| Сегодня 29 января, четверг |
      |
  
|
  
Какой рейтинг вас больше интересует?
|
Главная /
Каталог блоговCтраница блогера на досуге/Записи в блоге |
 |
на досуге
Голосов: 1 Адрес блога: http://na-dosuge-lana.blogspot.com/ Добавлен: 2012-05-29 08:31:59 блограйдером lanaok |
Еду в Сирию - на джихад
2013-05-19 01:48:00 (читать в оригинале)Наша страна превратилась в поставщика боевиков на Ближний Восток
Исламские радикалы из России уже достаточно давно воюют в Сирии на стороне мятежников. Основной поток идет из регионов Северного Кавказа и Татарстана. Международные террористические сети активно вербуют молодых людей через социальные сети в интернете.
источник
Причем, как говорят специалисты, костяк добровольцев составляют небедные люди, имеющие хорошую идеологическую мотивацию.
По словам директора ФСБ Александра Бортникова, в боях против Асада принимают участие порядка 200 россиян. «Эта проблема вызывает беспокойство не только у нас, но и у наших партнеров из стран Европы, поскольку в конечном итоге после завершения активной фазы боевых действий участники бандформирований будут представлять повышенную опасность для стран исхода», – заявил Бортников 15 мая на заседании Совета глав органов безопасности государств СНГ в Бишкеке.
Проблема ваххабизма и прочих радикальных течений исламистского толка существует в нашей стране уже больше двух десятилетий. Но если раньше территория России была плацдармом для радикалов со всего мира, то сегодня уже наша страна превратилась в поставщика боевиков в горячие точки мира.
Самый большой спрос на них сейчас в Сирии, где два года идет гражданская война. В начале конфликта костяк мятежников составляли сирийцы, недовольные политическим устройством и выступающие под лозунгами демократических преобразований. Сегодня воюют в основном наемники, которым до демократических преобразований дела нет. Их цель - построение исламского государства на основе шариата. Войска Асада уже брали в плен боевиков из стран СНГ, Ближнего Востока, из Афганистана, Ливии, Турции.
Что такое радикальный ислам, в нашей стране знают не понаслышке. С 1996 по 1999 годы власть в Чечне была отдана бандитам. За три года люди успели увидеть казни на площадях, массовые похищения людей, полный развал экономики. Возрождение началось после военной операции. Сегодня любые проповеди радикалов в республике пресекаются на корню. Порой очень жесткими методами.
Но ваххабиты развернулись в соседних Ингушетии и Дагестане. Совсем недавно они стали поднимать голову в Башкирии и Татарии. Сегодня уже никого не удивишь, когда в Казани публично звучат призывы отмечать дни сожжения русских городов монголами или внедрения норм шариата. В июле 2012 года в столице Татарстана прогремел взрыв. Чудом остался жив муфтий республики Ильдус хазрат Фаизов. В тот же день был застрелен религиозный деятель Валиулла хазрат Якупов. Через три недели республиканское МВД насчитало на территории Татарии аж 103 членов международных террористических организаций «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами» и «Таблиги Джамаат». 15 мая 2013 года Верховный суд республики закрыл мечеть «Аль-Ильхас» в Казани. Там была найдена экстремистская литература.
Вполне возможно, что некоторые из прихожан этой мечети сегодня воюют в Сирии. Чтобы потом вернуться. Об этом говорит руководитель Поволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований РИСИ Раис Сулейманов:
– Сегодня можем говорить о том, что в Сирии есть боевики из Поволжья, в том числе из Татарстана. Есть и с Северного Кавказа. Вербовщик – бывший имам мечети Набережных Челнов «Тауба». Его настоящее имя Айрат Вахитов, а в интернете его можно найти под псевдонимом Салмана Булгарского. Сейчас он воюет в Сирии. В сети он оперативно выкладывает новости, ведет свою пропаганду, создает себе ореол воина с кяфирами.
Механизм вербовки людей достаточно прост. В Интернете люди оставляют контакты, потом с ними связываются через личную почту или скайп. Дают координаты встречающего в Турции, куда попасть сегодня легко, а граница у этой страны с Сирией прозрачная. Турки не возражают, чтобы боевики отправлялись туда для борьбы с Асадом.
В сентябре 2012 года начальник управления ФСБ в Набережных Челнах признал проблему публично. Он сказал, что часть боевиков, воевавших в Сирии, уже начали возвращаться в Россию. Либо для лечения ран, либо для поиска денег на джихад, либо для вербовки новых бойцов. Сегодня вербовочный потенциал из России постоянно нарастает. Несмотря даже на то, что ваххабиты в Сирии несут большие потери.
«СП»: – Неужели спецслужбы и правоохранительные органы допускают подобные вещи?
– Выявить вербовочные сети несложно. Кто-нибудь из сотрудников спецслужб может записать себя под видом добровольца, потом встретиться с представителями этой сети.
Но в российском законодательстве есть пробел. Участие в боевых действиях, не связанных с противостоянием с российскими войсками, никак не карается. В этом плане очень интересна судьба Айрата Вахитова. В 1999 году он из Татарстана добровольно едет в Афганистан, там вливается в ряды талибов. В 2001 году в страну входят войска США. Вахитова ловят и отправляют в Гуантанамо. Он был одним из шести россиян, содержащихся в этой тюрьме. В 2004 году его отпускают, и он спокойно возвращается в Татарстан. У него был боевой опыт, но он не воевал с российскими войсками, и его не тронули. Это было после вторжения США в Ирак, в обществе были сильны антиамериканские настроения, и Вахитов возвращался чуть ли не как герой.
Но вскоре он начал свою деятельность и здесь. Стал выкладывать в Интернете видео-проповеди с призывом к построению халифата. Прокуратура ему сделала предупреждения. В ответ Вахитов подорвал газопровод в городе Бугульма на юго-востоке Татарстана. После этого бросился в бега, поймать его не смогли. Сейчас выяснилось, что с 2011 года он воюет в Сирии.
«СП»: – Подобные люди должны быть под пристальным вниманием спецслужб.
– Я думаю, что спецслужбы работают. Никто не хочет, чтобы люди с боевым опытом потом вернулись в Россию и устраивали теракты. Тем более, что сами ваххабиты не скрывают подобных намерений. Но в последнее время Татарстану стали уделять меньше внимания. Это связано с тем, что основной поток завербованных идет с Северного Кавказа. То, что Татарстан стал зоной террористической опасности, осознали только к 2012 году, когда случились теракты. Но сейчас внимание снова падает.
«СП»: – Что заставляет людей ехать на другой конец света, брать в руки оружие, воевать?
– Ими движет идеология. Заметьте, в Сирию едут за свой счет, никто им проезд не оплачивает. Нельзя сказать, что так поступают только социопаты. Людей толкают именно убеждения. Наши ваххабиты думают, что в России в случае начала джихада государство всех задавит, но можно себя проявить в Сирии, где уже идет война.
То есть, это идеологически мотивированные люди. Они готовы убивать. Они верят в джихад. И это не бомжи, не нищие, не наемники. Здесь часто работает механизм самопожертвования. Сирию воспринимают как «дар аль-харб», территорию войны. Если вы посмотрите на знамена, которые вывешивают сирийские боевики, то они черного цвета. Если знамена белые, то территория воспринимается как «дар аль-ислам», территория ислама. Черные знамена – это территория войны.
В Татарстане исламисты выходят с двойными флагами. В прошлом году были теракты, и были особенно заметные черные флаги. Сейчас терактов нет. Видимо, все силы решили бросить против Асада.
«СП»: – В Татарстане много ученых теологов, которые проповедуют ислам, как религию мира. Откуда берутся радикалы?
– Легче всего это было бы объяснить экономическими проблемами. Но в Татарстане это не работает. Я могу сказать, что все ваххабиты в республике - это выходцы из состоятельных семей. У нас нет и проблем с безработицей. Люди сами подошли к осознанию, что надо приносить себя в жертву. Через видео-лекции, разговоры на квартирах. Современные средства связи позволяют быстро доносить до людей материалы пропаганды.
Здесь работает именно процесс осознания необходимости построить идеальное справедливое общество. Это ни в коей мере не девиантное поведение. Люди мечтают о халифате.
В России есть проблемы с государственным устройством. В обществе сложилось ощущение упадка, несовершенства политического строя. Исламисты находят свой вариант, который кажется привлекательным для определенной части мусульманской молодежи.
Профессор Чеченского государственного университета, эксперт по новейшей истории российского ваххабизма Вахид Акаев тоже обращает внимание на несовершенство государственной политики:
– В Татарстане и на Северном Кавказе наметилась тенденция вербовки боевиков. Это делают пропагандистские центры. Это чистой воды политика, не имеющая ничего общего с исламом. Эта политика носит антироссийский характер. Я не могу сказать, что вербовка носит массовый характер. Но некоторых молодых людей удается завлечь.
И власть, и духовенство недоработали. Они допустили, что появились силы, говорящие о халифате. Если грамотно работать с молодежью, то это явление можно минимизировать. Чем занимаются наши политики, представители духовенства? Может, у них другие интересы. А молодые люди попадаются в террористические сети. У меня много вопросов к тем, кто должен отвечать за внутреннюю политику в государстве.
«СП»: – Вы хорошо знаете историю зарождения ваххабизма в нашей стране еще в 1980-е годы в Дагестане. Какие факторы тогда позволили развиться этому движению?
– Да, я хорошо знаю ситуацию. Власть тогда была коррумпированной от начала до конца, вела себя несправедливо по отношению к простым людям. Граждане не могли выразить свои интересы. К запросам молодежи относились наплевательски. Вот тогда и появились силы, которые стали говорить: «Посмотрите, кругом жулики, у них богатство, они грабят народ, а мы принесем вам справедливость». Мы эту «справедливость» ваххабитов уже видели. Но власть с тех пор не меняется. Дайте людям возможность работать, учиться, прекратите коррупцию. Сейчас всю страну окольцевали взяточничеством. Об этом люди не могут не задумываться. И болевые точки умело используют те, кто из-за границы работает против государства.
Сегодня надо мобилизовывать общество на созидательные вещи. Иначе будет радикализм. В том же Дагестане всё поделено между кланами, которые имеют религиозную окраску. Государство должно думать об этом. Но складывается ощущение, что у власти свои интересы. И если так будет продолжаться, то все негативные процессы будут только усугубляться, – подчеркивает Вахид Акаев.
– Нельзя сказать, что спецслужбы игнорируют опасность ваххабизма. Но проблема в том, что сейчас в один ряд поставили пеструю когорту инакомыслящих и террористические структуры. Ставить их на одну доску непродуктивно, – говорит президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов. – Спецслужбы должны сосредоточиться на сферах с максимальной угрозой. На мой взгляд, главные угрозы там, где сошлись три фактора.
Это радикальная идеология. Второй фактор – это связи с преступными группировками. Третий – доступ к инфраструктуре террора, связи с международными организациями. Сложение трех факторов мы видим только в случае с радикальным исламом. Спецслужбы поэтому не должны распыляться на ловлю политических оппозиционеров или просто городских сумасшедших. Хоть бы они и выступали против местной или федеральной власти.
«СП»: – Почему политическим активистам бывает сложно собрать небольшой митинг по актуальным социальным проблемам, но находятся десятки людей, готовых отправиться воевать за халифат? Неужели людей так впечатляет пропаганда радикалов?
– Сегодня это быстрорастущее движение. Мы это видим на примере Северной Африки. Мы наблюдаем экспансию политического ислама в разных формах, от крайних до умеренных. Есть потенциал у этой идеи и в нашей стране. Эффективно эксплуатируются недостатки государственного устройства. Говорят об упадническом состоянии общества, о его разложении, предлагают альтернативу.
Хотя если посмотреть на страны, где победил политический ислам, то там никакого подъема не увидим.
«СП»: – Уход в радикализм не есть ли показатель падения общего уровня здравомыслия?
– В любом обществе есть люди, склонные противопоставлять себя всем остальным, нуждающиеся в ощущении солидарности с какой-нибудь группой. Это они находят в исламистских сетях. Но массовость эти движения приобретают при определенной концентрации социально-экономических проблем и при большом числе молодых мужчин на территории. Мы это видим на примере Египта или Северного Кавказа. Третий фактор – это слабость официального государственного проекта. При Мубараке были большие успехи экономического роста, но его политический режим обветшал. Постсоветская Россия тоже пока не стала сильным политическим организмом. Отсюда и проблемы.
WiFi с форума Единой России ловит даже на Сахалине!
2013-05-19 01:41:00 (читать в оригинале)Сегодня я побывал на Форуме партийных проектов Единой России. Первый день из-за срочных дел был вынужден пропустить, но на второй пришел по двум причинам – во-первых Медведев обещался быть, т.к. сегодня в рамках форума тут еще и заседание Высшего и Генерального советов, во-вторых как человеку, любящему всё электронное, хотелось поглядеть не на сами проекты, а на их оформление и сопровождение, так сказать.
источник
Тем более, что про форум этот не написал уже только ленивый. Я напишу про атмосферу и про то, за что взгляд цеплялся.
Про общее впечатление и Wi-Fi:
Было светло. Помимо света из огромных окон, подсвечивалось всё. А там, куда дневной свет не проникал, стояли самые мощные диодные пушки).
Wi-Fi с названием «ER» ловил везде. Даже у людей, которые выходили подышать воздухом или покурить на крыльцо – тоже ловил. (Надо было в Одинцово звякнуть, поинтересоваться - может быть и там ловит))
Про айпады и компы:
Журналистамиз особо бедных издательств и стран выдавали айпады. Ей богу, не вру ) Все-все-все желающие были загаджетированы! (прошу этот неологизм запатентовать за мной)
Более консервативным особам был предоставлен целый плацдарм из компьютеров и ноутбуков рядом с пресс-центром. Там скорость была побольше, всё-тки провода, но с мобильность похуже.
Про проекты и стенды:
Не будут же, думал я, клеить бумажные распечатки целей и описаний проектов клеить на фанерные щиты, выкрашенные свежей синей краской. И оказался прав. Стенды были красиво оформлены, светло освещены, буквально нашпигованы плазменными панелями и прочей электроникой. Но меня интересовала не только картинка, но и работает ли все это. Все работало. Кое-где даже интерактивничало.
Особо понравились пирамидки на стенде НИСа (Новые Инновационные Системы) и плоская девушка там же ))) (всё на видео):
Интерактивная карта тоже была о-го-го! Мне бы в свое время в школе такую бы! Эх, на шестерки бы окончил, наверное))
Почти все плазменные панели на стендах были интеративными:
источник
Тем более, что про форум этот не написал уже только ленивый. Я напишу про атмосферу и про то, за что взгляд цеплялся.
Про общее впечатление и Wi-Fi:
Было светло. Помимо света из огромных окон, подсвечивалось всё. А там, куда дневной свет не проникал, стояли самые мощные диодные пушки).
Wi-Fi с названием «ER» ловил везде. Даже у людей, которые выходили подышать воздухом или покурить на крыльцо – тоже ловил. (Надо было в Одинцово звякнуть, поинтересоваться - может быть и там ловит))
Про айпады и компы:
Журналистам
Более консервативным особам был предоставлен целый плацдарм из компьютеров и ноутбуков рядом с пресс-центром. Там скорость была побольше, всё-тки провода, но с мобильность похуже.
Про проекты и стенды:
Не будут же, думал я, клеить бумажные распечатки целей и описаний проектов клеить на фанерные щиты, выкрашенные свежей синей краской. И оказался прав. Стенды были красиво оформлены, светло освещены, буквально нашпигованы плазменными панелями и прочей электроникой. Но меня интересовала не только картинка, но и работает ли все это. Все работало. Кое-где даже интерактивничало.
Особо понравились пирамидки на стенде НИСа (Новые Инновационные Системы) и плоская девушка там же ))) (всё на видео):
Интерактивная карта тоже была о-го-го! Мне бы в свое время в школе такую бы! Эх, на шестерки бы окончил, наверное))
Почти все плазменные панели на стендах были интеративными:
Убийцы сбежали из колонии через подкоп
2013-05-19 01:32:00 (читать в оригинале)В Иркутской области разыскивают особо опасных преступников
Четверо особо опасных преступников сбежали сегодня утром из колонии вИркутской области. Как сообщает ГУ МВД по Иркутской области, трое из них были осуждены за убийства, четвертый - за разбой.
источник
О том, что осужденные сбежали, стало известно сегодня в 08:00 по местному времени (03:00 мск). Они отбывали наказание в колонии строго режима №19 в поселке Марково Иркутского района области. Как выяснилось, зэки сбежали через подкоп, который они выкопали под основным заграждением. "На данный момент известно, что побег совершен из промышленной зоны колонии, где данные заключенные работали столярами. Уже установлено, что они сделали подкоп длинной более 20 метров", - сообщили в Следственном комитете.
На сайтах ГУ МВД и ФСИН размещена подробная информация о преступниках с указанием их примет. Трое из них, Владимир Авдеев, Юрий Прохоров и Александр Рыбаков, были осуждены по ст. 105 ("Убийство"). Особые приметы Авдеева - татуировка "За ВДВ" на левой кисти. Четвертый, Константин Павловец (он же самый младший в группе, 1988 г. рождения) отбывал срок по ст. 161 ("Грабеж, разбой").
Позднее в МВД уточнили, за какое убийство сидели трое сбежавших заключенных. Как выяснилось, их посадили за самосуд. В деревне, где они жили, убили двух подростков, и Авдеев, Прохоров и Рыбаков решили отомстить за это строителям-узбекам, которые жили в бараке по соседству. Вместе с другими своими подельниками они напали на узбеков и стали избивать их лопатами, в результате двое строителей погибли, несколько остались инвалидами. "Приговором суда нападавшие (в т.ч. двое несовершеннолетних) были приговорены на сроки от 8 до 25 лет заключения. Сбежавшие сегодня из колонии заключенные Владимир Авдеев, Юрий Прохоров и Александр Рыбаков получили 25, 20 и 16 лет колонии строго режима соответственно", - сообщили в МВД. В ведомстве добавили, что узбеки не имели отношения к убийству подростков.
"Каждый из них представляет серьезную опасность для общества, а отсутствие денежных средств, дерзость и наглость совершенных ими ранее преступлений, могут подтолкнуть их к совершению очередных противоправных деяний", - предупредили в МВД. За информацию о местонахождении беглецов объявлено денежное вознаграждение.
В розысках преступников принимают участие около 2,5 тысяч сотрудников полиции. "К розыску преступников подключены все наружные и оперативные службы УМВД России по г. Иркутску, отделов МВД России по Иркутскому и Шелеховскому районам, а также УМВД России по г. Ангарску. Введен оперативный план "Вулкан", - сообщили в ведомстве.
Расследованием причин произошедшего займется специальная комиссия ФСИН во главе с заместителем директора ведомства. Глава колонии, в которой произошел побег, отстранен от должности.
Похожий инцидент произошел в начале мая в Москве, где из СИЗО "Матросская тишина" сбежал обвиняемый в совершении наемных убийств Олег Топалов. Он воспользовался ветхостью здания и выбрался на свободу через вентиляционное отверстие, которое предварительно расширил. На воле Топалов пробыл недолго: через несколько дней его поймали в Измайловском парке в Москве.
Угнать Lexus за 3 минуты
2013-05-19 01:27:00 (читать в оригинале)Откровения вора: «Если есть заказ, уведем любую машину»
С этим человеком мы сошлись случайно. Почему он согласился рассказать о тонкостях своей, так сказать, профессии, я не знаю. Может, это была воровская бравада, может, что-то еще. Но детали, о которых рассказывал Андрей (так он себя назвал), показались мне по-журналистки интересны.
источник
Андрей промышляет угоном автомобилей, и считает себя «специалистом высокого» класса. «Если есть заказ, угоняем любую машину»,- говорит он.
Команда Андрея состоит из трех человек, включая его самого. Из опыта угонного дела трое – оптимальная численность с точки зрения «цены/качества». Группа занимается исключительно угонами без разбоя, краж ключей и тем более убийств. Их задача – увести машину и доставить ее до места, где ее заберут «барыги» или представители заказчика. Продажа или разбор машины – также не их тема. Взял предоплату, угнал, получил расчет - все.
Конъюнктура «спроса» на ворованные машины формируется не угонщиками, а заказчиками. Цели угона могут быть разные, но основных сценариев три. Первый: угон ради продажи. В этом случае на машину делаются поддельные документы исключительного уровня качества, и авто продается «барыгами». Ни обыватель, ни даже инспектор на сверке номеров не отличит хорошие подделки от настоящих, и это касается даже номера кузова.
«Только эксперт в лаборатории с помощью травления и всякой химии может понять, был ли номер перебит, - объясняют в полиции - То есть нужно очень веское подозрение, а просто так - нет, не отличить».
Вторая ситуация – угон ради разбора автомобиля, например, для восстановления такого же, пострадавшего в серьезном ДТП. В этом случае заказать угон может хозяин разбитой машины, отбив гонорар угонщиков за счет продажи оставшихся запчастей.
Третий вариант – мошеннические угоны для получения страховой выплаты. Иногда хозяин такой машины получает «премию» от угонщиков в размере, скажем, 10% стоимости машины, плюс страховую выплату. Угонщики получают дело «без палева».
Соответственно, рейтинг угоняемости отчасти повторяет рейтинг популярности, но с перекосом в сторону более дорогих машин. Особым спросом пользуются японские автомобили: у них сочетание популярности, высокой цены и неустойчивости к угону наиболее удачное. Группа Андрея специализируется на авто, вроде Toyota Land Cruiser 200.
Нередко к услугам угонщиков прибегает криминалитет в «личных целях», а у них свои вкусы. Отсюда популярность у угонщиков Toyota Camry, Land Cruiser, Mazda-6, BMW X5 и т.п.
Стоит оговориться, что есть и второй тип угонщиков, которых Андрей называет презрительно «марамойками» - пацаны, купившие через интернет простейший код-граббер и упражняющиеся на старых «Ладах». Здесь принцип такой: берут, что попроще. Иногда, чтобы покататься, иногда, чтобы заработать на дозу. Среди «настоящих» угонщиков наркоманов, по признанию полицейских, нет – сплошь и рядом люди с образованием.
Гонорар угонщиков практически фиксирован и внутри криминального мира хорошо известен. Так, за угон «Крузака» стоимостью 4 млн рублей возьмут порядка 700 тысяч рублей, которые поделят затем на троих участников (скорее всего, в неравной пропорции). Поэтому угонщики предпочитают не раздувать численность бригад. Скажете много? Но и «начальные инвестиции» у угонщиков высоки: так, один девайс, называемый «удочка», который используется для угона машин с бесключевым доступом, обошелся группе Андрея в полтора миллиона рублей, а вообще, чтобы угнать хорошо защищенный объект, нужны десятки всяких приспособлений, как механических, так и электронных.
Заказчик указывает параметры машины достаточно точно. Однако угонами конкретных машин группа Андрея не занимается: может быть подстава. Они присматривают нужный вариант в удачном месте города и никогда не угоняют спонтанно. «Все тщательно планируется, - говорит Андрей. – Я могу увидеть у супермаркета нужный авто, я возьму его, а что дальше с ним делать? Нужно планировать угон вплоть до передачи заказчику».
Я спрашиваю, сколько времени занимает угон. Андрей отвечает: три минуты. Я не верю – за три минуты еще можно открыть машину с помощью код-граббера, но если у нее механический блокиратор коробки…
«Три минуты – это все вместе, - говорит Андрей. – Любые блокираторы высверливаются или срываются, секретки находятся довольно быстро. Бывают внештатные ситуации, но в среднем так. Это если работает профессионал».
Естественно, угон предваряет тщательное изучение потенциальной жертвы: тип сигнализации, наличие замков и секреток – все это известно заранее. Получается, за машиной нужно следить, но значит, и владелец может почувствовать неладное…
«Вряд ли, - отвечает Андрей. – Ну если человек очень нервный, подозрительный, у него может сработать чуйка, но следить можно из запаркованной рядом машины с оборудованием. Мы считываем все коды, заранее готовимся, поэтому сам угон занимает минимум времени. Забираем обычно от дома ночью. Со стоянками связываемся при крайней необходимости».
То, что современный угонщик больше похож на инженера, объясняется просто: ему и нужно быть немного инженером. Основным инструментом работы является код-граббер – устройство для считывания кодов сигнализации или дистанционных замков. Плюс - всевозможные сверла, отмычки, гидравлический инструмент...
«Мы называем их «игрушки», - говорит Андрей.
В некоторых случаях доходит до того, что для обхода иммобилайзера используется альтернативная топливная система: условно говоря, угонщики приносят с собой топливный насос, трубопроводы, управляющий компьютер и другие элементы системы питания. Даже в этом случае счет якобы идет на минуты.
Но есть машины более удобные, есть менее удобные. При прочих равных, естественно, сложнее угнать машину с охраняемой стоянки, механическими блокираторами и особенно — с грамотно установленными противоугонными комплексами. Все это не панацея, и если именно эта машина есть в заказе, то ее заберут все равно. Но если по соседству будет аналогичный более простой вариант, отдадут предпочтение ему.
Андрей говорит, что весьма эффективным средством является оставленный в салоне сотовый телефон – якобы его группа даже угорела как-то с одной «Тойотой», владелец которой подключил к бортовой системе старенькую «Нокиа», но, главное, хорошенько ее спрятал.
А как же глушилки, спрашиваю? Широкополосные генераторы шума используются при каждом угоне для подавления радиосигналов, но, по словам Андрея, они тоже работают нестабильно, и рано или поздно есть риск, что сотовый телефон прозвонится. Главное спрятать его с фантазией, ведь традиционные места, типа под ковриком и под панелью, угонщикам хорошо известны. Опять же, сотовый телефон можно запеленговать, и более надежным средством являются радиомаячки, которые «оживают» лишь с определенной периодичностью.
Также не пользуются спросом машины с аэрографией: угонщики-то заберут ее без проблем, просто заказчики не любят такие авто.
Что происходит с машиной после угона? Если заказчики из другого города, на автомобиль устанавливаются «доски» - фальшивые номера – и он сразу покидает город. «Доски» повторяют существующий госномер аналогичного автомобиля. В дополнение к ним идет комплект заранее изготовленных документов. Расходы тут небольшие: номера с голограммами – порядка 10 тысяч, техпаспорт – 10-30 тысяч в зависимости от качества. Причем в данном случае не нужны подделки очень высокого качества, ведь проверять их в крайнем случае будут ППС-ники. Я удивляюсь: а как же номер кузова? «За мою практику ни разу не проверяли номер кузова, - отвечает Андрей. – Тем более, если угнали Lexus, за руль садится солидный человек, так что подозрений минимум».
План «Перехват»? В ответ – усмешка. «Ну, сам подумай: я в три часа ночи забрал машину, в 8 утра владелец поднял панику, в 9 утра объявлен план «Перехват». Где я буду?»
Впереди угнанной машины обязательно идет автомобиль сопровождения, который по рации или сотовым телефонам предупреждает о патрулях. «Рации прослушиваются, но есть закодированные, - говорит Андрей. – Иногда я покупаю 14 сотовых телефон с 14 симками, зарегистрированными на бомжей. После все сжигается».
Если заказчик из того же города, машина отправляется в отстойник и затем в удобное время передается заказчику. «Мы никогда не палим расположение отстойников перед барыгами. Барыги – они такие. Сегодня с нами, завтра с ними…»
Во многом на выбор угонщиков влияет наличие оборудования для данного класса машин. Так, в некоторых регионах не угоняют немецкие автомобили премиум-сегмента. Андрей прогнозирует, что волна угонов начнется через год-полтора, когда получит распространение нужное оборудование. Значит, насчет совсем уж любой машины было некоторое преувеличение: любую, но при наличии оборудования, а значит, после появления устойчивого спроса на нее.
«Конечно, при прочих равных мы заберем автомобиль с наименьшими рисками. Угон сложной машины требует вложений, поэтому «менее рентабельный». Обычно всегда находится автомобиль нужной марки, хозяин которого понадеялся на удачу».
Угонщики предпочитают богатых и самонадеянных.
Команда Андрея состоит из трех человек, включая его самого. Из опыта угонного дела трое – оптимальная численность с точки зрения «цены/качества». Группа занимается исключительно угонами без разбоя, краж ключей и тем более убийств. Их задача – увести машину и доставить ее до места, где ее заберут «барыги» или представители заказчика. Продажа или разбор машины – также не их тема. Взял предоплату, угнал, получил расчет - все.
Конъюнктура «спроса» на ворованные машины формируется не угонщиками, а заказчиками. Цели угона могут быть разные, но основных сценариев три. Первый: угон ради продажи. В этом случае на машину делаются поддельные документы исключительного уровня качества, и авто продается «барыгами». Ни обыватель, ни даже инспектор на сверке номеров не отличит хорошие подделки от настоящих, и это касается даже номера кузова.
«Только эксперт в лаборатории с помощью травления и всякой химии может понять, был ли номер перебит, - объясняют в полиции - То есть нужно очень веское подозрение, а просто так - нет, не отличить».
Вторая ситуация – угон ради разбора автомобиля, например, для восстановления такого же, пострадавшего в серьезном ДТП. В этом случае заказать угон может хозяин разбитой машины, отбив гонорар угонщиков за счет продажи оставшихся запчастей.
Третий вариант – мошеннические угоны для получения страховой выплаты. Иногда хозяин такой машины получает «премию» от угонщиков в размере, скажем, 10% стоимости машины, плюс страховую выплату. Угонщики получают дело «без палева».
Соответственно, рейтинг угоняемости отчасти повторяет рейтинг популярности, но с перекосом в сторону более дорогих машин. Особым спросом пользуются японские автомобили: у них сочетание популярности, высокой цены и неустойчивости к угону наиболее удачное. Группа Андрея специализируется на авто, вроде Toyota Land Cruiser 200.
Нередко к услугам угонщиков прибегает криминалитет в «личных целях», а у них свои вкусы. Отсюда популярность у угонщиков Toyota Camry, Land Cruiser, Mazda-6, BMW X5 и т.п.
Стоит оговориться, что есть и второй тип угонщиков, которых Андрей называет презрительно «марамойками» - пацаны, купившие через интернет простейший код-граббер и упражняющиеся на старых «Ладах». Здесь принцип такой: берут, что попроще. Иногда, чтобы покататься, иногда, чтобы заработать на дозу. Среди «настоящих» угонщиков наркоманов, по признанию полицейских, нет – сплошь и рядом люди с образованием.
Гонорар угонщиков практически фиксирован и внутри криминального мира хорошо известен. Так, за угон «Крузака» стоимостью 4 млн рублей возьмут порядка 700 тысяч рублей, которые поделят затем на троих участников (скорее всего, в неравной пропорции). Поэтому угонщики предпочитают не раздувать численность бригад. Скажете много? Но и «начальные инвестиции» у угонщиков высоки: так, один девайс, называемый «удочка», который используется для угона машин с бесключевым доступом, обошелся группе Андрея в полтора миллиона рублей, а вообще, чтобы угнать хорошо защищенный объект, нужны десятки всяких приспособлений, как механических, так и электронных.
Заказчик указывает параметры машины достаточно точно. Однако угонами конкретных машин группа Андрея не занимается: может быть подстава. Они присматривают нужный вариант в удачном месте города и никогда не угоняют спонтанно. «Все тщательно планируется, - говорит Андрей. – Я могу увидеть у супермаркета нужный авто, я возьму его, а что дальше с ним делать? Нужно планировать угон вплоть до передачи заказчику».
Я спрашиваю, сколько времени занимает угон. Андрей отвечает: три минуты. Я не верю – за три минуты еще можно открыть машину с помощью код-граббера, но если у нее механический блокиратор коробки…
«Три минуты – это все вместе, - говорит Андрей. – Любые блокираторы высверливаются или срываются, секретки находятся довольно быстро. Бывают внештатные ситуации, но в среднем так. Это если работает профессионал».
Естественно, угон предваряет тщательное изучение потенциальной жертвы: тип сигнализации, наличие замков и секреток – все это известно заранее. Получается, за машиной нужно следить, но значит, и владелец может почувствовать неладное…
«Вряд ли, - отвечает Андрей. – Ну если человек очень нервный, подозрительный, у него может сработать чуйка, но следить можно из запаркованной рядом машины с оборудованием. Мы считываем все коды, заранее готовимся, поэтому сам угон занимает минимум времени. Забираем обычно от дома ночью. Со стоянками связываемся при крайней необходимости».
То, что современный угонщик больше похож на инженера, объясняется просто: ему и нужно быть немного инженером. Основным инструментом работы является код-граббер – устройство для считывания кодов сигнализации или дистанционных замков. Плюс - всевозможные сверла, отмычки, гидравлический инструмент...
«Мы называем их «игрушки», - говорит Андрей.
В некоторых случаях доходит до того, что для обхода иммобилайзера используется альтернативная топливная система: условно говоря, угонщики приносят с собой топливный насос, трубопроводы, управляющий компьютер и другие элементы системы питания. Даже в этом случае счет якобы идет на минуты.
Но есть машины более удобные, есть менее удобные. При прочих равных, естественно, сложнее угнать машину с охраняемой стоянки, механическими блокираторами и особенно — с грамотно установленными противоугонными комплексами. Все это не панацея, и если именно эта машина есть в заказе, то ее заберут все равно. Но если по соседству будет аналогичный более простой вариант, отдадут предпочтение ему.
Андрей говорит, что весьма эффективным средством является оставленный в салоне сотовый телефон – якобы его группа даже угорела как-то с одной «Тойотой», владелец которой подключил к бортовой системе старенькую «Нокиа», но, главное, хорошенько ее спрятал.
А как же глушилки, спрашиваю? Широкополосные генераторы шума используются при каждом угоне для подавления радиосигналов, но, по словам Андрея, они тоже работают нестабильно, и рано или поздно есть риск, что сотовый телефон прозвонится. Главное спрятать его с фантазией, ведь традиционные места, типа под ковриком и под панелью, угонщикам хорошо известны. Опять же, сотовый телефон можно запеленговать, и более надежным средством являются радиомаячки, которые «оживают» лишь с определенной периодичностью.
Также не пользуются спросом машины с аэрографией: угонщики-то заберут ее без проблем, просто заказчики не любят такие авто.
Что происходит с машиной после угона? Если заказчики из другого города, на автомобиль устанавливаются «доски» - фальшивые номера – и он сразу покидает город. «Доски» повторяют существующий госномер аналогичного автомобиля. В дополнение к ним идет комплект заранее изготовленных документов. Расходы тут небольшие: номера с голограммами – порядка 10 тысяч, техпаспорт – 10-30 тысяч в зависимости от качества. Причем в данном случае не нужны подделки очень высокого качества, ведь проверять их в крайнем случае будут ППС-ники. Я удивляюсь: а как же номер кузова? «За мою практику ни разу не проверяли номер кузова, - отвечает Андрей. – Тем более, если угнали Lexus, за руль садится солидный человек, так что подозрений минимум».
План «Перехват»? В ответ – усмешка. «Ну, сам подумай: я в три часа ночи забрал машину, в 8 утра владелец поднял панику, в 9 утра объявлен план «Перехват». Где я буду?»
Впереди угнанной машины обязательно идет автомобиль сопровождения, который по рации или сотовым телефонам предупреждает о патрулях. «Рации прослушиваются, но есть закодированные, - говорит Андрей. – Иногда я покупаю 14 сотовых телефон с 14 симками, зарегистрированными на бомжей. После все сжигается».
Если заказчик из того же города, машина отправляется в отстойник и затем в удобное время передается заказчику. «Мы никогда не палим расположение отстойников перед барыгами. Барыги – они такие. Сегодня с нами, завтра с ними…»
Во многом на выбор угонщиков влияет наличие оборудования для данного класса машин. Так, в некоторых регионах не угоняют немецкие автомобили премиум-сегмента. Андрей прогнозирует, что волна угонов начнется через год-полтора, когда получит распространение нужное оборудование. Значит, насчет совсем уж любой машины было некоторое преувеличение: любую, но при наличии оборудования, а значит, после появления устойчивого спроса на нее.
«Конечно, при прочих равных мы заберем автомобиль с наименьшими рисками. Угон сложной машины требует вложений, поэтому «менее рентабельный». Обычно всегда находится автомобиль нужной марки, хозяин которого понадеялся на удачу».
Угонщики предпочитают богатых и самонадеянных.
Странные были времена
2013-05-19 01:19:00 (читать в оригинале)
Категория «Программы»
Взлеты Топ 5
 | ||
|
+557 |
564 |
Виктор Имантович Алкснис |
|
+548 |
625 |
Все для людей |
|
+520 |
561 |
krodico |
|
+519 |
560 |
sich |
|
+500 |
511 |
Выводы простого человека |
Падения Топ 5
 | ||
|
-2 |
15 |
dandr |
|
-6 |
11 |
Записки океанолога |
|
-7 |
12 |
Internet business in Ukraine |
|
-8 |
10 |
Markup |
|
-9 |
73 |
Кукуц Шмукуц |
Популярные за сутки
Загрузка...
BlogRider.ru не имеет отношения к публикуемым в записях блогов материалам. Все записи
взяты из открытых общедоступных источников и являются собственностью их авторов.
взяты из открытых общедоступных источников и являются собственностью их авторов.