Ермоловская_Татьяна Голосов: 1 Адрес блога: http://ertata.ru/ Добавлен:

Все о шампанском I. История и этикет.

2013-08-10 03:44:18 (читать в оригинале)

Иван Ильич Дубровин

Все о шампанском

Шампанское — непременный атрибут любого торжества, а Новый год без него — не праздник. Откуда пошла эта традиция и какова вообще история этого благородного напитка из Шампани? Мало кому известно, как правильно пить шампанское, чтобы прочувствовать до конца его вкус, с чем его подают и какие атрибуты необходимы при этом. Сейчас мы расскажем обо всем.

Настоящее шампанское — все же дорогое удовольствие, поэтому мы расскажем о способах его приготовления в домашних условиях, что будет небезынтересно для любителей домашнего виноделия.

Романтические натуры найдут здесь главу «Тайны обольщения», которая расскажет о том, какие виды шампанского предпочитают женщины того или иного типа, как приготовить коктейль с шампанским, чтобы обаять своего возлюбленного, и многое другое.

ГЛАВА 1. ИСТОРИЯ «ИСКРОМЕТНОГО НАПИТКА»

Уже не первое столетие этот волшебный напиток создает атмосферу праздника. Глядя на миллион пузырьков в своем высоком бокале, вряд ли кто-то из нас задумывается над тем, что когда-то и кому-то пришло в голову создать великолепное вино, способное любое застолье превратить в грандиозный праздник.

С шампанским связано множество историй, оно является признаком экстравагантности и роскоши, счастья и достатка.

До сих пор выражение «купаться в шампанском» выражает предел мечтаний любого более или менее тщеславного человека.

Этим напитком благословляют, спуская на воду, великолепные корабли, — от трансатлантических лайнеров и шикарных яхт до атомных подводных лодок. Им щедро поливают друг друга победители «Формулы I». Говорят, в нем купались знаменитые красавицы, включая Мэрилин Монро. Блистательная Лиз Тэйлор поглощала этот напиток в неимоверном количестве и в любое время суток, в то время как остальные отдавали предпочтение сухому мартини.

Эрнест Хемингуэй, останавливаясь в парижском отеле «Риц», если верить слухам, каждое утро выпивал за завтраком две бутылки.

Существует версия, согласно которой считается, что способ приготовления шампанского впервые разработан во второй половине XVII века. Изобретение этого напитка приписывают монаху Периньону из бенедиктинского монастыря французской провинции Шампань. Но существуют предположения, что игристые вина изготавливались и значительно раньше.

Неповторимое и незаменимое шампанское — это блеск праздника, сверкание пузырьков, освещающих памятное событие.

Во всем мире практически каждый день возникают ситуации, когда без шампанского просто не обойтись: подписание договора, рождение ребенка, заключение сделки, день рождения, юбилей организации или просто встреча двух старых знакомых, которые внезапно решили, что жизнь коротка и пора устроить загул с шампанским. «Об одном только сожалею, — сказал в конце жизни известный экономист Джон Кейнс, — я мало выпил шампанского.» Отметим, что этот самый Кейнс не сказал: «игристого вина».

Несмотря на то что успех шампанизации вин вызвал к жизни великолепные имитации, настоящее шампанское производится только в провинции Шампань — на северо-востоке Франции, в 130 километрах от Парижа, близ городов Реймс и Эперне, на 32 тысячах гектаров пересеченных реками равнин и обрывистых холмов. Производство порядка 270 миллионов бутылок в год дает работу 32 тысячам человек и приносит доход более трех миллиардов долларов в год.

Согласитесь, что производство шампанского — очень красивый бизнес. Только представьте себе: по всей провинции, расчерченной прямоугольниками зеленых виноградников, расположены чистенькие, процветающие деревеньки. И хотя у 15 тысяч виноградарей могут быть мозолистые руки и грубая рабочая одежда, их земли стоят 280 тысяч долларов за гектар.

В Реймсе, Эперне и в крупных селениях находятся самые известные вина — производители шампанского: «Моэт и Шандон», «Мумм», «Клико», «Лансон», «Боланже».

Секрет успеха шампанского сокрыт под землей, в огромных галереях, пробитых на глубину до 30 метров в меловой породе, которая, как говорят истинные знатоки и ценители этого напитка, является почвой и душой земли шампанской.

Именно здесь виноделы, используя технологию, выработанную за несколько веков методом проб и ошибок, превращают обычное терпкое белое вино в легкий искристый напиток.

Если верить специалистам-производителям, без газа шампанское довольно кислое и неприятное вино. Но когда оно становится игристым, это совсем другое дело.

Вина Шампани всегда легко пенились, и это в течение долгого времени считалось недостатком, поскольку иногда бочки от этого разрывались. Удивительно, но именно англичане в XVII веке первыми произвели игристое шампанское вино — просто потому, что их бутылки оказались более прочными, чем французские.

Дело в том, что шампанское проходит не один, а два этапа брожения: сначала в бочке, после обработки винограда в давильне, а затем, полгода спустя, уже внутри бутылки.

Закупая шампанское оптом, англичане разливали его в бутылки и добавляли туда сахар, чтобы усилить брожение, при котором и образуется тот самый характерный газ.

Взрыв — вот чего опасались производители шампанского. Ведь силы брожения внутри бутылки могут создавать давление более 6,3 атмосферы, что намного больше, чем, например, давление в шинах легкового автомобиля.

Когда в 1700 году французы стали разливать шампанское по методу англичан, бутылки все еще взрывались, причем нередко возникала цепная реакция: взрыв одной детонировал другую, за ней третью и так далее, пока вся полка не превращалось в сплошное месиво. «Дьявольское вино» — так некоторые называли этот напиток. В результате виноделы разработали новую технологии укупорки с помощью толстой, особо прочной пробки, которая плотно прикручивается к горлышку. К счастью, современная бутылка для шампанского способна выдержать давление, во много раз превышающее силу брожения.

Примерно в одно время с пробками нового типа появились первые этикетки. Поначалу бутылки с шампанским не имели на себе никаких пометок: их, чтобы не спутать с другими напитками, складывали в отдельные подвальные ниши, указывая разве что только год изготовления.

Но как-то одному из производителей шампанского пришла мысль в целях рекламы нарисовать на бутылке какую-нибудь пикантную картинку (зная французов, можно без особого труда представить себе, что же было изображено на первой этикетке).

С этих пор крупнейшие виноделы стали наперебой придумывать красочные этикетки, привлекая к этому делу самых известных художников своего времени. А так как в том время копировальных аппаратов не существовало, стоимость этикетки, представляющей собой хоть и маленькое, но настоящее произведение искусства, многократно увеличивалась.

Достоверно известно, что к работе над этикетками к шампанскому привлекался даже великий Пикассо.

Вообще, стоит отметить, что художники считали очень даже почетной такого рода деятельность и потому с большим удовольствием брались за работу, кстати сказать, щедро вознаграждаемую виноделами. И все бы ничего, но одному из людей искусства, получившему заказ на выполнение этикетки к шампанскому, выпуск которого был приурочен к какому-то грандиозному событию, вздумалось изобразить на ней маленькую девочку в непристойной позе.

Для французов такое в порядке вещей. Однако более консервативным англичанам выдумка художника не понравилась.

В результате ввоз в страну шампанского с этой этикеткой был запрещен парламентом. Пришедшие в отчаяние изготовители шампанского, чтобы сократить убытки, решили пожертвовать пикантной этикеткой ради возможности продать партию напитка.

С тех пор на этом сорте шампанского красуется всего-навсего очаровательная головка девочки, далее идет широкая белая черта с названием, а потом — ножки прелестного создания. А что это за шампанское, вы без особого труда узнаете сами, начав собственное расследование и посетив несколько специализированных магазинов.

К началу XVIII века новые игристые вина из Шампани стали популярны на роскошных банкетах при французском королевском дворе в блистательном Версале. Когда провозглашали тост за сюзерена, особенно на Рождество и на Новый год, в бокалах могло быть только это праздничное вино. Тост «С Новым годом!», который произносят сегодня по всему миру, — это прямое продолжение версальских традиций. Новогоднему сезону придается такое значение, что 45 % всех поставок шампанского в мире приходится как раз на октябрь, ноябрь и декабрь.

К началу XIX века шампанское завоевало всю Европу. Этому способствовали и производители, которые проявили не меньше талантов в маркетинге, чем в виноделии. Еще в конце XVIII они начали поставлять шампанское ко двору Екатерины Великой.

Ведущие фирмы содержали специальные штаты коммерческих агентов, отслеживающих события, которые могли бы стать поводом для празднеств. «Царица ждет ребенка, — сообщал из России на родину представитель фирмы „Вдова Клико“ в 1806 году. — Какое счастье, если родится наследник. Тогда в этой огромной стране выпьют море шампанского. Никому об этом ни слова, иначе сюда хлынут наши конкуренты».

Но прежде чем запустить массовое производство, предстояло справиться еще с одной, последней проблемой: научиться удалять осадок, оставшийся от дрожжей после второго брожения. Этот некрасивый слой на дне бутылки к тому же зачастую замутнял вино. Решения проблемы в 1816 году нашла вдова Клико. Она велела одному из своих сотрудников сделать деревянную полку с отверстиями. Он помещал бутылки горлышками в эти отверстия и день за днем медленно поворачивал их, терпеливо смещая осадок к горлышку и поднимая бутылки все выше, пока они не оказывались в положении вверх дном, а осадок не скапливался в самом горлышке. Тогда быстрым движением он выдергивал пробку, сбрасывал осадок, доливал вино и вновь запечатывал бутылку.

Тот же метод применяется и сейчас, а люди, выполняющие эту тонкую работу, называются remueurs (дословно «шевелящие»).

На Западе это считается одной из самых сложных специальностей, требующих особой квалификации. Так, например, не каждый «шевелящий» может без труда и ошибок выполнить поворот на одну восьмую влево с тройным потряхиванием.

Подвал известной фирмы «Мумм» представляет собой бесконечные ряды деревянных консолей, каждая из которых ощетинилась 120 бутылками, закупоренными поначалу металлическими крышечками, как пиво. С армейской четкостью их вставляют горлышком вперед в отверстия в консолях. В своих протянувшихся на 25 км под землей подвалах «Мумм» хранит около 20 миллионов (!) бутылок. А теперь представьте, что каждую из этих бутылок работник должен встряхнуть три раза, повернуть на одну восьмую окружности, чуть увеличивая угол наклона в специальном отверстии консоли. Чтобы избавиться от осадка, каждую бутылку нужно повернуть ровно три раза.

Сегодня не все бутылки обслуживаются вручную. Производство шампанского давно механизировано. Поэтому в фирмах-производителях только 7 % бутылок — особого размера, с вином особого урожая — поворачивают вручную. Остальные обрабатывают управляемые компьютером роботы, которые захватывают 504 бутылки разом и поворачивают их точно под нужным углом и в нужный момент. Результат, как вы понимаете, тот же, только выглядит не так впечатляюще.

Когда осадок наконец скапливается в горлышке, остается удалить его и в последний раз закупорить бутылку.

Современные умные механизмы на несколько секунд погружают самую верхушку бутылки в лоток концентрированным раствором соли, охлажденным до минус 20 °C. Горлышко замерзает, осадок превращается в кубик льда, следующий механизм на конвейере снимает металлическую крышечку, и под давлением изнутри бутылка выплевывает ледяной кубик, как вишневую косточку.

Остается только долить их дополнительной порцией вина, сдобренной сахаром и другими ингредиентами, которые издавна хранятся в строгом секрете, закупорить их уже окончательно и снова отправить в подвалы.

По правилам, установленным с давних пор, шампанское должно выдерживаться в бутылке по меньшей мере 15 месяцев, но лучшими образцами считаются те, что пребывают в «спячке» по 3, 5, 10 и даже больее лет.

Как правило, стоит такое шампанское ничуть не дешевле, чем в прошлые века, когда несколько бутылок настоящего вина могли лишить знатного вельможу половины состояния. Однако несмотря на порой очень высокую цену, оно хорошо распродается. Как говорят виноделы: «Шампанское должно быть дорогим, иначе это не шампанское. У него никогда не было бы такого романтического ореола, если бы оно стоило столько же, сколько пиво». И с этим нельзя не согласиться.

Ну подумайте сами: разве пришло бы в голову великому Наполеону попробовать шампанское, если бы оно не стоило ровно столько, сколько приличная карета, да еще и запряженная чистокровными лошадьми. А между тем этот знаменитый полководец и император стоит первым в ряду его страстных поклонников. Если верить многочисленным свидетельствам мемуаристов, любимыми напитками Наполеона были шампанское и обжигающегорячий чай. Если с помощью последнего честолюбивый герой расслаблялся в часы напряженной работы, то шампанское помогало ему очаровывать многочисленных дам.

Что касается российских самодержцев, то среди них особенно отличился Александр II. В конце XIX века он велел заложить под Новороссийском, в местечке Абрау-Дюрсо собственное имение с виноградниками. Уже через несколько лет на выставке в Москве виноделы собрали первый урожай золотых медалей. После этого в Абрау-Дюрсо прорыли пещеры и заложили туда первые 16 тысяч бутылок нашего, российского шампанского.

То есть нашими были виноград и климат, мастеров же пригласили французских. Они и близко не подпускали русских к процессу и таинствам изготовления вина. А потом наступил 1917 год. Французы собрались и уехали в один день, забрав с собой все документы и прочие ценные бумаги. Но если бы старший мастер-француз знал, чем кончится дело, он, конечно же, повременил бы с отъездом, до тех пор, пока не выкорчевал бы все виноградники и не заминировал погреба, потому что уже в 1920 году в пещеры Абрау-Дюрсо заложили новую партию шампанского. Теперь уже полностью российского. Как удалось разгадать секрет его изготовления нашим умельцам — неизвестно до сих пор.

Еще через полвека шампанское стало источником не только веселья, но и вдовьих слез. Безутешна была великая «Вдова Клико»: в 1970 году шампанское «Абрау-Дюрсо» получило Гран-при на международной дегустации. Французы оказались вторыми, впервые за триста лет…

Жаль только, что мы все это время пили по праздникам и просто по случаю странный шипучий напиток, имеющий мало общего с настоящим шампанским. Дрожжи и сахар, конечно, тоже очень полезные продукты, но все-таки первое лучше класть в тесто, а второе — в чай.

Когда их добавляют в вино, ничего хорошего не выходит.

Настоящее шампанское должно три года дозревать в бутылках. И сладость ему придает не сахар, а особая смесь на основе виноградного ликера. Одно-единственное место в нашей стране, где об этом помнят и стараются соблюдать все винодельческие законы, — Абрау-Дюрсо.

Здесь делают по всем канонам великолепное красное и белое игристые шампанские вина, и обидчиков французской вдовы можно обнаружить теперь во многих наших магазинах. Особые приметы: стоимость около ста рублей, горлышко бутылки затянуто не фольгой, а золотистой пленкой, в верхней части — насечки, чтобы вы могли убедиться, что под фольгой настоящая пробка, а не пластиковая.

По периметру этикетки — золотое тиснение. Увы, секрет закупорки и печати этикеток нами так до сих пор и не открыт, поэтому все исполнено на зарубежной технике. Зато качество содержимого гарантируют столетняя история Абрау-Дюрсо, рекомендации самого царя, который на одном из приемов выразил уверенность в превосходстве отечественного шампанского над французскими образцами (и не ошибся!), а также сегодняшние мастера.

Среди знаменитых англичан почитателем шампанского был не кто-нибудь, а сам Уинстон Черчилль. Он прекрасно выразил сущность этого волшебного напитка, сказав: «Если вы победили, вы заслужили шампанское, а если вы проиграли, вам все равно нужно его выпить, чтобы утешиться».

Что касается современных знаменитостей, любителями шампанского считаются известная оперная певица Монсеррат Кабалье, Фредди Меркьюри (предпочитающие марку «Кристалл»), а также многие звезды отечественной эстрады, которые никогда не упускают возможности покрасоваться на экранах телевизоров с высокими бокалами, наполненными изумительным пузырящимся напитком.

Что ж, давайте и мы не будем отставать от них и устроим себе грандиозный праздник, подав к столу шампанское. Однако прежде чем приниматься за сервировку праздничного стола, не лишне ознакомиться с правилами подачи шампанского.

ГЛАВА 2. ПОД ЗВОН ХРУСТАЛЬНЫХ БОКАЛОВ

У праздничного стола свои законы. Ведь культура застолий стара, как и сама история культуры. На праздничных пирах египетских фараонов и их гостей развлекали музыканты. В ходу были прекрасная посуда и бокалы. У древних греков одним из важнейших предметов меблировки жилищ являлось трапезное ложе, возлежа на котором, они вкушали пищу и потягивали вино.

Кушанья сервировали на столиках перед ложами. А миски и чаши для напитков предпочитали из глины или стекла. Ложки были редкостью, поэтому пищу брали в основном руками. Древние римляне ввели в обиход кубки, блюда и тарелки из позолоченного серебра, а также стеклянные бокалы.

Упомянутые нами законы праздничного стола касаются прежде всего такого обязательного атрибута любого торжественного застолья, как шампанское. Согласитесь, что редко кому из нас приходит в голову выбрать в качестве главного напитка к новогоднему застолью или грандиозному торжеству по случаю юбилея домашние настойки или пиво. Для таких событий мы приобретаем несколько бутылок шампанского, которое на протяжении вот уже нескольких столетий символизирует все самое светлое и радостное в жизни человека.

Но одно дело купить, а другое — правильно подать. Нельзя просто так бухнуть на стол батарею бутылок — открывайте, мол, и пейте на здоровье, дорогие гости. Употребление спиртных напитков, в частности, шампанского или любого другого игристого вина, должно быть красиво обставлено и соответствовать ритуалу.

Самой ответственной частью этого ритуала является откупоривание бутылки: гости внезапно прекращают обсуждать погоду и делиться рецептами закусок, невольно прижимаются друг к дружке и втягивают головы в плечи — лишь бы не стать мишенью пластмассовой пробки, одним из уникальных свойств которой является склонность неожиданно попадать в различные части тела присутствующих и оставлять заметные следы от ударов.

Испуганно-торжественная обстановка еще больше накаляется, когда гости видят, как один из присутствующих, которому поручили открыть бутылку, начинает ее энергично встряхивать и при этом злорадно улыбаться. Хотя оказаться под пенящейся струей шампанского хочется далеко не каждому, с давних пор это считается хорошей приметой.

Пена на голове — к большим, просто безумно огромным, деньгам. Поэтому оказавшись на каком-нибудь грандиозном торжестве, постарайтесь сесть так, чтобы ваша голова находилась как раз напротив горлышка бутылки. Можете не сомневаться, что после того как на нее обрушится лавина пенистого и шипучего напитка, у вас наступит полоса безбедного существования. Кроме того, как утверждают бывалые дегустаторы шампанского, подобная процедура благоприятно сказывается на росте волос.

Что касается блюд, к которым лучше всего подавать этот напиток, о них — в следующей главе. Хотя, думаем, что все-таки стоит поинтересоваться у гостей, что именно они хотят получить в качестве «закуски» к шампанскому. Ведь есть такие чудаки, которые предпочитают потягивать шампанское с красной или черной икрой вприкуску, тогда как другие, не в обиду им будет сказано, залпом опрокидывают бокал с напитком и по привычке занюхивают корочкой хлеба.

Среди гостей встречаются и такие, кто «просто терпеть не может эту шипучую кислятину». Чтобы не видеть перед собой недовольную физиономию приглашенного, через силу пытающегося выпить до дна бокал шампанского, лучше сразу поинтересоваться у собравшихся: кто из них не против побаловать себя игристым вином, а кто предпочитает более «солидные» напитки, то бишь водку или ее «собрата» — самогон.

Некоторые, открывая бутылку с шампанским, очень расстраиваются, когда вместо веселых пузырьков видят в своем бокале непонятного цвета жидкость, неприятно отдающую кислятиной. Причиной подобного «конфуза» может быть как низкое качество приобретенного вами вина, которое является не чем иным, как дешевой подделкой, так и неправильное хранение.

Чтобы не испортить аромат и вкус напитка, нужно уметь правильно его хранить, хотя каких-то особенных условий нет. Достаточно всегда помнить о том, что любое, в том числе и игристое вино не терпит переохлаждения и излишнего перегрева. Так что бутылка шампанского, покрытая инеем, не что иное, как очередной рекламный трюк. Настоящее шампанское процедура сильного замораживания только испортит.

Сухое шампанское нужно держать в горизонтальном положении, так как воздух не получает доступа в пробку только в том случае, если вино омывает ее. Сладкое шампанское лучше хранить в вертикальном положении.

Перед подачей к столу бутылку с напитком принято ставить в блестящее серебряное ведерко со льдом. Это не только очень красиво внешне, но и необходимо, так как пить теплое игристое — сомнительное удовольствие, тогда как медленно тающий лед лучше всего способствует поддержанию подходящей и постоянной температуры.

Каждому напитку полагается соответствующая рюмка или бокал. В основном руководствуются следующим правилом: чем крепче напиток, — тем меньше должна быть рюмка. Ну а так как крепость игристых обычно не превышает 12 %, их можно наливать в самые большие фужеры, которые только найдутся в вашем обиходе.

Бокалы для шампанского принято ставить справа от прибора, в ряд с рюмками и стаканами для других напитков, или полукругом. Важно только, чтобы они располагались в соответствии с порядком потребления напитков, то есть тот бокал, который понадобится раньше, должен стоять крайним справа, и т. д.

Расставляя бокалы, следите, чтобы они не мешали пользоваться столовыми приборами. Если на столе много различных напитков, значит и рюмки должны быть разными. Обычно бокалы для вина выбирают в соответствии с его сортом. Так, для сладких и десертных вин предпочтительнее тюльпанообразные бокалы на ножке, для красных — тоже в форме тюльпана, но большего размера и с более широкой верхней частью, а бокал для белого вина должен быть еще больше и на более высокой ножке. Ну а для шампанского подойдет самый высокий и красивый бокал, какой только найдется в доме.

Лучшая форма бокала для него — тюльпанообразная, с удлиненными и зауженными кверху краями. Сейчас широко распространены бокалы в форме широкой плоской чаши с заостренным дном и расходящимися краями. Однако напиток в таких бокалах быстро нагревается и теряет игристые свойства.

Если хотите получить наибольшее удовольствие от этого вина, советуем пить его из бокала, который представляет собой узкий стройный кубок либо широкую низкую чашу.

В последнее время стали выпускаться бокалы для шампанского, по своей форме напоминающие роскошные фонтанчики. Их низкая ножка компенсируется за счет высоты самого бокала, постепенно расширяющегося кверху. Пить шампанское из таких бокалов, особенно вдвоем с любимым человеком, — сплошное удовольствие!

Кстати сказать, хрустальные стаканы для шампанского имеют свою историю. Примерно 2000 лет назад финикийцам пришла в голову идея разогреть вязкую текучую массу и выдуть ее при помощи металлической трубки и собственного дыхания в форме полого тела. Так были изобретены первые стаканы.

Что касается хрусталя, заслуга его изготовления принадлежит вездесущим англичанам. Этот материал изобрели стеклоделы Англии в XVII веке. Впоследствии центр производства хрусталя переместился во Францию, где игристое было необыкновенно популярным в высшем свете. В нашей стране производство хрустался достигло особенного подъема в XVII веке. На территории Белоруссии примерно в то же время было создано 11 стекольных мануфактур, чья продукция украшала столы знаменитых русских вельмож.

На некоторых из этих мануфактур, кроме оконного и лампочного стекла, бутылок и аптечной посуды, изготавливались декоративные зеркала, хрустальная утварь, именные кубки и чаши из бесцветного и цветного стекла с разделкой алмазной гранью и гравировкой. Особенно интересные изделия производились на Налибокской и Уречской (25 км от Слуцка) гутах, как в старину называли стеклозаводы. Доказательством этому служит следующий исторический факт. Во время Северной войны Петр Великий посетил г. Слуцк. В его честь городская знать дала бал, для которого на Уречской гуте были специально сделаны бокалы с инициалами государя.

Разливая шампанское в бокалы, не стоит демонстрировать собственную щедрость и твердость руки и наливать до краев.

Подобный жест вряд ли будет по достоинству оценен гостями, которым придется отхлебывать его прямо из стоящего на столе бокала, боясь облиться или расплескать его по столу.

С другой стороны, наливать шампанское как коньяк — две-три капли на дно бокала — тоже не принято. Лучше придерживаться «золотой» середины, наполня их так, чтобы никому из гостей не было обидно.

Разобравшись с процедурой подачи шампанского к столу, приступим к непосредственному его принятию и, конечно же, тостам. Именно под шампанское произносят поздравительные и благодарственные речи. Этот напиток наиболее подходящ для таких целей, ведь, как правило, после тоста нужно обязательно выпить содержимое своего бокала до дна, что, согласитесь, очень трудно сделать, если он наполнен водкой, коньяком или ядреной настойкой. А вот бокалы с легким и приятным на вкус игристым вином участники застолий осушают с большим удовольствием.

Итак, после тостов за здоровье шампанское принято выпивать до дна, предварительно чокнувшись с ближайшими гостями. Но если тост провозглашает кто-то из сидящих на противоположном конце стола (достаточно длинного), лучше не тянуться к нему через весь стол, опрокидывая попутно салатницы и расплескивая свое вино в тарелки гостей. Нужно просто поднять бокал и слегка кивнуть головой произнесшему тост.

Радушный хозяин должен непременно в тосте поблагодарить гостей за то, что они пришли. Однако в начале праздника делать это все-таки не стоит, так как гости могут воспринять вашу «благодарность» как намек на то, что им пора допивать шампанское и отправляться восвояси.

Шампанское продается в самых разных по форме и размеру бутылках — от маленьких («одна треть бутылки») до гигантских («Небушаднеззар» — по 20 бутылок в одной), по ценам от вполне разумных до просто умопомрачительных. Цвет его бывает от розового до кристально прозрачного, вкус — от терпкого сухого до мягкого и сладкого.

Так, например, в одном из ресторанов Реймса (провинции, славящейся удивительными сортами шампанского), предлагают меню вин, в котором значится не менее 240 различных марок шампанского по цене от 50 до 300 долларов за бутылку.

Что касается отечественных ресторанов, наиболее часто в них подают традиционное «Советское», а также некоторые другие сорта игристых вин отечественного производства, причем открывают бутылки крайне редко, предоставляя клиентам немного развлечься и попугать соседей по столикам воплями и взрывами смеха по поводу облитого с ног до головы гостя.

Бутылка шампанского подается к столу в ведерке со льдом и ставится на край стола или сервировочный столик. Открывают ее, не вынимая из ведерка. Далее попрошу вас быть предельно внимательными, так как ниже приводится информация, необходимая каждому, кто желает научиться правильно открывать шампанское.

Как открыть шампанское:

1. Шампанское нужно пить хорошо охлажденным, поэтому сначала убедитесь, что бутылка действительно холодная. Это также уменьшает опасность «выстрела» пробкой. Снимите с пробки фольгу.

2. Открутите проволоку, которой пробка прикреплена к горлышку. Для этого небольшую проволочную петлю сбоку откручивайте против часовой стрелки, пока не снимете ее с бутылки.

3. Крепко зажав бутылку в одной руке, пробку в другой, направьте горлышко в сторону от себя и от окружающих.

Медленно поворачивайте бутылку (не пробку!), слегка подталкивая пробку вверх. Она должна выскочить с легким вежливым вздохом: это верный признак, что открывающий — знаток. Если она громко хлопает, выстреливая в воздух, значит бутылку подали неохлажденной или слишком сильно встряхивали.

И последнее правило — бутылку нельзя открывать, ударяя рукой по донышку.

Наполняя бокалы, бутылку держите всей рукой примерно на уровне этикетки, так, чтобы указательный палец находился на горлышке. Наливая шампанское, не наклоняйте резко бутылку, чтобы не взболтать возможный осадок. Горлышко бутылки не упирайте в край бокала. Поднимая бутылку, немного поверните ее, чтобы вино не капнуло на скатерть. В ресторанах официанты вытирают салфеткой горлышко, а затем, сложив ее, заворачивают бутылку, чтобы не запачкать скатерть.

Шампанское наливают с правой руки сидящего. Если к следующему гостю нельзя подойти справа, ему наливают левой рукой, а слева — правой. Из полной бутылки сначала наливают себе. Этот обычай ведет свое начало с тех времен, когда вместо пробки использовали растительное масло. Тот, кто угощал, после удаления слоя масла наполнял сначала свой бокал, а затем — гостя. Это также служило доказательством, что у хозяина нет намерений отравить гостя.

Можно предположить, что обычай наливать шампанское сначала в свой бокал зародился во времена первых бутылок. Как уже говорилось, первые образцы шампанского имели неприятный осадок, портивший не только внешний вид, но и вкус напитка.

Стараниями работников, постоянно переворачивающих бутылки, осадок перемещался к горлышку. Согласитесь, что выливать его в бокал почетного гостя — верх неприличия. Потому хозяин брал «пробу» осадка на себя, лучшую часть вина оставляя гостям.

В наше время таким образом предотвращают попадание кусочков пробки в бокал гостя. «Но ведь пробки пластмассовые!», — скажете вы. И будете не правы, так как настоящее шампанское укупоривают настоящими же деревянными пробками, которые подтверждают его достойное качество.

В ресторане или кафе официант в первую очередь наливает так называемый пробный глоток шампанского в бокал заказывающего, который должен проверить и одобрить вкус вина и его температуру. Только после одобрительного кивка «дегустатора» шампанское разливается в бокалы остальных присутствующих.

Повсеместно принято, что хозяин стола, налив несколько капель напитка себе, сначала наполняет бокалы дам, а затем — мужчин. Можно наливать и по очереди, поставив свой бокал в самый ее конец.

Наливая шампанское, нужно брать высокий и узкий бокал в руки. Если вы обслуживаете себя сами, возьмите бокал в левую руку, а правой наливайте. Бокал держат за ножку большим, указательным и средним пальцами, а безымянный и мизинец должны упираться в его основание.

Шампанское — легкий напиток, который принято пить охлажденным от 7 до 10 °C. Его разливают в высокие бокалы тонкого стекла, позволяющие наблюдать устремляющиеся вверх мелкие пузырьки.

Крепость белого шампанского вина не должна превышать 11–12,5 °C.

В начале обеда подают более сухие сорта, а к концу, на десерт, — более сладкие. Можно предложить его и к легкой закуске — сыру, пресному печенью или к сладостям, орехам, миндалю.

Давно известно, что шампанское и другие игристые вина стабилизируют деятельность дыхательного центра, стимулируют кровообращение, расширяют сосуды мозга. Так что нет ничего удивительного в том, что все без исключения испытывают легкое (а иногда и не очень) головокружение после бокала шампанского и начинают «выдавать» такие шутки и остроты, что остается только удивляться, откуда и почему так неожиданно у них появилось чувство юмора.

Игристые и шипучие вина часто используются для приготовления тонизирующих и прохладительных напитков, крюшонов и некоторых коктейлей.

Подлинное шампанское должно отвечать целому ряду требований.

Вот некоторые из них: — виноград должен быть определенных сортов: chardonnaj, pinot noir, pinot meunier и возделываться в обозначенных зонах провинции Шампань; — число саженцев на одном гектаре не может превышать 10 тысяч, а виноградник обрабатывается в соответствии с определенными правилами; — разлив в бутылки производится не раньше 1 января следующего за сбором урожая года; — вино выдерживается в бутылках не менее 1 года.

Вино, произведенное за пределами Шампани, может именоваться шампанским только после дегустации и подтверждения качеств специалистами Французского государственного института ономатологии вин и водочных изделий.

Бокал шампанского поднимает настроение! С ним веселее в новогоднюю ночь, в шумном большом застолье и в дружеском узком кругу!

ГЛАВА 3. ШАМПАНСКОЕ — НАПИТОК БЛАГОРОДНЫЙ

Если вы отправляетесь на какое-то торжество, юбилей, отмечаете праздник, можно не сомневаться, что подобное мероприятие не обойдется без шампанского. Ведь этот напиток как никакой другой прекрасно подходит для торжественных и радостных событий. Не обойтись без шампанского на различных приемах и презентациях. Поднимая бокал с ним, желают здоровья, успехов, процветания. Трудно себе представить, что празднуя Новый год или справляя свадьбу, можно обойтись без шампанского. Это стало для нас привычкой, неотъемлемым атрибутом торжеств.

Существуют правила хорошего тона, которые предписывают определенное поведение за столом во время торжества. Правила эти довольно многочисленны и среди них есть и указывающие на то, как правильно пить вина, в том числе и шампанское. К ним мы и обратимся.

Свое название вино получило от названия французской провинции Шампань. Для его изготовления подходят только особые сорта винограда. При использовании различных технологий получают разные марки этого благородного напитка. И действительно благородного — ведь нужно знать, когда и с чем подавать шампанское.

Если торжество организовано в честь юбиляра или спортсмена, артиста, писателя, то после заздравной речи все выпивают бокал шампанского. При этом не нужны ни фрукты, ни закуски, так же, как и при поздравлении молодоженов. К примеру, в ЗАГСе за молодых шампанское пьют символически.

Но если вы дома устраиваете праздник с шампанским, следует знать, с чем и когда его подавать. На Новый год традиционно шампанское разливают под бой курантов. При этом в бокал нередко бросают кусочек шоколада, или же пьют его вместе с шоколадом. После него нередко едят фрукты.

Многое зависит от того, умеет ли человек пить этот напиток.

Казалось бы, что за вопрос, что может быть особенного в том, как выпить рюмку шампанского? Уже ошибка. Шампанское пьют из бокалов, предназначенных только для него.

Бокал должен быть немного вытянутым и на длинной тонкой ножке, высоким, из прозрачного стекла. За праздничным столом они выделяются в черед

---

Маргарет Сэнгер: обаятельная душегубка

2013-08-09 20:23:47 (читать в оригинале)


Если кто-нибудь, в духе нынешнего времени, вдруг решил бы составить объективный топ-100 величайших злодеев всех времен и народов, исходя только из числа погубленных ими душ, то, далеко обойдя одиночек, навроде Элизабет Батори, Джека Потрошителя, Черной Вдовы и Чикатило, а также убийц-политиков, навроде Ирода, Гитлера и Наполеона, список бы возглавила далеко не столь хорошо известная и на первый взгляд не столь одиозная женщина, глядя на портрет которой ни один физиогномист не догадался бы, что перед ним серийный убийца №1. Речь идет о Маргарет Сэнгер, которую у нас почему-то часто именуют на немецкий лад: «Зангер». В этом, впрочем, есть свой резон. Ведь идеи Сэнгер во многом созвучны нацистской расовой теории, а в отношении негативной евгеникии сегрегации «низших рас» — прямо совпадают.

В своей книге «Ангел смерти» известный современный американский журналист-пролайфер Джордж Грант называет приблизительное число жертв Маргарет Сэнгер. Благодаря внедрению абортивных, контрацептивных, стерилизационных и других человекоубийственных технологий, реализованных посредством основанной Сэнгер Международной ассоциации «Планируемое родительство», лишилось жизни два с половиной миллиарда человек.

С фотопортрета на нас умным взглядом смотрит миловидная, пожалуй, даже красивая женщина. К ней с любовью прижались ее двое детей — Грант и Стюарт. Дочка Пегги тогда еще не родилась. Сын Маргарет Сэнгер впоследствии продолжит ее дело. А внук Александр — возглавит основанную при ее жизни Международную ассоциацию «Планируемое родительство» (она же в некоторых переводах — Международная федерация «Планирование семьи», но это не совсем точное название).


Опять двойные стандарты? Для себя любимой — размножение, а для всяких «неполноценных» — небытие? Да, явно Маргарет Сэнгер начала истребление человечества не с себя. Поэтому ставить ее в один ряд с психопатическими саморазрушительными нигилистками, требовавшими «освобождения любви» (от деторождения) на вроде феминистки-лесбиянки Валери Соланас, явно не корректно. Перед нами расчетливый политик с длинной волей, не только тактик, но и стратег. Как же стала возможной Маргарет Сэнгер?

Ее биография довольно хорошо освещена в различных источниках. Вся деятельность Сэнгер была на виду, включая участие в британских оккультных организациях теософического толка, что не афишировалось, но и не скрывалось, равно как участие в бисексуальных оргиях под «управлением» отца британской сексологии Хэвлока Эллиса, который хотя и был импотентом, но так сказать, ставил опыты на «живом материале». Иными словами, Сэнгер на первый взгляд нечего было таить, а те моменты, которые могли бы опозорить любого другого публичного политика — становились ключевой частью ее общественного имиджа. Но, как говорил Эдгар По, хочешь что-то хорошенько спрятать, прячь на видном месте.

Многие ниспровергатели христианства и традиционных семейных ценностей происходили из благочестивых христианских, часто многодетных семей. Хорошо известно, сколько нигилистов дали русской революции семьи священников. Или, к примеру, такая одиозная фигура, как оккультист Алистер Кроули, называвший себя «Зверем 666», бывший содомитом и наркоманом, происходил из ультраконсервативной протестантской общины «Плимутских братьев». Маргарет Сэнгер следует искать тоже где-то в этом ряду.

Маргарет, в девичестве, Хиггинс родилась 14 сентября 1879 г. в типичной небогатой, даже, пожалуй, бедной американской семье в городишке Корнинг под Нью-Йорком. Ее мать, Анна Пёрселл Хиггинс, была ревностной католичкой и вся жизнь ее строилась вокруг семьи. Маргарет, бывшая шестым ребенком в семье — из одиннадцати рожденных детей — вплоть до своего совершеннолетия как могла помогала матери в уходе за младшими детьми, при этом с большим рвением посещала церковные службы и даже интересовалась духовной жизнью. Отец Маргарет, Майкл Хеннеси Хиггинс, работал простым каменщиком. Также будучи в свое время католиком, он под конец изуверился, стал атеистом, поборником женских прав и сторонником всеобщего бесплатного образования. Бедность семьи и отсутствие опоры в Боге привели его к депрессии. Он крепко запил. Напиваясь, он часто глумился над верой, иронизировал над духовным рвением своей жены и дочери, внушал детям нигилистические и социалистические идеи. Также на склоне лет запьет и сама Маргарет. Но это будет сильно позже.

Старшие сестры Маргарет оплатили ее учебу в колледже Клэйврэк. Но, как пишет в своей книге «Ангел смерти» Джордж Грант: «Как ни демократичны были порядки в колледже и как ни низка была плата за обучение, Маргарет, вкусившая вольной жизни, то есть радикальной кружковщины и свободного секса, вскоре перестала выполнять даже эти умеренные требования. Клэйврэк пришлось оставить и вернуться домой». Сторонники Сэнгер, напротив, настаивают, что Маргарет вернулась домой по просьбе отца, чтобы ухаживать за умирающей матерью.

Мать Маргарет умерла в 45 лет — от туберкулеза и одновременно с ним развивавшегося рака матки. После этого Маргарет окончательно оставила свой дом и семью. Болезнь и последующая смерть матери вкупе с атеистическими речами отца сильно повлияли на нее. Она становится ренегатом. Совершившийся в ней надлом сказывался всю последующую жизнь. До конца дней своих Маргарет старалась держаться подальше от родных мест. И все, что было в первом этапе ее жизни, стало вызывать в ней стойкое отвращение: это и вера в Бога, и многодетная семья, и даже просто милосердие.

Но Маргарет Хиггинс не сразу стала тем, кем мы ее знаем. Какое-то время она работала воспитательницей детского сада, а затем больничной медсестрой в пригороде Нью-Йорка. В одной своей книге Сэнгер пытается представить себя высококлассным специалистом, «хорошо обученной медсестрой», что легитимизировало бы ее в качестве руководителя такой колоссальной сети клиник как «Планируемое родительство». Однако Джордж Грант отмечает, что «на самом деле, максимум на что она была способна как медик даже в пору расцвета своего профессионализма — сменить простыню, вынести судно и сходить позвать заведующую». Честно говоря, можно только посочувствовать тем пациентам, за которыми ухаживала медсестра, прославившаяся впоследствии призывами к искоренению милосердия.

Кажется, именно в эти годы у ней сложились если не философские взгляды, то по крайней мере тот мизантропический эмоциональный фон, который и был впоследствии мотором для всех ее предприятий по истреблению человечества. На этом эмоциональном фоне в 1902 г. она выходит замуж за богатого нью-йоркского архитектора Уильяма Сэнгера, чьи деньги и станут стартовым капиталом для развития «контроля за рождаемостью». Они переезжают в собственный дом недалеко от Нью-Йорка. У Сэнгеров рождаются сначала мальчики Грант и Стюарт, затем дочь Пегги. Десять лет спустя дом сгорел и семья перебралась обратно в Нью-Йорк. Маргарет понимает, что у ней нет никакого желания возиться с детьми. С этих пор детей воспитывают ее сестры, а Сэнгер видится с ними лишь время от времени. Со старшим сыном, Грантом, в частности, она совершила поездку в СССР. Но большую часть времени она проводила в самостоятельных поездках и не виделась с детьми. Во время одной из длительных отлучек Маргарет от болезни умерла ее дочь Пегги.

В 1912 г. в Нью-Йорке она знакомится с социалистами-радикалами и анархистами: Джоном Ридом, да-да, тем самым автором «Девяти дней, которые потрясли мир», Эптоном Синклером, еврейской эмигранткой из России Эммой Гольдман, издававшей анархический журнал «Мать Сыра Земля» и распространявшей листовки, где пропагандировались свободный секс и контрацепция. Красная Эмма, или как ее еще звали, Красная Анархиня, становится наставницей Сэнгер. Та под ее руководством штудирует Маркса, Ленина, Кропоткина, Руссо, Толстого и в том числе уже упомянутого Хэвлока Эллиса, с которым годы спустя ее свяжут столь извращенные отношения. Красная Эмма также научила будущую контрацептивщицу тактике революционной борьбы. Маргарет начинает участвовать в митингах, стачках. Одна из ее первых побед — участие в руководстве стачкой массачуссетских ткачей, на сторону которых ей удалось привлечь всю общественность, включая президента, так что требования бастующих пришлось выполнить. Квартира Сэнгеров превращается в штаб, где бесконечно обсуждаются планы социального переустройства мира. В это же время Маргарет Сэнгер начинает ораторствовать. И главной темой ее пламенных речей становится «сексуальное освобождение» женщины. Всё это порядком достает мужа Маргарет, который в попытке сохранить брак увозит семью в Париж. Однако довольно скоро Маргарет, прихватив детей, сбежала от мужа обратно в Штаты.

Возненавидев Бога, затем многодетную семью, затем само милосердие, под конец она возненавидела даже брак как союз женщины и мужчины. Зарабатывать на жизнь она взялась изданием восьмиполосной газеты «Бабий бунт», выходившей с 1914 г. под лозунгом «Нет богов, нет господ». В это время она начинает использовать термин «контроль над рождаемостью». Излияния желчи по поводу «дегенеративного института брака», призывы к революционному террору и пропаганда контрацепции не могли долго оставаться безнаказанными в относительно консервативной — по нынешним меркам — стране. Особое внимание властей привлек памфлет Сэнгер «Ограничение семьи». Сэнгер после трех предупреждений получила повестку в суд за нарушение федерального закона о печати. Дело в том, что любые материалы об абортах и контрацепции тогда по закону приравнивались к распространению порнографической продукции. Сэнгер грозило 10 лет колонии. С этим надо было что-то делать. По поддельному паспорту она уезжает в Англию. Самое удивительное, что в это время брошенный муж в качестве нелегального почтового служащего в Штатах распространял памфлет свой женушки «Ограничение семьи», за что был арестован и месяц провел в тюрьме. Несмотря на то, что бедный Уильям полностью прогнулся под бесноватую жену и шел навстречу всем ее прихотям, в 1921 г. они всё же официально разведутся.

А Маргарет тем временем в Англии ныряла из постели в постель. Сначала Герберт Уэллс. Потом Бернард Шоу. Потом Арнольд Беннетт. Наконец, перверт Хэвлок Эллис. Тогда же она знакомится с идеями негативной евгеники (принудительные стерилизация и аборты для расово, физически и умственно «неполноценных», сегрегация), а также неомальтузианства (сокращение населения вообще с помощью абортов, стерилизации, контрацепции из-за опасности «перенаселенности» Земли и необходимости перераспределять ресурсы), которые идеально ложатся на всё то, чем она до этого момента была так увлечена. Сэнгер также связывается с розенкрейцерами и Неомальтузианской лигой, основанной преемницей Елены Блаватской, г-жой Анне Безант. Есть очень большая вероятность того, что тогда же она получила дополнительную поддержку от неких высших неизвестных. Это всего лишь догадка. Никаких прямых подтверждений тому нет. Но есть косвенные.

Весь XX в. считалось, что три доминирующие в мире идеологии — либерализм, коммунизм и фашизм — взаимно исключают друг друга. Но в последнее время вышло множество документальных книг, опубликован ряд свидетельств и документов, если верить которым, все три идеологии контроля над массами вышли из одной британской лаборатории. И Гитлер, и Ленин, и ряд других политических деятелей эпохи, согласно этим версиям, проводя «собственные» идеи, курировались британскими высшими неизвестными. И только, якобы, Сталину удалось переиграть своих кураторов. Не будем спешить с выводами, о ком именно идет речь, о Ротшильдах ли, о других ли не менее влиятельных теневых могуществах. Также не будем пока утверждать, так это или иначе. Но скажем так: в связи со всей этой всплывшей в последнее время фактологией встают многочисленные вопросы, включая вопрос о том: кому и зачем понадобилось раскрывать эти факты, которые, несмотря на свою сенсационность, остались почти незамеченными в современном море информации.

Так или иначе, но именно в Британии у Маргарет Сэнгер воедино сходятся три элемента ее идеологии. Неомальтузианство (либерализм), евгеника (фашизм) и права женщин (коммунизм). Всё это вместе и образует контроль над рождаемостью.

Настораживает тот факт, что после года пребывания в Британии она осенью 1915 г. возвращается в Штаты чуть ли не на белом коне, хотя ее там, казалось бы, должны были ждать арест и тюрьма. Ну уж по крайней мере ей бы здесь на время затаиться, пока шум уляжется. Однако Сэнгер начинает в массовом порядке импортировать из либеральной Голландии в США маточные колпачки — диафрагмы, что было гораздо более серьезным преступлением, нежели издание газеты с призывами к использованию контрацепции. Наконец, 16 октября 1916 г. Сэнгер открыла первую клинику планируемого родительства и контроля над рождаемостью в Бруклине. Чем еще может объясняться такая безпардонность, кроме как негласной, в том числе финансовой поддержкой Рокфеллеров? Впрочем, настолько демонстративно действовать в обход закона не позволено даже протеже крупнейших финансовых воротил. Через девять дней Сэнгер арестовывают. Судья был готов вынести мягкий приговор, если Сэнгер пообещает больше не нарушать закон. Однако она дерзко зявила, что не может согласиться с тем законом, который существует теперь. В результате ее приговорили к месяцу исправительных работ. Приговор, прямо скажем, не бей лежачего.

Выйдя из тюрьмы, она основывает Лигу контроля над рождаемостью. Тогда же она вновь предпринимает издание, только на сей раз уже не газеты, а журнала, хотя и с более «респектабельным» названием: «Обозрение контроля над рождаемостью». Сэнгер ездит по стране с лекциями, докладами, устраивает конференции. Она не гнушается ничем. Ищет себе союзников везде: в женских клубах, среди социалистов, рабочих, куклуксклановцев. Даже… в церкви. Поразительно, но ей дают выступать в протестантских церквях! В 1921 г. Сэнгер основывает Американскую лигу контроля над рождаемостью. А в 1922 г. совершает крайне успешный мировой тур с циклом лекций о контрацепции и проводит первую международную конференцию. Последнее стало возможным благодаря тому, что она вышла замуж по расчету за нефтяного магната Ноа Сли. Причем брачный договор был крайне унизительным для последнего. Маргарет оставляла за собой право полной независимости от мужа. Разумеется, за исключением финансовой стороны вопроса.

Сэнгер в то время не давала покоя идея возобновления клиники, занимающейся контролем над рождаемостью. Она ведет безконечные судебные тяжбы, подает апелляцию за апелляцией, пока наконец не добивается издания закона, разрешающего врачам прописывать своим пациенткам контрацепцию по медицинским показаниям. В 1923 г. она основывает Клиническое исследовательское бюро, которое фактически становится клиникой по контролю над рождаемостью. Формулировка «по предписанию врачей» позволяет фактически узаконить контрацепцию.

В 1928 г. в движении возник раскол, последствия которого были полностью устранены только через 10 лет. Вообще эгоцентричную Маргарет несколько раз пытались отстранить от руководства, но каждый раз убеждались, что без ее харизмы — никуда. «Сэнгеризм» на всех этапах оставался внутренней осью организации. Это сказалось и в том, что в настоящий момент Международной ассоциацией «Планируемое родительство» руководит ее внук Александр. Какая трогательная семейственность в такой антисемейной организации!

При этом планировщикам довольно затруднительно объяснить прогрессивной общественности, почему у них на пьедестал почета воодружена не просто сторонница, а ярая поборница концлагерей и насильственной стерилизации для расово неполноценных. Им есть что защищать и обелять. Но почему-то никто в «демократическом» обществе не спешит скинуть Сэнгер с ее пьедестала. Таковы гримасы современного «прогрессивного» американского общества. Меж тем, все факты на виду. Их достаточно, чтобы запретить само имя Сэнгер, подобно тому, как хозяева современного мира запретили свастику и лабрис итальянских фашистов, книги Гитлера и Розенберга. В 20-30-е гг. Сэнгер активно сотрудничает с нацистами. В ее ревю печатаются ученые-евгеники Третьего Рейха. Прежде всего Эрнст Рудин, гитлеровский евгеник, директор Германского института евгенических исследований. Печатаются и другие ученые-нацисты — Леон Уитни, Гарри Лаухлин, автор закона о стерилизации в нацистской Германии, Лотроп Стоддард. Трудно сказать, насколько идеи Сэнгер повлияли на Гитлера и других идеологов нацизма и «расовой гигиены», но то, что они полностью совпадают в главном — нет никаких сомнений. Гитлеровский план «Ост», разработанный для контроля над рождаемостью на восточных территориях, явно разрабатывался людьми, читавшими Сэнгер. Судите сами. В 20-30-гг. Сэнгер издает ряд книг, названия которых говорят сами за себя: «Стержень цивилизации», «Женщина и Новая Раса», «Моя борьба (!) за контроль над рождаемостью». Достаточно нескольких цитат, чтобы понять, о чем там идет речь.

«Самый благочистивый поступок, который может сделать мнодетная семья ради одного из своих маленьких детей — это убить его» (1920). «Службы по материнству для женщин в нищенских районах вредны для общества и для расы. Милосердие только и делает, что удлиняет нищету неприспособленных» (1922). «Ни одна женщина и ни один мужчина не имеют права быть матерью или отцом без разрешения на размножение» (1934). «Прежде чем добиться своей цели, евгенисты и все те, кто работает для улучшения породы, должны сначала способствовать контролю над рождаемостью. Так же, как зачинатели контроля над рождаемостью, евгенисты добиваются, например, помощи породе через устранение неприспособленных. Оба преследуют одну и ту же цель, но настаивают на различных методах» (1919). «Применять серьезную и твердую политику по стерилизации и сегрегации той части общества, чье наследство способно передавать потомству проблематичные черты. Готовить земельные участки и здания для этих сегрегированных людей, где их научили бы работать под наблюдением опытных инструкторов до конца их жизни» (1932).

Более, чем достаточно, чтобы не только запретить книги Сэнгер в законодательном порядке, но истребить саму память о ней…

В 1934 г. Сэнгер, начинавшая как социалистка и живо интересовавшаяся советским опытом, особенно относительно того, что касалось права женщины на аборт, контрацепцию и т.д., в составе большой американской делегации, руководимой — о, парадокс! — директором молодежной христианской волонтерской организации Шервудом Эдди (это всё равно что представить себе в совместной делегации в США епископа Пантелеимона и депутата Лахову), едет с длительным визитом в СССР. Въехав в Советскую Россию поездом Хельсинки — Ленинград, она посещает ряд городов: Москву, Горький, Сталинград, Ростов-на-Дону, Кисловодск, Орджоникидзе, Тифлис, Батум, Сухум, Ялту, Одессу. В СССР Маргарет Сэнгер интересовали прежде всего центры матери и ребенка, а также абортарии. Впоследствии в автобиографии она написала: «Я была не слишком желанной гостьей». Дело в том, что на встрече с Каминским (то ли самим наркомом здравохранения, то ли его секретарем-однофамильцем) она поинтересовалась, как в стране обстоят дела с политикой в области контроля над рождаемостью. Вопрос вызвал крайнее раздражение, так как после двух войн, мировой и гражданской, революции и голода 20-х гг. страна сильно потеряла в населении. Сэнгер ответили, что СССР заинтересован в увеличении числа рождений. Окончательно же разочаровало ее в стране Советов посещение центра матери и ребенка в городе Горьком, где висели многочисленные стенды о применении контрацептивов, но самих их было совершенно не достать. К тому же в советских абортариях первобеременных специальные консультанты отговаривали от абортов… Нижегородцы, давшие 70 лет спустя в лице Сергея Чеснокова и газеты «Вифлеемский глас» мощный отпор абортивной идеологии, стояли на страже русской рождаемости и в период советской власти. Разочарованию Сэнгер не стоит удивляться, ведь дело было за два года до принятия закона о запрете абортов и в год приезда планировщицы в Советскую Россию был введена уголовная статья за мужеложество и закрыт вредоносный по сути демографический институт. Следует ли считать случайным, что также в 1934 г. в СССР начинаются гонения на генетиков, которых руководство страны увязывало с нацистскими евгениками и видело за теми и другими британский заказ. Ведь академик Вавилов ездил с научной миссией не куда-нибудь, а в Великобританию. Стало быть, определение генетики как «продажной девки империализма» не столь уж одиозно и безпочвенно, как хотят представить разного рода «борцы с кровавым режимом»! А может быть, сам приезд Сэнгер, а еще точнее, задаваемые ею вопросы, которые вряд ли могли остаться незамеченными сталинским руководством, тоже не в последнюю очередь сдетонировали запрет абортов в 1936 г.? Здесь мы можем строить только догадки. Правды мы все равно никогда не узнаем.

В 1936 г. Маргарет Сэнгер добивается в суде отмены закона, запрещающего врачам выписывать своим пациентам средства контрацепции по их желанию. Это приводит к тому, что Американская медицинская ассоциация приняла контрацепцию в качестве обычной медицинской услуги. В 1939 г. Сэнгер по договоренности с властями — а чего вы еще ожидали? — реализует «Негритянский проект». Черные слишком стремительно размножались по сравнению с белыми, особенно в южных штатах, поэтому было решено туда направить нескольких специально обученных темнокожих пасторов с проповедью контрацепции в церквях. Успех, разумеется, превзошел все ожидания. Это доказывает, что церковные структуры далеко не всегда являются союзниками движения в защиту жизни. По крайней мере, это касается протестантских деноминаций.

В 1942 г., вопреки желаниям Сэнгер, но сообразуясь с духом военного времени и руководствуясь прежде всего нежеланием вызывать ненужные ассоциации с практиками нацистской Германии, движение было переименовано в Американскую ассоциацию «Планируемое родительство». В 1956 г. движение стало международным.

В 1966 г. Маргарет Сэнгер, пристрастившаяся под конец жизни к алкоголю и наркотикам, умерла. Но дело ее живет. А лучше б, как в том анекдоте, наоборот было. Международная ассоциация «Планируемое родительство» ныне имеет только в США 922 спецклиники и 167 филиалов. Сколько их в мире, пожалуй, затруднятся подсчитать даже сами сотрудники этой огромной организации. Конференции по населению ООН являются прямым продолжением программ Маргарет Сэнгер. В частности, первая из подобного рода конференций, прошедшая в 1927 г. в Женеве, когда даже и самой ООН-то еще не было, была организована при ее непосредственном участии.

Тяжелое наследие Сэнгер сказывается и в таких фразах, которые современным обывателям уже кажутся народными поговорками: «ребенок должен быть желанным», «нечего плодить нищету». Нечто похожее являет собой и так называемый «безопасный секс». Простите, безопасный для кого? Для женщины, нежелающей беременности? Для неродившегося ребенка? Риторика борьбы с абортами тоже характерна для планировщиков. Так они мимикрируют под усилившихся по всему миру в последние десятилетия активистов в защиту жизни. «Да, — говорят планировщики, — аборты это плохо. Давайте сделаем так, чтобы дети вообще не зачинались. Тогда и абортировать будет некого. Но вообще-то, между нами, девочками, женщина имеет право на аборт. Это ее МОРАЛЬНОЕ право». Поэтому аборт в их понимании тоже должен быть «безопасным». Звучит, как кощунство.

Напоследок необходимо сказать, что если бы Маргарет Сэнгер не было, ее «следовало бы выдумать». «Планируемое родительство» такой же вредоносный продукт элит, навязываемый человечеству в качестве обязательного, как сеть забегаловок «Макдональдс», «Кока-Кола» и «Пепси-кола» или компания по производству ГМО-культур «Монсанто». Это давно спланированная широкомасштабная война элит против человечества. В ней есть горячие, холодные, информационные и другие фазы. Но война не прекращается ни на минуту. И всякой войне нужны помимо генералов свои солдаты. А солдатами, как известно, не рождаются. Их «лепят» из наиболее подходящего «подручного материала». Одной из таких пригодных «заготовок» оказалась обаятельная душегубка Маргарет Сэнгер. Элиты лишь направили ее действия в нужное им русло, пролоббировали все ее начинания через «демократический» спектакль судов. И приняли все собственные разработки как нечто само собой разумеющееся. Иначе откуда такая слаженность действий? Ведь филиалы Международной ассоциации «Планируемое родительство» находятся в 186 странах мира… Впрочем, спектакль разыгрывается в современном мире не только относительно «планируемого родительства».

Но зачем элитам это нужно? Ответ на вопрос лежит на поверхности. Речь идет о ресурсах. О нефти, газе, еде, воде, лесах, почвах, металлах и минералах. При увеличении мирового населения перераспределение ресурсов складывается таким образом, что элиты, и так владеющие непропорциональной долей ресурсов, начинают вдруг недополучать какие-то тысячные доли процента. Но они и на это не согласны. Капитал готов жрать людей, но никогда не даст урезать себя. Жадность элит поддерживается намерениями населения стран «золотого миллиарда». Не раз на всякого рода людоедских конференциях по населению озвучивался тезис о том, что раз в странах «золотого миллиарда» рождается мало детей, значит так же должны ограничить рождаемость и все прочие народы. Земля, дескать, нерезиновая. То есть богатые отнимают у бедных и нищих даже то последнее, что у них есть — их детей. Просто потому, что им придется получать зарплату на 1 цент меньше. Кстати, «пролетарий», в изначальном латинском слове ознает того, у кого кроме детей ничего нет. Странам «золотого миллиарда» мало убить собственных детей. Им нужно убить как можно больше детей вообще, где только это возможно. Что там дальше? Лицензия на рождение ребенка? Принудительная стерилизация? Концентрационные лагеря? Здравствуй, прекрасный новый мир!

Олег Фомин-Шахов. Газета “Завтра”

ertata

---

Наш папа майонез.

2013-08-09 19:24:20 (читать в оригинале)

Смотреть это видео

Ленфильм. СССР. 1986 г.

Всесоюзный Государственный ордена Трудового Красного Знамени институт кинематографии им. С.А.Герасимова.

Дипломная работа студента режиссёрского отделения Юрия Афанасьева
(Мастерская профессора Ю.Н.Озерова)

Актеры: Людмила Аринина, Елена Капица, Владимир Ерёмин, Елена Кондулайнен, Эрнст Романов, Илларион Найденко, Наташа Новыш

Папу-инженера считают неудачником. А его сын пишет в школе сочинение, в котором хочет быть как его отец - майонезом, т.е. «эмэнэсом» (младшим научным сотрудником).

ertata

---

М + Ж = 0

2013-08-09 18:26:41 (читать в оригинале)

-Во-первых, - перебил и его Филипп Филиппович, - вы мужчина или женщина?
Четверо вновь смолкли и открыли рты. На этот раз опомнился первый, тот с копной.

-Какая разница, товарищ? - спросил он горделиво.

Михаил Булгаков. «Собачье сердце».

Гендерная эволюция и вырождение.

Передо мной – свежий номер журнала «Огонёк». На этот раз моё внимание привлёк пугающий – иначе и не скажешь - материал, касающийся полоролевых, гендерных проблем. Пугающий – при всём нарочитом спокойствии изложения, актуальном среди современных журналистов. Сейчас не принято кричать, даже если речь заходит о вырождении. Да и что возмущаться-то? Не про убийства, поди, пишем, а про свободу выбора. Перед нами не кровопийцы и не фашисты какие, а милые творческие люди, которые хотят реализовывать своё право …на половую принадлежность. Время такое – эпоха тотального, даже давящего своим разнообразием, выбора, а они, как раз, в духе современности, желают креативно меняться. О, нет! Не радикальным образом, не путём хирургического перекраивания и массированной гормональной терапии, а вот так, одеждой, поведением, бытовой пластикой. Посыл таков: сегодня я - мальчик, завтра я - девочка, послезавтра ещё какой-нибудь хоббит или неведома зверушка. Я же не тварь дрожащая, а право имею. И никому не мешаю. Под фотографией, изображающей милое существо в очочках, так и сказано: «Илье Степанову нравится, когда люди не понимают, какого он пола». Что там, у Булгакова: «Какая разница, товарищ?».


Автор публикации «Игры с полом» (игра, как жанр и как философия сейчас в трендах), так вот, журналистка Екатерина Люльчак отмечает: «В детских садах Швеции упраздняют разделение на мальчиков и девочек — теперь есть только "друзья". Граждане Австралии де-юре имеют право на третий пол — в паспортах введены три обозначения: М (мужской), F (женский), X (для интерсексуалов). Мысль о том, что каждый может выбирать, кем ему быть, мужчиной, женщиной или третьим полом, искушает». На мой взгляд, эта мысль не искушает, а вызывает растерянность и даже ужас. Но, увы, в толерантно - цивилизованном обществе пугаться в таких случаях не принято. Это должно вызывать, как минимум понимание, а лучше всего – приязнь и ни в коем случае не сочувствие. Он же не больной, а уникальный. Точнее, как раз, нормальный, ибо норма – есть первобытная, а потому давно отжившая догма. Раскрываем другой журнал – на этот раз гламурно-глянцевый. Известный модельер Марк Джейкобс предлагает мужчинам носить юбки, а модная обозревательница с воодушевлением отмечает, что первые женщины, рискнувшие выйти в брючках, тоже подвергались жесточайшей критике. Поэтому надо смелее раздвигать бытийные рамки и радостно крушить бессмысленные прокрустовы ложа.

Да уж, тема заезженная и, более того, почти скандальная. Что мы видим? Всё больше стран легализируют однополые союзы, тем самым, признавая полное юридическое право гомосексуалистов на вступление в законные браки. Феминистки, получившиеся, кажется всё, что можно и даже то, что нельзя, продолжают требовать равных прав для мужчин и женщин - в Европе и в Америке можно встретить пасторов дамского пола. Пресловутые уроки сексуального воспитания (и заодно уж и секс-толерантности) уже никого и нигде не смущают, а наши местные либералы подзуживают, что неплохо бы и нам, наконец-то, вливаться в культурную жизнь. А ещё – «отмена» папы и мамы; есть только родитель №1 и родитель №2.

В особо цивилизованных странах с некоторых пор практикуется «бесполое» воспитание. Девочкам намеренно даются машинки, тогда как мальчикам суют в руки кукол, дабы ребёнок не зацикливался на полоролевых стереотипах и мог сам (!) выбирать, кем ему быть. Ну, мало ли? Вдруг в душе он – девочка, просто случайно родился мальчиком? Не ломать же. Нам объясняют - это как с природными левшами, которых ещё в середине XX века насильно, с битьём и унижениями, переучивали. Так и мальчиков с девичьей «доминантой» до недавнего времени поколачивали и принуждали к жёсткой мужественности. Непорядок! Вот, если, несмотря на пичканье куколками да кружевцами, парня всё-таки потянет на самолётики, то так тому и быть. Одна знакомая блогерша, ныне живущая в Швейцарии, как-то написала у меня в комментариях, что на Западе много молодых мужчин, имеющих «женственную» неагрессивную пластику, они расслаблены, их лица округлы, а черты не резки, голос – тих и мягок. При всём при этом, у них традиционная сексуальная ориентация. Просто им больше …незачем. Что меня больше всего удивило, женщина рассматривала эту тенденцию, как позитивную. Ей с готовностью поддакнули: «Не то, что вечное российское быдло и прочее ‘купание ВДВ-шников’». Так это что, и есть цивилизация? По-моему, это уже вырождение.

Итак, половая принадлежность человека оказывается всего лишь предрассудком, навязанным гендерным стереотипом, ролью в устаревшей пьесе, где костюмы давным-давно пропахли нафталином и пылью. В этой связи вспоминается мрачное пророчество Станислава Лема. В его романе «Возвращение со звёзд» главный герой прилетает на родную Землю после долгого отсутствия. За то время, пока Эл Брегг рисковал своей жизнью, видел смерть товарищей, преодолевал себя и получал удары судьбы, земляне стали иными. Совсем иными. Они не просто перестали стремиться к звёздам и погрязли в сладком потреблении, они очень сильно изменились внешне. Мужчины сделались меньше ростом, пластичнее, нежнее. У них появились вкрадчиво-ласковые, мирные нотки в голосе. Одежда – самая яркая и прихотливая. Тут же нет никаких гендерных предрассудков! «К яркости женских нарядов я уже привык, но мужчин без всяких на то оснований все ещё подозревал в маскараде и все еще питал робкую надежду, что увижу нормально одетого человека - жалкий самообман». Безусловно, тут нет и быть не может никаких силовых упражнений – раз брутальная мужественность никак не востребована обществом, они оказываются и не нужны. Далее, спорт перестал быть соревновательным, грубым, опасным. Остались спокойные и не напрягающие моционы.

Кроме того, Эл Брегг с ужасом отмечает, что он попросту пугает людей своим нестандартным внешним видом. Он – настоящее чудовище! «Я мог испугать кого угодно. Я и не подозревал, что выгляжу как ярмарочный силач. Бугры мускулов, торс, я весь был какой-то бугристый». То есть нормальный мускулистый мужик с грубоватыми, то есть, с привычно-мужскими чертами лица в этом обществе смотрится просто зверски. Брегг и сам начинает воспринимать себя, как дикаря, он стыдится своей мускулатуры и роста, его невольно раздражает «безобразное» отражение в зеркале. Более того, в этом тёпленьком и сладеньком мире мужчинам надлежит постоянно омолаживаться, проходить специальные процедуры, вроде избавления от седины, да и вообще, многие сугубо дамские ухищрения тут распространяются и на кавалеров.

Понятное дело, что в этом расчудесном обществе приняты спокойные, без скандалов, расставания, а самая длительная семейная связь длится не более семи лет, ибо крепкие семьи с главенством сильного мужчины, это – смешная архаика. Однако все эти необратимые изменения в поведении землян произошли не сами по себе, а были вызваны так называемой «бетризацией», то есть процедурой, нейтрализующей в человеке все агрессивные начала. Отныне хомо-сапиенс, в принципе, не может убивать, но при этом, он навсегда отказывается от риска, от поиска и даже от ревности в любви, ибо ревность порождается всё той же агрессией. Привычная в нашей культуре «борьба за женщину», которой наполнена вся классическая литература, да что там – вся мифология, все легенды и сказки, упраздняется и становится чем-то, вроде первобытной дикости. В новом мире даже искусство становится иным – бесполым и плоским, без страстей и страданий. Но то была фантастика. Мы же безо всякой бетризации постепенно становимся похожими на героев Станислава Лема. А теперь снова открываем журнал «Огонёк» и читаем статью известного писателя Виктора Ерофеева, который, кстати сказать, обеспокоен сложившимся положением.

Ерофеев пишет: «Отказавшись от культа силы, он [мужчина] невольно поощряет в себе черты слабости, роднящей его со слабым полом. Эта слабость, наполняясь философским содержанием, в конечном счёте, ведет к долгосрочному свержению капитализма, который, безусловно, поощряет агрессивность мужчины-дельца, мужчины-предпринимателя». В чём дело? Почему? А ещё – доколе? Оглянитесь вокруг – сейчас для выживания вида совершенно не нужна сила и ловкость. Более того, как правильно отмечает Виктор Владимирович, сегодня уже не актуален типаж «акулы капитализма», который эволюционировал с конца XVII века – от хваткого, неотёсанного и грубого буржуа до комильфотного, но «крутого» яппи. Нынче вся эта жёсткость и могучая пробивная сила оказываются ни к чему. Люди могут делать деньги, не выходя из он-лайна. Миллионером может стать невзрачный очкарик, измысливший принципиально-новую «фишку» для облегчения нашей тяжкой виртуальной жизни. Так зачем ему быть качком Арнольдом или ещё каким-нибудь Иваном Поддубным? Ему и жёсткая линия поведения не нужна.

У каждого времени – свой эталонный тип мужчины, растиражированный образ которого мы можем видеть на улицах наших городов. Для современного информационного, виртуального общества таким типажом становится пресловутый хипстер. Это худощавый молодой парень, в непременных очках, в какой-нибудь смешной футболке с креативной надписью. Джинсы в обтяжку – дорогие, но тёртые или даже рваные. Дурацкая шапочка (впрочем, от известной фирмы), цветные кеды, шейный платок, трикотажная бабья кофта, небрежно застёгнутая на одну пуговку. Возможна интеллигентская бородка. Он увешан гаджетами и знает толк в виджетах, он смотрит «кино не для всех» и пишет умные вещи «для своих». В Твиттере. Рядом с ним – его девушка. Всё то же самое, только пока всё ещё без бородки, хотя туфли на шпильках и платья она уже считает принадлежностью неумных гламурных фифочек. Так вот, у этих персонажей нет пола. Они и друг друга воспринимают, как вполне равноправных товарищей – он ею не руководит, но и не угощает в кафе. Она его не обстирывает, но и не ждёт от него никаких роз на 8 марта.

Унисекс из актуального стиля постепенно превратился в жизненную философию. Демократичная универсальность этого самого унисекса помогает не зацикливаться на полоролевых тенденциях. «Какая разница, товарищ?», если от этого не зависит, в конечном итоге, выживание? И счастье тоже никак не зависит! Ломка гендерных стереотипов невероятно выгодна производителю и продавцу, ибо мужчина «проникает» в дамские отделы, а женщина осваивает мужские роли. Более того, если девочка и мальчик одинаково любят футболки-поло и клетчатые рубашки, а также цветастые шейные платки, то их можно сбыть в два раза больше! Чистая экономика.

Мне могут возразить: подобные тенденции уже встречались в истории человечества, и даже не раз. В галантном XVIII столетии мужские и женские наряды были одинаково рафинированными, причудливыми и замысловатыми. Придворные красавцы носили одежды из той же розовой или, скажем, жемчужно-серой ткани, что и дамы. Пудреные парики, мушки, помады и притирания, пышные кружева, прихотливые вышивки и лёгкие туфельки с драгоценными пряжками – всё это было принадлежностью, как мужской, так и женской моды. Но, заметим, что носителями париков да рюшей, а также утончённой философии будуаров и гостиных, был очень малый процент жителей земного шара – обитатели королевских и императорских дворов, столичные модники и верхушка провинциального дворянства. Так, даже во Франции, на родине мод и стилей, «дремучие» аристократы из далёких периферий не пользовались всеми этими ароматными пудрами и предпочитали одежду тёмных «мужских» окрасок. И это, не говоря уже об остальной части народонаселения – о, собственно, производителях совокупного общественного продукта.

Или вот. В Серебряном веке, на рубеже XIX и XX столетий, в моде была нарочитая мужская утончённость, нервность, обморочный вид и прочие «…бледные ноги». Опять-таки, носителями этого поведенческого кода являлась только небольшая прослойка европейской (в том числе, русской) и североамериканской интеллигенции. Замечу, что любая мода в широком смысле этого слова долгое время оказывалась доступна лишь малой части людей. Поэтому нелепые тенденции, которыми время от времени богатые и образованные господа забивали себе головы, никак не отражались на нравственном климате общества в целом. В наше время мода, что называется, создаётся на улице и работает для большинства. Сейчас в моде унисекс и он бодро шагает по планете, сметая предрассудки, заморочки, комплексы. М + Ж = 0. Ему больше не надо быть агрессивным добытчиком, а ей – заботливой хранительницей. И он, и она – креативные дизайнеры, родитель №1 и родитель№2. Их дочь играет в солдатиков, их сын мечтает о голубеньком бантике.

Интересно, что Виктор Ерофеев в своих умозаключениях весьма оптимистично настроен: «…В этом противостоянии европейского умерщвления агрессии и архаического культа силы Россия почти бессознательно голосует за архаику. Ей чужды метания и мутации европейского мужчины. Она ещё верит в войсковую доблесть полковника». И он прав! Россия, к счастью, всё ещё не догоняет цивилизованные страны – тут по-прежнему не понимают, зачем парочке геев нужен штамп районного ЗАГСа, а воспитаннице детсада – машинка, вместо куклы. Тут, несмотря ни на что, родители произносят жуткие, с точки зрения цивилизованного мира, фразы: «Ты же мальчик!», если хотят, чтобы их сын учился давать сдачи или «Ты же девочка!», если видят, что их дочка заигралась в пацанские игры. Здесь подсознательно и – сознательно бегут от вырождения. Убежим ли? Или всё-таки накроет? Покажет время. А хипстер… Он тоже перебесится. Возможно. Хочется на это надеяться, а надежда, как известно, умирает последней.

Галина Иванкина. Завтра.

ertata

---

Гленн Гринвальд сулит новые разоблачения

2013-08-09 17:33:51 (читать в оригинале)


И что же всё-таки так взволновало американских политиков в решении Москвы предоставить Эдварду Сноудену временное убежище в России?

Похоже, это решение застало американскую администрацию врасплох. Так или иначе, на тот день, когда главной мировой новостью стала выдача Сноудену российских документов, Барак Обама запланировал примирительную встречу с конгрессменами, включая коллег-демократов, особо резко критиковавших администрацию и Агентство национальной безопасности в связи со шпионажем за американскими гражданами.


Накануне директор Национальной разведки США Джеймс Клаппер обнародовал спешно рассекреченные документы АНБ, которые широкая пресса не спешила публиковать и комментировать. Документы должны были склонить рассерженных конгрессменов пойти на мировую и сбить волну их упреков в адрес администрации. Из рассекреченных материалов АНБ 2009-2011 годов, адресованных комитетам по разведке нижней и верхней палат, не только однозначно следовало, что Конгресс США был полностью осведомлён о порядке мониторинга, ограничивающего права американцев на частную жизнь, но в них содержались абзацы, обеляющие АНБ. В документах указывалось, что разведка осуществляет рутинный мониторинг исключительно «мета-данных» интернет-поиска или электронной почты, не просматривая содержание электронных писем. Для пущей убедительности в обоих письмах комитетам по разведке слова об исключении из мониторинга содержания телефонных разговоров или электронной почты были жирно подчеркнуты.

Надо ли говорить, что к намеченной встрече жирно подчеркнутые заготовки на фоне опережающих новостей из России и Европы выглядели неубедительно? Россия спокойно предоставила Сноудену по его просьбе временное убежище, а The Guardian запустила в печать очередную порцию из имеющегося у газеты разоблачительного арсенала. На сей раз информационная бомба метила прямо в доводы защиты АНБ, касающиеся «игнорирования» содержания частной переписки, и выбивала аргументы из рук американской спецслужбы ссылками на её же документы прямо противоположного свойства.

Агентство национальной безопасности, сообщала The Guardian, цитируя документы этой службы, располагает «всеохватной» программой “Xkeyscore”, позволяющей тщательно изучать «практически всё, что делает пользователь в Интернете». Презентация программы расхваливала возможности АНБ безошибочно обнаружить провайдеров частных сетей в стране Х, получать данные для дешифровки и обнаружения пользователей, говорящих, к примеру, по-немецки и находящихся в другой стране. Неудивительно, что Берлин ввиду предстоящих в сентябре выборов в бундестаг и под шквалом общественной критики за потворство властей американской слежке за гражданами ФРГ принял неординарное решение порвать давние отношения с союзническими разведками.

2 августа, как сообщало агентство ДПА, Германия объявила о расторжении соглашения о наблюдении за её телекоммуникационными сетями, заключенное в 1968 году с Соединёнными Штатами, Францией и Великобританией (тогда же в Германии вступил в силу закон об ограничении тайны переписки, а также почтовой и телефонной связи). По этому соглашению Федеральная разведслужба (BND) обязывалась предоставлять Вашингтону, Лондону и Парижу запрошенную информацию. Как сообщало ДПА, с 1990 года «в страну не поступило ни одного запроса». Да и зачем, если, как выясняется, нужную информацию можно было получать без каких-либо запросов и бюрократических проволочек.

В связи с таким серьёзным решением Берлина попытки Франции «не потерять лицо» под натиском разоблачений выглядели как желание переключить гнев французов по поводу пресмыкательства их властей перед американцами на Великобританию. 4 августа Le Monde опубликовала целую серию аналитических материалов и репортажей; один из заголовков, характерный для всей подборки, гласил: «Как Великобритания шпионила с помощью операторов». В репортаже перечислялись английские телекоммуникационные и интернет-компании, сотрудничающие с английским разведовательным центром правительственной информации GCHQ, и раскрывалась история «особых отношений» разведок США и Великобритании в рамках соглашения UK-USA. Сообщались и малоизвестные подробности, к примеру, о станции Бьюд (Bude) на западном побережье Великобритании, которая позволяет «пользоваться информацией всех трансатлантических кабелей, исходящих из Америки». Переоборудование станции, по данным, приведенным в статье, было профинансировано «историческим партнером» GCHQ - Агентством национальной безопасности США в объеме 15,5 миллиона фунтов стерлингов.

Благодаря соглашениям, заключенным с телекоммуникационными компаниями, указывала Le Monde, секретные службы Великобритании получили доступ к трансатлантическим кабелям оптиковолоконной связи, через которые передаются телефонные и интернет-сообщения. Для анализа сообщений использовалась система Tempora - британский аналог американской PRISM.

Материалы Le Monde во многом повторяли опубликованную ранее в той же газете статью известного шотландского журналиста Дункана Кэмпбелла «Британия – главный шпион». Статье Кэмпбелла, эксперта в области нарушений гражданских свобод и электронного шпионажа, предшествовало редакционное вступление, в котором говорилось, что если в США и Британии общественное мнение и политический класс отказываются понимать значение разоблачений Эдварда Сноудена о глобальной системе телефонных прослушек, то для остального мира в связи с этими разоблачениями наступил «решительный момент».

Дункан Кэмпбелл вспомнил о громких кампаниях в Европе против американского закона 2008 года (Foreign Intelligence Surveillance Act Amendment Act), обязывающего американские информационные компании передавать спецслужбам данные об иностранцах. Добавим, что аналогичные кампании, вроде недавней «За четвертую поправку к Конституции», регулярно захватывают и Америку.

Рядовые американцы находятся ничуть не в лучшем положении по части гарантии их конституционных прав, чем европейцы. Абсолютно ничто не мешает, например, следить за гражданами США партнерам с «особым статусом» из Великобритании. Законодательные препятствия (та же 4-я поправка к Конституции США) легко преодолеваются, когда в основе заключенных еще в эпоху холодной войны тайных соглашений между двумя разведками лежит «паритетный обмен чувствительными данными».

Активно помогают в этом американским спецслужбам и частные компании. «Мы сделали их частью команды», - говорил бывший директор Агентства национальной безопасности Майкл Хайден (Michael V. Hayden) о многочисленных «контракторах» - компаниях, предоставляющих АНБ «услуги по безопасности». Одна из таких частных компаний - Booz Allen Hamilton, международная консалтинговая фирма, на которую работал Эдвард Сноуден. В 2002 году эта фирма выиграла 63-миллионный контракт с более ранней версией нынешней программы мониторинга данных АНБ. Та программа, названная «Тотальное информационное сознание», была отменена после вмешательства конгрессменов-демократов как раз из-за явного вторжения практики мониторинга в частную жизнь американцев. Однако связи с этой консалтинговой фирмой у американских разведчиков остаются прочными. Нынешний вице-президент Booz-Allen Майк Мак-Коннел был шефом Дирекции национальной разведки при Буше-младшем, а до этого директором АНБ. Нынешний глава Дирекции национальной разведки Джеймс Клаппер – тоже в прошлом член руководства Booz Allen Hamilton.

Американский журналист Майкл Херш, опросивший с десяток ветеранов американской разведки, пишет: «С Эдвардом Сноуденом, находящимся в России, и угрозой разоблачения тех, кто помогал вести слежку Агентству национальной безопасности… Силиконовая долина, вероятно, испытывает не меньше ужаса, чем Вашингтон перед тем, что Сноуден может еще раскрыть». Взгляд журналиста на проблему полностью отражён в заголовке одной из его статей: «Силиконовая долина не просто помогала «шпионскому государству» - она выстроила его»...

* * *

Скандал, начало которому положили разоблачения Эдварда Сноудена, пока, видимо, далёк от завершения. 6 августа корреспондент британской The Guardian Гленн Гринвальд (Glenn Greenwald) сообщил, что в его распоряжении имеются ещё 15-20 тысяч документов, которые были получены им от Сноудена в Гонконге и которые могут немало поведать «о шпионской деятельности правительства США и союзных ему правительств».

И важно, чтобы в череде этих разоблачений не отошла на второй план актуализированная ими важнейшая проблема - вынесение на уровень ООН проекта Конвенции об обеспечении международной информационной безопасности, инициированной в своё время Россией и Китаем и позволяющей поставить серьёзные препятствия использованию информационных технологий в ущерб основным правам и свободам человека.

Ирина ЛЕБЕДЕВА

ertata