Книжный магазин образовательного центра Федеральной политехнической школы Лозанны EPFL, фотографии которого можно увидеть на Фотоблоге Д.Журнала, полностью соответствует революционному характеру нового проекта. Rolex Learning Center, получивший название в честь главного спонсора строительства, открыл свои двери для студентов и широкой публики 22 февраля 2010 года.

Его часто сравнивают с ландшафтом фантазийной планеты, очертаниями космического корабля или сюрреалистическими картинами Сальвадора Дали. А вот один из создателей центра Ри Нисидзава из японского архитектурного бюро SANAA называет его формы самыми естественными и удобными. «Люди не перемещаются, подобно поездам, по прямой линии, они предпочитают гораздо более органичное движение по изогнутым траекториям», — говорит архитектор.

Данная характеристика справедлива как в отношении всего центра, так и его частей: международного культурного центра, обширной библиотеки, лаборатории научных исследований, административных бюро, конференц-залов, уютных «патио» для дискуссий, дружеских встреч или просто отдыха, а также небольшого книжного магазина, интерьер которого хотелось бы рассмотреть отдельно.

Магазин состоит из последовательности отдельных округлых форм, собранных в едином прозрачном «коконе». Всё направлено на беспрепятственное общение между посетителями. Они могут обсудить интересующее их издание прямо у полок, поделенных на закруглённые секторы.

Также понравившуюся книгу можно полистать на диванчике, образующем что-то вроде уютной полусферы. Такое устройство делает магазин близким по духу научной библиотеке, а не коммерческому заведению. Архитектура как таковая растворяется в обтекаемых формах, выводя на первый план главных героев — множество книжных томиков, расставленных стройными рядами на круглых полках.

Предметы мебели были изготовлены на заказ специально для центра, из берёзовой фанеры при помощи станка с числовым программным управлением (ЧПУ, или на англ. СNC). В царстве мягких, обтекаемых интерьерных форм остроконечные скамейки и табуреты кажутся похожими на чудесных больших насекомых, балансирующих на тонких ножках между книжными полками.

Пространство чётко сегментировано — и однако остаётся единым, открытым и лишённым всяческих стационарных перегородок и стен, что символично отражает обмен знаниями и культурными ценностями, проходящими в центре EPFL под эмблемой Болонского процесса и глобализации.

Дизайн магазина: испанское архитектурное бюро Kawamura-Ganjavian
Исполнение: лозаннское бюро NOR Architectes
Сайт центра

В современном мире использование экологически рациональных технологий — не модное веяние, а жизненная необходимость. Натуральная древесина безопасна, обладает прекрасными функциональными и декоративными характеристиками — но имеет ограниченный срок службы, становясь уязвимой в условиях повышенной влажности или особых температурных режимов.

Иллюстрации — www.rehau.ua, www.deceuninck.com

Меняется и отношение к использованию этого ценного во многих отношениях ресурса. Поэтому всё актуальнее становятся технологии, которые позволяют максимально эффективно применять в строительстве отходы деревообработки, заменить натуральную древесину материалами, не уступающими ей по качеству.
Пластик, ставший практичной альтернативой дереву, всё-таки, продукт искусственный. К тому же, водостойкий пластик, повсеместно применяемый в ландшафтном строительстве, отделке околодомных построек, террас или палуб, бассейнов и пр., стоит довольно дорого.

К негативным свойствам пластика можно отнести то, что полученные из него продукты, как правило, не разлагаются и содержат вредные для здоровья вещества, способные провоцировать развитие рака. Кроме того, производство пластика требует использования нефтепродуктов, запасы которых небезграничны.

Что же делать, если природные и синтетические материалы в естественном виде уже не вполне удовлетворяют современные требования архитекторов, дизайнеров, технологов, конструкторов? Учёные пошли по пути сочетания, казалось бы, несовместимых материалов, которое позволяет проявить их лучшие свойства и именно в той мере, в которой это необходимо для каждого конкретного случая.

Сочетая не сочетаемое

Новая технология изготовления строительных профильно-погонажных изделий, предложенной Австрийским институтом агробиотехнологии, совершила переворот в сфере строительства и архитектуры. Метод, который полностью исключает расход деловой древесины, получил условное название «жидкое дерево».

Жидкое дерево (другие названия — «дерево-полимерный композит», «древопласт», WPC — сокращённое от Wood Polymar Composities) представляет собой экологически чистый комбинированный строительный материал, который состоит из измельченной древесины и полимера. Название достаточно точно отражает суть производства: в экструдер засыпается особый гранулят, дальнейший же процесс почти не отличается от производства ПВХ-профилей.

Начало практических разработок в области экструзии термопластов с использованием древесных наполнителей было положено ещё в 70-ых годах прошлого столетия, когда в Швеции появилось первое профильное производство такого рода. К готовой смеси на основе ПВХ добавлялось примерно 30% мелко измельченных опилок. Древесные волокна играли роль наполнителя в модифицированной профильной рецептуре на базе ПВХ. Однако после нескольких лет разработок производство было приостановлено из-за недостаточных объёмов сбыта и неоправданно высокого износа оборудования.

Новые технические возможности и горизонты применения и переработки подобных материалов позволили вновь обратиться к этим исследованиям. К тому же, всё более актуальным становится проблема максимально полного использования отходов деревообработки, а также замены натуральной древесины искусственными заменителями, которые бы не уступали ей по качеству.

Сочетание материалов, входящих в «жидкое дерево», позволяет объединить в нём свойства дерева и пластмассы и наделяет лучшими физическими качествами, чем имеет каждый из этих компонентов в отдельности. А свойства готового продукта зависят от пропорций, в которых берутся полимеры и натуральная древесина.

В современном производстве тремя главными компонентами «жидкого дерева» стали специально подготовленные частицы измельченной древесины, синтетические или органические термопластичные полимеры (или их смеси) и комплекс специальных химических добавок (модификаторов).

Получение древесных волокон в виде частиц размерами 90, 120 и 300 мкм для наполнения композиции является процессом довольно сложным. Отходы деревообработки дробят, измельчают, а затем просеивают и фракционируют. При такой тщательной переработке важным моментом является сохранение влаги в древесных волокнах влаги на уровне не ниже 1 — 3%. В противном случае сырьё теряет гибкость, и свойства профиля ухудшаются. Качество профилей повышается путём использования мягких пород дерева, а также растительных волокон (отходов производства растительных масел и переработки початков кукурузы, стеблей сахарного тростника, маиса, пеньки, льна, рисовой шелухи, соломы, скорлупы орехов и пр.).

Из термопластичных полимеров в производстве «жидкого дерева» чаще всего употребляются полиэтилен, полипропилен и поливинилхлорид. Это даёт замечательную возможность вторичной переработки и использования в новом качестве таких бытовых отходов, как пластиковые бутылки или полиэтиленовые пакеты. Из органических полимеров применяются зерновые крахмалы, отходы бумажного производства, кожевенной промышленности, казеин и прочее. Это снижает себестоимость готового продукта, который, к тому же, становится биологически разлагаемыми. То же самое можно сказать и обо всех материалах, полученных по технологии «жидкое дерево», которая полностью построена на принципах безотходного производства.

Как правило, дерево-полимерный композит включает в себя 50-80% древесины. Однако существует принципиальная возможность изготовления материалов с долей древесины до 90% (иногда их называют супернаполненными полимерами).

Те или иные свойства композита зависят от добавок-модификаторов, вводимых в его состав. Например, гидрофобные добавки надёжно защищают готовые конструкции от сырости, антисептики — от гниения и грибка, противоударные — от механических повреждений. Кроме этого, есть ещё стабилизаторы температуры и света, антиокислители, поверхностно-активные, смазочные и связующие вещества, пигменты, огнезащитные материалы… Все они улучшают технологические и потребительские свойства исходной смеси и надолго сохраняют готовую продукцию в наилучшем качестве для верного служения своим владельцам.

На сегодняшний день на украинском рынке представлены ДПК из Германии, Англии, Франции, Америки, скандинавских стран. Осваивают данное производство и отечественные предприятия.

Сферы применения

Жидкое дерево — материал экологически чистый, стойкий к механическим повреждениям и воздействию влаги, пожаробезопасен, не требует сложного ухода (окраски, пропитки маслами и прочими средствами). К тому же он сохраняет со временем яркость и внешнюю привлекательность: не выгорает, не гниёт и хорошо противостоит действию бактерий и грибка, чего не скажешь о натуральной древесине. Древесно-полимерный композит обладает отличными декоративными возможностями: имеет ровный естественный цвет, прост в укладке, надёжен и долговечен (срок эксплуатации более 30 лет), к тому же предлагается в широкой цветовой гамме.

Справедливости ради нужно отметить, что древесно-полимерные профили не лишены на сто процентов недостатков, присущих натуральному дереву. Они могут изменять цвет под действием света и несколько набухать (обратимо) в условиях повышенной влажности. Но эти недостатки могут быть устранены и, в принципе, не вызывают особых проблем при использовании готового продукта.

Из ДПК производят напольные покрытия (в частности, паркетную доску), плинтусы, дверные и оконные коробки, наличники, сайдинг и вагонку для фасадов… Коттеджное строительство, ландшафтный дизайн, «мокрые» помещения городских квартир, проектирование бассейнов, бань и саун, яхт-клубов и причалов, декорирование жилых и нежилых пространств – сфера применения жидкого дерева широка.

В ландшафтном дизайне жидкое дерево активно используется при изготовлении декинга — пристройки к дому в виде деревянной «палубы», особенно популярной в США и Канаде. Декингом (или, как его ещё называют, садовой плиткой, садовым паркетом) обустраивают веранды, патио, пространство возле бассейнов и прудов, площадки возле дома, садовые дорожки — словом, участки, более других испытывающие на себе влияние погодных факторов.

Очень популярным является производство вентилируемых фасадов из жидкого дерева, которые обладают устойчивостью к любым природным явлениям. Крепкая поверхность защищает здание с внешней стороны, установка профилей проста и занимает не очень много времени. К тому же, фасады из жидкого дерева прекрасно сочетаются с такими материалами, как кирпич, бетон, пластик, стекло.

Неоновые огни, кожаная мебель, изысканный декор, множество зеркал и экстравагантные светильники… Это «L’Arc» — парижский ресторан-клуб и бар, расположенный неподалёку от Триумфальной арки, который недавно предстал в обновлённом виде после серьёзной внутренней реконструкции.

Заведение являет собой сногсшибательный коктейль из трёх разных по характеру частей-ингредиентов (ресторана, бара и клуба с закрытой террасой), замешанный на диалоге материалов, рисунков и фактур и обильно приправленный светотехническими экспериментами.

Пожалуй, самым эклектичным в «L’Arc» получилось клубное пространство, совместившее в себе современные и винтажные формы. Хотя кушетки манят уютной пухлостью стёганой обивки, игра огней и зеркал увлекает в беспечную бесконечность танца и музыки, а каменно-керамический пол придаёт посетителям устойчивости в их всенощном веселье.

Над интерьером потрудились специалисты по дизайну самых модных ресторанов класса люкс из «Prospect Design» (Канны, Франция). Компания была основана в 1996 году Сэми Чамсом (Samy Chams) и успела зарекомендовать себя как одна из лучших дизайн-студий по созданию «под ключ» ресторанов, баров, ночных клубов, пляжных комплексов и частных резиденций как в Европе, так и — с недавних пор — на Среднем Востоке. В 2005 году Prospect Design открыла офис под управлением Фади Чамса (Fady Chams) в Дубаи.

Архитектор, художник, писатель и профессор Пол Рафф (Paul Raff) превращает рабочие будни домашнего офиса в радостное и комфортное времяпрепровождение. Его идеи по организации рабочего места художника из Торонто (Канада) в квартире общей площадью 220 кв. м. отличаются уравновешенной элегантностью и экологической продуманностью.

В работе над проектом перед Раффом встала задача превратить одноэтажное промышленное здание в дом-мастерскую и галерею. Сохранив оригинальный бетонный пол и выкрасив стены в белый цвет, дизайнеры студии Пола Раффа постарались привнести в обстановку дома дыхание природы и теплоту естественного дерева. Система стенных шкафов и стеллажей из хвойной древесины в благородной антрацитовой расцветке позволяет содержать книги, документы, рабочие материалы и техническое оборудование своего владельца в абсолютном порядке и аккуратности.

Четыре ската крыши здания были превращены в разные ландшафтные зоны, каждая — со своим видом растительности. Это обеспечило владельца дома всеми экологическими преимуществами «зелёных» крыш, в целом благотворно влияющих на здоровье горожан. Такие крыши защищают от перегрева и ультрафиолетового излучения кровельные материалы, во много раз увеличивая их долговечность, а также исключают выделение опасных для здоровья человека летучих веществ и соединений из битумных кровельных материалов.

Уменьшается перепад температур на крыше и создается благоприятный микроклимат внутри здания: летом здесь не так жарко, а зимой «ковёр» из растений и травы удерживает тепло. Зелёные кровли снижают уровень загрязнения воздуха: ведь растения на крыше способны улавливать пыль и снижать концентрацию вредных микроорганизмов в проходящих над поверхностью крыши потоках воздуха. Растения насыщают воздух кислородом, гасят общий шумовой фон (от 2 до 10 дБ), повышают влажность воздуха в городах (это происходит за счет медленного испарения влаги из почвы). Кроме того, крыши, покрытые растительностью, не горючи, что значительно замедляет распространение огня по поверхности кровли при пожарах.

Зная всё это, Поль Рафф активно задействовал крышу здания, сделав возможным выход на неё с двух сторон лестницы, которая ведёт на второй уровень рабочего кабинета. Продуманное архитектурное решение предусматривает создание огромного пространства с 12-метровым потолком и хорошим естественным освещением.

Рафф не боится использовать в интерьере домашнего офиса-мастерской тёмную мебель и настенные панели: помещение почти всегда выглядит светлым и дружелюбным благодаря окнам верхнего света. Тщательно рассчитанные архитекторами студии углы позволяют окнам, выходящим на юг, оставаться затенёнными в самые жаркие летние деньки, а зимой ловить каждый солнечный лучик.

Для обогрева помещения используется встроенная высокопроизводительная дровяная печь. Также мебельная чудо-система, разработанная дизайнерами студии по индивидуальному заказу, оборудована коктейль-баром — для того, чтобы владелец кабинета смог расслабиться в кругу самых близких друзей после насыщенных трудовых будней.

Арт-центр Я Галерея, архитектурная мастерская, издательство, студия графического дизайна, музыкальная группа, киноклуб, образовательный центр с библиотекой, в котором проводятся круглые столы и дискуссии, мастер-классы и лекции художников, дизайнеров, фотографов… Холдинг //гудимов арт проект охватывает основные культурные направления развития современного украинского общества. И у истоков всего этого стоит архитектор по образованию и призванию, музыкант, один из основателей популярной украинской группы «Океан Эльзы», куратор и коллекционер украинского современного искусства Павел Гудимов.

Арт-центр Я Галерея в Киеве. Дизайн: Павел Гудимов и Я Дизайн (2007)

Побывав на мастер-классе Павла в арт-центре Я Галерея на Волошской, мы не могли упустить возможность пообщаться с организатором и главным вдохновителем этого крупномасштабного проекта, способного влиять на становление и развитие современного украинского общества — как интеллектуально, так и духовно.

— Что было вначале: слово, музыка, дизайн? Как зарождалась идея того, что впоследствии переросло в арт-центр Я Галерея?

— Всё началось с моего переезда в Киев. Это произошло 10 лет назад, когда с группой «Океан Эльзы» мы все перебрались сюда и оказались в таком районе, как Оболонь (Авт. — Историческая местность на севере Киева, на правом берегу Днепра, основная застройка современного жилого массива которого была выполнена в 1974—1980). Для меня, как человека, родившегося и выросшего в центральном районе Львова, среди всей красоты его старинных улочек, переезд в 16-тиэтажку на Оболони было определённым шоком. Как-то очень хотелось восполнить отсутствие эстетического окружения ещё чем-то, помимо музыкальных занятий, концертов, записей, репетиций. И в первый же год жизни в Киеве я начал заниматься предметным дизайном.

Офис //гудимов арт проект на ул. Хорива. Фрагмент холла (2008)

Квартиру снял с условием, чтобы она была абсолютно без мебели, чтобы наполнять ее по своему усмотрению. По разным объявлениям приобрёл несколько интересных винтажных вещей, среди которых был, например, польский шкаф периода ар-деко 30-х годов, каким-то образом сюда занесённый. А всё остальное я попытался сделать собственными руками и продолжить тему, которую начал ещё во Львове: развития современного скандинавского минимала, органично сочетаемого на нашей украинской территории.

Так я существовал несколько лет, в этой очень близкой мне по духу среде, которую я условно называл «аскетичной». А со временем пришло понимание того, что дико не достаёт другой деятельности, помимо музыкальной. Тогда я приобрёл квартиру на Подоле, в районе, наиболее мне импонировавшем — своей разношёрстностью, «нажитостью», творческой энергией, которой наполнен каждый переулок, двор, улочка. Скооперировавшись с партнером, так же «неровно дышавшим» к дизайну, мы открыли шоу-рум для дизайнеров.

— Мебельный салон?

— Возможно, я неправильно сформулировал само название — «шоу-рум», которое сейчас приобрело коммерческий оттенок. Однако я вкладываю в него иной смысл: это интерактивное место, куда люди могут прийти и посмотреть предметы искусства, поговорить о дизайне, встретиться с авторами работ, заказать или приобрести авторский аксессуар.

Мастерская «Я Дизайн». Рабочие места (2005)

Наш шоу-рум размещался на первом этаже одного из подольских домов по улице Почайнинской и был открытым офисом, наполненным предметами дизайна, которые я проектировал, опираясь на стилистическую основу «тёплого минимализма» или аскет-дизайна, где материал — ничто, идея — всё. А значит, полное отсутствие пафоса, простота цвета и формы, лаконичный декор, интерьер обязательно дополнен предметами искусства. Здесь были созданы коллекции «Куб», «Ход конём», здесь можно было увидеть экспериментальные работы с современным витражом, фото-мебелью…

Для того, чтобы расширить рамки и углубиться в интересовавшие меня творческие пласты, я стал показывать в этом небольшом пространстве (около 40 квадратных метров) работы современных украинских художников. Через два с половиной года мы расстались с партнёром, который думал, что это будет в первую очередь бизнес-проект, — и я целиком и полностью смог посвятить себя развитию в области современного искусства и дизайна.

Павел Гудимов

— А как воспринимали такой стиль ваше окружение, потенциальные заказчики? Какой бы ваш первый успешный проект?

— В то время такой стиль воспринимали очень новаторски, часто возникал вопрос: разве в этом можно жить? Иногда даже звучали обвинения в наш адрес. Тогда было увлечение псевдороскошью в самых извращённых формах, и мы, действительно, смотрелись «скудненько, бедненько, чистенько», да ещё говорили об искусстве… Но время лечит. Мы удержали свою линию, свой формат, не допустили раскола и — что важно — никогда не фальшивили.

Все предметы в шоу-руме были авторские, а уже через полгода после открытия у нашей архитектурной мастерской появился первый заказчик и первый воплощённый проект, получивший название «Дом с камертонами». Неожиданно для нас он попал на обложку российского журнала «Идеи вашего дома» и в 2005 году получил вторую премию на международном конкурсе «Интер’year» в категории «Жилое пространство».

Дом с камертонами. Кухня (2004)

Заказчик — бизнесмен — дал нам полную свободу действий, чем мы сполна насладились. Уверен, что этот интерьер не утратил актуальности и по сей день, хотя прошло уже более 5 лет. Все предметы были сделаны по оригинальным чертежам, в магазине покупались только некоторые светильники.

Интерьер нес в себе выразительные черты скандинавского направления: прямые углы, простые формы, натуральное дерево (ясень, дуб). Плюс авторская керамика, выполненные мною светильники (например, «Самолёт»), работы украинских фотографов, нефигуративная живопись… После того, как объект попал на обложку уважаемого издания, стало значительно легче. Это придало определённой уверенности.

Дом с камертонами. Гостиная (2004)

Зонтичный бренд Гудимов Арт-Проект (Киев, Украина) — это:
— Я Галерея, расположенная в двух помещениях: на Хорива, 49Б (галерея, офис и терраса) и Волошской, 55/57 (исключительно галерейное пространство).
— Архитектурная мастерская Я Дизайн, выполняющая проекты частных и общественных помещений
— Креативная группа «Акцент», занятая в сфере графического дизайна и рекламы
— Издательство Артбук, выпускающая книги и каталоги по дизайну, искусству, фотографии
— Группа Гудимов
— Образовательное направление, представленное мастер-классами и лекциями художников и дизайнеров, а также библиотекой
— Киноклуб А Кино Андрея Алфёрова
В 2010 году приоритетом является годовая программа «Генофонд» арт-центра Я Галерея, направленная на поддержку молодых художников.

— А когда открылся офис на Волошской?

— Через три года нашей работы я почувствовал, что надо меняться, и так называемое скандинавско-киевское направление может быть тупиковым. Я начал вводить в интерьеры элементы брутальности, и это было началом следующего этапа развития мастерской Я Дизайн.

В 2005 году мы переехали в новый офис на Волошскую. Теперь у нас было больше пространства, помещение располагалось в новом доме, хотя и было страшно неудобным. Здесь мы начали проводить выставки украинских художников на новом уровне. Мы сделали брутальную коллекцию авторского света «Ностальгия», вызвавшую значительный резонанс.

Светильник «Дерево» из коллекции «Ностальгия» Павла Гудимова (2005)

Это был своеобразный взгляд в будущее (а значит — в сегодняшний день), в котором лампочка накаливания стала историей: её уже запретили в Европе, появляются активные энергосберегающие лампы. Для этой выставки я изготовил около 100 прототипов различных светильников, показав другую грань, другое направление нашего объединения — предметный дизайн. Многие из этих светильников до сих пор ещё где-то живы, что-то осталось здесь, что-то раздарилось, что-то купили.

Работа над «Ностальгией» натолкнула на мысль, что брутализм, который в соединении с эстетикой лофтов или даже классики, а также большой долей произведений искусства, создавал как бы совершенно другое измерение.
Именно в этот период мы и стали активно развивать тему аскет-дизайна.

Светильник «Loft» из коллекции «Ностальгия» Павла Гудимова (2005)

— Паша, насколько я понимаю, этот термин — ваше собственное изобретение?

— Да, понятие аскет-дизайна, так же, как и «тёплого минимализма» вырастает из главенства идеи над материалом. В целом я тяготею к чистым пространствам. С одной стороны, такое пространство нейтрально, с другой — пластично.
Я не верю в минимализм как живой интерьер, особенно подходящий для нас, европейцев, которые, признаемся, в большинстве своём шмотники. Иная ментальность подразумевает другое отношение к вещам. Я знаю, что жизнь всегда вносит свои коррективы. Да, есть упорядоченность, есть ощущение чистоты. Но когда тема доведена до абсурда, она превращается в чисто рафинированное пространство, которое больше напоминает дизайн шоу-рума мебели.

Камин в гостиной, проект «Дом коллекционера» (2008)

Аскет-дизайн — отдельное самостоятельное направление. Стенка из кирпича, бетонный пол, винтажные батареи, фанерные конструкции, предметы мебели со своей историей… Возникают такие связи, такая система культурных кодов, которые связаны с историческим пониманием каждого предмета.

«Непричёсанные» интерьеры, с долей «лофтовой» небрежности, использованием простых, но настоящих и надёжных материалов, часто — включение в интерьер предметов с глубокой историей, и всё в восхитительном хаосе, созданном художником, — именно это я отношу к «новой роскоши», роскоши простоты. И в таком же стиле я реализовывал помещения Я Галерея на Хорива, 49Б и офисные помещения //гудимов арт проект

Архитектурная мастерская Я Дизайн на ул. Хорива (2008)

— А кого из западных архитекторов считаете близкими себе по духу?

— Большая доля уверенности приходила от зарубежных проектов Дэвида Аджайе, Джона Поусона, Herzog & de Meuron, Жана Нувеля… Абсолютным единомышленником считаю британца Дэвида Аджайе. Он тоже выражается в стиле аскет-дизайн, используя в своих проектах бетон, фанеру, натуральное дерево. Его архитектура стильная и лаконичная, ей чужды гламур и пафос.

Очень импонирует творчество Джона Поусона. Начав вместе с Клаудио Сильвестрини над проектами в духе минимализма, в дальнейшем он показывает себя как великолепный теоретик и практик, чрезвычайно умный и тонкий человек, который способен углубиться в природу проекта, изучение, исследования. Поусон не замыкается на одной узкой сфере: он может выпустить книгу по сервировке стола, провести восхитительную реконструкцию заброшенного монастыря Нови Двур в Чехии, пишет книгу «Минимум» — и большую статью о связи приёмов классической архитектуры и нового времени, где сопоставляет архитектурные приемы и детали Средневековья и Ренессанса с архитектурой модернистического и современного периода. В наше время он занимает нишу Ле Корбюзье в 20 ст. Поусон делает не так много, но каждый проект — это высший пилотаж!

Мне интересно наблюдать за его дальнейшим развитием. Возможно, он пойдёт по пути Herzog & de Meuron, из оригинальных архитекторов превратившихся в создателей глобальных форм, за которыми стоят не отдельные личности, а целая структура из сотен сотрудников по всему миру. Конечно, новое здание галереи Tate Modern — это гениально. Однако мне намного ближе их исследования, связанные с малыми объектами.

Коридор мастерской «Я Дизайн» (2005)

— Отдельно хотелось бы осветить тему мастер-классов, которые проходят в галерее на Волошской.

— Это один из видов интеллектуального отдыха. За относительно небольшие деньги человек может получить ценные знания в разных сферах дизайна, архитектуры, живописи, которые могут стать отправной точкой и стимулом для дальнейших изысканий — профессиональных или любительских… Я очень уважаю Кругозор за то, что люди, там работающие, взяли на себя ответственность проводить вот такие вечерние курсы про все на свете.

Анонсы предстоящих мероприятий в Я Галерея можно увидеть у нас на сайте. Как вы смогли убедиться, некоторые мастер-классы провожу я сам. Есть практика работы с аудиторией, я читал лекции по коттеджной застройке, эстетике городов, современному искусству, музейной практике в, Я Галерея, различных университетах, Академии искусств, Киево-Могилянской академии и Университете им. Драгоманова.

Это даёт возможность высказать свои мысли и привлечь определённое количество людей в то направлении, в котором думаю я. И наоборот: люди, имеющие диаметрально противоположные взгляды на предмет обсуждения, имеют хотя бы шанс выслушать человека с другим мнением.

Экспозиция Тиберия Сильваши в арт-центре на Волошской 55/57

Я стараюсь давать сконцентрировано то, что считаю самым важным, плюс добавляю определённую долю критики. Критика, независимый профессиональный взгляд на вещи — это то, чего очень не хватает сегодня в различных сферах культуры. А если бы она присутствовала в достаточно влиятельном количестве и качестве, то, наверняка, у нас не было бы такой проблемы с архитектурой, более уверенно чувствовало бы себя визуальное искусство, современная классическая музыка, кино, дизайн…

Моя мечта, ни много, ни мало, — жить в культурной стране. Что такое культурная страна? Понимание этого, конечно, имеет широкие границы. Но по минимуму — это страна образованная и со вкусом.

//гудимов арт проект на ул. Хорива. Комната креативной группы «Акцент»

Терраса в Я Галерее на ул. Хорива

//гудимов арт проект на ул. Хорива. Комната для переговоров

Кабинет-гостиная в лофте на Подоле. Дизайн: Павел Гудимов и Я Дизайн (2004)