Заходит мужчина в публичный дом, листает каталог.
     - С этой был, с  этой  был.  О,  любовь  по-испански!  После  "любви"
спрашивает:
     -  Послушай,  все  как  обычно!  А   почему   же   написано   "Любовь
по-испапнски"?
     - Ах, дорогой, извини, забыла! - и начинает счелкать пальцами.

                                  * * *

     Он и она в постели...
     Он:
     - Можно, я буду называть тебя Евой?
     Она:
     - А почему Евой?
     - Потому что ты у меня первая...
     - Ладно. А можно я буду называть тебя "Москвичем"?
     - Да... А почему?
     - Потому что ты у меня 412-ый...

Прошла зима, и наступило лето. Снова началась жара, и я снял, что только было можно, и разгуливал иногда вообще голышом, а иногда в одних трусах. Кто меня мог видеть у себя дома. Никто.
Чтоб помочь мне с посадками, и закончить их быстрее, приехал мой друг Дима и его жена Лена. Они так и жили гражданским браком и не регистрировали свои отношения, да и ни к чему это было. Детей у них не было, и видно этому была причина. Как то Дима мне сказал, что Лена  не против, что если у него появится ребёнок на стороне. В общем, отношения были вполне свободные, и ни он её не ревновал никогда, и она тоже вполне нормально смотрела на это.
Дима копал ямки и делал луны для рассаживания помидор. Я носил воду и поливал, а Лена рассаживала. Всё шло как по конвейеру. Как только закончили, то пошли мыться на озеро. Мы с Димкой были в трусах, а Лена в своём однотонном купальнике и халате поверх. Вода уже прогрелась на мелководье и ребятня уже купалась около недели. Отмыв грязь, мы тоже искупались и с прилипшими к ногам трусами вышли на берег.

Как то на работу я пришёл не совсем собранным, проспал и когда собирался и одевался, то очень спешил. Трусы одевать не стал, искать в шкафу не хотелось, у меня там всё сложено вперемешку. Надев только брюки, я стал застёгивать молнию на ширинке и случайно прицепил несколько волосинок и потянул их. Было неприятно и немного больно, а потом всё прекратилось. Я расстегнул молнию и несколько волосков упали на пол.
- Как же больно и неприятно, дёргать у себя волосы – подумал я.
По дороге я всё это забыл и больше не вспоминал, пока случайно не увидел как однажды  Антонина, наша экономист, пинцетом цепляет перед зеркалом у себя волоски над бровью и дёргала их. Меня даже, передёрнула всего.
- Вот мазохистка то – подумал я и тут же вспомнил, как я молнией у брюк случайно выдернул несколько волосиков на лобке у себя.

Миссионер несколько лет прожил в африканском племени  без  каких-либо
осложнений с аборигенами. Однажды к нему пришел вождь:
     - Вчера моя двенадцатая жена родила белого ребенка.  Ты  единственный
среди нас белый, значит это ты  осквернил  мою  жену.  За  это  тебя  ждет
смерть!
     - Великий вождь! Посмотри, на поляне в  стаде  белых  коз  затесалась
одна черная. А ведь ты - весь черный, но ведь это же не значит, что...
     - Ладно, ладно, я никому про тебя не скажу, но и ты - молчок!

Было раннее утро и на пляже небыло ни души.
Мяу открыла глаза и вспомнив о замечательном ужине облизнулась.
- Мммррррр, он оставил мяу десерт...
Мяу почувствовав вкус засохшей спермы на губах, неспешно умылась и облизала своё тело.
Она слизала подсохшую дорожку лакомства со своей груди и вылизав животик принялась за киску.
Привычная утренняя процедура. Волнующий запах самца ещё не успевший выветриться из её нежной прелести.
Язычёк мяу быстро справился с работой и она одевшись спрыгнула с камня на песок.