Ермоловская_Татьяна Голосов: 1 Адрес блога: http://ertata.ru/ Добавлен:

МАЙОР ВИХРЬ: «Я – ГОЛОС!»

2014-03-03 20:00:34 (читать в оригинале)


25 февраля исполнилось 100 лет легендарному майору Вихрю – Евгению Березняку. Сам Евгений Степанович всего несколько месяцев не дожил до своего векового юбилея.

Родился Евгений Березняк в Днепропетровске. Повзрослев, избрал для себя педагогическую стезю. После пединститута и до начала Великой Отечественной работал учителем, завучем, директором школы.

Летом 1940 г. Березняк был избран депутатом Львовского горсовета, а в скором времени стал заведующим Львовским городским отделом народного образования.

В первые же часы войны Березняк дал согласие стать подпольщиком на оккупированной территории, выполнял специальные задания. В конце 1943 г. Березняка направили в Москву, в школу Главного разведывательного управления, после ее окончания он возглавил группу военных разведчиков под кодовым названием «Голос».


«Голос» действовал в тылу врага 156 дней, начиная с августа 1944 года. За это время группой было передано свыше 150 радиограмм. «Голосу» удалось детально разведать Краковский укрепрайон.

Боевые операции, проведенные «Голосом», исключительно результативны. Разведчики даже проникли во вражеский учебный центр, готовивший диверсантов для заброски в наш тыл.

Самой главной операцией группы майора Вихря стало раскрытие плана минирования Кракова. Разведчикам средь бела дня на глазах немецкого гарнизона удалось захватить немецкого инженер-майора, имевшего отношение к минированию.

Паролем «Голоса» стало выражение древнеримского поэта Овидия: Dum spiro spero (пока дышу – надеюсь), которое капитан Березняк прочитал на стене краковской тюрьмы «Монтелюпис», куда попал после неудачного десантирования на польскую территорию в августе 1944 года. Из тюрьмы ему удалось бежать.

После войны он вновь возглавил городской отдел образования Львова. В 1949 г. руководство львовской УПА угрожало ему смертной казнью. Но ни убить, ни запугать майора Вихря не удалось.

Почти 25 лет Березняк был начальником Главного управления школ, стал кандидатом педагогических наук, работал в Институте педагогики Украины.

Евгений Березняк был награжден орденами Отечественной войны І и II степени, Трудового Красного Знамени, другими боевыми и трудовыми советскими наградами. За спасение Кракова польское правительство удостоило его ордена и медали.

В 2001 г. за героизм во время Великой Отечественной войны ему присвоено звание Героя Украины. Когда, спустя девять лет, президент Ющенко издал указ, объявивший Героем Украины Бандеру, Березняк заявил: «Это пощечина всем ветеранам Великой Отечественной. Большей пакости он не мог сделать! Я когда услышал это, решил отказаться от звания Героя Украины. Но мои коллеги-ветераны сказали: не смей этого делать, ты заслужил звание, и не Ющенко тебе его присваивал».

Свидетельствует майор Вихрь – странички из книги.

КУРТ ПЕККЕЛЬ

Прибыл связной группы Отченашев. Рассказал о неожиданных осложнениях с генералом.

– Разрешите, товарищ капитан, другой план: вместо журавля поймать синицу. Есть у нас там на примете один ученый майор. Главный инженер укрепрайона.

Я подумал и дал добро.

Через несколько дней мы радировали Центру:

«Павлову. Нами взят в плен инженер немец Курт Пеккель. Он руководит участком строительства укреплений в 6 км от Кракова в направлении Варшавы. Его показания будут переданы.

Голос».

…«Потрошение» Пеккеля шло успешно. Сведения, полученные от него, оказались очень ценными, но уже на первом допросе, несколько оглушенный внезапным пленением да изрядной порцией самогона, Пеккель заявил, что в его компетенцию входили только оборонительные сооружения. Минированием, уничтожением городов занимаются-де строго засекреченные особые команды (зондеркоманды).

Курт Пеккель не лгал, но явно чего-то недоговаривал.

Обеспокоенный донесениями «D.S.», я на одном из допросов возвратился к нашему разговору о возможном минировании города.

Мы сидели в моей землянке, склонившись над крупномасштабной картой Кракова: советский разведчик, коммунист, и старый наци, партайгеноссе. Со стороны могло показаться: два приятеля. И разговор тоже шел какой-то странный, скорее напоминающий то, что теперь называют ситуационной игрой.

– Господин Пеккель, вот карта Кракова. А вот приказ: город взорвать. Вы опытный, очень опытный (Пеккель при этих словах даже приосанился) военный инженер. Что вы предлагаете? С чего бы вы начали? Где Краков наиболее уязвим?

Маленькие глазки майора оживились. В них явно зажегся профессиональный интерес. От возбуждения – я уже замечал за ним эту привычку – стал потирать пухлые, с короткими пальцами руки.

– Это интересно, очень интересно.

Впился глазами-буравчиками в карту. Надолго задумался. Потом вскочил, ткнул пальцем в одну точку, другую, третью: тут! Тут и тут!

– Краков, герр оберст, исключительно удачный объект для минирования. Как, впрочем, и все средневековые города. На сравнительно небольшом пространстве много домов, много улиц, проулков. Но самое уязвимое место – подземные коммуникации города: канализация, сточные блоки под сооружениями. Я бы, герр оберст, начал с них. Огромный выигрыш во времени, средствах: не надо всюду рыть траншеи, маскироваться. Машина подъезжает – и пять-десять минут спустя груз на месте. Так можно хоть весь город начинить взрывчаткой. Остальное: провода, мины замедленного действия, центральный пункт для одновременного взрыва – дело техники.

– Этот план у вас возник только что или уже обсуждался с кем-нибудь раньше?

– В порядке, так сказать, консультации, герр оберст. Только в порядке предварительной консультации. Теперь я вспоминаю. В сентябре приезжал за мной адъютант Франка с личным предписанием генерал-губернатора. Мы осматривали систему канализации под Вавелем, на Главном рынке, еще в двух-трех пунктах. Ну, доложу я вам, и вонища. Теперь я понимаю. Все это неспроста…

В лагере все привыкли к майору. В первые дни на правах военнопленного он щеголял в своем мундире с Железным крестом. Затем Пеккель выпросил у Семена Ростопшина телогрейку. И сам вызвался помогать повару Абдулле.

Курт Пеккель любил поговорить, удариться в воспоминания. А вспомнить старому партайгеноссе было что. Съезды, сборища в Нюрнберге, ночные шествия с факелами, исступленное, завораживающее лицо фюрера.

– Я верил в него, как в бога, даже больше. А бог оказался дьяволом. И я даже рад, что война для меня так неожиданно кончилась. Готт, майн готт! Теперь я почти уверен, что снова увижу свой родной Магдебург, майне либе фрау, киндер.

Впрочем, старший сын Пеккеля, офицер танковых войск, по его словам, пропал без вести где-то под Ростовом.

– Война не приносит никакой радости, – твердил майор.

Не знаю, что его толкало на подобные откровения. Теперь он всю верхушку, всех гитлеровских бонз называл грязной, вонючей бандой.

Многие из его партайгеноссе, как и он, начинали простыми штурмовиками, рядовыми функционерами фашистской партии, но далеко обошли его по служебной лестнице.

– Толстый Герман – этот кокаинист – стал рейхсмаршалом, вторым лицом в государстве. А гауляйтер Штрейхер оказался напоследок подонком, растлителем малолетних арийских девушек. Пошли жалобы. И кому, подумайте только, Гитлер поручил разбор этого дела? Герману Герингу – этому жирному борову, этой грязной свинье в рейхсмаршальском мундире.

Я и Франка знал в молодости. Продувная бестия. В двадцать третьем, когда судили фюрера за мюнхенский путч, Ганс взял на себя защиту Адольфа. И не прогадал на этом дельце. Фюрер умел ценить такие заслуги. Безвестный адвокатишка стал рейхслейтером партии по правовым вопросам, президентом германской академии права. Затем – имперский министр юстиции, генерал-губернатор Польши. И подумать только, в двадцать седьмом году на съезде партии мы с ним сидели на одной скамье, пили пиво, можно сказать, из одной кружки.

Я тут, в Польше, почти всю войну провел. Всё строил: казармы, лагеря, укрепления. Я солдат, мое дело маленькое: приказ, и никаких возражений. Генерал-губернатора видел и в Варшаве, и в Вавеле, и в Кшешовице. Зазнался. Сначала, бестия, «не узнал» своего партайгеноссе. А не то в июле, не то в августе 1943 года – уже после Сталинграда и Курской дуги – вызвал нас, старых функционеров, в Краков на тайное совещание. Тут Франк сам ко мне подошел, пожал руку, похлопал по плечу, вспомнил старые добрые времена: «Ничего, дружище, пока к нам русские Иваны доберутся, мы из этих поляшек фарш наделаем». Вот какие речи произносил Франк. Теперь с поляками заигрывает, а Краков, выполняя приказ фюрера, начинил взрывчаткой, как колбасную кишку фаршем. В плену этот адвокатишка будет юлить, хныкать, валить все на фюрера, на гестапо. Я его подлую натуру знаю. – И майор Пеккель, несколько похудевший за последние дни, снова склонял свой седой ежик над картой. Что-то уточнял, наносил, по данным наших разведчиков, схему минирования.

План «Группенсистем» – линии оборонительных сооружений Краковского района, набросанный майором Пеккелем, выборочно, по квадратам, тщательно проверялся нашими разведчиками и людьми Зайонца. Проверка от РО фронта шла и по другим линиям. Все подтверждалось…

СПАСЕННЫЙ ГОРОД

Как удалось предотвратить преступный замысел гитлеровцев: взорвать Краков, уже занятый советскими частями? Как был спасен город?

Об этом нас часто спрашивают и устно, и в письмах. Ссылаются на финал кинофильма «Майор Вихрь».

Тот, кто смотрел фильм, вероятно, помнит, как его герои, советские разведчики, ценой собственной жизни спасли город. Эпизод действительно напряженный. Удастся ли разведчикам и польским патриотам, вступившим в неравный поединок с гитлеровцами, в самый последний момент обезвредить кабель, по которому с минуты на минуту обрушится на город смерть?

Эффектно. Интригующе. Но в реальной жизни разведчиков подобные эпизоды случаются крайне редко. Разведчиков потому и называют солдатами невидимого фронта, что их работа остается незаметной, как подводная часть айсберга. Труд разведчика – ежедневный, кропотливый, нередко однообразный, чем-то напоминает одновременно работу золотоискателя и ювелира. Сначала ищешь и отбираешь факты: крупицу за крупицей, затем отбрасываешь лишнее, шлифуешь, пока не получается донесение в пять-шесть строк. Одно такое донесение порой стоит доброго десятка «зрелищных» взрывов.

Возможно, и мы кое-кого разочаруем, но тут уж ничего не поделаешь: чего не было, того не было. Никто из групп «Голос» не разрывал своими руками смертоносный кабель. Никто из нашей четверки не погиб. Больше того, наша группа вся, за исключением Грозы, в день освобождения Кракова находилась далеко от города, продвигаясь по приказу командования на запад.

Как же все было на самом деле?

Еще в конце декабря, недели за две до начала наступления наших войск, план заминирования основных объектов Кракова уже не являлся для нас тайной.

В общем, вырисовывалась следующая картина, впоследствии полностью подтвержденная польскими источниками: в канун наступления наших войск командование вермахта, несколько подбодренное успехами немецких частей в Арденнах, где над войсками союзников нависла угроза разгрома, допускало, что силами своей 17-й полевой армии под командованием генерала Шульца сможет отбить наступление 1-го Украинского фронта. Одновременно планировалось контрнаступление на крылья и тылы советских войск с тем, чтобы преградить им путь к Силезскому промышленному району. Кракову отводилась роль главного центра сопротивления. Длинные линии траншей, противотанковые рвы, минные поля, заграждения из колючей проволоки и всякого рода другие инженерные сооружения кольцами опоясывали Краков.

Форсировались работы и в самом Кракове.

Планируя превратить Краков в город-западню, в город-могилу для населения и передовых советских частей, гитлеровцы заминировали мосты, казармы, аэродром в Раковицах, стратегические дороги, которые вели в Краков, подземные коммуникации, промышленные предприятия.

Под смертельной угрозой оказались такие бесценные архитектурные памятники, как Мариацкий костел, Сукеннице, Башня Ратуши, знаменитый театр Словацкого, наконец, Вавель – резиденция первых польских королей.

Заминирование города шло параллельно с фортификационными работами и даже опережало их. Обо всем этом мы информировали Центр. Гибель города казалась неминуемой. Как же удалось предотвратить взрыв?

Историю обезвреживания кабеля, кстати, лишь одного из многих, угрожающих городу, мне поведал Гроза уже после освобождения Кракова. Ему удалось установить связь с головными частями Красной Армии, наступающими на город с запада. Командиры этих частей хорошо знали рельеф местности, расположение форта, куда подходил кабель. Предупрежденные саперы вскоре нащупали кабель, в нескольких местах, осторожно вскрыв траншеи, перерезали его…

Сто пятьдесят шесть дней действовала наша группа во вражеском тылу. Мы передали за это время больше ста пятидесяти радиограмм. И по сути, каждая строка в них, хотя мы не всегда отдавали себе в этом отчет, так или иначе служила одной и той же цели – освобождению и спасению города.

Группе, как мы потом писали в отчете Центру, удалось полностью и в деталях разведать краковский укрепрайон, все оборонительные сооружения вермахта на Висле южнее Кракова, план заминирования города. И хотя гитлеровцы заложили мины под многие архитектурные памятники, административные здания, но взорвать их они не смогли. Были обезврежены самовзрывающиеся мины замедленного действия на различных участках. Саперы, случалось, добирались к минным «гнездам» по пояс, а то и по горло в ледяной воде. Велик их подвиг. Пользуясь данными «Голоса» и других разведывательных групп, информацией и помощью польских патриотов, саперы в сжатые сроки разминировали Мариацкий костел, Сукеннице, Ягеллонский университет, Вавель – временную резиденцию улепетывающего на запад генерал-губернатора Ганса Франка…

В цепи преступлений Франка Краков – только одно из многих кровавых звеньев. Населению Кракова пришлось пережить тяжелейший в его многовековой трагической истории период гитлеровской оккупации, длившийся почти пять с половиной лет. 80 тысяч мирных жителей города были истреблены за эти годы. Каждый четвертый поляк стал жертвой геноцида, насилия, кровавой бойни, курса на почти поголовное истребление. Только успешное наступление советских войск спасло город, страну, миллионы людей.

Отечественные записки


ertata

---

О биохимии предательства.

2014-03-03 19:18:01 (читать в оригинале)


На федеральном телеканале "Россия 2" начали появляться документальные фильмы, снятые в совершенно новом, доселе невиданном для массового отечественного телевидения идеологическом ключе. Не так давно демонстрировался фильм Кондрашова, рассказывающий о событиях в Афганистане с участием СССР и роли Запада в дестабилизации обстановки в этом регионе. А всего несколько дней назад, например, прошла документальная лента Константина Сёмина под названием "Биохимия предательства", касающаяся политического прошлого России, а также ситуации, разворачивающейся в стране на настоящий момент.

Если сравнивать работы Сёмина и Кондрашова, то очевидно, что лента Сёмина демонстрирует куда более глубокий и детальный подход. Автор — опытный журналист, который проработал на разных площадках политического телевидения, в частности, в одно время был задействован в Соединённых Штатах, а также побывал в различных конфликтных точках земного шара.


Фактически "Биохимия предательства" запускает процесс переосмысления базовых исторических догматов современной России. Лента смонтирована довольно жёстко, начинается цитатой древнекитайского философа и полководца Сунь Цзы, автора трактата "Искусство войны": "Разлагайте всё хорошее, что имеется в стане вашего противника. Вовлекайте его видных представителей в преступные предприятия. Разжигайте ссоры и столкновения среди граждан вражеской страны. Подстрекайте молодёжь против стариков. Не экономьте ни на деньгах, ни на обещаниях, так как они приносят богатые дивиденды". Фильм длится чуть больше часа, и всё это время на зрителя непрерывно сыплются факты, перемежающиеся интервью, приводятся доводы, изложенные кратко, ясно и доходчиво.

Сёмин начинает с истории власовцев — предателей, в первые дни Второй мировой перешедших на сторону нацистской Германии, которая собиралась уничтожить славянские народы, в особенности русских. Затем повествование развивается, и его герои собственными словами в ходе интервью охотно прокладывают исторический мост к современности. Сёмин демонстрирует, как некоторые пытаются проводить линию апологетики и едва ли не возвышения предательства. Среди выступавших историки, политики и главный редактор портала "Спутник и погром". Но у них есть и идеологические противники, один из них, попавший в фильм — небезызвестный Дмитрий Пучков.

В современной России, оказывается, существует "Музей борьбы с большевизмом", находящийся под Подольском. Экспонаты внутри особняка, стилизованного под баварскую архитектуру, повествуют о том, как "Россия в семнадцатом году сбилась с пути, а в сорок первом упустила шанс вернуться на него". Несложно догадаться, что этот музей восхваляет гитлеровских захватчиков. На территории есть и памятник Власову, высокий, отлитый из бронзы.

История развивается дальше, и под конец фильма приходит к людям, которые разгромили Советский Союз в конце восьмидесятых и начале девяностых, а сейчас вновь ведут деятельность схожего характера в отношении РФ. Упоминаются и радио "Свобода", сыгравшее немалую роль в дестабилизации обстановки в республиках СССР, и методы ведения информационных войн, на которые, как выяснилось, Запад выделял немеряные деньги. Целые научно-исследовательские комплексы работали лишь с одной целью — развалить Союз изнутри.

Сейчас Запад не намерен сбавлять темпы. Мы уже видим плоды действий, совершаемых и совершённых предателями в новейшей истории. Об этом свидетельствует и фильм Сёмина, фактически, наглядно демонстрирующий, что Россия находится в противостоянии со своим историческим и цивилизационным противником — Западом.

Либеральные деятели, которые ориентируются на Запад, являются историческими наследниками Власова. Они практически открыто заявляют об этом. По их словам, предательство — едва ли не высшая добродетель современного человека. Но не стоит забывать, что предатель не может перестать предавать, всё тот же "герой нового либерального времени" Власов, чувствуя, что баланс сил давно склонился не в сторону Гитлера, под конец войны предлагал нанести немецким войскам удар в спину. Естественно, в обмен на собственную жизнь.

Как и следовало ожидать, в результате появления фильма начался дикий вой в либеральных СМИ. Они моментально ощутили, что в российском политическом сознании происходят быстрые и решительные трансформации. А это, в свою очередь, создаёт новую политико-идеологическую систему, в которой нет места либеральным элементам. Как наверху всей государственной пирамиды, так и в обществе.

В этом смысле политическая диктатура, которой либералы пользовались приблизительно с конца восьмидесятых годов прошлого столетия, подходит к концу. Именно об этом говорит новое произведение Константина Сёмина.

Александр Нагорный

«Биохимия предательства»

Документальный фильм Константина Семина (17.02.2014 г.)

✔ Почему наше общество перестает замечать героев и становится терпимым к предателям? Почему оправдание находится поступкам, которые еще вчера казались немыслимыми?
✔ Кто управляет процессом ниспровержения кумиров и создания культа изменников? Что это — стихийный процесс или продуманная стратегия? Что такое организационное оружие и психологическая война, по каким принципам эта война ведется?
✔ Кто мечтает освободить Россию от ее народов, стравливая их между собой?
✔ Авторы фильма "Биохимия предательства" изучили природу предательства и выявили связи, объединяющие предателей разных эпох.




ertata

---

От болезней сердца умирают по пятницам после полуночи.

2014-03-03 18:41:46 (читать в оригинале)


Опубликованы результаты самого масштабного исследования — было проанализировано более 1 млн. случаев — зависимости смертности от сердечных приступов от времени года, дня недели и времени дня.

Анализируемый промежуток времени составлял 14 лет — с 1994 по 2007 год. Изучались анкеты американских больных, которые госпитализировались с сердечными приступами в различные медицинские учреждения, имея в анамнезе заболевания сердечнососудистой системы. Однозначный вывод американских врачей следующий: пик смертности от сердечных приступов у людей с проблемами сердечнососудистой системы, а также случаи госпитализации, которая может длиться дольше, чем обычно, приходятся на январь месяц, причем в основном на пятницы и чаще всего ночное время.


Проследить зависимость тяжести протекания и смертности от сердечных приступов от времени года врачи пытаются давно с переменным успехом. Однако, никто до этого не пытался объяснить причину такой зависимости в рамках одного исследования.

Особенность данного исследования еще и в том, что врачи включили в анализ очень широкий спектр факторов и причин, которые гипотетически могут сыграть решающую роль, даже приведя к смерти в результате сердечного приступа, а также повлиять на его тяжесть и длительность нахождения в больнице. Вот некоторые из наблюдений и выводов, сделанных врачами:

Во-первых, замечена общая тенденция — с 1997 года количество поступавших с сердечными проблемами постепенно росло, в то время как количество смертей в результате этих проблем, а также длительность пребывания в больнице сокращались (примерно на 0,3% в год и на 0,3 дней в год соответственно). По мнению автора исследования профессора Дэвида П. Као (Денвер, Колорадо), это, вероятнее всего, объясняется растущим качеством методов лечения и медицины в целом за последние 15 лет.

Далее, количество поступавших в больницы пациентов вырастало в феврале каждого года, а дольше всего в клиниках с сердечнососудистыми проблемами люди находились в январе. Самая высокая смертность наблюдалась с 18.00 до 24.00, а наименьшая – с 6.00 до полудня. Такая же корреляция наблюдалась и во времени пребывания в отделениях неотложной помощи.

Количество теорий, старающихся объяснить влияние времени года, суток и дня недели на состояние сердечнососудистой системы, очень велико. Что касается праздничных дней — например, в январе, — одно из самых популярных объяснений связывает количество сердечных приступов и смертей от них с повышенным употреблением алкоголя и наркотиков в праздники. Однако, этот фактор был проанализирован доктором Као и не нашел подтверждения — никакой зависимости смертности от сердечно-сосудистых заболеваний и злоупотребления спиртным или наркотиками не выявлено.

Нужно отметить, что сезонные колебания касаются прежде всего людей старше 30 лет, и чем больше возраст, тем более серьезными были последствия госпитализации, вплоть до смерти. Теоретически, сопутствующая пневмония могла бы быть одним из решающих факторов повышенной смертности и тяжести протекания сердечных приступов. Однако, почему-то подобных корреляций не просматривалось с другими сезонными вариациями разных респираторных заболеваний, как, например, хроническая обструктивная пневмония.

Доктор Као сделал еще одно предположение относительно того, почему люди, поступающие в больницы прямо накануне выходных дней или в ночное время проводят в больнице больше времени и вообще чувствуют себя хуже: укомплектованность большинства больниц в выходные дни и ночью высококвалифицированным медицинским персоналом хуже, чем в рабочие дни среди недели и в дневное время в течение обычного рабочего дня.

Всего, помимо времени года, дня недели и времени суток, еще как минимум 17 важнейших факторов принимались во внимание врачами, исследовавшими этот феномен — в их числе заболевания почек, состояние легких, демографические факторы (пол, национальность и пр.), а также степень охвата медицинским обслуживанием и его качество. Но, по мнению доктора Као, сама по себе холодная погода может достаточно серьезно повлиять на состояние здоровья людей, у которых есть проблемы с сердцем. Кроме того, такая временная зависимость и взаимосвязь с протеканием и исходом заболевания прослеживается не только в болезнях сердца.

Говоря о смысле проведенного исследования, доктор Као делает акцент на том, что о такой зависимости должны знать и врачи, и пациенты. Врачам это должно дать сигнал о необходимости особо тщательного подхода к состоянию больного и его лечению, если речь идет о периодах таких сезонных пиков. А люди, страдающие от сердечнососудистых заболеваний, должны быть осторожнее в это время года, понимая, что их болезнь может дать знать о себе в это период особенно резко и с тяжелыми последствиями.

Научный доклад о проведенном исследовании сделан на международном медицинском конгрессе, посвященном заболеваниям сердечнососудистой системы, который проходит в Лиссабоне (Португалия) с 25 по 28 мая 2013 года.


ertata

---

Русский лес.

2014-03-03 18:38:15 (читать в оригинале)

«Лес — как жизнь, крепкостволен и свеж.

Лес, затишье моё и мятеж».

Римма Казакова.

…Персонаж русской народной сказки всенепременно попадает в лесную чащу и уже не так важно, зачем и куда он отправился изначально. То ли это Иван-Царевич, ищущий по всему свету красавицу Василису (как вариант - молодильные яблочки для царя-отца). То ли это дева-падчерица, отосланная жестокой мачехой на верную погибель. В лесу героя встречают многочисленные чудеса и даже кошмары, но всё заканчивается благополучно – царевич встречает добрую …Бабу-Ягу или старика-лесовика, у которого давно припасён клубочек с волшебной нитью и даже шапка-невидимка, а деревенская золушка получает от Морозки ларец с бриллиантами - «лучшими друзьями девушек…»


Знаменитый исследователь фольклора, филолог Владимир Пропп в своём хрестоматийном труде «Исторические корни волшебной сказки» прямо говорит нам о том, что лес считался заповедной территорией. «Там чудеса, там леший бродит» - там обитают силы, издревле враждебные или непонятные человеку. Но и не только. В священных рощах и в глухих чащобах совершались инициации, связанные с проверкой на прочность и с получением сакральных знаний. Прошедший испытание подросток становился полноправным человеком племени, так сказать, дееспособным членом общества. Именно поэтому лесные приключения – почти обязательная ситуация в русской сказке, причём, как видим, через них проходят не только юноши, но и девушки (падчерицы, царевны, купеческие дочери). Пройдя через это, герой может двигаться дальше. Кроме того, лес представлялся границей сфер – именно тут мир живых отделялся от обиталища мёртвых. Отсюда и присказка, известная с детства: «Избушка-избушка, повернись ко мне лицом, к лесу – задом!» В некоторых сказках есть и такой вариант: « К миру лицом, к лесу задом». Недаром Бабе-Яге, лесной владетельнице, так не нравится запах гостя: «Фу-фу! Русским духом пахнет!» Это, разумеется, не намёк безвестного народного сказочника на «немытую Россию», а реакция нежити на запах живого человека.

Кстати, инициированные мальчики по возвращении в племя получали иное имя. Почему? Потому что в процессе лесных испытаний они как бы умирали и возрождались совершенно в другой социальной ипостаси. Интересно, что и советские сказочники часто использовали подобные мотивы в своих произведениях. Типичный пример – пьеса Самуила Маршака «Двенадцать месяцев». Тут есть всё – и мачеха, и безумное задание набрать в зимнюю ночь подснежников, и волшебная чаща, где вокруг костра сидят представители всех природных стихий. Как положено, именно это «испытание лесом» в корне меняет последующую жизнь всех героев действа. Или, например, сказка Валентина Катаева «Дудочка и кувшинчик», также построенная по канонам русской народной сказки. Девочке Жене предстоит навсегда отучиться от любви к лёгким, даровым победам. Не без помощи лесных волшебных сил, разумеется. Кстати, экзамен-приключение может ждать и героя вполне реалистического повествования.

Гайдаровский рассказ «Дым в лесу» - не просто шпионский детектив, это типичная история «инициации» подростка, который ещё вчера был дворовым шалопаем, только и думающим о том, как бы улизнуть от уроков. Но всё меняется в тот момент, когда «я … сидел на крыше дровяного сарая и смотрел на запад, где за рекой Кальвой, как говорят, на сухих торфяных болотах, горел вспыхнувший позавчера лес». Потом будет столкновение с силами зла, противоборство, поиск выхода из сложнейшей ситуации. Инициация. Потрясающи и описания чувств героя: «В чёрных провалах меж деревьями, под неровным, неверным светом луны, всё мне чудились то зелёные глаза волка, то мохнатая морда медведя. И казалось мне, что, прильнув к толстым стволам сосен, повсюду затаились чужие и злобные люди». Возвращаясь к исследованиям Владимира Проппа, добавлю, что тех, древних мальчиков испытывали страхом, одиночеством, темнотой, голодом – «общение» с лесом оказывалось по зубам отнюдь не для всех инициируемых. Даже в лёгком рассказике Николая Носова «Бенгальские огни» присутствуют элементы испытания, проверки на прочность. Сюжет традиционен – московские пионеры попадают в зимний лес: «Скоро стемнело совсем. На небе засверкала луна. Чёрные стволы деревьев стояли, как великаны, вокруг. За каждым деревом нам чудились волки. Мы остановились и боялись идти вперёд». Далее героям предстояло опробовать не только свою силу, но и свою дружбу. Итак, русский лес – это волшебство, это таинство,… это – испытание.

Как писал советский романист Леонид Леонов в своей программной вещи «Русский лес»: «В ту отдалённую пору и сложилось наше противоречивое отношение к лесу – смесь преувеличенной, под хмельком дружеской пирушки, нежности и унаследованной от предков-древлян …открытой вражды к нему». Отсюда пиитическое, боязливое, но вместе с тем панибратское, дружеское отношение к медведю - повелителю и хранителю. Медведь – мёд ведающий. Настоящее имя зверя – табуировано, хотя известно – бер (отсюда – берлога). Он – тотем, хозяин, символ засыпающей, временно «умирающей» на зиму матери-Природы. По весне оживает мир и выходит из берлоги страшный, добрый, непредсказуемый, великий Михайло Потапыч Топтыгин. Он - один из важнейших русских символов, недаром на Западе столь популярен мотив «мишек на Красной Площади». Примечательно, что французские карикатуристы времён Крымской войны чаще всего изображали Николая I в виде громадного коронованного медведя, стремящегося пожрать и потоптать хрупкую европейскую цивилизацию. Впрочем, Советский Союз тоже представал на карикатурах медведеобразным монстром в будёновке.

Вместе с тем, лес – кормилец, защитник, …источник жизни. Кроме того, это ещё и некая ментальная граница, отделяющая русский мир от враждебной азиатской «степи» и от тесных, плотно застроенных пространств европейского Запада. Чего больше всего пугаются иностранцы в России? Нет, не умереть от градуса водки под дулом автомата Калашникова. И не «загадочной русской души» с Достоевским по центру. И даже не мороза. А – безбрежного, как океан, бесконечного леса, который может никогда не кончиться. Тайга – это вообще за пределами их понимания. Именно этот страх заставляет европейского филистера видеть в русском лесе и в русском человеке порождение хаотических сил природы. Лесной дикарь, медведь, …партизан. «…В лесах врагам спасенья нет». Из русского леса чужаку нет выхода, он помогает, подчиняется только своим.

«Шумел сурово брянский лес,

Спускались синие туманы,

И сосны слышали окрест,

Как шли тропою партизаны».

Вспоминаем сказки! Чтобы уйти от погони, Иван-Царевич бросает наземь подаренный Бабой-Ягой гребень и тут же появляется, вырастает непроходимый лес, который нипочём не одолеть Кощееву войску. Лес = Русь. В нашей традиции есть ещё один лесной персонаж-тотем, который помогает главному герою. Это – волк. Занятно, что английская беллетристка Вирджиния Вульф в своём «Орландо» рисует русскую боярышню Сашу едва ли не девушкой-оборотнем: «Она… рассказала, как зимой в России слышала дальний волчий вой и, трижды тявкнув по-волчьи, продемонстрировала, как это звучит. <…> Шаг её лёгок, неуловим, не слышен даже и в этой тишине». Замечу, что написано всё это было в конце 1920-х годов, в ту пору, когда западный мир хорошо знал и Толстого, и Достоевского, и русский балет, и русский архитектурный авангард Лисицкого, Родченко, братьев Весниных. Но извечный, неистребимый страх перед «русским дикарём» и бесконечным лесом порождал именно такие «волчьи» образы.

Впрочем, настороженно-неприязненное отношение к русскому лесу может исходить не только от чужака, но и от своего, точнее – от местного. В этой связи интересен взгляд известного писателя и общественного деятеля Дмитрия Быкова. Итак, он пишет: «Почвенники вообще обожествляют природу (чем дичей — тем лучше) и втайне ненавидят культуру. Почвенничество по своей природе антикультурно, это его единственное содержание, поскольку ни родного языка, ни родной истории, ни даже этой самой природы казенные патриоты толком не знают. Но дикость, необразованность, самородность они обожают — и потому им так глубоко чужды идеи преобразования природы. <…> Утрата суверенитета, то есть самости, то есть дикости, нам грозит только в контакте с Западом; а Восток — это как раз наше, родное, пассионарное! Сразу в рожу, без рассуждений — это и есть пассионарий». Как мне кажется, Дмитрий Львович ошибается, смешивая Восток и лесные дикости – на пассионарном (с его точки зрения) Востоке могучих лесов как-то не наблюдается. Впрочем, природу и лес, как известно, обожествлял сам Жан-Жак Руссо, персонаж европейского Просвещения, которого было бы очень сложно назвать «русским почвенником» или ещё каким писателем-деревенщиком.

Интересный момент, связанный с …вопросами личной гигиены. Наверняка вам знакомы тексты, в которых русская чистоплотность противопоставляется европейской вшивости? Всё не так просто, как об этом пишут современные авторы, помешанные на «горячей пикантности» повествования и читабельной простоте выводов. Художественная ахинея про то, что Людовик XIV боялся воды, а католические обскуранты считали помывку – греховным деянием тут вообще ни при чём, да и Людовик воды не боялся, если честно. «При чём тут лес?», - спросите вы. При том, что лес – это дрова. Много леса – много дров, а стало быть, - горячая вода. Постоянная возможность топить баню. Что у нас там, в прекрасной Франции? Или в Британии? Королевские леса (которых мало) окружены всемерной защитой неумолимого закона. «Леса — это священные заповедники королей и источник их высочайшего наслаждения, они приезжают в леса охотиться, оставив на время свои заботы и набираясь свежих сил. Леса являются естественным отдохновением от двора, и здесь король может вдохнуть глоток чистой свободы. Поэтому проступки против леса подлежат наказанию по воле короля», - так говорилось в знаменитом средневековом трактате XII века «Диалог о Палате шахматной доски».

Таким образом, французский или, например, английский обыватель, которому королевские эдикты воспрещали вырубку королевских (или иных, защищённых нормативными актами) лесов, мог годами не мыться горячей водой. Собранного хвороста хватало, разве что, на разогрев пищи. Это было попросту очень дорогим удовольствием – нагреть себе воды для полноценного омовения. Отапливать каменным углём помещения научились несколько позже, посему даже в XVII столетии позволить себе ванну могли только очень богатые люди, к примеру, фаворитка всё того же Людовика-Солнце – мадам де Монтеспан. На содержание и – обогрев её купальни тратились немалые суммы из государственной казны. А на Руси каждый бедный пахарь (да-да, лапотник) еженедельно парился в бане. Что там писал Леонид Леонов: «Итак, лес кормил, одевал, грел нас, русских».

Поэтому неудивительно, что уже в конце XIX века общество с тревогой заговорило о вырубке лесов. Промышленная революция, хищническая позиция алчной буржуазии, принцип: «Главное – прибыль!» А там хоть трава не расти. В прямом смысле этого слова. Чеховский Астров прямо говорит об уничтожении природы: «Лесов всё меньше и меньше, реки сохнут, дичь перевелась, климат испорчен, и с каждым днем земля становится все беднее и безобразнее». И это, если учесть, что эра автомобилизма только-только начиналась, а про еду, напичканную химическими добавками, могли шутить исключительно фантасты.

Астров рассуждает и о культурной роли дикой, нетронутой природы: «Леса смягчают суровый климат. В странах, где мягкий климат, меньше тратится сил на борьбу с природой и потому там мягче и нежнее человек; там люди красивы, гибки, легко возбудимы, речь их изящна, движения грациозны. У них процветают науки и искусства, философия их не мрачна, отношения к женщине полны изящного благородства...».

На рубеже 1960-х – 1970-х годов в Советском Союзе возник феномен писателей-деревенщиков, почвенников, которые воспевали сельскую жизнь, противопоставляя её городской бессмысленной суете. Город – зло, деревня – благо, смысл, корни, исток. Лес даёт русскому человеку силу и понимание бытия. Василий Шукшин, Александр Проханов, Валентин Распутин. Эта позиция сделалась настолько популярной в среде советской интеллигенции, что даже у Бориса Васильева, которого было бы сложно отнести к деревенщикам, возникла пронзительная тема под названием «Не стреляйте в белых лебедей». «…Когда я вхожу в лес, я слышу Егорову жизнь. В хлопотливом лепете осинников, в сосновых вздохах, в тяжёлом взмахе еловых лап. И я ищу Егора». Жизнь – это лес. Лес – это Русь. И так будет.

Галина Иванкина.

ertata

---

Экс-посол США Джек Мэтлок раскритиковал Обаму за ситуацию на Украине

2014-03-03 17:15:26 (читать в оригинале)


Известный американский дипломат Джек Мэтлок, который с 1987 по 1991 год являлся послом США в нашей стране, раскритиковал администрацию Барака Обамы за неспособность понять политическую и психологическую подоплеку происходящих на Украине событий. В отличие от большинства вашингтонских "экспертов" и "политологов", истерично обвиняющих Россию во всех нынешних проблемах Украины, г-н Мэтлок утверждает - звучащие, в том числе и из Белого дома угрозы в адрес Москвы являются ошибочными, а нынешний разброд на Украине вызван не российским вмешательством.

Детально анализируя развитие событий на Украине в своем личном блоге, экс-посол США в России приходит к выводу, что нынешнего конфликта можно было бы избежать, если бы украинские политики не выступали с антироссийских позиций, а русскоязычному населению Украины было гарантировано социальное, культурное и языковое равенство. "Украинские националисты с запада страны не проявили желания пойти на обеспечение этих условий, а США своей политикой вдохновили или попустительствовали" нарастанию противоречий с Москвой, утверждает бывший высокопоставленный дипломат.


Кроме того, свою негативную роль сыграло затягивание Украины в НАТО, вопреки мнению большинства украинцев. Именно это, по утверждению Джека Мэтлока, являлось "задачей администрации Буша-Чейни" и данная цель "так не была категорически исключена администрацией Барака Обамы".

В тоже время, "из-за своей истории, географического положения и экономических связей Украина ни в коем случае не может быть процветающей, здравой и единой страной без дружественных (или по самой малой мере не враждебных) отношений с Россией", считает Мэтлок, начинавший свою дипломатическую карьеру в посольстве США в Москве еще в 1960-х годах.

О самой Украине бывший дипломат, считающийся один из самых авторитетных американских специалистов по постсоветским странам, пишет, что это государство, но еще не нация: "за 22 года независимости пока не нашлось лидера, который смог бы объединить граждан вокруг общего понимания украинской идентичности", а нынешний кризис вызван тем, что эта страна "была беспорядочно собрана из ряда не всегда совместимых между собой частей".

Что же касается навязчивого желания политиков в Вашингтоне читать другим странам лекции о суверенитете и территориальной целостности, то претензии США можно расценить в качестве заявки на их "особые права, которые не положены другим". "Россия может указать, что США вторглись в Панаму для ареста Норьеги, вторглись на Гренаду, чтобы предотвратить захват в заложники американских граждан (хотя их никто в заложники не захватывал), вторглись в Ирак под выдуманным предлогом, будто у Саддама Хусейна имелось оружие массового уничтожения, что они наносят удары по людям со своих беспилотников в других странах и так далее", - пишет Мэтлок.

Другими словами, всем известное поведение Америки на международной арене просто-напросто лишает убедительности подобные ссылки неоднократно дискредитировавшего себя Вашингтона. "Россияне могли бы не без оснований утверждать, что США заинтересованы в территориальной целостности лишь тогда, когда это отвечает их интересам, - напомнил дипломат. - Послужной список американских правительств показывает, что они игнорируют ее, когда им это удобно.

Кстати

В 2010 году в свет вышла книга Джека Мэтлока "Иллюзии супердержавы: как мифы и ложные идеологии сбили Америку с пути и как вернуться к реальности". В ней резкой критике подверглись грубейшие ошибки дипломатии США в период, последовавший за окончанием "холодной войны". Показывая, как Вашингтон уверовал в свое всемогущество Мэтлок переходит к печальным последствиям, которые принесли эти и другие заблуждения: односторонность, презрение к международным организациям и упор на военную силу. Результат, утверждает автор, не заставил себя долго ждать и выразился в чрезвычайно ослабленной Америке, которая к тому же серьезно скомпрометировала свои претензии на мировое лидерство.

"Российская газета"


ertata