Всё обо Всём Голосов: 1 Адрес блога: http://innacool.livejournal.com/ Добавлен: 2012-10-28 21:53:52 блограйдером innacool

Франц Меринг 46

2013-12-14 19:02:18 (читать в оригинале)

Меринг подробно исследует войны второй половины XVI в., в частности продолжавшуюся много лет борьбу Нидерландов за свою независимость. Почему упорной и мужественной борьбе небольшой Голландии с могущественной тогда Испанией сопутствовал успех и она в конце концов добилась победы? Глубочайшие причины победоносного сопротивления нидерландских повстанцев,— отвечает Меринг,— скрывались в экономическом развитии их страны». Голландские предприниматели и торговцы построили шерстяные фабрики в Лейдепе, полотняные — в Гарлеме, судоверфи, табачные фабрики, сахарные заводы и другие предприятия. А испанский король Филипп II принимал все меры, чтобы уничтожить ростки промышленного развития Испании. «Голландский купец победил испанского дворянина и попа, так как его действенным оружием была отечествепная промышленность, которая грубо уничтожалась в зародыше в Испании и заботливо культивировалась в Голландии» 10.
Ряд военно-исторических проблем, связанных с историей Пруссии XVIII в., рассмотрен Мерингом в «Легенде о Лессинге». Как и многие другие его работы, она направлена на разоблачение легенд об особой исторической миссии Гогенцоллернов и войн, которые они вели, в становлении и развитии германского государства, легенд, которыми были пронизаны труды многих крупных немецких дворянско-буржуазных историков, положивших в основу своих работ шовинистические концепции, прославлявших на деле грубую военную силу и захватнические войны. Основной удар своей критики Меринг обрушил на разоблачение «патриотических сказок» таких известных историков, как Г. Зибель, Г. Трейчке, И. Г. Дройзен и многих других, которые пытались обосновать концепцию об особой патриотической роли Гогенцоллернов в объединении Германии вокруг Пруссии.
Меринг убедительно показал всю фальшь подобных утверждений. «Легенда о Фридрихе,— писал он,— как она представлена Зибелем и Трейчке, упрощала дело, попросту размалевывая короля, как «героя национального возрождения»... Между тем он в действительности, со всем его умом и всей его ограниченностью, был только династическим деспотом XVIII века».
В этой работе Мерингу удалось четко определить социальную природу прусского абсолютизма. Он показал на большом фактическом материале, что прусское государство было, с одной стороны, ярко выраженным военным государством, а с другой — «самой рабской страной в Европе». «Одно обусловливало другое,— писал Меринг,— как причина и следствие, и если под сенью прусского военного деспотизма могло процветать только рабство, то, с другой стороны, прусский военный деспотизм мог возникнуть и укрепиться только в той части Германии, где образование и культура, наука и благосостояние совершенно отсутствовали, а масса населения в вековом рабстве потеряла всякую самостоятельную волю» 12.
Меринг подчеркивал, что «милитаризм исторически развивался вместе с абсолютизмом» 13. Основой прусского государства, указывал он, являлось прусское войско; этого требовала его экономическая база. Увеличение войска означало для юнкерского класса увеличение его привилегий, укрепление его экономических и политических позиций. «Государство и было войском»,— заключал Меринг 14.
Меринг правильно отмечал, что деспотизм Фридриха II но ограничивали двор и церковь. Он неоднократно повторял, что в Германии абсолютизм имел скорее феодальное, чем капиталистическое происхождение. Это положение — одно из краеугольных камней его концепции истории юпкерско-буржуазной Германии.
Мерингу принадлежит заслуга в разоблачении мифа о «великих людях Пруссо-Германии» — мифа о Фридри-хо как «благодетеле крестьян», «крестьянском короле», созданного дворянской и буржуазной историографией в лице все тех же Зибеля, Трейчке и их последователей. Опираясь на большой фактический материал, он показывал, что закон о разделе земель и общинных пастбищ в действительности привел к дальнейшей пауперизации и пролетаризации крестьянства, так как лишил его пастбищ для скота. Государство Фридриха II Меринг называет «феодально-военным», а прусский абсолютизм — юнкерской властью.
В «Легенде о Лессинге» Меринг много внимания уделяет анализу внешней политики прусского государства. Он подвергает резкой критике миф официальных историков о Фридрихе II как носителе «национальной идеи» и показывает его в истинном свете — как вероломного деспота, стремившегося в своей внешней политике прежде всего к достижению корыстных, династических целен, завоеванию чужих земель.
Какова была внешняя политика прусского военного, государства? Почему Пруссия во главе со своим королем возвысилась над другими немецкими землями и стала главенствовать над ними? — спрашивает Меринг. И отвечает: прусское военное государство ставило задачу обеспечить себе прочное положение между ближайшими сильными государствами — Польшей и Швецией, обессилить их, добиться господства па Балтийском море, присоединить новые восточноэльбские земли, в том числе Померанию и Силезию, в результате чего установить владычество над всей областью по Одеру. Такая политика означала постоянную войну. Она, в частности, привела и к опустошительной Семилетней войне 1756—1763 гг., которую вел Фридрих II с Австрией, Францией, Россией.
Таким образом, уже в начале 90-х годов прошлого столетия Ф. Меринг с марксистской точки зрения рассматривал историю прусского военного государства и тем самым вооружал немецкий рабочий класс правильным пониманием истоков немецкого милитаризма.