал:
«Основной результат исследований: белорусы — это индоевропейцы, славяне (а никакие не балты). Во-вторых, наиболее близкие родственники к нам по числу генетических систем — это русские и украинцы. Ближе всего к этой группе славян стоят балты, следующие по близости — германцы, остальные все от нас дальше».
Эти заявления вызвали большой резонанс в стране, были перепечатаны многими газетами. Всех удивило, что суждения Давыденко противоречат суждениям других беларуских ученых. Так, 30 июня 2010 года СМИ Беларуси распространили интервью с антропологом и генетиком Беларуси, доктором биологических наук, лауреатом Государственной премии Беларуси А.И. Микуличем «История белорусов зашифрована в их крови». Известнейший ученый разоблачил миф о каком-то «родстве» беларусов и русских: русские являются славянизированными финнами, а беларусы генетически наиболее близки вовсе не русским и украинцам, а мазурам Польши – т.е. западным балтам.
Интересно, что в феврале 2011 года на Первом телеканале РБ показали передачу «Генетический код», в которой Олег Давыденко снова повторил, что «беларусы – это славяне, никакие не балты», но в этот раз он привел свою аргументацию этого тезиса. Он заявил: «У летувисов в генах 35-37% финской гаплогруппы, а у беларусов только 9-14%. Если бы беларусы были балтами, то у них тоже должно было быть около 35% финской гаплогруппы. Поэтому беларусы – славяне, никакие не балты».
Удивительная логика! Какое вообще отношение к «балтийскости» имеет финская гаплогруппа? Она показывает только степень смешения с финнами, но равно это смешение может быть у разных народов. Например, у татар 20% финской гаплогруппы, у ненцев – 38%, но это же не означает, что татары и ненцы – это балты.
Да, у латышей 41% финской гаплогруппы, но этот показатель появился после смешения с финским племенем ливов. У эстонцев 34%, но при этом ни ливы, ни эстонцы – НЕ ЯВЛЯЮТСЯ БАЛТАМИ.
Следует понимать, что финны – не индоевропейцы, а балты – индоевропейцы, причем самые архаичные (западнобалтский язык пруссов лежал в основе индоевропейских языков, включая санскрит). Поэтому балтов нельзя рассматривать как смешение индоевропейцев с финнами – лингвистика такой подход отрицает. Что касается генофонда летувисов и латышей, то Олег Давыденко должен был наоборот сказать, что их нельзя считать в полной мере балтами из-за значительного смешения с финнами. В этом плане беларусы как раз намного более чистые балты, чем летувисы и латыши. Западнобалтской является гаплогруппа R1a, показатель которой наиболее высок у славянизированных (по языку) западных балтов: на первом месте стоят лужицкие сорбы (63%), на втором мазуры Польши (57%), на третьем беларусы (50%). Ретроспективно показатель R1a на уровне 60% должен был быть у западнобалтских племен ятвягов и погезан (пруссов) Миндовга, которые не граничили с ареалом финнов. Это и есть балты в чистом виде, а вовсе не летувисы или латыши.
СТАРЫЕ СПОРЫ
Концепцию, именуемую «теорией балтского субстрата беларусов», сформировали и аргументировано доказали в своих исследованиях академик Ефим Карский, известный российский археолог профессор Валентин Седов, беларуский историк Николай Ермолович, польский лингвист Я. Розвадовский, американский лингвист Ю. Шерех и многие другие ученые. Однако ее категорически запрещали в СССР и предписывали говорить словами Олега Давыденко: «белорусы — это славяне, а никакие не балты».
Об этом рассказывает в своей работе «Балтский субстрат в формировании беларуской народности» доктор философских наук (1969), профессор (1970) Георгий Петрович Давидюк (1923 г.р.):
«Российские историки в своем большинстве до сих пор выступают против теории балтского субстрата. В основе их аргументации лежат постулаты, сформулированные идеологами царского самодержавия и Русской православной церкви, а позже воспроизведенные идеологами ЦК КПСС. Таково «научное обоснование» шовинистической политики правителей России всех времен.
…Труднее понять, почему некоторые беларуские историки после обретения независимости в 1991 году продолжают рьяно защищать выдумки о «родстве» беларусов и россиян, их «славянской чистоте», о «братской любви» россиян к беларусам.
…Идейные вдохновители [их] в 60-70-е годы ХХ века организовали борьбу против теории «балтского субстрата». Уже в тот период она поставила под сомнение «славянскую чистоту» происхождения беларусов, равно как и теорию единой древнерусской народности, из которой будто бы вышли русские, украинцы и беларусы. А это под корень уничтожало «научные» концепции многих беларуских историков – академиков, членов-корреспондентов, докторов и кандидатов наук. Поэтому они решительно выступили против этой теории, защищая собственное благополучное существование.
В 1973 году в Минске пытались организовать Всесоюзную научную конференцию на базе Института истории АН БССР по проблеме этногенеза беларусов, с той целью, чтобы «разбить идейно-порочную теорию балтского субстрата». Однако в тезисах многих докладов, присланных на конференцию, содержалась поддержка этой теории. Это напугало высшее партийное руководство БССР, затеявшее проведение форума. Оно спустило «директиву»: конференцию не проводить. Директору Института истории Н.В. Каменской поступило телефонное «указание» от секретаря ЦК КПБ по идеологии А.Т. Кузьмина: «материалы конференции уничтожить». Каменская, в свою очередь, приказала заведующему сектором профессору Адаму Залесскому сжечь тексты докладов, присланных на конференцию. Заядлый великорусский шовинист, ненавистник всего беларуского, Залесский с великой радостью выполнил приказ директора института.
В то время я работал в Институте философии и права АН БССР заведующим отделом социальных исследований. Однажды директор нашего института академик Казимир Буслов под секретом рассказал мне об этом злодеянии людей, смеющих называть себя учеными.
В настоящее время, несмотря на отсутствие прямого идеологического вмешательства властей и проправительственных организаций в научную деятельность, ряд историков Беларуси все еще отстаивает теорию «славянской чистоты» беларусов. Поэтому в журналы по общественным наукам, выпускаемые государственными издательствами (например, в журнал «Беларускi гiстарычны часопiс»), а также в школьные и вузовские учебники «теория балтского субстрата» по-прежнему не допускается. Приходится ждать, когда научная концепция балтского субстрата, достоверно отражающая реальность, преодолеет догматизм и рутину беларуской историографии и займет в ней достойное место».
Как видим, еще в СССР активно прятали факты, указывающие на балтийское, а не славянское происхождение беларусов. Взглянем и мы на эти факты без догматизма ЦК КПСС.
ПРЕДЫСТОРИЯ БЕЛАРУСОВ
В октябре 2010 года вышел в свет сборник работ беларуских ученых «Предыстория беларусов с древнейших времен до XIII века» (Минск, Харвест, 2010, 544 с.). В разделе «Беларусы в генетическом пространстве» А.И. Микулич пишет:
«Обобщенный анализ позволил выяснить, что генофонды беларусов, а также смежных районов Летувы и России почти не различаются между собой».
Это не означает родства беларусов с восточными балтами или с русскими, а только показывает, что данные территории (Виленщина, Смоленская, Брянская области) являются этнически беларускими. Это совпадает с картами проживания беларуского этноса, составленными Риттихом (1875), Карским (1903), Московской Диалектологической Комиссией (1915), Станкевичем (1921). Поэтому сравнение генофонда у населения внутри области проживания беларуского этноса – это не сравнение генофонда беларусов с генофондом летувисов или русских, а сравнение беларусов с беларусами (хотя в Летуве и России они уже и не считаются беларусами).
А. Микулич отмечает (стр. 179):
«Этнические облака» беларусов и украинцев достаточно компактны и в графическом пространстве двух главных компонент существенно перекрываются. Русское же «облако» весьма размыто, и лишь незначительная его часть перекрывается с предыдущими двумя. Если украинский этнос вообще не граничит с финно-угорским, а беларуский лишь достигает его границ, то русский этнос фактически смешивается с ним (находится в одном кластере с ним)».
Он ссылается и на российские исследования (стр. 151): «…то «русские популяции во всех диаграммах оказываются в одном кластере с финно-угорскими, а не славянскими этносами» (Лимборская С.А. и др., 2002)».
Стр. 153: «На карте генетических расстояний населения Восточной Европы от средних беларуских частот генов (см. карту 7), построенной на основе значительного количества маркеров (57 аллелей 21 локуса), прекрасно видна своеобразная особенность генофонда беларусов. К ним присоединяются коренные жители Псковской, Новгородской, Смоленской и Брянской областей, Виленского края, Украинского Полесья».
Согласно этой карте, беларусы также идентичны по генам населению восточной половины Летувы и Латвии, но при этом абсолютно не родственны населению Московской области и восточнее ее.
На карте 8 наложены территория расселения прабеларуского этноса, территория расселения балтов, границы ВКЛ и БНР в 1918 г, граница РБ сегодня. Прабеларуский этнос охватывает указанные выше районы и целиком лежит на территории расселения балтов.
Везде в своей работе А. Микулич подчеркивает, что беларусы генетически и антропологически минимум в три раза старше славян и остаются по генам и антропологии балтами.
Стр. 99: «Согласно нашим расчетам по «генетическим часам», этот срок [рождение беларуского этноса] для коренных сельских популяций углубляется до 130-140 поколений (3250-3500 лет)»
Теперь посмотрим, что заявляет О. Давыденко.
«Основной результат исследований: белорусы — это индоевропейцы, славяне (а никакие не балты). Во-вторых, наиболее близкие родственники к нам по числу генетических систем — это русские и украинцы», — сказал Давыденко.
Но славяне – это не раса, а – цитирую книгу на стр. 72: «Иными словами, то, что мы сегодня считаем славянскими землями, - это огромная масса разноэтничного народа, лишь постепенно славянизированного [только по языку]».
Как, например, можно считать в расовом плане русских славянами, если «русские популяции во всех диаграммах оказываются в одном кластере с финно-угорскими, а не славянскими этносами» (Лимборская С.А. и др., 2002)?
Что понимает ученый под термином «балты»? Он говорит не о древних балтах-беларусах, а о восточных балтах Летувы и Латвии. НО ВЕДЬ НИКТО И НЕ УТВЕРЖДАЛ НИКОГДА, ЧТО БЕЛАРУСЫ – ЭТО ВОСТОЧНЫЕ БАЛТЫ!
В заключении к книге «Предыстория беларусов с древнейших времен до XIII века» беларуские ученые Алексей Дермант и Сергей Санько («Этногенез беларусов: наука и идеология») пишут:
«1) согласно имеющимся сегодня сведениям разных наук исконными обитателями, то есть автохтонами нашего края были балтоязычные племена;
2) консервативность антропологическо-генетического облика беларусов не позволяет принять теорию о массовой славянской миграции на территорию будущей Беларуси;
3) славянизация местного балтского населения имела в основном языковый (частично и культурный) характер;
4) особенности процесса формирования беларуского этнического сообщества соответствуют этногенетической ситуации, когда предполагаемые переселенцы составляли меньшинство, однако через административно-религиозный фактор оно произвело изменения в языково-культурном ландшафте местного населения;
5) балтские корни родословной беларусов находят подтверждение в специфических антропологических, этнографических, лингвистических чертах;
6) они также объясняют факт длительного исторического сосуществования предков беларусов и летувисов в границах одного государства – Великого княжества Литовского, равно как и органический характер его образования».
ИСТОКИ ОШИБОК
Миф о славянах активно насаждался в царской России (выдуман Екатериной II) и в СССР, так как служил великодержавным целям. Понятно, что он насаждался и в антропологии, и многие беларуские ученые продолжают ему следовать даже после развала СССР. В лучшем случае говорят, что ставить вопрос «являются ли беларусы чистокровными славянами или же балтами» - неправомерно. Именно так сказала в одном из своих интервью доктор биологических наук Инесса САЛИВОН:
«- Так балты мы или славяне? - с таким бесконечно дискутируемым вопросом я [журналистка] обратилась к Инессе Ивановне - кто еще может ответить на него наиболее квалифицированно?! Данная проблема - тема ее постоянных научных исследований.
- Предположительно до расселения славян на территории Беларуси преобладало балтское население. Причем довольно многочисленное, о чем свидетельствует тот факт, что и сегодня, зная закономерности наследования устойчивых во времени признаков, можно проследить определенную степень сходства белорусов Гродненской, Витебской и в меньшей степени Минской областей с населением восточных районов Литвы и Латвии. Многие их жители - высокорослые, крупно сложенные. Это тип северных европеоидов. А вот среди населения Полесья чаще встречаются люди ниже среднего роста, с темными волосами и глазами. Эти особенности южных европеоидов, возможно, и привнесены на территорию Беларуси миграционным потоком южной ветви славян.
Лингвистические исследования также показывают, что в Беларуси сохранились древние балтские названия рек и поселений. Например, реки Реста, Брожа, Эса, Цна, деревни Бершты, Ятвезь, Литва, Жемайтишки, фамилии Сурвила, Ловейка, Зыль... Так что есть гипотеза, что до проникновения первых славянских миграций - примерно IV-VI веков нашей эры - на территории Беларуси жили балтоязычные племена.
Но, как бывает, материальный и духовный комплекс культуры пришельцев даже при численном преобладании коренного населения может им постепенно усваиваться. Именно с этого начинается формирование новой этнической общности, происходит смена этнической принадлежности потомков. Такой процесс, судя по всему, происходил и на территории Беларуси при расселении славян, ассимилировавших балтское население. В этническом же плане белорусы сформировались в XIV-XVI веках и уже не на балтской, а на восточнославянской основе. Отсюда в нашей культуре определяющими являются славянские, а не балтские черты. Словом, спорить о том, являются ли белорусы чистокровными славянами или же балтами, неправомерно. Этническая принадлежность определяется не биологическими особенностями, а совокупностью элементов духовной и материальной культуры, самосознанием. Так, в Соединенных Штатах негр и европеоидного облика человек не родственники ни в расовом отношении, ни в национальном - они жители Америки и представляют один этнос».
Этот пример Инессы Ивановны с США и показывает всю абсурдность представлений о том, что со сменой языка якобы меняется антропология – дескать, раз беларусы стали славяноязычными, то перестали быть балтами. На самом деле негр, став говорить по-английски, – НЕ СТАНОВИТСЯ АНГЛИЧАНИНОМ, а балты беларусы, став говорить по-славянски, – НЕ СТАЛИ СЛАВЯНАМИ. А остались балтами – но уже славяноязычными балтами.
Сами славяне – это, как уже говорилось, не некая «этническая группа», а нечто, как раз и напоминающее народ США: пестрая смесь разных рас. Доктор исторических наук Алексей Александрович Бычков – известный российский историк, его последняя книга - «Происхождение славян» (2008). В разделе на эту тему в книге «Предыстория беларусов…» он, в частности, отмечает:
Стр. 62: «Так кто составлял воинскую силу у антов, которых многие исследователи считают «ославянившимися» сарматами (Седов, 1994, с. 273-274; Абаев, 1965)?»
Стр. 72: «Иными словами, то, что мы сегодня считаем славянскими землями, - это огромная масса разноэтничного народа, лишь постепенно славянизированного. …В чем заключается колоссальная ассимилирующая сила славянского языка? Напомним: население современной Польши, Чехии, Словакии – отчасти потомки носителей пшеворской и пражско-корчаковской культур, а отчасти – потомки кельтов, германцев, западных балтов. Но в средние века это сплошь славяне, то есть люди, говорящие на славянских языках и считающие себя славянами.
Население всей полосы европейской степи и лесостепи – это много столетий подряд ираноязычные народы (скифы, сарматы, аланы), а на ее западных рубежах – еще и готы, и фракийцы (геты, даки, карпы). Но уже к Х веку это сплошь славяне, по тем же признакам».
И так далее. Ошибка антропологов налицо: они строят генетическую классификацию «славян» (или «восточных славян») на основе лишь языка – хотя он-то как раз к антропологии никакого отношения не имеет. Точно так английский язык является родным для жителей Гонконга или Индии, но если принять «научную методологию» наших горе-антропологов, то у них китайцы и индусы должны попасть в одну антропологическую и этническую общность с англичанами – только из-за языка, из-за наличия в прошлом мигрантов (колонистов) из Англии и из-за влияния на Гонконг и Индию английской культуры.
При последней переписи населения РФ в русский этнос записалось 160 тысяч бурятов (бурятского не знают, все православные с русскими именами и фамилиями). Согласно принятой «научной методологии» - это уже антропологически и генетически славяне, им надо особую группу выделять среди славян: «очень восточные славяне с узкими глазами».
Если кто-то найдет комичным считать славянизированных бурятов славянами – то с какой стати мы вообще считаем русский этнос славянским? Ведь в нем костяк – это порядка 70 миллионов славянизированных финно-угров «Золотого кольца России» и еще столько же – славянизированные народы Золотой Орды. Они – такие же не индоевропейцы, как и буряты. Они, правда, европеоиды – и только на этом основании кажутся «славянской внешности», хотя под этой фразой всегда понимается только «европеоидная внешность», так как антропологически и генетически эти русские идентичны не чехам или лужицким сорбам, а своим коренным народам России.
Кроме того, все дружно обходят стороной самый таинственный вопрос: откуда же в России взялось 140 миллионов славян? То есть, столько – сколько вообще всех остальных славян мира. И куда исчезли финно-угры РФ и народы Орды?
Инесса Саливон утверждает, что «в Соединенных Штатах негр и европеоидного облика человек не родственники ни в расовом отношении, ни в национальном». Но с какой же стати беларус – это вдруг родственник в расовом и национальном отношении для потомков татарских мурз, перешедших со своими народами на службу московскому царю, - татарина фельдмаршала Кутузова или татарина Карамзина, автора «Истории государства Российского»?
Вот еще вопрос для любителей определять этнос по языку.
У нас в Минске есть приют для детей, больных болезнью Дауна. У них особые черты лица, а многие так и не научились говорить и понимать речь. НО КТО ОНИ ПО НАЦИОНАЛЬНОСТИ? Коль советская антропологическая школа доказывает, что национальность определяется по языку, то выходит – что эти несчастные дети вообще не имеют национальности? Ведь часто неизвестна национальность и отказавшихся от них еще в роддоме родителей?
Но как может жить человек вообще без национальности???
Или аналогично: КОГДА НАСТУПАЕТ КАЧЕСТВО НАЦИОНАЛЬНОСТИ? С рождения ребенка – или с того момента, когда он после двух-трех лет начал понимать национальный язык и на нем заговорил? И почему мы считаем наших детей «беларусами», если они до школы не знают мовы, а говорят только по-российски? Они, согласно концепциям ученых, не беларусы, а россияне.
Я полагаю, что уже с рождения ребенок имеет свою национальность, так как анализ его генов и иных антропологических черт – автоматически относит его в свою этническую группу. Обращаю внимание – ЕЩЕ ДО ТОГО, КАК ОН СТАЛ ПОНИМАТЬ РЕЧЬ.
То есть, когда рождается беларуский младенец – то он уже при рождении имеет расовые балтийские гены и особую антропологию населения Беларуси, отчего и является с рождения балтом и беларусом. А вот выучит ли он потом беларуский язык (став славяноязычным – то есть славянином) или же вообще останется ребенком-дауном без речи, или увезут его в США, Японию или Пакистан, где он обретет совсем иные язык и культуру – это уже ничего не значит в плане того, что ОН РОДИЛСЯ БЕЛАРУСОМ.
Поэтому БЕЛАРУС – это понятие изначально все-таки генетическое и антропологическое с БАЛТИЙСКИМ содержанием, а не лингвистическое и культурологическое. Точно так негр – это не лингвистическое понятие; однако ученые советской школы говорят, что, мол, мы в сравнении с неграми действительно отличаемся не только лингвистически, но, дескать, в сравнении с русскими (согласно требованиям идеологического отдела ЦК КПСС) мы похожи и отличаемся только лингвистически. Однако эти генные различия между русскими и беларусами сегодня позволяют криминалистам определять по генматериалу трупа или следам преступника, уроженцем какой области Беларуси или РФ он является. А в перспективе (писала Лимборская) – можно свести поиск вообще к конкретному району (в радиусе 50-60 км). То есть, отличия не только конкретны, но используются МВД, КГБ, ФСБ.
Одним словом, вопрос явно носит политический характер, так как ученые советской школы всегда делают акцент на схожести беларусов именно с русскими – мол, на этом основании мы им «младший брат». На самом деле у беларусов куда больше схожего с украинцами, чем с русскими – но почему-то никто не заявляет на этом основании, что украинцы – «старший брат беларусов». То есть, налицо ПОЛИТИКА. По этому поводу А. Микулич отмечает в своей работе (стр. 167):
«У русских тоже нет 7 аллелей [Аллели – различные формы гена, расположенные в одинаковых участках (локусах) гомологичных (парных) хромосом. – Прим. В.Д.], но только три из них те же, что отсутствуют и у беларусов: 41-й, 47-й, 55-й. Эти редкие аллели отсутствуют у всех трех восточнославянских этносов. Среди украинцев нет почти половины евразийских аллельных вариантов – 12 (25, 27, 28, 31, 33, 37, 39, 41, 45, 47, 53, 55). Таким образом, если у беларусов вместе с русскими одинаково отсутствуют только три аллеля, то у беларусов вместе с украинцами – уже семь, или в 2,3 раза больше. Этот факт свидетельствует о большей общности исторической судьбы нашего народа с южным соседом, чем с восточным».
Почему же генетики и политики, твердящие о «родстве беларусов и русских» всегда «забывают» уточнить, что при этом беларусы в 2,3 раза генетически ближе украинцам, чем русским? Видимо, только потому, что этот факт «политически никем не востребован» - ведь в Киеве нет великодержавных политиков, желающих использовать генетическую общность как предлог для включения Беларуси в состав Великой Украины.
Мало того, имея в 2,3 раза больше генетически общего с украинцами, чем с русскими, беларусы что-то не горят желанием создавать с Украиной Союзное Государство (а еще больше у беларусов генетического родства с мазурами Польши). Уже это показывает спекулятивность всяких тезисов о «генетической близости» в вопросах внешней политики.
БЕЛАРУСЫ – БАЛТЫ
Кандидат исторических наук Олег Дернович пишет в очерке «Этническая история Беларуси»:
«Пути миграции кривичей всегда проходили через балтские территории, и это насторожило исследователей – здесь нет никаких славянских признаков. Антропологически кривичи оказались не просто похожими, но общими с латгалами (обитателями Восточной Латвии). А гидронимия (названия водных объектов) кривичской территории – бесспорно балтская. Беларуский археолог Александр Медведев теперь прямо пишет, что кривичи – это балты.
…Следует напомнить, что автор «Повести временных лет» не называет кривичей среди «словенских языков Руси». …Все же кривичей по объективным признакам мы можем отнести к балтам».
Дреговичи – тоже западные балты; по мнению московского лингвиста Георгия Хабургаева, название балтского сообщества Припятского региона имело форму DREGUVA, что соответствует всем западнобалтским названиям соседних племен: Мазова, Литва, Ятва, Дайнова, Крива.
Историк Алексей Дермант в очерке «Кривичи» пишет: «Особенности кривичей-полочан археологически связаны с культурой ранних длинных курганов Полотчины и атокинским вариантом банцеровской культуры, а этнически – прежде всего с балтским субстратом… Это обстоятельство позволяет отказаться от противопоставления в этническом смысле определений «кривичский» и «балтский», ибо априорная славянскость кривичей просто исчезает, а их славянское слагаемое (безразлично, откуда оно могло происходить) оказывается фикцией».
То же самое писал еще в 1973 году В. Топоров в работе «К вопросу о балтизмах в славянских языках»: «Чрезвычайно интересно то, что понятие «славянский», употребляемое в традиционном смысле, меняет (а отсюда и теряет) свое значение также и в свете ряда иных достижений последних лет в области реконструкции этнолингвистической карты Восточной Европы. …Иначе говоря, для этой части Восточной Европы «славянский» элемент, как он понимался до сих пор, для определенной эпохи, когда балтский элемент был бесспорно актуальным, оказывается фикцией».
Историк И. Ляпушкин: «До VIII-IX веков вся область Верхнего Поднепровья и прилегающих к ней районов до верховий Оки на востоке и до Немана на западе, от границы с лесостепью на юге и до бассейна Западной Двины на севере, была занята балтскими племенами».
М. Артамонов писал еще в 1974 году: «Вследствие того, что славянские памятники, которые определенно относятся к VIII веку, в Верхнем Поднепровье до сих пор не обнаружены, славянский период на этой территории (…) надо начинать с IX века». (А не с IV-VI веков, как это делает И. Саливон.)
Алексей Дермант: «Бесспорно, что в IX-XI веках произошли значительные изменения как в материальной, так и в духовной культуре здешних обитателей, но объяснение этих трансформаций исключительно поиском следов «массовой славянской миграции» выглядит как упрощенный и ангажированный подход».
Это, очевидно, как раз и относится к суждению «белорусы — это славяне (а никакие не балты)». Никакой массовой миграции славян на территорию Беларуси никогда не было, поэтому просто нелепо искать у беларусов «славянские гены», называя таковыми на самом деле гены нашего коренного западнобалтского населения – которое к тому же старше славян на 2000 лет и неизменно по генам 3500 лет.
Алексей Дермант: «Г. Дебец, который исследовал черепа из захоронений кривичей, дреговичей и радимичей X-XII веков, констатировал отсутствие между ними реальных различий, а также отметил их весьма большое сходство с серией черепов из Люцинского кладбища (Латвия). На основании этого автор утверждает, что включение территории современной Беларуси в круг славянских культур не сопровождалось какими-то значительными переселениями, а происходило через окультурацию.
Т. Трофимова приобщала полоцких кривичей к долихоцефальному широколицему типу и, отмечая его связь со Средним и Верхним Поднепровьем и Прибалтикой, считала этот тип реликтовым, известным по крайней мере с эпохи бронзы».
Т. Алексеева в труде «Этногенез восточных славян по данным антропологии» отмечала в отношении полоцких кривичей: «…долихокрания в сочетании с относительной широколицестостью характеризует балтоязычное население средневековья, и, вероятно, генетически этот комплекс не связан со славянами. Территориальное размещение (северная часть зоны расселения славян) также свидетельствует против славянской его принадлежности».
Алексей Дермант: «Псковская группировка кривичей антропологически наиболее похожа на население ятвяжского ареала. …По абсолютным размерам мозгового отдела черепа и скелета лица в отношении головного показателя и ширины лица, мазовшане (славянизированные западные балты), полоцкие кривичи, ятвяги и латгалы объединяются одним комплексом физических черт и в этом приближаются к норвежцам и англо-саксам».
Вот такие мы «славяне», и вот такая у нас «близость беларусов с русскими»…
И далее: «Изучение одонтологических (зубных) материалов показывает, что западные серии кривичей полностью соответствуют так называемым ранним латгалам Видземе и жемойтам, но наибольшее сходство у них выявляется с восточными латгалами VIII-XIII веков. Отмеченная близость зубного комплекса кривичей и синхронных им латгалов может быть объяснена в пользу местного (балтского) происхождения первых.
Явных антропологических следов проникновения славян на территорию Подвинья нет. Те материалы, которые некоторые ученые идентифицируют со славянами, могут быть связаны и с другими этносами, в том числе с балтскими племенами. При этом единственное, что позволяют утверждать антропологические исследования, это отсутствие массовых миграций, которые могли бы привести к существенному изменению физического типа населения Беларуси.
Таким образом, засвидетельствованное большинством антропологов значительное сходство балтских племен (особенно латгалов) и полоцких кривичей позволяет поддержать мнение о славянизации кривичей путем замены ими своего балтского языка на славянский».
Кстати, еще в XIX веке летувисский историк С. Даукантас связывал славянизацию кривичей с «русским» фактором и указывал на дославянский балтский язык кривичей:
«Род кревов (krievai) так соединился с русами, что разговаривает по-русски, а не по- своему. Кревы …говорили на том же языке, что и литовцы, жемойты, леты, пруссы. В стране кревов было два языка – один письменный, так называемый русский, второй – людской, так называемый кревский».
Однако постепенный переход крестьянского (это тогда 95%) западнобалтского населения кривичей на «русский» язык (славянский койне) – не означал, что Крива стала пресловутой «Русью». Алексей Дермант отмечает:
«При этом к собственно «Русской земле», или «Руси» в узком смысле слова (которая существовала в Среднем Поднепровье), Полоцк и Смоленск не принадлежали. До последней трети IX века полоцкие кривичи не зависели ни от Киева, ни от Новгорода, и только в 70-е годы IX века киевские князья Аскольд и Дир совершили поход на Полоцк и, возможно, включили его в орбиту своего влияния. Но, в любом случае, при князе Олеге Полоцк уже не подчинялся Киеву.
Все вышеупомянутые города, которые являлись конкурентными государствообразующими центрами, принадлежали к трем крупным этнокультурным и географическим ареалам: финско-словенскому Северу (Новгород), ирано-полянскому Поднепровью (Киев) и балто-кривскому Верхнему Поднепровью и Подвинью (Полоцк, Смоленск). Два первых ареала, не завершив самостоятельного развития в государственные структуры, были объединены Рюриковичами и уже вместе пошли к созданию общего государства, Полоцкая же земля проявила максимум упрямства и не попала в эту компанию. Известный историк и культуролог Л. Акиншевич утверждал по этому поводу, что «во времена княжеские (X-XIII века) беларуские княжества, бесспорно, менее, чем украинские и российские, имели тенденцию к объединению в единое «русское» целое».
БАЛТСКАЯ КУЛЬТУРА БЕЛАРУСОВ
В начале 90-х вопрос «славяне или балты?» обрел «патриотическое звучание»: в порыве доказать, что история ВКЛ являлась историей нашего этноса и государства наших предков – а не Летувы жемойтов, беларуские историки стали представлять историческую Литву как славянское государство.
Ошибка заключалась в том, что в реальности наши предки, создавшие ВКЛ, не были ни славянами (то есть славянизированными), ни восточными балтами (то есть этнической группы летувисов и латышей). Они были ЗАПАДНЫМИ БАЛТАМИ – полностью ныне ассимилированной большой этнической группой, от которой некогда и отпочковались славяне (в смешении с другими этносами). Поэтому западные балты так легко славянизировались.
Вопрос 90-х фактически стоял так: «славяне или восточные балты?». Причем, судя по заявлениям Олега Давыденко, для некоторых ученых и сейчас вопрос стоит именно так. На самом деле этот вопрос заведомо ОШИБОЧЕН, потому что наши предки не были ни славянами, ни восточными балтами.
Еще в 1950-е годы Витовт Тумаш опубликовал работы «Балтский элемент при становлении современного белорусского народа» и «К вопросу о белорусской южной этнографической границе». В них он убедительно показал культурную и духовно-психологическую близость беларусов к «современным балтам». Однако эта близость должна объясняться не процессами этноконтактов между «славянами» и восточными балтами, а самой сутью нашего западнобалтского субстрата, к которому восточные балты (летувисы и латыши) как сегодня не имеют никакого отношения, так не имели к нам никакого отношения и вообще во всем нашем прошлом. Так что наше балтийское содержание – это сугубо наше западнобалтское, а не от соседей восточных балтов.
Что касается балтских культурных реалий, то таковых существует масса у беларусов, мазуров и лужичан – только вот их почему-то причисляют к «славянским традициям». Например: фамилии на «-ович», топонимы на «-но» и «-овичи», пшеканье/дзеканье и иные реалии балтской фонетики, до трети в языке архаичной западнобалтской лексики (по Е. Карскому в беларуском языке 83% корней слов балтские), древнейшая кухня на основе блюд из овса, имеющая возраст минимум 3500 лет (что на 2000 лет старше славян, у которых овсяных блюд уже не было), уникальные балтские народные традиции и праздники.
Короче говоря, в культуре у беларусов, лужичан и мазуров – есть и сегодня свои ярчайшим образом выраженные балтийские черты. А вот «славянской культуры» у этих трех народов нет. Разве наша западнобалтская культура похожа хоть чем-то на культуру «славян»-болгар? Нет, у них совершенно иная культура, они даже в знак согласия мотают головой, а в знак несогласия кивают. Или разве в культуре беларусов есть хоть один элемент «славянской русской» культуры с ее угорскими матрешками, финскими саунами, тюркской кадрилью и балалайками? Нет, вместо этого наши национальные культурные атрибуты – беларуская волынка и кукольный театр батлейка. Это у кого же еще среди славян национальным инструментом является волынка? Больше ни у кого. И у украинцев совершенно иная «славянская культура»: чисто балканские песни и пляски, шаровары и ленты в косах, прочее от ираноязычной сарматской культуры.
По большому счету – НЕТ НИКАКИХ СЛАВЯН, НЕТ ГЕНОВ СЛАВЯН, как и НЕТ НИКАКОЙ СЛАВЯНСКОЙ КУЛЬТУРЫ. Есть только народы разных рас и культур, перешедшие на славянский койне – то есть только славяноязычные.
Предлагаю задуматься о следующем. В середине XIX века генерал-губернатор Вильни вешатель Муравьев, следуя указаниям царизма, перевел «жмудскую письменность» (то есть нынешний «литовский язык») на кириллицу (как ранее было сделано с литвинским-беларуским языком, каковой потом вообще был запрещен в России до 1908 года). Это было только началом реформ Муравьева, а в перспективе перевод «жмудского наречия» на «русский алфавит» должен был служить постепенному переходу «жмудского племени» на русский язык. И вот представьте себе, что царизму это насилие удалось (что было вполне возможно и реализовалось у многих других подневольных народов царизма).
Сегодня мы бы имели славяноязычную Республику Летува, население которой называлось бы со второй половины XIX века литоворусами и славянами. И вот ее ученые ставят вопрос: кто мы – славяне или балты?
Какой-нибудь академик бывшей Литоворусской ССР Жмудявичусов с жаром доказывал бы, что литоворусы Жемойтии – это никакие не балты, а славяне: так как они сегодня говорят на новом русскожемойтском языке в сем
Вадим ДЕРУЖИНСКИЙ
«Аналитическая газета «Секретные исследования»
О ФЛАГАХ
Книга «Тайны беларуской истории» вызвала много откликов читателей. Александр Никодимович Басов из Минска прислал свои уточнения к главе «Забытая «Погоня». Он пишет:
«Немного о себе. Хотя я по образованию архитектор, я много лет (примерно с 1970 года) занимаюсь изучением вексиллологии – вспомогательная историческая дисциплина, то есть историей флагов и знамен. Считаюсь здесь довольно крупной величиной. За много лет работы опубликовал две книги о флагах и десятки статей. Хотя основная тема моих интересов – история флагов ВМФ, я, естественно, знаком и с другими направлениями вексиллологии и немного с геральдикой. Одна из моих работ: Басау А., Курков I. Флагi Беларусi учора i сення. Мн., «Полымя», 1994. 36 с. Теперь о главном. Глава о гербе «Погоня» нуждается в уточнениях.
Сначала о флагах. Большинство людей почему-то уверено, что государственные и национальные флаги существовали столько же, сколько существует понятие «государство». Это далеко не так. Первый в истории национальный флаг утвержден лишь 20 мая 1794 года в революционной Франции (до этого он был кормовым флагом ВМФ). Такой флаг мог возникнуть только в государстве с республиканским устройством, но никак не в монархическом государстве, где главным символом был штандарт короля. Так что государственный флаг – это реалия только XIX и XX веков, когда он стал нормой. До этого существовали только морские флаги, именно они и становились впоследствии государственными символами.
Когда появились государственные флаги в отдельных странах? В Испании таковым стал флаг ВМФ лишь в 1843 году. В Великобритании он и сегодня де-юре гюйс ВМФ. В Австро-Венгрии его вообще не было. В Японии он стал таковым только в… 1999 году! В Германии: в империи им стал в 1892 флаг торгового флота, а черно-красно-желтый был государственным флагом Германского союза в 1848-1852 годах, а затем государственным в 1919-1933 годах и после Второй мировой войны. Россия получила свой флаг, бывший до этого два века флагом торгового флота, только в 1883 году (ранее 25 лет государственным флагом было черно-желто-белое полотнище). И т.д.
Кстати, ранее европейцев, в начале XIX века вводили по примеру французов государственные флаги народы Южной Америки. К чему я все это? С XI века и до Французской революции только корабли представляли в чужых портах флаг государства. ВКЛ же не имело ни торгового, ни военного флота, и потому вплоть до конца XIX столетия, когда в народах империи проснулось национальное самосознание, наш народ в едином флаге не нуждался.
В международных вексиллологических кругах датой рождения бело-красно-белого флага считается 25 марта 1917 года, и я с этой датой согласен (во всяком случае, в Национальном архиве имеются раскрашенные цветными карандашами проекты беларуских флагов, относящиеся по времени именно к этому совещанию).
Поэтому не следует говорить о древности беларуского флага. Ну а что касается вымпелов с крестом св. Георгия на копьях или приведенного в книге значка (а не знамени) гусарского полка, то это несерьезно – просто совпадают цвета, как и на уланских значках. Кстати, такой гусарский значок я видел только в книге Анатоля Титова «Геральдика Беларуси».
И не должно быть обидно, так как все наши соседи, кроме России, точно в таком же положении. Эстония? Флаг появился в конце XIX века как флаг студенческой организации с цветами полос по цветам мундира университета г. Тарту (а мундир-то утвердил царь Николай Первый!). Польша? Флаг появился только во время восстания 1831-1832 годов. Латвия? Около 1870-го года студенты вычитали в Рифмованной летописи, что какой-то рыцарь вел под красно-бело-красным знаменем какой-то местный отряд (притом спорят до сих пор, а были ли это предки латышей?). Украина? Впервые во второй половине XIX века в Галиции как цвета со знамени львовской хоругви при Грюнвальде. Ну а Литва – это вообще в результате конкурса 1918 года, где победил художник Жимуйдзинавичюс (кстати, будущий народный художник Литовской ССР).
Лично я считаю нашим флагом несомненно бело-красно-белый».
Прерву цитату.
Замечания специалиста совершенно верные, поспорить можно только с тем, что цвета наших гусар лишь случайно совпали с флагом 1917 года. Дело в том, что у ряда украинских гусарских полков аналогично были утверждены тогда желто-голубые цвета. Поэтому два таких факта – это уже больше, чем совпадение. Анатоль Титов в книге «Геральдика Беларуси» приводит ротный стяг Беларуского гусарского полка (две красных полосы на белом фоне) и кивер нижних чинов Гродненского Лейб-Гвардии гусарского полка (красная полоса на белом фоне). Эти же изображения – в энциклопедии «Беларусь» (Мн., 1995).
Конечно, говорить о древности беларуского флага нельзя. Но можно говорить о другом – о древности использования нами именно этих цветов. В отличие от Республики Летува или Эстонии, древние беларусы использовали эти цвета еще минимум со времен Грюнвальдской битвы или Оршанской битвы.
Был ли проект флага 1917 года случайным? В 1993 году в Минске вышло репринтное издание книги В.У. Ластовского «Короткая история Беларуси» (Вильня, 1910). В послесловии к нему доктор исторических наук, профессор А. Грицкевич писал:
«В книге помещены и два портрета церковных деятелей – православного киевского митрополита Иосифа Солтана (умер в 1522 г.), полоцкого православного архиепископа Мелетия Смотрицкого (1572-1630 гг.). Солтан был главой православной церкви в Великом княжестве Литовском с резиденциями в Вильне и Новогрудке (киевский митрополит – это титул). Одеяние обоих иерархов православной церкви украшено бело-красно-белыми полосами. Эти цвета на церковном одеянии православных и униатских митрополитов, архиепископов и епископов означают их миссию, выражаемую в символике крови Иисуса Христа на чистой душе человека. Бело-красно-белые полосы носят и теперь иерархи православной церкви. Эти цвета есть и на портретах церковных иерархов в художественном музее в Вильнюсе. Они совпадают с историческими цветами беларуской национальной одежды, а также с цветами боевых стягов беларуско-литовского войска в XVI-XVIII веках и Беларуского гусарского полка в русской армии в конце XVIII – начале XIX века, и с государственным беларуским флагом».
Конечно, в средние века не было государственных флагов в нынешнем понимании, но все-таки были некие свои «национальные» цвета на полковых стягах или в виде лент на копьях. Эти цвета носили, как правило, сугубо религиозный характер – как, впрочем, и почти все средневековые гербы. Хорошо известно, что гербу «Георгий Победоносец» соответствовали белый и красный цвета – что и реализовалось на флагах многих государств (наиболее известны, скажем, бело-красные флаги Англии и Грузии – буквально страны ГЕОРГИИ, так правильнее ее называть).
Поэтому цвета флага задает древний христианский герб – и, как известно, гербу «Погоня» соответствовали именно белый и красный цвета (почему многие историки считают, что этот герб тоже является модификацией Георгия Победоносца).
Вот в чем, на мой взгляд, древность бело-красно-белых цветов – в изначально религиозном их смысле. Ведь у действительно юных флагов такой увязки нет: ни у Эстонии, ни у Республики Летува (гербом которой всю ее историю до февраля 1917 года являлся «Медведь», а вовсе не наша «Погоня»). А что касается флага Украины, то многие историки считают, что он появился от полков казаков, воевавших на стороне шведов в Северной войне и носивших на пиках шведские голубую и желтую ленты.
В такой ретроспективе наши цвета более «ценны», чем действительно случайные цвета, избранные в XIX или начале XX века. В них – огромный пласт нашей древней истории, культуры, религии.
В средние века Войско ВКЛ, шедшее на битву, себя идентифицировало, если так можно выразиться, вовсе не в этническом или государственном плане, а прежде всего – в плане веры. Ведь вера должна была защищать воинов от смерти. Поэтому и цвета Войска ВКЛ на щитах или стягах хоругвей – это именно и только цвета нашей веры, перенятые с бело-красно-белых лент в средневековых одеяниях наших иерархов ВКЛ – православных, а затем униатских.
Однако этот вопрос, конечно, остается дискуссионным (особенно в связи с польским красно-белым флагом, об истоках которого тоже много спорят). Но вернемся к письму читателя.
О ГЕРБЕ «ПОГОНЯ»
Александр Никодимович Басов далее пишет:
«Теперь о гербе «Погоня». В книге постоянно напоминается про крест Евфросинии Полоцкой. Крест Евфросинии не имеет к «Погоне» никакого отношения. Вы считаете форму этого креста уникальной и неповторимой? Я привожу Вам рисунки подобных крестов того времени (см. рисунок). Их масса (есть еще).
Как видите, я поместил последним крест анжуйской династии, правившей в Венгрии в средние века, и именно он идеально совпадает с крестом на щите всадника на надгробье Ягайло в Кракове (кстати, этот крест и сегодня на гербе Венгрии). Случайно? Лично я считаю, что нет.
В европейской геральдике того времени было принято вносить в свой герб детали герба рода, с которым владелец герба породнился в результате брака. Не является загадкой, что польская королева Ядвига (имени точно не помню), благодаря браку с которой Ягайло взошел на польский трон, принадлежала именно к этому роду. Так что, копируя всадника с надгробия в Кракове для герба Беларуси 1991-1995 годов, художник поступил неправильно – крест надо было изменить. И это надо будет сделать при восстановлении герба (кстати, я бы взял за основу герб из Статута ВКЛ).
Что касается креста Евфросинии Полоцкой, то, являясь православной монастырской святыней (да еще женского монастыря), был ли он вообще известен Ягайло? Я бы не стал утверждать положительно.
Кроме того, Ягайло на момент смерти был католиком (иначе он никак не мог занимать польский престол). И вряд ли на могиле католического короля, на его гербе поляки-католики стали бы изображать православную святыню. Это нонсенс. Я уже опубликовал эту свою гипотезу за рубежом. Так что прошу: в следующем издании уберите это постоянное напоминание о полоцком кресте. Оно неуместно и исторически неоправданно. В остальном книга хорошая и интересная».
* * *
Концепцию о том, что на щите всадника «Погони» на саркофаге Ягайло в Кракове изображен крест Евфросинии Полоцкой, первым высказал, видимо, беларуский историк Игорь Литвин. В своей книге он специально рядом приводит фото саркофага Ягайло – и памятник, поставленный Евфросинии в Полоцке – она в руках держит шестиконечный крест с малым верхним перекрестием. (Цель автора ясна – показать, что «Погоня» - это наш древний православный герб, а не нечто «чуждое».)
Вроде бы крест тот же самый, но как все верно объяснил наш читатель, крест «тот – да не тот».
В целом, рассуждения Александра Никодимовича кажутся вполне логичными: в Кракове «подправили» крест на манер анжуйской династии. Вполне может быть. Подобные правки герба происходили нередко – исходя из тех или иных конъюнктурных соображений. Это можно проследить на примере, скажем, гербов наших губерний и городов в составе царской России: вначале там на щите крест с параллельными полосами, затем нижняя становится повернутой в сторону (как нижняя перекладина на восьмиконечном кресте РПЦ Москвы), а потом крест на щите всадника «Погони» вообще становится впервые в своей истории – восьмиконечным крестом РПЦ Москвы.
Однако все-таки кажется верной логика наших художников Я.С. Кулика и В.Я. Круковского, которые нарисовали герб для Республики Беларусь в 1991 году – изобразив там нечто среднее между крестом Евфросинии и крестом на саркофаге Ягайло. Ведь крест Евфросинии Полоцкой (вообще-то, византийский) считается ОБЕРЕГОМ БЕЛАРУСИ, а потому он и должен быть на ее гербе. То есть, смысл понятен.
Кроме того, пусть крест на щите всадника с саркофага Ягайло и не является крестом Евфросинии Полоцкой. Но ведь дело в другом: был ли на ИЗНАЧАЛЬНОЙ «Погоне» (нашей, а не «краковской») крест Евфросинии?
ЗАГАДОЧНАЯ «ПОГОНЯ»
Герб «Погоня» не принадлежит Республике Летува по массе причин. Собственно говоря, в 1935 году премьер-министр этой страны Тубалис на сойме официально заявил про ее «нелитовское» (то есть не жемойтское) происхождение и сообщил, что идет работа по созданию настоящего оригинального герба этой страны. Он хорошо известен – это «Медведь», герб территории Республики Летува и в составе Российской империи, и в составе Речи Посполитой, и в составе ВКЛ.
Само название герба «Погоня» никак не могло появиться в восточно-балтском языке жемойтов и аукштайтов. Мало того, они до середины второго тысячелетия нашей эры оставались язычниками и не были христианами – так что нелеп для них герб с христианским крестом, который был введен, как общепринято считать, еще князем ВКЛ Витенем – а на самом деле существовал и ранее.
В.У. Ластовский приводит в 1910 году в своей книге «печать Миндовга»: это «Погоня» в окружении рунической надписи (ныне расшифрованной как «Печать князя Миндовга»), а на щите всадника – шестиконечный крест. Датировка – примерно 1250-е годы. Сам Миндовг – прусской король (в Великой Хронике Польской на латыни – Мендольф), который из своей прусской Погезании ушел в Новогрудок, создав тут ВКЛ как страну мигрантов с Полабья, Поморья и Порусья (Пруссии)..
И вот самое интересное – КАКОЙ крест на щите всадника? Какой ветви христианства – если это не крест Евфросинии? (Святая Евфросиния Полоцкая (1104-1167) – небесная заступница Беларуси; дочь князя, она в 12 лет стала монахиней.)
Чтобы что-то понять в этом вопросе, надо вернуться к главному – откуда вообще взялся шестиконечный христианский крест.
Александр Никодимович нарисовал пять его вариаций (были, верно, и многие другие). Но самые древнейшие вариации происходят от креста с полумесяцем под перекладиной.
Крест с полумесяцем – древнейший православный крест, существовавший во времена, когда ислам еще являлся ветвью православия. Раскол с исламом произошел в 1180 году, на мечетях появились полумесяцы, а на православных крестах полумесяцы оставались еще долго (на некоторых храмах – до сих пор).
Московский историк Алексей Бычков в книге «Ледовое побоище и другие «мифы» русской истории» (М., АСТ, 2008) пишет:
«С 602 года правоверные и православные молились в одних и тех же храмах, на куполах которых сияла восьмиконечная звезда в полумесяце. Потом правоверные оставили только полумесяц, а православные, немного исказив звезду, превратив ее в крест с лучами, оставили сей крест с полумесяцем. Такой крест и поныне можно увидеть на русских церквах».
Б.А. Успенский в книге «Крест и круг: Из истории христианской символики» (М., 2006, с. 225-258) пишет:
«Такого рода крест встречается в древнейший период при изображении церкви на миниатюрах и клеймах икон. Так, например, мы встречаем его на миниатюрах так называемого Служебника Антония Римлянина начала XIV в., Федоровского евангелия 1321-1327 гг., Симоновской псалтыри второй четверти XIV в., хроники Георгия Амартола середины XIV в., Сильвестровского сборника XIV в., Часослова 1423 г. Кирилло-Белозерского монастыря, Псалтыри 1424 г. Кирилло-Белозерского монастыря, сборника до 1426 г. Кирилло-Белозерского монастыря, Лествицы конца XV в.; на клеймах киевской иконы Николы Зарайского начала XIV в. (Третьяковской галереи), новгородской иконы Николы с житием из церкви Бориса и Глеба ХIV-XV в. (Новгородского музея-заповедника) и на иконе Николы Можайского из Троице-Сергиева монастыря начала XV в. (Третьяковской галереи)».
Надо добавить, что в древности (до XIV века) такие кресты были распространены и в Литве (ныне Беларуси).
Б.А. Успенский пишет: «Следует при этом иметь в виду, что крест с полумесяцем представляет собой одну из древнейших форм креста на русских храмах. Другой распространенной формой русского купольного креста является так называемый восьмиконечный крест, т. е. крест, максимально приближенный к изображению Распятия (с верхней перекладиной, символически представляющей таблицу с надписью над головой Христа, и косой нижней перекладиной, обозначающей подножие). Обе формы имеют канонический характер, но при этом купольный крест с полумесяцем является более старой, а восьмиконечный крест — относительно более новой формой.
Форма купольного креста явилась предметом специального постановления Стоглавого собора 1551 г. ...Определено было впредь ставить кресты по образцу креста на московском Успенском кафедральном соборе... Как видим, восьмиконечный крест на куполе Успенской церкви в Московском Кремле, поставленный непосредственно перед Стоглавым собором (в 1550 г.), представлял собой новое для того времени явление; при этом отмечалось, что ранее кресты ставились «по древнему закону», — вполне вероятно, что при этом могли иметься в виду кресты с полумесяцем...
Постановив впредь ставить на церквах восьмиконечные кресты, Стоглавый собор не вынес решения о замене старых крестов, поставленных «по древнему закону»; несомненно во всяком случае, что кресты с полумесяцем продолжали существовать и после собора, т. е. оба интересующих нас типа купольного креста — восьмиконечный и с полумесяцем — сосуществовали друг с другом».
В Полоцком княжестве времен Евфросинии равно употреблялись как крест со вторым перекрестием, так и крест с полумесяцем. Не вызывает сомнений, что это второе перекрестие – и есть бывший полумесяц, а обе формы пришли в Полоцк из Византии. Сам знаменитый крест Евфросинии был изготовлен полоцким ювелиром Лазарем Богша в 1161 году – то есть еще до раскола с исламом (1180).
Этот же крест изображен на «пограничном камне княжества Полоцкого», который находится недалеко от Орши. На нем дата – 1171 год и имя Рогволода (в христианстве Василя) – князя Полоцкого, Слуцкого и Друцкого, он умер в 1223 году на 69 году жизни в г. Юрьеве (Дерпте, ныне Тарту, Эстония). Второй такой же камень лежал возле Дриссы (ныне Верхнедвинск, Беларусь).
Итак, вариант 1: крест на «Погоне» Миндовга мог быть перенят у вошедшего в состав ВКЛ Полоцкого княжества, и в таком случае – это крест Евфросинии Полоцкой. Даже если это не так, в будущем на гербах Полоцка и Витебска фигурирует все-таки крест Евфросинии (пусть даже как «адоптация» герба к своим реалиям).
А вот вариант 2.
Датировка «Погони» Миндовга примерно совпадает со временем его крещения в католичество и принятием им титула короля (что, возможно, отражает корона в верхней части печати, однако следует помнить, что королем Пруссии – точнее, Погезании – был еще отец Миндовга Рингольд, а потому корона может означать титул короля Погезании). В такой версии крест – какая-то модификация именно католического креста.
Однако тут много неясного. В строках, стоящих в книге В.У. Ластовского рядом с изображением «Печати Миндовга», сказано:
«Миндовг в 1252 году принял католичество и с позволения Папы короновался на короля Литовского, думая таким способом избавиться от нападений крестоносцев. Этот же самый Миндовг в 1255 году достал разрешение от Папы короновать своего сына Войшелка или Василя (двух имен) на Короля Русского, которого думал посадить в Полоцке».
Таким образом, печать может равно относиться и к Полоцку, и в таком случае на ней – полоцкий крест.
И, наконец, вариант 3.
По мнению ряда историков, шестиконечный крест с двумя перекладинами являлся крестом и ариан (древней христианской секты, которую считали еретиками и католики, и православные). Арианство исповедовали викинги и варяги, славяне Полабской Руси (ободриты, русины и лютичи), славяне Поморья (лужичане), западные балты Пруссии погезаны Миндовга – что для нас важно в вопросе печати Миндовга.
Вацлав Ластовский писал:
«Или христианство к нам пришло через Киев, когда принял его Владимир, или же намного раньше через Скандинавию, - это еще не разгадано, но то является точным, что в Полоцке и Турове епархии появились очень рано, а во время крещения Руси Киевской у нас знали христианские догматы, были уже монастыри».
Скандинавские народы исповедовали не латинское или греческое христианство, а особую веру – арианство. Арианство к ним пришло в IV веке «окружным» путем, минуя Рим и Византию – сначала из Египта в Исландию, а из Исландии – в Полабье и Поморье; Библия и другие святые тексты писались руническим письмом. Фактически арианство являлось египетским православием, и его сегодня аналог – это православие Эфиопии, в котором тоже не признается Троица.
Папы римские Лев III (795-816), Бенедикт III (855-858) и другие держатели римского стола направляли специальные послания «клирикам» росов-русов Полабья, так как общины русов (они были арианами) продолжали держаться обособленно от остальных христиан. Их русинская вера – это арианство, течение в христианстве в IV-VI вв. Его зачинатель – священник Арий (умер в 336 г.) из г. Александрии. Ариане не принимали один из основных догматов официальной христианской церкви о единосущности Бога-отца и Бога-сына (Христа). По учению Ария, Христос как творение Бога-отца – существо, ниже Ему стоящее. Арианство осуждено как ересь церковными соборами 325 и 381 гг..
Очень многое говорит о том, что древние беларусы исповедовали именно арианство, принесенное сюда с Полабья.
В третьей части книги («От смерти Витовта (1430 г.) до Любленской Унии (1569 г.)») в рассказе о Реформации на территории Беларуси Ластовский отмечает:
«В это самое время [когда Николай Радзивилл (Черный) в короткое время основал в Беларуси 163 кальвинистских собора] мозырьский земский судья Степан Лаван распространял вместе с Будным и Матавилой социанизм и арианизм (наука арианов не признавала Христа за сына Божьего, считая его человеком). Каждая из этих новых религиозных сект – а их было несколько десятков – имела своих широких сторонников и верующих».
Но арианство – это вовсе не новое течение в рамках Реформации. Наоборот – это архаичная вера, созданная еще до Вселенских церковных соборов, на которых была введена Троица. Почему же арианство так распространилось во время Реформации в Беларуси (и не было известно ни в Польше, ни в Украине, ни в Чехии)? Очевидно, только потому, что арианство было «реанимировано» как еще не забытая в народе древняя вера беларусов, которую насильственно искореняла РПЦ Киева. И вера эта пришла сюда с Полабья – вместе с самим народом.
НАША РЕКОНСТРУКЦИЯ СОБЫТИЙ
Наиболее вероятным кажется третий из изложенных выше вариантов. На печати Миндовга – руническая надпись, а святые тексты ариан писались именно руническим письмом. По этой причине они массово уничтожались потом католиками и православными без разбору – ксендзы и попы не понимали руники и сжигали все подряд, на рунике написанное, так исчезла почти вся руническая литература полабцев, поморов, пруссов – и наша в том числе.
Соседство с рунической надписью говорит об арианском характере креста с двумя перекладинами. Будь этот крест католическим – его сопровождала бы латиница, а будь он православным – кириллица.
Сама эта печать Миндовга – отражает возникновение Литвы-Беларуси, литвинов-беларусов и нашего ВКЛ, к чему не имеют никакого отношения жемойты Самогитии (нынешней Республики Летува).
К 1200 году на территории Беларуси было два главных этноса (оба – западные балты): кривичи Полоцка и ятвяги Дарагичина (в 1945 году Сталин отдал эту столицу ятвягов вместе со всей Белосточчиной Польше). Этническая граница между ними проходила по Минской области. Это были родственные народы: в долитовский период в Полоцке (бывшем с 1181 по 1190 год Республикой) правила ятвяжская династия Мингайло (после смерти Мингайло его сын Гинвилл-Юрий, потом его сын Борис).
И ятвяги, и кривичи говорили на западно-балтском языке, родственном тогда языку мазуров, погезан, лютичей и лужичан (этот язык был наиболее близок славянскому – то есть языку ляхов, ободритов, киевлян). Правда, в городах Полоцкого княжества преобладал славянский язык – под влиянием их нахождения на пути «из варяг в греки» (которым владели ободриты Рюрика) и под влиянием нахождения в сфере Киевского православия (Киев был проводником греческой веры).
К 1200 году Ятвяжское и Полоцкое княжества были объединены в прочный военно-политический союз и являлись, по сути, уже прообразом единой страны и единого народа: их объединяла не только этническая западнобалтская идентичность. Их объединяли и многие победы общего ятвяжско-полоцкого (то есть беларуского в нынешнем понимании) войска над Киевом – за свою свободу от него.
В военном и цивилизационном плане Ятва и Крива не представляли собой ничего особенного, и, даже объединившись к 1200 году в прообраз будущей страны с единым этносом ятво-кривичией (с присутствием еще дайновичей Дайновы, столица Лида), вряд ли могли бы стать чем-то значимым на политической карте той эпохи. Они с попеременным успехом сопротивлялись попыткам Киева вернуть тут свое господство (Полоцк на 70-90 лет был захвачен киевским князем Владимиром, но освободился при помощи ятвягов в том числе).
И вдруг происходит ЧУДО! Этот край, мало кому известный и ничем ранее себя не проявлявший (кроме отчаянного сопротивления Киеву) – вдруг становится полюсом ЧУДОВИЩНОЙ СИЛЫ (военной и цивилизационной), которая – под именем Литвы или ВКЛ – захватывает за кратчайший срок огромнейшие земли от Балтики до Черного моря. «Из ничего» рождается крупнейшее государство Европы, поглотившее в себе моментально и саму Киевскую Русь.
Откуда? Как? Почему?
Ответ на эту загадку не имеет никакого отношения к коренному населению этих земель – ятвягам и кривичам, а тем более к жемойтам, которые в ту пору были туземцами, не имевшими гончарного круга и кирпича, не знавшими обработки металла и городищ. Жемойты тогда жили в землянках в чаще лесов, воевали каменными топорами, были язычниками и не имели письменности.
Но ответ прост – Литва-ВКЛ была создана в Новогрудке мигрантами с Полабья, Поморья и Порусья – как своя новая страна, «Земля обетованная».
Немецко-польская экспансия в Балтике вызвала «новое переселение народов». Полабцы сначала бежали в Поморье. Оттуда были изгнаны в Порусье (Пруссию). Уже из Пруссии – все бежавшие были изгнаны к нам в Новогрудок.
По разным и приблизительным оценкам историков, за сравнительно небольшой период в несколько десятилетий в земли вокруг Новогрудка (первой столицы ВКЛ) мигрировало:
- до 100 тысяч пруссов (в основном погезан из Погезании Миндовга);
- около 60-80 тысяч лютичей Лютвы Поморья;
- около 60-80 тысяч лужицких сорбов;
- около 30-60 тысяч ободритов;
- около 20 тысяч русинов острова Русен (Рюген);
- около 40-60 тысяч русинов Руси-Помазовья (Помезании; многие из них, впрочем, являлись теми же ободритами, русинами, лютичами и лужичанами, которые до последнего защищали Помезанию-Русь от немцев);
- плюс другие славяне и балты.
Мигрировало в основном население городов Полабья, Поморья и Порусья – поэтому эти мигранты были ценны в цивилизационном плане. Например, в Новогрудке «невесть откуда» тогда появилась крупнейшая в Восточной Европе алхимическая лаборатория, чего даже в намеке не было у всех соседей, плюс там же появились самые передовые производства стеклолитейные, по обработки стали и прочие. И ценны в военном плане – ибо большинство мигрантов составляли княжеские дружины (с семьями и слугами).
Тут следует напомнить, что Пруссия являлась вовсе не моноэтническим «образованием пруссов», а сами пруссы – это собрание совершенно разных племен. На западе Пруссии в Помезании (второе название – Русь или Рейсен у немцев) жили русины-славяне, Помезанией правил князь Святополк. Далее лежало «сердце Пруссии» - это Погезания Миндовга, ее население – западные балты, родственные кривичам, дайновичам, ятвягам, мазурам, лужичанам и лютичам. А далее – это земли восточных балтов Вармия, Барта, Надровия, Самбия, Скаловия и пр. Там население было родственно жемойтам и латышам, оно особо и не сопротивлялось немецкой экспансии, так как считало себя слугами погезан и русинов-помезан. Все сопротивление немцам заключалось только в Помезании Святополка и в союзной ему Погезании Миндовга. Когда два этих очага сопротивления пали – вся Пруссия стала немецкой.
До 1219 года Новогрудок являлся городом, лежащим на этнической земле ятвягов (Ятва, Ятвягия). С этого года он перестает быть Ятвой и становится Литвой, им правят уже литвинские (Лютвы) князья Булевичи и Рускевичи, мигранты с Поморской Литвы, которые и закрепили эту свою новую власть в Договоре 1219 года с князьями Галицкой Руси.
Об этом переселении было известно давно. Этот факт сообщался в скандинавской «Саге про Тыдрека Бернского» (XIII век). В ней говорилось, что князь Вилькин (то есть князь вильцев-лютичей) со своими воинами пошел на восток и захватил Полоцк и Смоленск. Он оставил там свое войско, а сам вернулся в «страну Вилькинланд», то есть страну вильцев-лютичей (Урбан Павла. Древние литвины. Язык, происхождение, этническая принадлежность. Мн., 2003. С. 71.) Очевидно, это «преданье о древнем переселении части вильцев-лютичей с запада на восток». Причем, в нем указано, что не только вильцы-лютичи ушли в Новогрудок, но заодно подчинили себе и землю кривичей, которая тогда была под управлением династии ятвяжских князей и в теснейшем союзе с Ятвой.
Далее эта «Земля обетованная» является местом миграции вообще всех с Полабья, Поморья и Порусья – под руководством Миндовга и Святополка, которые демонизируются в «Великой Хронике Польской».
Хроника пишет, что Миндовг, бежав к нам в Новогрудок со всеми этими мигрантами, объединил под своим началом их в 30-тысячное (что огромно для той эпохи!) войско «пруссов и литвинов» (первое упоминание о Литве в хронике!) – и этим огромнейшим войском вторгся в Польшу. Прошелся по всей Польшей, сжигая ее города (в том числе наиболее разорил Плоцк, что возле Кракова), а также на время отвоевал у немцев Пруссию, где истреблял тевтонов и вешал всех прусских коллаборационистов.
Итак – вот самое первое упоминание в источниках о том знаменитом 30-тысячном рыцарском войске ВКЛ, которое и будет создавать Литву от Балтики до Черного моря (и само, и их дети и внуки).
После этих разорений польской земли – поляки отказались от самой мысли соперничать с нами, а затем приняли нашу сторону в конфликте с немцами (Грюнвальдская битва 1410 года). Однако урок полякам дал именно Миндовг – что запомнили навсегда и что отражено в трагических главах «Великой Хроники Польской» о нашествии с нашей стороны – причем, ничего подобного никогда ранее не было в истории отношений нас как соседей: до этого ятвяги никогда так не опустошали земли ляхов.
В землях нашего Новогрудка в 1219-1260-х годах было создано совершенно новое государство мигрантов – Литва. Имя свое оно взяло от первых сюда мигрировавших лютичей и их князей Булевичей и Рускевичей, но вот в этническом плане это было объединение и русинов-славян Полабья, и лютичей-вильцев, и погезан Миндовга, и лужичан. Причем, лужицкая культура сегодня наиболее близка беларусам (может, потому, что единственная сохранилась в Германии и нет возможности с чем-то иным сравнивать в этом вопросе). Польский исследователь Т. Лер-Сплавиньски признавал факт миграции носителей лужицкой культуры с области между Лабой и Одрой – в западную часть Беларуси (Lehr-Splawinski T. Poczatki ekspansji slowian ku Wschodowi. // Slavia Antiqua. T. IX. 1962. C. 5.)
Таким образом, в Западной Беларуси оказался чудовищный наплыв населения (в разы больше местного ятвяжского), который создал и новую страну – ВКЛ. Эти мигранты принесли с собой не только неизвестное до того тут и в Жемойтии (нынешней Республике Летува) слово «Литва», но и свой герб «Погоня».
«Погоня» была до нашей Литвы у князя Помезании Святополка:
«Святополк — первый поморский князь, получивший титул «dux», что означало одновременно суверенную власть и независимость. Эту идею отражала символика герба Святополка: рыцарь на коне со щитом и знаменем (Czaplewski P. Tytulatura ksiazat pomorskich do poczatku XIV w. // Zapiski TNT 1949. T. 15. S. 9-61.).
Скачущий влево всадник был изображен и на печати поморского князя Богуслава I в 1214 г. и его преемника Казимира II, Барнима I Поморского в 1235 г., и этот древний полабский герб просто перекочевал к нам вместе с переходом в наши земли самой Литвы лютвинов и вообще поморов.
Польский историк Ежи Довят сообщает:
«Богуслав I, князь Западного Поморья, титуловался princeps Liuticorum» (Dowiat Jerzy. Pochodzenie dinastii zachodnio-pomorskiej i uksztaltowanie sie terytorium ksiestwa Zachodnio-Pomorskiego. // Przeglad historyczny. Tom XLV. Zeszyt 2-3. Warszawa, 1954).
То есть «князь лютичей, лютицкий, литовский».
Вот и полное совпадение: Богуслав I – и князь литовский, и «Погоня» его герб. Вот откуда все это к нам пришло – и Литва, и «Погоня». Печать Миндовга была только ее территориальным вариантом в Погезании (ибо она была точно так у Святополка в Помезании, главного брата и союзника Миндовга в борьбе с польско-немецкой экспансией).
ДРУГАЯ БЕЛАРУСЬ
Все это показывает абсурдность не только фантазий летувисов о том, что они, дескать, создали огромное ВКЛ, но равно и абсурдность точно таких фантазий уже наших беларуских историков. Великая страна ВКЛ была создана не усилиями наших местных племен, а мигрантами с Полабья, Поморья и Порусья. Это, думаю, следует, понять и осознать. По поводу Летувы-Жемойтии наши историки говорят (приводя массу аргументов), что ее маленький народ не мог управлять огромной страной ВКЛ. Но ведь это в какой-то мере относится и к нам: без мигрантов мы бы точно так никогда не создали крупнейшую страну «от моря до моря», владея Украиной и Центральной Россией.
Разница между нами и населением Республики Летува только в том, что эти мигранты (славные создатели у нас Литвы-ВКЛ) за века растворились в куда большей степени ИМЕННО в нашем этносе. Мало того, они, очевидно, оказали огромнейшее культурное влияние на этнос беларусов. Показательно, например, полное тождество культур беларусов и лужичан (очевидно, и лютичей). Национальные имена (Ян, Янка, Якуб, Янина, Алесь, Алеся и пр.), фамилии всех местных на 90% только на «-ич» (чего совершенно не было у исторических киевлян, ляхов, московитов). И многое прочее, что касается именно культуры. В этом аспекте беларусы наиболее близки лужичанам (лужицким сорбам Берлина, Дрездена-Дрезно и Лейпцига-Липецка), чем украинцам, полякам и русским.
Поэтому Беларусь до сих пор в национальном аспекте отражает этнические корни Полабья, Поморья и Порусья (Пруссии) – которые впитала в себя, вобрав мигрантов оттуда и став ВЕЛИКОЙ ДЕРЖАВОЙ именно из-за этой миграции. Фактически, за многие века эти мигранты растворились в среде ятвягов и кривичей (или, точнее, наоборот), а это смешение и является ныне беларуской нацией.
Есть разные оценки той миграции; более верной, на мой взгляд, является такая: население Западной Беларуси тогда, в эпоху создания ВКЛ, выросло минимум в 5-7 раз. Другие исследователи горят: в 10-12 раз. В любом случае это – полное изменение лица региона. В демографическом плане, в цивилизационном, в военном и политико-государственном.
С точки зрения исторических концепций сей «запал экспансии ВКЛ» был задан только тем, что к нам мигрировали в большей части горожане и княжеские дружины, то есть цеховики и рыцари. Прошло несколько веков – весь этот «запал» канул в Лету. Мы стали снова сами собой – «нормальной» Литвой-Беларусью, в которой уже не было избытка воинства. Отсюда стали «хиреть» в военном плане, уже давно не являясь пугающей всех «военной Литвой». И все кончилось разделом Речи Посполитой, где наши военные силы были уж совершенно слабы и карикатурны.
Эта концепция, как кажется, позволяет объяснить и появление Литвы-ВКЛ, и ее огромнейшее в свою эпоху Государство, и его кризис, закат и гибель.
Но это, конечно, только одна из точек зрения на нашу историю – точнее, на тенденции, которые этой историей управляли.
УНИКАЛЬНОСТЬ БЕЛАРУСОВ
Эти представления об истоках беларусов позволяют иначе взглянуть и на знаменитую беларускую толерантность, которую традиционно объясняют тем, что Беларусь находится «на перек
ТАК БАЛТЫ ИЛИ СЛАВЯНЕ?
2011-06-24 20:12:00 (читать в оригинале)Вадим ДЕРУЖИНСКИЙ
«Аналитическая газета «Секретные исследования»
Не утихают споры о том, кем являются беларусы – славянами или балтами.
22 октября 2010 года агентство БелаПАН распространило заявление на пресс-конференции заведующего лабораторией нехромосомной наследственности Института генетики и цитологии Национальной академии наук, член-корреспондента НАН Беларуси Олега Давыденко. По его словам, исследование по этногеномике беларуского народа проводилось в 2005-2006 годах. В ходе него было изучено около тысячи проб ДНК коренных беларусов шести географических районов: северное Подвинье, западно-восточное Полесье, центральная, восточная и северо-западная Беларусь.
Олег Давыденко, в частности, сказал:
«Основной результат исследований: белорусы — это индоевропейцы, славяне (а никакие не балты). Во-вторых, наиболее близкие родственники к нам по числу генетических систем — это русские и украинцы. Ближе всего к этой группе славян стоят балты, следующие по близости — германцы, остальные все от нас дальше».
Эти заявления вызвали большой резонанс в стране, были перепечатаны многими газетами. Всех удивило, что суждения Давыденко противоречат суждениям других беларуских ученых. Так, 30 июня 2010 года СМИ Беларуси распространили интервью с антропологом и генетиком Беларуси, доктором биологических наук, лауреатом Государственной премии Беларуси А.И. Микуличем «История белорусов зашифрована в их крови». Известнейший ученый разоблачил миф о каком-то «родстве» беларусов и русских: русские являются славянизированными финнами, а беларусы генетически наиболее близки вовсе не русским и украинцам, а мазурам Польши – т.е. западным балтам.
Интересно, что в феврале 2011 года на Первом телеканале РБ показали передачу «Генетический код», в которой Олег Давыденко снова повторил, что «беларусы – это славяне, никакие не балты», но в этот раз он привел свою аргументацию этого тезиса. Он заявил: «У летувисов в генах 35-37% финской гаплогруппы, а у беларусов только 9-14%. Если бы беларусы были балтами, то у них тоже должно было быть около 35% финской гаплогруппы. Поэтому беларусы – славяне, никакие не балты».
Удивительная логика! Какое вообще отношение к «балтийскости» имеет финская гаплогруппа? Она показывает только степень смешения с финнами, но равно это смешение может быть у разных народов. Например, у татар 20% финской гаплогруппы, у ненцев – 38%, но это же не означает, что татары и ненцы – это балты.
Да, у латышей 41% финской гаплогруппы, но этот показатель появился после смешения с финским племенем ливов. У эстонцев 34%, но при этом ни ливы, ни эстонцы – НЕ ЯВЛЯЮТСЯ БАЛТАМИ.
Следует понимать, что финны – не индоевропейцы, а балты – индоевропейцы, причем самые архаичные (западнобалтский язык пруссов лежал в основе индоевропейских языков, включая санскрит). Поэтому балтов нельзя рассматривать как смешение индоевропейцев с финнами – лингвистика такой подход отрицает. Что касается генофонда летувисов и латышей, то Олег Давыденко должен был наоборот сказать, что их нельзя считать в полной мере балтами из-за значительного смешения с финнами. В этом плане беларусы как раз намного более чистые балты, чем летувисы и латыши. Западнобалтской является гаплогруппа R1a, показатель которой наиболее высок у славянизированных (по языку) западных балтов: на первом месте стоят лужицкие сорбы (63%), на втором мазуры Польши (57%), на третьем беларусы (50%). Ретроспективно показатель R1a на уровне 60% должен был быть у западнобалтских племен ятвягов и погезан (пруссов) Миндовга, которые не граничили с ареалом финнов. Это и есть балты в чистом виде, а вовсе не летувисы или латыши.
СТАРЫЕ СПОРЫ
Концепцию, именуемую «теорией балтского субстрата беларусов», сформировали и аргументировано доказали в своих исследованиях академик Ефим Карский, известный российский археолог профессор Валентин Седов, беларуский историк Николай Ермолович, польский лингвист Я. Розвадовский, американский лингвист Ю. Шерех и многие другие ученые. Однако ее категорически запрещали в СССР и предписывали говорить словами Олега Давыденко: «белорусы — это славяне, а никакие не балты».
Об этом рассказывает в своей работе «Балтский субстрат в формировании беларуской народности» доктор философских наук (1969), профессор (1970) Георгий Петрович Давидюк (1923 г.р.):
«Российские историки в своем большинстве до сих пор выступают против теории балтского субстрата. В основе их аргументации лежат постулаты, сформулированные идеологами царского самодержавия и Русской православной церкви, а позже воспроизведенные идеологами ЦК КПСС. Таково «научное обоснование» шовинистической политики правителей России всех времен.
…Труднее понять, почему некоторые беларуские историки после обретения независимости в 1991 году продолжают рьяно защищать выдумки о «родстве» беларусов и россиян, их «славянской чистоте», о «братской любви» россиян к беларусам.
…Идейные вдохновители [их] в 60-70-е годы ХХ века организовали борьбу против теории «балтского субстрата». Уже в тот период она поставила под сомнение «славянскую чистоту» происхождения беларусов, равно как и теорию единой древнерусской народности, из которой будто бы вышли русские, украинцы и беларусы. А это под корень уничтожало «научные» концепции многих беларуских историков – академиков, членов-корреспондентов, докторов и кандидатов наук. Поэтому они решительно выступили против этой теории, защищая собственное благополучное существование.
В 1973 году в Минске пытались организовать Всесоюзную научную конференцию на базе Института истории АН БССР по проблеме этногенеза беларусов, с той целью, чтобы «разбить идейно-порочную теорию балтского субстрата». Однако в тезисах многих докладов, присланных на конференцию, содержалась поддержка этой теории. Это напугало высшее партийное руководство БССР, затеявшее проведение форума. Оно спустило «директиву»: конференцию не проводить. Директору Института истории Н.В. Каменской поступило телефонное «указание» от секретаря ЦК КПБ по идеологии А.Т. Кузьмина: «материалы конференции уничтожить». Каменская, в свою очередь, приказала заведующему сектором профессору Адаму Залесскому сжечь тексты докладов, присланных на конференцию. Заядлый великорусский шовинист, ненавистник всего беларуского, Залесский с великой радостью выполнил приказ директора института.
В то время я работал в Институте философии и права АН БССР заведующим отделом социальных исследований. Однажды директор нашего института академик Казимир Буслов под секретом рассказал мне об этом злодеянии людей, смеющих называть себя учеными.
В настоящее время, несмотря на отсутствие прямого идеологического вмешательства властей и проправительственных организаций в научную деятельность, ряд историков Беларуси все еще отстаивает теорию «славянской чистоты» беларусов. Поэтому в журналы по общественным наукам, выпускаемые государственными издательствами (например, в журнал «Беларускi гiстарычны часопiс»), а также в школьные и вузовские учебники «теория балтского субстрата» по-прежнему не допускается. Приходится ждать, когда научная концепция балтского субстрата, достоверно отражающая реальность, преодолеет догматизм и рутину беларуской историографии и займет в ней достойное место».
Как видим, еще в СССР активно прятали факты, указывающие на балтийское, а не славянское происхождение беларусов. Взглянем и мы на эти факты без догматизма ЦК КПСС.
ПРЕДЫСТОРИЯ БЕЛАРУСОВ
В октябре 2010 года вышел в свет сборник работ беларуских ученых «Предыстория беларусов с древнейших времен до XIII века» (Минск, Харвест, 2010, 544 с.). В разделе «Беларусы в генетическом пространстве» А.И. Микулич пишет:
«Обобщенный анализ позволил выяснить, что генофонды беларусов, а также смежных районов Летувы и России почти не различаются между собой».
Это не означает родства беларусов с восточными балтами или с русскими, а только показывает, что данные территории (Виленщина, Смоленская, Брянская области) являются этнически беларускими. Это совпадает с картами проживания беларуского этноса, составленными Риттихом (1875), Карским (1903), Московской Диалектологической Комиссией (1915), Станкевичем (1921). Поэтому сравнение генофонда у населения внутри области проживания беларуского этноса – это не сравнение генофонда беларусов с генофондом летувисов или русских, а сравнение беларусов с беларусами (хотя в Летуве и России они уже и не считаются беларусами).
А. Микулич отмечает (стр. 179):
«Этнические облака» беларусов и украинцев достаточно компактны и в графическом пространстве двух главных компонент существенно перекрываются. Русское же «облако» весьма размыто, и лишь незначительная его часть перекрывается с предыдущими двумя. Если украинский этнос вообще не граничит с финно-угорским, а беларуский лишь достигает его границ, то русский этнос фактически смешивается с ним (находится в одном кластере с ним)».
Он ссылается и на российские исследования (стр. 151): «…то «русские популяции во всех диаграммах оказываются в одном кластере с финно-угорскими, а не славянскими этносами» (Лимборская С.А. и др., 2002)».
Стр. 153: «На карте генетических расстояний населения Восточной Европы от средних беларуских частот генов (см. карту 7), построенной на основе значительного количества маркеров (57 аллелей 21 локуса), прекрасно видна своеобразная особенность генофонда беларусов. К ним присоединяются коренные жители Псковской, Новгородской, Смоленской и Брянской областей, Виленского края, Украинского Полесья».
Согласно этой карте, беларусы также идентичны по генам населению восточной половины Летувы и Латвии, но при этом абсолютно не родственны населению Московской области и восточнее ее.
На карте 8 наложены территория расселения прабеларуского этноса, территория расселения балтов, границы ВКЛ и БНР в 1918 г, граница РБ сегодня. Прабеларуский этнос охватывает указанные выше районы и целиком лежит на территории расселения балтов.
Везде в своей работе А. Микулич подчеркивает, что беларусы генетически и антропологически минимум в три раза старше славян и остаются по генам и антропологии балтами.
Стр. 99: «Согласно нашим расчетам по «генетическим часам», этот срок [рождение беларуского этноса] для коренных сельских популяций углубляется до 130-140 поколений (3250-3500 лет)»
Теперь посмотрим, что заявляет О. Давыденко.
«Основной результат исследований: белорусы — это индоевропейцы, славяне (а никакие не балты). Во-вторых, наиболее близкие родственники к нам по числу генетических систем — это русские и украинцы», — сказал Давыденко.
Но славяне – это не раса, а – цитирую книгу на стр. 72: «Иными словами, то, что мы сегодня считаем славянскими землями, - это огромная масса разноэтничного народа, лишь постепенно славянизированного [только по языку]».
Как, например, можно считать в расовом плане русских славянами, если «русские популяции во всех диаграммах оказываются в одном кластере с финно-угорскими, а не славянскими этносами» (Лимборская С.А. и др., 2002)?
Что понимает ученый под термином «балты»? Он говорит не о древних балтах-беларусах, а о восточных балтах Летувы и Латвии. НО ВЕДЬ НИКТО И НЕ УТВЕРЖДАЛ НИКОГДА, ЧТО БЕЛАРУСЫ – ЭТО ВОСТОЧНЫЕ БАЛТЫ!
В заключении к книге «Предыстория беларусов с древнейших времен до XIII века» беларуские ученые Алексей Дермант и Сергей Санько («Этногенез беларусов: наука и идеология») пишут:
«1) согласно имеющимся сегодня сведениям разных наук исконными обитателями, то есть автохтонами нашего края были балтоязычные племена;
2) консервативность антропологическо-генетического облика беларусов не позволяет принять теорию о массовой славянской миграции на территорию будущей Беларуси;
3) славянизация местного балтского населения имела в основном языковый (частично и культурный) характер;
4) особенности процесса формирования беларуского этнического сообщества соответствуют этногенетической ситуации, когда предполагаемые переселенцы составляли меньшинство, однако через административно-религиозный фактор оно произвело изменения в языково-культурном ландшафте местного населения;
5) балтские корни родословной беларусов находят подтверждение в специфических антропологических, этнографических, лингвистических чертах;
6) они также объясняют факт длительного исторического сосуществования предков беларусов и летувисов в границах одного государства – Великого княжества Литовского, равно как и органический характер его образования».
ИСТОКИ ОШИБОК
Миф о славянах активно насаждался в царской России (выдуман Екатериной II) и в СССР, так как служил великодержавным целям. Понятно, что он насаждался и в антропологии, и многие беларуские ученые продолжают ему следовать даже после развала СССР. В лучшем случае говорят, что ставить вопрос «являются ли беларусы чистокровными славянами или же балтами» - неправомерно. Именно так сказала в одном из своих интервью доктор биологических наук Инесса САЛИВОН:
«- Так балты мы или славяне? - с таким бесконечно дискутируемым вопросом я [журналистка] обратилась к Инессе Ивановне - кто еще может ответить на него наиболее квалифицированно?! Данная проблема - тема ее постоянных научных исследований.
- Предположительно до расселения славян на территории Беларуси преобладало балтское население. Причем довольно многочисленное, о чем свидетельствует тот факт, что и сегодня, зная закономерности наследования устойчивых во времени признаков, можно проследить определенную степень сходства белорусов Гродненской, Витебской и в меньшей степени Минской областей с населением восточных районов Литвы и Латвии. Многие их жители - высокорослые, крупно сложенные. Это тип северных европеоидов. А вот среди населения Полесья чаще встречаются люди ниже среднего роста, с темными волосами и глазами. Эти особенности южных европеоидов, возможно, и привнесены на территорию Беларуси миграционным потоком южной ветви славян.
Лингвистические исследования также показывают, что в Беларуси сохранились древние балтские названия рек и поселений. Например, реки Реста, Брожа, Эса, Цна, деревни Бершты, Ятвезь, Литва, Жемайтишки, фамилии Сурвила, Ловейка, Зыль... Так что есть гипотеза, что до проникновения первых славянских миграций - примерно IV-VI веков нашей эры - на территории Беларуси жили балтоязычные племена.
Но, как бывает, материальный и духовный комплекс культуры пришельцев даже при численном преобладании коренного населения может им постепенно усваиваться. Именно с этого начинается формирование новой этнической общности, происходит смена этнической принадлежности потомков. Такой процесс, судя по всему, происходил и на территории Беларуси при расселении славян, ассимилировавших балтское население. В этническом же плане белорусы сформировались в XIV-XVI веках и уже не на балтской, а на восточнославянской основе. Отсюда в нашей культуре определяющими являются славянские, а не балтские черты. Словом, спорить о том, являются ли белорусы чистокровными славянами или же балтами, неправомерно. Этническая принадлежность определяется не биологическими особенностями, а совокупностью элементов духовной и материальной культуры, самосознанием. Так, в Соединенных Штатах негр и европеоидного облика человек не родственники ни в расовом отношении, ни в национальном - они жители Америки и представляют один этнос».
Этот пример Инессы Ивановны с США и показывает всю абсурдность представлений о том, что со сменой языка якобы меняется антропология – дескать, раз беларусы стали славяноязычными, то перестали быть балтами. На самом деле негр, став говорить по-английски, – НЕ СТАНОВИТСЯ АНГЛИЧАНИНОМ, а балты беларусы, став говорить по-славянски, – НЕ СТАЛИ СЛАВЯНАМИ. А остались балтами – но уже славяноязычными балтами.
Сами славяне – это, как уже говорилось, не некая «этническая группа», а нечто, как раз и напоминающее народ США: пестрая смесь разных рас. Доктор исторических наук Алексей Александрович Бычков – известный российский историк, его последняя книга - «Происхождение славян» (2008). В разделе на эту тему в книге «Предыстория беларусов…» он, в частности, отмечает:
Стр. 62: «Так кто составлял воинскую силу у антов, которых многие исследователи считают «ославянившимися» сарматами (Седов, 1994, с. 273-274; Абаев, 1965)?»
Стр. 72: «Иными словами, то, что мы сегодня считаем славянскими землями, - это огромная масса разноэтничного народа, лишь постепенно славянизированного. …В чем заключается колоссальная ассимилирующая сила славянского языка? Напомним: население современной Польши, Чехии, Словакии – отчасти потомки носителей пшеворской и пражско-корчаковской культур, а отчасти – потомки кельтов, германцев, западных балтов. Но в средние века это сплошь славяне, то есть люди, говорящие на славянских языках и считающие себя славянами.
Население всей полосы европейской степи и лесостепи – это много столетий подряд ираноязычные народы (скифы, сарматы, аланы), а на ее западных рубежах – еще и готы, и фракийцы (геты, даки, карпы). Но уже к Х веку это сплошь славяне, по тем же признакам».
И так далее. Ошибка антропологов налицо: они строят генетическую классификацию «славян» (или «восточных славян») на основе лишь языка – хотя он-то как раз к антропологии никакого отношения не имеет. Точно так английский язык является родным для жителей Гонконга или Индии, но если принять «научную методологию» наших горе-антропологов, то у них китайцы и индусы должны попасть в одну антропологическую и этническую общность с англичанами – только из-за языка, из-за наличия в прошлом мигрантов (колонистов) из Англии и из-за влияния на Гонконг и Индию английской культуры.
При последней переписи населения РФ в русский этнос записалось 160 тысяч бурятов (бурятского не знают, все православные с русскими именами и фамилиями). Согласно принятой «научной методологии» - это уже антропологически и генетически славяне, им надо особую группу выделять среди славян: «очень восточные славяне с узкими глазами».
Если кто-то найдет комичным считать славянизированных бурятов славянами – то с какой стати мы вообще считаем русский этнос славянским? Ведь в нем костяк – это порядка 70 миллионов славянизированных финно-угров «Золотого кольца России» и еще столько же – славянизированные народы Золотой Орды. Они – такие же не индоевропейцы, как и буряты. Они, правда, европеоиды – и только на этом основании кажутся «славянской внешности», хотя под этой фразой всегда понимается только «европеоидная внешность», так как антропологически и генетически эти русские идентичны не чехам или лужицким сорбам, а своим коренным народам России.
Кроме того, все дружно обходят стороной самый таинственный вопрос: откуда же в России взялось 140 миллионов славян? То есть, столько – сколько вообще всех остальных славян мира. И куда исчезли финно-угры РФ и народы Орды?
Инесса Саливон утверждает, что «в Соединенных Штатах негр и европеоидного облика человек не родственники ни в расовом отношении, ни в национальном». Но с какой же стати беларус – это вдруг родственник в расовом и национальном отношении для потомков татарских мурз, перешедших со своими народами на службу московскому царю, - татарина фельдмаршала Кутузова или татарина Карамзина, автора «Истории государства Российского»?
Вот еще вопрос для любителей определять этнос по языку.
У нас в Минске есть приют для детей, больных болезнью Дауна. У них особые черты лица, а многие так и не научились говорить и понимать речь. НО КТО ОНИ ПО НАЦИОНАЛЬНОСТИ? Коль советская антропологическая школа доказывает, что национальность определяется по языку, то выходит – что эти несчастные дети вообще не имеют национальности? Ведь часто неизвестна национальность и отказавшихся от них еще в роддоме родителей?
Но как может жить человек вообще без национальности???
Или аналогично: КОГДА НАСТУПАЕТ КАЧЕСТВО НАЦИОНАЛЬНОСТИ? С рождения ребенка – или с того момента, когда он после двух-трех лет начал понимать национальный язык и на нем заговорил? И почему мы считаем наших детей «беларусами», если они до школы не знают мовы, а говорят только по-российски? Они, согласно концепциям ученых, не беларусы, а россияне.
Я полагаю, что уже с рождения ребенок имеет свою национальность, так как анализ его генов и иных антропологических черт – автоматически относит его в свою этническую группу. Обращаю внимание – ЕЩЕ ДО ТОГО, КАК ОН СТАЛ ПОНИМАТЬ РЕЧЬ.
То есть, когда рождается беларуский младенец – то он уже при рождении имеет расовые балтийские гены и особую антропологию населения Беларуси, отчего и является с рождения балтом и беларусом. А вот выучит ли он потом беларуский язык (став славяноязычным – то есть славянином) или же вообще останется ребенком-дауном без речи, или увезут его в США, Японию или Пакистан, где он обретет совсем иные язык и культуру – это уже ничего не значит в плане того, что ОН РОДИЛСЯ БЕЛАРУСОМ.
Поэтому БЕЛАРУС – это понятие изначально все-таки генетическое и антропологическое с БАЛТИЙСКИМ содержанием, а не лингвистическое и культурологическое. Точно так негр – это не лингвистическое понятие; однако ученые советской школы говорят, что, мол, мы в сравнении с неграми действительно отличаемся не только лингвистически, но, дескать, в сравнении с русскими (согласно требованиям идеологического отдела ЦК КПСС) мы похожи и отличаемся только лингвистически. Однако эти генные различия между русскими и беларусами сегодня позволяют криминалистам определять по генматериалу трупа или следам преступника, уроженцем какой области Беларуси или РФ он является. А в перспективе (писала Лимборская) – можно свести поиск вообще к конкретному району (в радиусе 50-60 км). То есть, отличия не только конкретны, но используются МВД, КГБ, ФСБ.
Одним словом, вопрос явно носит политический характер, так как ученые советской школы всегда делают акцент на схожести беларусов именно с русскими – мол, на этом основании мы им «младший брат». На самом деле у беларусов куда больше схожего с украинцами, чем с русскими – но почему-то никто не заявляет на этом основании, что украинцы – «старший брат беларусов». То есть, налицо ПОЛИТИКА. По этому поводу А. Микулич отмечает в своей работе (стр. 167):
«У русских тоже нет 7 аллелей [Аллели – различные формы гена, расположенные в одинаковых участках (локусах) гомологичных (парных) хромосом. – Прим. В.Д.], но только три из них те же, что отсутствуют и у беларусов: 41-й, 47-й, 55-й. Эти редкие аллели отсутствуют у всех трех восточнославянских этносов. Среди украинцев нет почти половины евразийских аллельных вариантов – 12 (25, 27, 28, 31, 33, 37, 39, 41, 45, 47, 53, 55). Таким образом, если у беларусов вместе с русскими одинаково отсутствуют только три аллеля, то у беларусов вместе с украинцами – уже семь, или в 2,3 раза больше. Этот факт свидетельствует о большей общности исторической судьбы нашего народа с южным соседом, чем с восточным».
Почему же генетики и политики, твердящие о «родстве беларусов и русских» всегда «забывают» уточнить, что при этом беларусы в 2,3 раза генетически ближе украинцам, чем русским? Видимо, только потому, что этот факт «политически никем не востребован» - ведь в Киеве нет великодержавных политиков, желающих использовать генетическую общность как предлог для включения Беларуси в состав Великой Украины.
Мало того, имея в 2,3 раза больше генетически общего с украинцами, чем с русскими, беларусы что-то не горят желанием создавать с Украиной Союзное Государство (а еще больше у беларусов генетического родства с мазурами Польши). Уже это показывает спекулятивность всяких тезисов о «генетической близости» в вопросах внешней политики.
БЕЛАРУСЫ – БАЛТЫ
Кандидат исторических наук Олег Дернович пишет в очерке «Этническая история Беларуси»:
«Пути миграции кривичей всегда проходили через балтские территории, и это насторожило исследователей – здесь нет никаких славянских признаков. Антропологически кривичи оказались не просто похожими, но общими с латгалами (обитателями Восточной Латвии). А гидронимия (названия водных объектов) кривичской территории – бесспорно балтская. Беларуский археолог Александр Медведев теперь прямо пишет, что кривичи – это балты.
…Следует напомнить, что автор «Повести временных лет» не называет кривичей среди «словенских языков Руси». …Все же кривичей по объективным признакам мы можем отнести к балтам».
Дреговичи – тоже западные балты; по мнению московского лингвиста Георгия Хабургаева, название балтского сообщества Припятского региона имело форму DREGUVA, что соответствует всем западнобалтским названиям соседних племен: Мазова, Литва, Ятва, Дайнова, Крива.
Историк Алексей Дермант в очерке «Кривичи» пишет: «Особенности кривичей-полочан археологически связаны с культурой ранних длинных курганов Полотчины и атокинским вариантом банцеровской культуры, а этнически – прежде всего с балтским субстратом… Это обстоятельство позволяет отказаться от противопоставления в этническом смысле определений «кривичский» и «балтский», ибо априорная славянскость кривичей просто исчезает, а их славянское слагаемое (безразлично, откуда оно могло происходить) оказывается фикцией».
То же самое писал еще в 1973 году В. Топоров в работе «К вопросу о балтизмах в славянских языках»: «Чрезвычайно интересно то, что понятие «славянский», употребляемое в традиционном смысле, меняет (а отсюда и теряет) свое значение также и в свете ряда иных достижений последних лет в области реконструкции этнолингвистической карты Восточной Европы. …Иначе говоря, для этой части Восточной Европы «славянский» элемент, как он понимался до сих пор, для определенной эпохи, когда балтский элемент был бесспорно актуальным, оказывается фикцией».
Историк И. Ляпушкин: «До VIII-IX веков вся область Верхнего Поднепровья и прилегающих к ней районов до верховий Оки на востоке и до Немана на западе, от границы с лесостепью на юге и до бассейна Западной Двины на севере, была занята балтскими племенами».
М. Артамонов писал еще в 1974 году: «Вследствие того, что славянские памятники, которые определенно относятся к VIII веку, в Верхнем Поднепровье до сих пор не обнаружены, славянский период на этой территории (…) надо начинать с IX века». (А не с IV-VI веков, как это делает И. Саливон.)
Алексей Дермант: «Бесспорно, что в IX-XI веках произошли значительные изменения как в материальной, так и в духовной культуре здешних обитателей, но объяснение этих трансформаций исключительно поиском следов «массовой славянской миграции» выглядит как упрощенный и ангажированный подход».
Это, очевидно, как раз и относится к суждению «белорусы — это славяне (а никакие не балты)». Никакой массовой миграции славян на территорию Беларуси никогда не было, поэтому просто нелепо искать у беларусов «славянские гены», называя таковыми на самом деле гены нашего коренного западнобалтского населения – которое к тому же старше славян на 2000 лет и неизменно по генам 3500 лет.
Алексей Дермант: «Г. Дебец, который исследовал черепа из захоронений кривичей, дреговичей и радимичей X-XII веков, констатировал отсутствие между ними реальных различий, а также отметил их весьма большое сходство с серией черепов из Люцинского кладбища (Латвия). На основании этого автор утверждает, что включение территории современной Беларуси в круг славянских культур не сопровождалось какими-то значительными переселениями, а происходило через окультурацию.
Т. Трофимова приобщала полоцких кривичей к долихоцефальному широколицему типу и, отмечая его связь со Средним и Верхним Поднепровьем и Прибалтикой, считала этот тип реликтовым, известным по крайней мере с эпохи бронзы».
Т. Алексеева в труде «Этногенез восточных славян по данным антропологии» отмечала в отношении полоцких кривичей: «…долихокрания в сочетании с относительной широколицестостью характеризует балтоязычное население средневековья, и, вероятно, генетически этот комплекс не связан со славянами. Территориальное размещение (северная часть зоны расселения славян) также свидетельствует против славянской его принадлежности».
Алексей Дермант: «Псковская группировка кривичей антропологически наиболее похожа на население ятвяжского ареала. …По абсолютным размерам мозгового отдела черепа и скелета лица в отношении головного показателя и ширины лица, мазовшане (славянизированные западные балты), полоцкие кривичи, ятвяги и латгалы объединяются одним комплексом физических черт и в этом приближаются к норвежцам и англо-саксам».
Вот такие мы «славяне», и вот такая у нас «близость беларусов с русскими»…
И далее: «Изучение одонтологических (зубных) материалов показывает, что западные серии кривичей полностью соответствуют так называемым ранним латгалам Видземе и жемойтам, но наибольшее сходство у них выявляется с восточными латгалами VIII-XIII веков. Отмеченная близость зубного комплекса кривичей и синхронных им латгалов может быть объяснена в пользу местного (балтского) происхождения первых.
Явных антропологических следов проникновения славян на территорию Подвинья нет. Те материалы, которые некоторые ученые идентифицируют со славянами, могут быть связаны и с другими этносами, в том числе с балтскими племенами. При этом единственное, что позволяют утверждать антропологические исследования, это отсутствие массовых миграций, которые могли бы привести к существенному изменению физического типа населения Беларуси.
Таким образом, засвидетельствованное большинством антропологов значительное сходство балтских племен (особенно латгалов) и полоцких кривичей позволяет поддержать мнение о славянизации кривичей путем замены ими своего балтского языка на славянский».
Кстати, еще в XIX веке летувисский историк С. Даукантас связывал славянизацию кривичей с «русским» фактором и указывал на дославянский балтский язык кривичей:
«Род кревов (krievai) так соединился с русами, что разговаривает по-русски, а не по- своему. Кревы …говорили на том же языке, что и литовцы, жемойты, леты, пруссы. В стране кревов было два языка – один письменный, так называемый русский, второй – людской, так называемый кревский».
Однако постепенный переход крестьянского (это тогда 95%) западнобалтского населения кривичей на «русский» язык (славянский койне) – не означал, что Крива стала пресловутой «Русью». Алексей Дермант отмечает:
«При этом к собственно «Русской земле», или «Руси» в узком смысле слова (которая существовала в Среднем Поднепровье), Полоцк и Смоленск не принадлежали. До последней трети IX века полоцкие кривичи не зависели ни от Киева, ни от Новгорода, и только в 70-е годы IX века киевские князья Аскольд и Дир совершили поход на Полоцк и, возможно, включили его в орбиту своего влияния. Но, в любом случае, при князе Олеге Полоцк уже не подчинялся Киеву.
Все вышеупомянутые города, которые являлись конкурентными государствообразующими центрами, принадлежали к трем крупным этнокультурным и географическим ареалам: финско-словенскому Северу (Новгород), ирано-полянскому Поднепровью (Киев) и балто-кривскому Верхнему Поднепровью и Подвинью (Полоцк, Смоленск). Два первых ареала, не завершив самостоятельного развития в государственные структуры, были объединены Рюриковичами и уже вместе пошли к созданию общего государства, Полоцкая же земля проявила максимум упрямства и не попала в эту компанию. Известный историк и культуролог Л. Акиншевич утверждал по этому поводу, что «во времена княжеские (X-XIII века) беларуские княжества, бесспорно, менее, чем украинские и российские, имели тенденцию к объединению в единое «русское» целое».
БАЛТСКАЯ КУЛЬТУРА БЕЛАРУСОВ
В начале 90-х вопрос «славяне или балты?» обрел «патриотическое звучание»: в порыве доказать, что история ВКЛ являлась историей нашего этноса и государства наших предков – а не Летувы жемойтов, беларуские историки стали представлять историческую Литву как славянское государство.
Ошибка заключалась в том, что в реальности наши предки, создавшие ВКЛ, не были ни славянами (то есть славянизированными), ни восточными балтами (то есть этнической группы летувисов и латышей). Они были ЗАПАДНЫМИ БАЛТАМИ – полностью ныне ассимилированной большой этнической группой, от которой некогда и отпочковались славяне (в смешении с другими этносами). Поэтому западные балты так легко славянизировались.
Вопрос 90-х фактически стоял так: «славяне или восточные балты?». Причем, судя по заявлениям Олега Давыденко, для некоторых ученых и сейчас вопрос стоит именно так. На самом деле этот вопрос заведомо ОШИБОЧЕН, потому что наши предки не были ни славянами, ни восточными балтами.
Еще в 1950-е годы Витовт Тумаш опубликовал работы «Балтский элемент при становлении современного белорусского народа» и «К вопросу о белорусской южной этнографической границе». В них он убедительно показал культурную и духовно-психологическую близость беларусов к «современным балтам». Однако эта близость должна объясняться не процессами этноконтактов между «славянами» и восточными балтами, а самой сутью нашего западнобалтского субстрата, к которому восточные балты (летувисы и латыши) как сегодня не имеют никакого отношения, так не имели к нам никакого отношения и вообще во всем нашем прошлом. Так что наше балтийское содержание – это сугубо наше западнобалтское, а не от соседей восточных балтов.
Что касается балтских культурных реалий, то таковых существует масса у беларусов, мазуров и лужичан – только вот их почему-то причисляют к «славянским традициям». Например: фамилии на «-ович», топонимы на «-но» и «-овичи», пшеканье/дзеканье и иные реалии балтской фонетики, до трети в языке архаичной западнобалтской лексики (по Е. Карскому в беларуском языке 83% корней слов балтские), древнейшая кухня на основе блюд из овса, имеющая возраст минимум 3500 лет (что на 2000 лет старше славян, у которых овсяных блюд уже не было), уникальные балтские народные традиции и праздники.
Короче говоря, в культуре у беларусов, лужичан и мазуров – есть и сегодня свои ярчайшим образом выраженные балтийские черты. А вот «славянской культуры» у этих трех народов нет. Разве наша западнобалтская культура похожа хоть чем-то на культуру «славян»-болгар? Нет, у них совершенно иная культура, они даже в знак согласия мотают головой, а в знак несогласия кивают. Или разве в культуре беларусов есть хоть один элемент «славянской русской» культуры с ее угорскими матрешками, финскими саунами, тюркской кадрилью и балалайками? Нет, вместо этого наши национальные культурные атрибуты – беларуская волынка и кукольный театр батлейка. Это у кого же еще среди славян национальным инструментом является волынка? Больше ни у кого. И у украинцев совершенно иная «славянская культура»: чисто балканские песни и пляски, шаровары и ленты в косах, прочее от ираноязычной сарматской культуры.
По большому счету – НЕТ НИКАКИХ СЛАВЯН, НЕТ ГЕНОВ СЛАВЯН, как и НЕТ НИКАКОЙ СЛАВЯНСКОЙ КУЛЬТУРЫ. Есть только народы разных рас и культур, перешедшие на славянский койне – то есть только славяноязычные.
Предлагаю задуматься о следующем. В середине XIX века генерал-губернатор Вильни вешатель Муравьев, следуя указаниям царизма, перевел «жмудскую письменность» (то есть нынешний «литовский язык») на кириллицу (как ранее было сделано с литвинским-беларуским языком, каковой потом вообще был запрещен в России до 1908 года). Это было только началом реформ Муравьева, а в перспективе перевод «жмудского наречия» на «русский алфавит» должен был служить постепенному переходу «жмудского племени» на русский язык. И вот представьте себе, что царизму это насилие удалось (что было вполне возможно и реализовалось у многих других подневольных народов царизма).
Сегодня мы бы имели славяноязычную Республику Летува, население которой называлось бы со второй половины XIX века литоворусами и славянами. И вот ее ученые ставят вопрос: кто мы – славяне или балты?
Какой-нибудь академик бывшей Литоворусской ССР Жмудявичусов с жаром доказывал бы, что литоворусы Жемойтии – это никакие не балты, а славяне: так как они сегодня говорят на новом русскожемойтском языке в сем
Угар! Очки надо?
2011-06-24 18:33:00 (читать в оригинале)Рок против чиновников
2011-06-22 19:37:00 (читать в оригинале)Чума свиней не смогла остановить "Нашествие"
Музыкальный фестиваль "Нашествие", который собирает несколько сотен тысяч зрителей и десятки артистов, едва не оказался под запретом. Власти Тверской области, где проводится "Нашествие", предложили отменить мероприятие из-за вспышки африканской чумы свиней, зарегистрированной в регионе. Но в конечном итоге организаторы фестивали смогли договориться с властями и добились возможности провести шоу.
истории о смерти кистеухого свина Василия в Московском зоопарке. Тогда именно из-за подозрений на чуму всем обитателям зоопарка, у которых имеются пятаки и копытца, устроили карантин.Между тем, африканская чума свиней - далеко не новость для животноводов и разнообразных надзорных органов, следящих за здоровьем зверья по всей нашей стране. На самом деле эта болезнь была зарегистрирована на территории России уже достаточно давно - еще до смерти Василия (который, как раз, чумой заражен не был) несколько очагов этого заболевания были выявлены в той же Тверской области. Всего в регионе погибло около пяти тысяч свиней.
Именно это обстоятельство и обеспокоило нового руководителя - временно исполняющего обязанности губернатора Тверской области Андрея Шевелева, который на правах начальника решил опробовать новую метлу. Действительно, не прошло и недели после внезапной отставки предшественника Шевелева, Дмитрия Зеленина, как новый глава региона взялся за едва ли не самое масштабное начинание в своей карьере.
20 июня Андрей Шевелев предложил отменить запланированный на 8, 9 и 10 июля знаменитый фестиваль "Нашествие", на который ежегодно собираются поклонники отечественной рок-музыки, чтобы пожить в палатках, попить пива, поваляться в грязи, ну и послушать свои любимые группы.
| Фестиваль "Нашествие" проводится с 1999 года. В поселке Большое Завидово Тверской области мероприятие проходит с 2009 года. Среди участников "Нашествия"-2011 числятся группы ДДТ, "Чайф", "Алиса", "Король и шут", "Пикник", "Кирпичи", "Ляпис Трубецкой", "Крематорий", "Мегаполис", "Тараканы!", "Смысловые галлюцинации", "Ундервуд", "Пилот", Amatory, "Калинов мост", а также Найк Борзов, Noize MC, Гоша Куценко и многие другие. С полным списком артистов можно ознакомиться здесь. |
Объясняя свое решение, и.о. губернатора сослался на ту самую африканскую чуму свиней и заявил, что по-хорошему на лето в регионе должны быть отменены все массовые мероприятия, в том числе и празднование Дня города.
Правда, про "Селигер", который стартует в той же Тверской области 1 июля, Шевелев почему-то забыл, ну да простим ему этот огрех - человек совсем недавно начал исполнять обязанности губернатора и еще наверняка не успел ознакомиться с полным списком тех самых массовых мероприятий, которые собирался отменить.
Весть об отмене "Нашествия" - фестиваля, к которому многие готовятся сильно заранее и съезжаются на него из самых дальних далей нашей страны - немедленно попала на ленты новостных агентств и на страницы газет. Все устроили панику и начали переживать за судьбу мероприятия.
Шум поднялся такой, что едва не дошел до первых лиц государства. 21 июня организаторы "Нашествия" дали специальную пресс-конференцию, на которой заявили, что во что бы то ни стало хотят провести запланированные шоу и собираются отправить соответствующие письма, подписанные российскими рок-музыкантами, президенту Дмитрию Медведеву (у которого уже имеется богатый опыт общения с артистами) и премьер-министру Владимиру Путину (который, как известно, с музыкантами знаком меньше).
В ответ на это администрация Тверской области тогда же вновь подтвердила, что "Нашествия" не будет. Для убедительности и.о. губернатора даже сослался на Комиссию по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и обеспечению пожарной безопасности Тверской области. В заявлении, размещенном на сайте руководства региона, было сказано, что ведомство сочло необходимым запретить фестиваль из-за карантина в связи с чумой свиней.
А чтобы все уже наконец поняли, что специально музыкантов и рок-фестиваль Шевелев преследовать не собирается, он разъяснил: "На фестиваль приезжают люди из разных регионов России, от центра до Дальнего Востока. Мы не можем допустить, чтобы инфекция получила возможность проникнуть в другие регионы России".
Впрочем, надолго заботы и.о. губернатора о свиньях (человеку африканская чума не передается) не хватило. Уже вечером 21 июня выяснилось, что обе стороны конфликта пришли к консенсусу и все же договорились о проведении "Нашествия".
Причем, как сообщили источники агентства "Интерфакс" в администрации Тверской области, беспокойство Шевелева о судьбе свиней и возможном распространении вируса поутихло после телефонного звонка от замглавы администрации президента России Владислава Суркова. О содержании разговора Шевелева и Суркова ничего неизвестно, но, так или иначе, временный глава Тверской области по отношению к организаторам "Нашествия" сменил гнев на милость.
| Фотогалерея |
| "Нашествие"-2010 |
По условиям соглашения между организаторами фестиваля и властями, оргкомитет "Нашествия" обязуется соблюдать все карантинные правила, установленные Роспотребнадзором в связи с чумой. Среди них, в частности, присутствует запрет на торговлю мясными продуктами на территории фестиваля, который будет проходить в поселке Большое Завидово, а также на ввоз мясной еды на "Нашествие" самими зрителями.
Такой вегетарианский подход, кстати, показался вполне приемлемым некоторым из участников будущего мероприятия. Например, лидер группы "Тараканы!" Дмитрий "Сид" Спирин отнесся к запрету на мясо, в частности на свинину, с большим энтузиазмом.
"Не надо есть свинину вообще. На западной рок-сцене очень популярны и модны традиции веганства и вегетарианства. Мне кажется, что в России хотя бы на три дня фестиваля "Нашествие" в Тверской области эти традиции тоже можно было бы насадить", - отметил музыкант в беседе с "Коммерсантом".
Возможно, до 8 июля зрители "Нашествия" сумеют морально подготовиться к тому, что им придется придерживаться строгой диеты во время фестиваля. В конце концов, пиво там пока не запретили, а это не может не радовать публику. Хотя, как знать - у и.о. губернатора еще есть время все взять и отменить, тем более что соглашение между ним и оргкомитетом "Нашествия" пока не подписано (ожидается, что это произойдет 24 июня).
источник: lenta.ruЧто знал Сталин о планах Гитлера
2011-06-22 18:41:00 (читать в оригинале)За полторы недели до нападения вермахта на СССР 22 июня 1941 года советская разведка 47 раз информировала Кремль о дате вторжения. И только за три дня до войны Красную Армию стали приводить в боевую готовность. Во многих исследованиях российских и зарубежных историков давно укоренился миф, что нападение стало внезапным для СССР, что Сталин прозевал этот стратегический момент из-за недостатка достоверной информации от разведки. Но так ли это?
Сборник документов службы внешней разведки России «Агрессия»
Действительно ли советское руководство испытывало дефицит сведений о подготовке вермахта к войне и дате вторжения гитлеровских войск? Ответы на эти и другие вопросы военный обозреватель «КП» Виктор БАРАНЕЦ получил у известного военного историка Арсена МАРТИРОСЯНА, много лет занимавшегося данной проблемой.
ВРЕМЯ «Ч»
Виктор БАРАНЕЦ (В. Б.): - Арсен Беникович, когда советская разведка впервые начала информировать Кремль о возможном нападении Германии на СССР?
Арсен МАРТИРОСЯН (А. М.): - Такие сообщения, в том числе и с указанием различных вариантов разгрома наших войск, стали поступать в Москву еще с 1935 года. А с конца 1936 г. уже было известно, что в Германии разработан первый вариант плана агрессии, носивший в то время «скромное» название «Восточная кампания». Информация об этом была доложена Сталину 10 февраля 1937 г. Информационные сигналы о возможном нападении Германии на Советский Союз поступали и в 1938 -1939 годах. К тому же Гитлер… сам выболтал Сталину примерный срок нападения в своем майском (1941 г.) письме, в котором прямо указал, что примерно 15 - 20 июня он якобы начнет переброску своих войск с германо-советской границы на запад. Хотя на стол Сталина начали ложиться донесения разведки иного рода, в том числе и с более или менее точными сведениями о дате нападения.
В. Б.: - А что было известно в Кремле о планах Гитлера накануне 22 июня?
А. М.: - Самый убедительный ответ на этот вопрос дают архивные материалы. А они говорят о том, что советская разведка в последние 10 дней до начала войны аж 47 раз абсолютно точно или относительно точно называла дату фашистского вторжения. Именно поэтому Сталин 18 июня 1941 года санкционировал объявление боевой тревоги в войсках прикрытия.
В. Б.: - Но почему же тогда Сталин принял такое решение всего за три дня до войны? Может быть, потому, как утверждается в некоторых статьях и исследованиях, что советская разведка ошиблась в определении сроков и даты нападения?
А. М.: - Самое досадное, что источниками таких мифов порой являются, увы, сами разведчики…
В. Б.: - Разведчики - в качестве дезинформаторов?
А. М.: - Вспоминаю, как десять лет назад в связи с 60-летием начала Великой Отечественной войны редакция газеты Минобороны РФ «Красная Звезда» проводила заседание «круглого стола». И вот там, 16 июня 2001 года, полковник СВР Владимир Николаевич Карпов прямо так и заявил: «К сожалению, разведка не назвала точной даты, не сказала однозначно, что война начнется 22 июня». И с тех пор «просвещенные» авторитетным человеком (разведчик же) доверчивые «исследователи» вот уже целое десятилетие хором голосят, что-де советская разведка не справилась со своей основной задачей - не установила точную дату начала агрессии гитлеровской Германии.
В. Б.: - Но ведь до Карпова почти то же самое утверждали некоторые маршалы, в частности и маршал Жуков, и генералы, в том числе и из разведки…
А. М.: - Их авторитет, безусловно, давит. Кстати, в «исправленном и дополненном по рукописи автора» издании мемуаров Жукова в 2002 году появилась любопытная фраза: «Сейчас бытуют разные версии по поводу того, знали мы или нет конкретную дату начала и план войны. Генеральному штабу о дне нападения немецких войск стало известно от перебежчика лишь 21 июня, о чем нами тотчас же было доложено И. В. Сталину. Он тут же дал согласие на приведение войск в боевую готовность. Видимо, он и ранее получал такие важные сведения по другим каналам…» Каким бы уважаемым ни был образ Жукова в массовом сознании, каким бы ни было почти абсолютное доверие большинства читателей его мемуарам, но правда о работе советской разведки накануне войны неизмеримо дороже.
МЕЖДУ ПРАВДОЙ И ЛОЖЬЮ
В. Б.: - И в чем же суть этой правды?
А. М.: - А давайте обратимся к фактам, которые зафиксированы в архивных документах. Начиная с января 1941 года как минимум 22 сообщения резидентур Главного разведуправления Генштаба, одно - разведуправления ВМФ и 45 -1-го управления НКВД-НКГБ СССР содержали указания на предполагаемые даты нападения. Конечно, в этих документах были и разнобой, и многочисленные дезинформационные «шумы» - германская разведка в поте лица распространяла всевозможную дезу, которая по разным каналам попадала в Москву. И все равно за месяц до войны Сталин уже располагал информацией о том, что в начале 20-х чисел июня произойдет нападение. И лишь за 10 дней до начала войны в Кремль стала поступать информация, в которой, как я уже говорил, точно указывалось время «Ч» - 22 июня…
В. Б.: - И что, раньше никак нельзя было выведать это?
А. М.: - Легко сказать!.. Установить точную дату нападения раньше указанного промежутка времени было невозможно. По той причине, что верховное командование Германии письменно указало день 22 июня 1941 года (как дату нападения) только 10 июня 1941 года. А до этого времени, как, впрочем, и после 10 июня и до дня нападения, немцы вели широкомасштабную, прекрасно продуманную, четко скоординированную и неукоснительно претворявшуюся в жизнь даже в различных деталях и нюансах дезинформационную кампанию. Цель - попытаться ввести высшее руководство СССР и командование армии в полное заблуждение. И все же хоть и за 10 дней до начала вой-ны, а Москва получила точные данные.
«СОВЕТЫ, СОВЕТЫ, СКОРО БУДЕТ ВОЙНА!»
В. Б.: - Кто же и как добыл эту информацию?
А. М.: - Наверное, некоторые читатели сильно удивятся, узнав о том, что одну из важнейших ролей здесь сыграла разведка пограничных войск, как, впрочем, и сами пограничники. Именно разведка погранвойск одной из первых смогла установить начало выдвижения ударных группировок вермахта на исходные для нападения позиции. Впервые пограничники назвали дату вторжения гитлеровцев 14 июня 1941 г. Об этом им сообщили два диверсанта, задержанные на участке 19-й заставы погранотряда НКВД Белорусской ССР. Вторично ту же дату - 22 июня - назвала вторая группа диверсантов, задержанных 18 июня. Еще 6 раз эту информацию подтвердили агенты пограничников, работавшие на той стороне кордона. В тот период стали активно поступать такие же данные от военных перебежчиков и дружественно настроенных к СССР гражданских лиц, живших по ту сторону границы.
В середине июня советскую границу в Прибалтике перешел солдат стоявшего в гарнизоне Айдкунен 405-го пехотного полка вермахта, который на допросе показал, что, по словам генерала фон Ленгвица, инспектировавшего их часть, в ближайшие дни произойдет нападение Германии на СССР. 15 июня 1941 г. на участке 4-й комендатуры 93-го Лисковского погранотряда проживавшие на сопредельной стороне польские женщины выходили на берег пограничной реки и, сложив рупором ладони, кричали советским пограничникам: «Советы, Советы, скоро будет война! Советы, через тыждень (по-польски - неделя. - А. М.) будет война!» Это было зафиксировано сотрудниками разведки погранвойск и доложено по инстанции. Суммарно пограничники назвали дату 22 июня 26 раз!
В. Б.: - А сколько всего было перебежчиков?
А. М.: - Только за период с 1 по 10 июня пограничники задержали 108 вражеских лазутчиков и диверсантов. Вдвое больше их было задержано и в оставшиеся до нападения одиннадцать дней.
ФЕЛЬДФЕБЕЛЬ С ТОЙ СТОРОНЫ
В. Б.: - Нет, пожалуй, ни одного исследования о начале войны, где не упоминался бы еще и некий немецкий фельдфебель…
А. М.: - Есть документы, в которых говорится, что поздним вечером 21 июня 1941 г. советско-германскую границу на участке 4-й комендатуры Владимир-Волынского пограничного отряда перешел ефрейтор Альфред Лисков. Он примерно за 7 часов до нападения перешел на советскую сторону и предупредил о грозящей беде.
В. Б.: - Если верить мемуарам, то это именно тот самый перебежчик, опираясь на данные которого, Жуков якобы сообщил Сталину о неизбежном нападении Германии?
А. М.: - Да, и якобы потребовал тут же дать директиву о приведении войск западных округов в боевую готовность. Вот почему у многих давно сложилось впечатление, что Сталин «почти ничего не ведал» о грядущем нападении и только благодаря Жукову до него дошло, что война вот-вот грянет. Тут стоит вспомнить, как в мемуарах Георгия Константиновича описывается этот случай:
«Вечером 21 июня мне позвонил начальник штаба Киевского военного округа генерал-лейтенант М. А. Пуркаев и доложил, что к пограничникам явился перебежчик - немецкий фельдфебель, утверждающий, что немецкие войска выходят в исход-ные районы для наступления, которое начнется утром 22 июня.
Я тотчас же доложил наркому и И. В. Сталину то, что передал М. А. Пуркаев.
- Приезжайте с наркомом в Кремль, - сказал И. В. Сталин.
Захватив с собой проект директивы войскам, вместе с наркомом и генерал-лейтенантом Н. Ф. Ватутиным мы поехали в Кремль. По дороге договорились во что бы то ни стало добиться решения о приведении войск в боевую готовность.
И. В. Сталин встретил нас один. Он был явно озабочен.
- А не подбросили ли немецкие генералы этого перебежчика, чтобы спровоцировать конфликт? - спросил он.
- Нет, - ответил С. К. Тимошенко. - Считаем, что перебежчик говорит правду.
Тем временем в кабинет И. В. Сталина вошли члены Политбюро. Сталин коротко проинформировал их…»
Увы, не только доверчивые обыватели, но и некоторые серьезные исследователи охотно муссируют этот факт, особенно напирая на то, что Сталин, мол, и в данном случае не собирался верить фельдфебелю и потому чрезмерно осторожничал. Причем все преподносится так, как будто только от немецкого перебежчика высшее советское руководство и узнало о скором нападении…
В. Б.: - Получается, что никакого значения информация Лискова тогда уже не имела?
А. М.: - Именно так. К тому же архивные документы свидетельствуют: передача директивы № 1 в войска была закончена уже в 0 час. 30 мин. 22 июня по московскому времени. То есть с учетом разницы между местным и московским временем - за полтора часа до того, как от А. Лискова была получена важная информация, которую еще надо было передать в Москву, к тому же через Киев! В Москву она поступила не ранее 5 часов утра. Совершенно очевидно, что решение о направлении директивы № 1 принималось отнюдь не на показаниях А. Лискова, а на основе других данных, ибо сведения фельдфебеля о грядущем вот-вот нападении прозвучали после того, как директива уже шла в войска.
В ЧЕМ СОМНЕВАЛСЯ ВОЖДЬ?
В. Б.: - И тем не менее это уже стало почти исторической аксиомой: Сталин с большим недоверием воспринимал любую информацию такого рода…
А. М.: - Среди определенной категории исследователей считается особым шиком ёрничать насчет особой осторожности и подозрительности И. В. Сталина, с которой он якобы встречал сообщения перебежчиков, агентов и диверсантов. Жуков же не преминул вставить якобы произнесенные Сталиным слова в текст своих мемуаров, подчеркивая тем самым особую подозрительность Иосифа Виссарионовича. Помните: «А не подбросили ли немецкие генералы этого перебежчика, чтобы спровоцировать конфликт?»
В. Б.: - Но ведь вопрос резонный. Мог быть ведь и такой ход с германской стороны. Деза ведь тоже была своего рода оружием войны…
А. М.: - Я не стану ёрничать насчет невесть откуда взявшейся в мемуарах Жукова его с Тимошенко твердой уверенности, что информация перебежчика соответствовала действительности. Но нельзя не учитывать, что они оба не были профессионалами в вопросах разведки и контрразведки. Дело в том, что при всей колоссальной значимости получаемой от задержанных перебежчиков, но особенно агентов и диверсантов германских спецслужб информации любой мало-мальски сведущий в работе разведки специалист должен был обязательно обратить внимание на то, что направленные на советскую территорию с мелкими тактическими заданиями владеют важнейшей информацией сугубо стратегического характера! В том числе и о дате нападения, и о приготовлениях целых немецких армий!
Сталин, Берия и Меркулов не были профанами в работе спецслужб. Они совершенно справедливо заподозрили неладное в этой информации.
Откуда эти агенты и диверсанты в званиях рядовых или ефрейторов могли знать стратегически важную информацию? Ее необходимо было немедленно и самым тщательнейшим образом проверить и перепроверить. Ибо последствия безоговорочной веры в показания перебежчиков без проверки могли быть катастрофическими. Ведь германское командование специально провоцировало советское руководство на такие действия, которые можно было бы представить агрессивными и тем самым оправдать якобы превентивный характер грядущего нападения. Ни Сталин, ни Берия, ни Меркулов не поддались на эту мелкотравчатую провокацию и решили провести блицпроверку данных с помощью авиаразведки.
ВОЗДУШНАЯ РАЗВЕДКА
В. Б.: - В чем был смысл такого шага? Убедиться, что гитлеровские армии уже у порога?
А. М.: - Сталин отдал приказ о срочном проведении в течение светового дня 18 июня 1941 года воздушной разведки вдоль всей линии границы в полосе ответственности Западного особого военного округа (ЗапОВО).
Почему именно там? Потому что Сталин не поверил оптимистичным заявлениям командующего ЗапОВО Павлова, которыми он пытался успокоить Кремль. Кроме того, совершенно ясно, что Сталин особое значение придавал безопасности именно на Западном, то есть Белорусском, направлении, где назревала самая серьезная угроза.
Кстати, именно в этом округе раньше, чем в других, по приказу Сталина стали выдвигать дивизии к границе с 11 июня.
В. Б.: - И как же проводилась авиаразведка?
А. М.: - Вот как это выглядело в описании непосредственного исполнителя этого задания Сталина - Героя Советского Союза, генерал-майора авиации (с 4 июня 1940 г.) Георгия Нефедовича Захарова, командовавшего перед войной 43-й истребительной авиадивизией Западного особого военного округа:
«…Где-то в середине последней предвоенной недели - это было либо семнадцатого, либо восемнадцатого июня сорок первого года - я получил приказ командующего авиацией Западного особого военного округа пролететь над западной границей. Протяженность маршрута составляла километров четыреста, а лететь предстояло с юга на север - до Белостока. Я вылетел на У-2 вместе со штурманом 43-й истребительной авиадивизии майором Румянцевым. Приграничные районы западнее государственной границы были забиты войсками. В деревнях, на хуторах, в рощах стояли плохо замаскированные, а то и вовсе не замаскированные танки, бронемашины, орудия. По дорогам шныряли мотоциклы, легковые - судя по всему, штабные - автомобили.
Где-то в глубине огромной территории зарождалось движение, которое здесь, у самой нашей границы, притормаживалось, упираясь в нее… и готовое вот-вот перехлестнуть через нее. Количество войск, зафиксированное нами на глазок, вприглядку, не оставляло мне никаких иных вариантов для размышлений, кроме единственного: близится вой-на. Все, что я видел во время полета, наслаивалось на мой прежний военный опыт, и вывод, который я для себя сделал, можно сформулировать в четырех словах: со дня на день»…
ЛИЧНОЕ ДЕЛО
Арсен Беникович МАРТИРОСЯН родился 10 января 1950 года в Москве.
Окончил Высшую школу КГБ СССР им. Ф. Э. Дзержинского и Краснознаменный институт КГБ СССР им. Ю. В. Андропова. Много лет находился на оперативной работе в разведке. Окончил аспирантуру. После увольнения со службы всецело увлекся военной историей, изучая многочисленные архивные отечественные и зарубежные документы. Автор 20 книг. Из них наиболее известны «Заговор маршалов. Британская разведка против СССР», «22 июня. Правда Генералиссимуса», «200 мифов о Великой Отечественной войне», «Сто мифов о Лаврентии Берия» и другие. Член Союза писателей России.
Точная дата войны была известна Кремлю
Алексей МАЙОРОВ
Об этом свидетельствуют рассекреченные документы советской разведки.
Накануне годовщины начала Великой Отечественной войны Служба внешней разведки России подготовила сборник документов «Агрессия», в котором впервые были обнародованы разведданные, докладывавшиеся высшим руководителям СССР в 1939-1941 годах, в том числе перед самым нападением Германии на нашу страну.
Из них следует: Иосиф Сталин и его соратники знали о том, что война неминуемо начнется во второй половине июня 1941 года.
Впервые СВР РФ рассекретила такое большое количество материалов, посвященнных подготовке нацистов к войне против Советского Союза. Это аналитические записки, донесения из резидентур, составленные на основе данных, полученных от наших агентов в самых разных странах. Они ложились на стол Сталина, Берии, Молотова…
В последние годы среди российских историков и политиков не утихают споры: насколько точными были сведения разведки о сроках начала войны, не “купились” ли наши разведчики на дезинформацию противника. Теперь читатели смогут сделать вывод сами. Листы документов с грифом «совершенно секретно» подтверждают, что были случаи, когда по каналам разведки поступали данные от подставных лиц германских спецслужб (обычное дело на невидимом фронте), но они резко отличались от общего потока информации от других источников.
Зерна отделялись от плевел. Большая часть донесений о военных приготовлениях нацистов поступала из аппаратов Геринга и Гимлера. И это была надежная информация. 17 июня 1941 года начальник внешней разведки Павел Фитин лично доложил Сталину о точной дате нападения на СССР, тем самым лично поручившись головой за достоверность сведений (такие тогда были порядки).
В те дни наш важнейший агент Старшина, офицер штаба ВВС Германии, сообщил, что “все приготовления к вторжению закончены и вермахт находится в режиме ожидания. Война может начаться 21 или 22 июня, но не позже”. Летели в Москву и срочные донесения от агента Брайтенбаха - Вилли Лемана, сотрудника гестапо. Он однозначно называл точную дату войны - 22 июня. Телеграммы с аналогичными предупреждениями приходили из столиц стран-союзниц Германии - Италии, Финляндии, Румынии, Венгрии…
В них говорилось, что Гитлер окончательно принял политическое и военное решение - атаковать Советский Союз. Последняя такая депеша пришла 19 июня из Рима. Наш агент сообщил о шифровке, присланной послом Италии в Берлине. Посол докладывал Муссолини, что «был приглашен в германский генеральный штаб, где ему официально сообщили, что вторжение в СССР произойдет в период с 20 по 22 июня». Всего Сталин получил около 30 донесений разведки, в которых со ссылкой на агентуру утверждалось: Германия нападет на СССР в 20-х числах июня. Но решения о всеобщей мобилизации вождь так и не принял.
А ведь в Кремль докладывалась не только политическая информация, но конкретные планы бомбардировок советских стратегических объектов. Источники разведки в Люфтваффе докладывали о наличии снимков высокого разрешения нашей инфраструктуры для проведения эффективных бомбардировок.
Эти добровольные помощники (например, тот же агент Старшина), даже выступали с предложениями, что нужно сделать для противодействия немецкой авиации. Но увы, когда сообщения готовились для доклада в Кремль, эти рекомендации были вырезаны. Любые советы вызывали раздражение у Сталина.
Поступали оперативные сведения и с периферии - от НКГБ Белоруссии, Украины. Перебежчики докладывали о беспрерывном пополнении немецких войск, о подготовке к форсированию водных преград, создании полевых складов боеприпасов.
Увы, и к этим сообщениям вовремя не прислушались. Как бы там ни было, но в своей совокупности рассекреченные доументы убедительно свидетельствуют, что разведка выполнила свою важнейшую функцию, проинфомировав политическое руководство СССР о планах Гитлера и назвав точную дату начала войны.
ВОПРОСЫ АВТОРУ
Лев СОЦКОВ, ветеран СВР РФ, историк, составитель сборника “Агрессия”: “Вождь боялся дать Германии повод для вторжения”
- Как, по-Вашему, есть ли личная вина Сталина в том, что война застала нас врасплох?
- Этот вопрос актуален уже много лет. Сегодня мы можем только годать о мотивах его поступков. Как известно, он никаких мемуаров не оставил и дневников не вел. Из того, что мы знаем из окружения Сталина, он больше всего боялся обвинений в том, что даст Гитлеру повод для начала войны. Говорят, якобы были предложения о нанесении упреждающих ударов. Но если бы Сталин принял такое решение, то мы бы сами стали «агрессорами» и никакой антигитлеровской коалиции не сложилось бы. - Если разведка обо всем информировала, откуда появился термин «внезапное нападение»?
- Этот тезис был выдвинут нашим руководством для того, чтобы объяснить катастрофические неудачи в начале войны. Далеко не всеми секретными сведениями разведки Сталин делился даже с главными военными руководителями. Напомню: только вечером 21 июня Жуков и Тимошенко убедили его направить в войска ориентировку о приведении их в полную боевую готовность. Но время уже было упущено. - Многие историки упрекают разведеку в том, что она называла разные даты нападения: 15 мая, затем 25 мая и 22 июня. В чем была причина?
- Дело в том, что немцы на самом деле переносили дату вторжения. Фюрер не мог оставить на своем стратегическом фланге неспокойные Балканы с восставшей Югославией. Ее захват потребовал больше времени, чем планировалось, и поэтому нападение на СССР перенесли более, чем на на месяц - с 15 мая на двадцатые числа июня. Разведчики об этом информировали. Но если нападение предрешено, столь небольшая разница в сроках не имела значения.
- Узнаем ли мы имена иностранных агентов, которые передавали в Москву секретные сведения?
- Разведка раскрывает своих людей, как правило, лишь тогда, когда обстотельства раскрывают их без нашего участия. Многие из наших тогдашних помощников были схвачены и казнены. Но некоторые не раскрыты до сих пор. Мы не собираемся оглашать их имена: чего будет стоить разведка, если она по своей инициативе рассекречивает собственных агентов. Но мы никогда не забудем, как эти люди в тяжелейших условиях информировали нас о планах фашистов.
- Нашим спецслужбам повезло, что у них тогда оказались столь уникальные возможности, или это результат упорной работы?
- Я в разведке очень давно, больше полувека. Это тяжелый труд, и у каждого разведчика своя судьба. Мы работаем в разных странах при разных обстоятельствах. Склонить человека к сотрудничеству с иностранным государством крайне непросто. Говоря о предвоенном периоде, нужно помнить, что люди помогали Советскому Союзу, осознавая реальную опасность победы фашизма. Сейчас обстановка совсем другая, меняются цели и средства нашей работы. Но надо всегда помнить, что разведка - это тот инструмент, без которого государство, которое претендует на лидирующую роль в международных делах и хочет обеспечить свою безопасность, существовать не может.
Что знал Сталин о планах Гитлера. Часть 2
ВОЗДУШНАЯ РАЗВЕДКА
Виктор БАРАНЕЦ (В. Б.): - Арсен Беникович, в первой части нашей беседы вы рассказали, что в последние дни перед войной на Сталина обрушился вал развединформации с западных границ. Что вместе с достоверными данными шла и деза. Как Сталин фильтровал донесения спецслужб?
Арсен МАРТИРОСЯН (А. М.): - Чтобы проверить реальное положение дел, Сталин приказал срочно провести в течение светового дня 18 июня воздушную разведку вдоль всей линии границы - в полосе ответственности Западного особого военного округа. Это задание было поручено генералу Георгию Захарову. Он увидел с воздуха армады немецких войск, двигавшихся к нашей границе. И пришел к выводу, что война начнется со дня на день…
В. Б.: - И какие же выводы сделал Кремль из той воздушной операции?
А. М.: - Сразу после получения данных воздушной разведки по приказу Сталина Молотов обратился к германскому правительству с предложением срочно принять его с визитом, факт чего четко зафиксирован в записи от 20 июня 1941 г. в дневнике начальника генерального штаба сухопутных сил Германии генерала Ф. Гальдера: «Молотов хотел 18.6. говорить с фюрером». То же самое есть и в дневнике Геббельса. На это предложение последовал немедленный отказ немецкой стороны. Впоследствии было установлено, что в дневнике статс-секретаря МИД Германии Вайцзеккера за 18 июня 1941 г. появилась следующая запись: «Главная политическая забота, которая имеет место здесь (то есть в Берлине. - А. М.) - не дать Сталину возможности с помощью какого-нибудь любезного жеста спутать нам в последний момент все карты»…
«ПРИВЕСТИ ВОЙСКА В ПОЛНУЮ БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ»
В. Б.: - И что же после воздушной разведки на западной границе 18 июня предпринял Сталин?
А. М.: - После такой глобальной проверки у Сталина не оставалось уже никаких сомнений в том, что война грянет через три-четыре дня. И 18 июня он приказал начальнику Генштаба отправить директивную телеграмму о приведении войск в полную боевую готовность. Единственное упоминание об этой телеграмме содержится на 70-м листе 4-го тома следственного дела по обвинению командования ЗапОВО, где зафиксировано показание начальника связи округа генерала А. Т. Григорьева: «И после телеграммы начальника Генерального штаба от 18 июня войска округа не были приведены в боевую готовность…» Как следует из материалов следствия, командующий ЗапОВО откровенно проигнорировал директиву, как и другие командующие.
В. Б.: - А что, в другие округа телеграмма не дошла?
А. М.: - В ряде случаев эта директива была доведена, в том числе и до сведения командиров отдельных частей, но не ниже командиров дивизий, что подтверждается архивными документами. Судя по материалам расследования причин трагедии 22 июня 1941 года, которое Сталин инициировал еще в начале войны, в том числе и силами Особых отделов НКВД СССР (а оно велось и после войны), в этой телеграмме были указаны ориентировочные сроки нападения. Прежде всего сама дата 22 июня 1941 года, что явствует из опубликованных ныне документов военной контрразведки о первых днях агрессии. Аналогичные упоминания есть и в ответах опрошенных генералов, которые перед войной командовали войсками в западных округах. Об этом же свидетельствуют и отдельные документы командования Прибалтийского военного округа, а также донесения командующих флотами о приведении вверенных им флотов в боевую готовность № 2, которые датированы 19 июня. Кроме того, упоминание об этом факте содержится и на 137-й странице шестого тома изданной в 1965 г. «Истории Великой Отечественной войны Советского Союза. 1941-1945».
ДЕПЕША ИЗ ХЕЛЬСИНКИ
В. Б.: - А что о дате начала войны сообщали в Москву наши зарубежные резидентуры?
Категория «Игры»
Взлеты Топ 5
 | ||
|
+376 |
408 |
Parazit! |
|
+375 |
407 |
ALEXRUS |
|
+370 |
383 |
Remi_Etien_Le_Bo |
|
+368 |
381 |
Memрhis |
|
+365 |
382 |
_Kicker_ |
Падения Топ 5
 | ||
|
-2 |
5 |
Накукрыскин |
|
-6 |
133 |
Каталог сенсаций |
|
-6 |
312 |
W7Phone.ru |
|
-7 |
4 |
Tatarnikoff |
|
-11 |
144 |
Перший україномовний ігровий портал |
Популярные за сутки
Загрузка...
BlogRider.ru не имеет отношения к публикуемым в записях блогов материалам. Все записи
взяты из открытых общедоступных источников и являются собственностью их авторов.
взяты из открытых общедоступных источников и являются собственностью их авторов.