«Какая прелесть. Какие восхитительные груди. Соски как они торчат. Так и манят, так и просят ласки. А губы. Бесподобно! Слегка полуоткрыты, готовые целовать и сосать. Какие ноги длинные, крепкие, стройные. Обалденная фигура. Фигура богини. Богини секса». Думал я уставясь в монитор.
  Мой член стоял, налитый твёрдостью стали. Возбуждение распирало меня, взывая о действие. Я откинулся в кресле, оттянул треники, освобождая член. Сжал его рукой. Энергично заработал ладонью. Густая струя спермы изверглась, залив грудь и живот. Я удовлетворённо выдохнул, прикрыл глаза. Приятная волна истомы растеклась по телу.

За окном мрак. Хлябь.  Мерзость какая-то поганая. Всегда в это время уже сугробы чуть ли не выше головы…Зима-с, блин.
      А теперь — если только дождик мелкий на стекле поплачет. Или ветром его капли редкие в окно пробарабанят.
    Сижу как сыч. На диване.  И всех не люблю. Телевизор несёт бред очередным Малаховым. Я даже не вслушиваюсь.
      Чувствую, вот сейчас, именно в этот момент,  я ко всему и всем страшно зол и  жутко недобр.

В свои  13  лет, как и всех мальчишек, меня манил  интерес к интимным  местам противоположного  пола. А где можно  увидеть  все  ЭТО? Только в  туалете, но в крупном городе  выгребных туалетов с  щелями, для подглядывания нет.  Чтобы я отдохнул, меня  отправили  на все  лето в  деревню  к  маминой  сестре, тети  Вере.
Мне  все  там   нравилось: и уютный  домик в  конце  двора, в  зарослях бурьяна  и  диких  кустов, и  что  рядом  речка, и  что лес  рядом. Но  больше  всего манил  к  себе  маленький, деревянный  домик.

Это Продолжение рассказа "Большая перемена"

Две недели Сашка не показывался на глаза.
Если раньше я время от времени случайно встречала его у почтового ящика или в районном гастрономчике, то после случая на балконе он как сквозь землю провалился.
Я тоже чувствовала себя не в своей тарелке. Во-первых, я была в хороших соседских отношениях с его родителями. Мне бы очень не хотелось, чтобы они узнали о том, что произошло. И, самое главное, уголовную ответственность за совращение малолетних еще пока никто не отменял. Зудящей занозой сидела в мозгу совестливая мысль, что все-таки я сделала все неправильно. И нужно было сдержаться, отправив его получать первый сексуальный опыт к сверстницам. Совесть заедала. Когда стало совсем невмоготу, сделала еще одну ошибку – вывалила это все подружке.

          В одной чернильнице – не в полной, не в пустой
          Супруг с супругой жили : Точка с Запятой.
          Ничто не омрачало их досуга,
          Довольным Точка жизнью  был, довольною супруга…
          Но завелась у Запятой зловредная подруга  —
          Клякса:
           — Что Точка — ты главней!
                 Ты продолжаешь фразу!
                 А Точка….
                 После Точки не видела я ничего
                 Ни разу.