Ермоловская_Татьяна Голосов: 1 Адрес блога: http://ertata.ru/ Добавлен:

Фото Жизнь.

2013-07-30 22:00:28 (читать в оригинале)


































Фото из интернета


ertata

---

До встречи, друг...

2013-07-30 21:23:01 (читать в оригинале)

Смотреть это видео

Лирическая киноновелла. Смешной и трогательный рассказ о преданной собачке, которая помогла двум молодым людям найти друг друга.

Производство: Ордена Ленина киностудия Грузия-фильм, СССР, 1980 год.

Режиссер: Омар Гвасалия
Актеры: Вахтанг Кикабидзе, Лика Кавжарадзе, Нана Джорджадзе, Георгий Дадиани

ertata

---

БККР СССР. Грузинская кухня.

2013-07-30 20:57:51 (читать в оригинале)




















БККР СССР. Азербайджанская кухня.
БККР СССР. Армянская кухня.
БККР СССР. Белорусская кухня.

Смотри ещё:

Грузинская кухня
Грузинская кухня 2 часть
50 рецептов грузинской кухни
Грузинская кухня
Школа гастронома. Грузинская кухня


ertata

---

МОЗГОВЫВЕРТ

2013-07-30 17:28:36 (читать в оригинале)

Про «нос» «Розового жирафа» и другое


Хорошая жизнь невозможна без уважения к себе, своей стране, своему народу, а значит, и почтительного внимания к своему прошлому. Подчеркиваю, именно почтительного внимания, а не обезьяньего выискивания блох и болячек.

Л. Прозоров. Кавказский рубеж.

Представьте себе такую ситуацию.

Жил на свете некий американец. Переводчик. В том числе и с русского. Но вот не понравилось ему в его США, и он, как, кстати, нередко поступают жители этого государства, покинул родной кров и решил поселиться… ну, в России. Что тоже не такая уж редкость, должен вам сказать, – у нас для психики намного спокойней.

Поселился он и поселился. А чтобы не помереть с голоду, решил написать книжку и издать ее. Причем не какую-нибудь, а по истории США. И для детей, как наиболее благодарной аудитории.

И вот написал он книгу по истории США. На русском языке, естественно. Назвал он ее… мммм… «Калека». Книжка проста, как мычание теленка. Живет в США 1941 года мальчик. На четверть японец – но в Японии ни разу не был, себя называет американцем и говорит только на английском языке, а США считает лучшей страной мира. Ходит в скаутский отряд и мечтает служить в американской армии. И тут – начинается война с Японией! И жестокий калека-президент всех японцев отправляет в концлагеря – даже тех, у кого японской крови одна четвертая. А предварительно мальчика с позором выгоняют из скаутов, его отца – с работы, а разведка США пытается завербовать мальчишку, чтобы он в лагере стучал на остальных узников демократии. А тут еще мальчишка случайно узнает, что президент-то эту войну и спровоцировал, отдав на заклание свой собственный военный флот с тысячами моряков…


Кстати, в этой книжке нет никакой фантастики – ровно так все и было в истории США.

Но теперь представьте себе дальнейшую ситуацию.

Начнем с того, что у нас книжку не объявили ксенофобской и нетолерантной – а номиновали, премировали и, так сказать, расцеловали. А вскоре уже американское издательство… ну… «Голубой Слон» эту книжку переводит на английский язык. После чего заявляет, что писатель – гордость США, что книжка крайне нужна для понимания родной истории детьми 12–15 лет, что она появится во всех школьных библиотеках и будет рекомендована к прочтению, что издательство на этом не остановится и непременно организует массовые обсуждения и дискуссии среди юных читателей…

…На каком этапе издательство будет закрыто, а его руководство – затаскано по судам?

И с какого момента вы сами просто-напросто начали кричать «не верю!»?

А зря…

«Сталинский нос». Автор: Ельчин Евгений. Рекомендуемый возраст: от 12 до 15 лет
Впервые на русском языке выходит адресованная школьникам книга о событиях эпохи Большого террора. (рис вверху)

Написал ее (и создал иллюстрации) Евгений Ельчин. Он родился в Ленинграде в 1956 году, но в 1986 году эмигрировал в Америку. Личный и семейный опыт автора воплотились в «Сталинском носе», но не стоит искать в нем автобиографические черты. Вернее, если и искать, то всем нам, а также нашим бабушкам и дедушкам. Наше общее прошлое, фантасмагорически сгущенное, но оттого не менее узнаваемое, встает в этой книге вместе со всеми его исчезнувшими и до сих пор неизжитыми чертами.

«Сталинский нос» – это всего лишь один день из жизни обычного советского школьника Саши Зайчика. Но за этот день Саша успеет стать свидетелем ареста любимого отца, офицера НКВД, отрепетировать роль отрядного знаменосца, стать сыном врага народа, разбить бюст товарища Сталина, вызвать настоящий переполох в школе, спровоцировать арест учительницы, побывать объектом вербовки со стороны агента НКВД.

В этот день мир Саши Зайчика стремительно рухнул: все его представления о добре и зле, устойчивости и справедливости мироустройства рассыпались в прах. Оказалось, что за казенными фразами из газетных передовиц о «врагах народа» скрываются реальные, близкие люди. А сам ты, еще недавно слывший образцом для подражания, становишься изгоем, человеком, чье лицо замазывают чернилами на групповой школьной фотографии.

В конце книги, стоя на задворках знаменитого здания НКВД на Лубянке, в почти бесконечной очереди родственников арестованных, герой сталкивается с неплакатными, человеческими чувствами людей, чьи близкие попали в беду, и, наконец, обретает надежду.

Для издательства «Розовый жираф» «Сталинский нос» – очень важная книга. Мы понимаем, что публикация этой повести – лишь начало длинного и трудного разговора, который мы хотели бы вести с нашими читателями и их родителями, разговора, который, мы надеемся, начнется в семьях наших читателей.

Конечно, мы не ограничимся только выпуском книги – издательство планирует организовывать и проводить в библиотеках, школах, на литературных фестивалях дискуссии вокруг книги. И мы надеемся, что этот разговор важен не только для нас, но и для наших читателей, что они его поддержат и продолжат дальше – со своими друзьями, родными, близкими.

Книга вышла в 2011 году, и журнал Horn Book назвал ее одной из лучших книг года. В 2012 году «Сталинский нос» получил награду Ньюбери.

Вот что говорит про эту книгу поэт и публицист Лев Рубинштейн: «Сочинить книжку про самые мучительные и неотвязные эпизоды нашей истории, да еще и увлекательно, да еще и легким языком, да еще и для детей – задача, прямо скажем, мало выполнимая. А автор взял да и справился. Но есть и еще одна причина, по которой прочесть эту книжку совершенно необходимо: нет более надежных прививок от тяжких болезней, чем те, что прививаются в детстве» … http://www.pgbooks.ru/books/book/?ELEMENT_ID=7807


…Воплощение «сталинского» жизненного опыта автора, родившегося через три года после смерти Сталина. Я аплодирую. Премированное за океаном чудовище переползло этот океан и ищет мозги русских детишек, чтобы пожрать их, – какой голливудский сценарий!

Про таких, как автор «Носа», еще Альфонс Доде писал в своем «Тартарене...»: «Он на самом деле был участником кораблекрушения «Медузы» – в возрасте трех лет. Что, впрочем, не мешало ему в качестве очевидца в красках описывать плоты, голод, жажду и рассказывать, как он схватил капитана за горло и крикнул: «В ррррррубку, мэррзавец!» И это трехлетний-то ребенок, прах побери...»

И цели перевода и внедрения «творения» в школы и библиотеки обозначены достаточно ясно, причем уже не заокеанским беженцем, а нашими отечественными «литераторами». Вот эти цели:

1. внесение раздора в семью;
2. десоветизация сознания с детства;
3. отвратительное «педалирование» скверно пахнущей лживой темы «коллективной вины», необходимости «очищения через общее покаяние»;
4. осквернение русской истории;
5. привитие ненависти к Отечеству;
6. заражение толерастией через тяжко уродующую детей «прививку» (сравнение господина Рубинштейна очень хорошее в свете того, что мы знаем о нынешних прививках – их последствия у детей: дебилизм, аутизм, гидроцефалия, аллергии…)

Короче, воистину мучительное и неотвязное, как зуд при парше, желание в очередной раз унизить русский народ и лягнуть его прошлое.

И ведь всё это – под навязшим в зубах лозунгом «узнай правду!» и разглагольствованиями об «ужасах тоталитарного прошлого». А правда-то при серьезном взрослом рассмотрении оказывается чьей-то гипертрофированной обидой, смешанной с откровенной ложью, а зачастую еще и приправленной ненавистью к России. Воистину автор «сочинил книжку». Именно – сочинил. Не фантастику сочинил, что было бы понятно, – «сочинил» историческую книжку, что – ни в какие ворота, вообще-то. «Про мучительные и неотвязные» свои выдумки – не дай боги, дети ускользнут от «ловцов человеков» made in Horn Book, да и прочтут другие книги, про величие, отвагу, подвиги на войне и в дни мира, про полководцев, ученых и путешественников, про любовь к Родине и родному языку, и верную дружбу. Таких книг – много. Очень много. О них я немного скажу ниже.

А кстати… так ли уж одинок и г-н Ельчин? И на чьей стороне поддержка государства?

Помнится, есть такой господин Файнберг, автор книжонки «Сволочи», по которой подсуетились – фильм сделали. Тот фильм, награду за который Меньшов в сердцах шваркнул под ноги юным «артистам», исполнявшим главные роли в этой скверной антисоветской фантастике.

Так Файнберг заявлял одно время, что сам лично учился в диверсионной школе НКВД для подростков-смертников. Пока его не взяли за ворот компетентные… нет, не органы. Историки. И не спросили: где? когда? с кем? Ужом завертелся подданный ФРГ Файнберг и признался, что не было с ним такого и вообще такого не было, что учился он в летной школе, откуда его вышибли за нежелание учиться, а сюжет «Сволочей» он – выдумал. От и до. «Сочинил историческую книжку», да-да.

Но книжка-то эта – вышла. И фильм – сняли. И временами даже сейчас показывают по центральным каналам…

…Вообще должен отметить, что в современной РФ напечатать историческую – не околоисторическую, не «на историческом материале», не псевдоисторическую, а именно добротную историческую книгу для подростков – очень трудно! Издатели отговариваются тем, что «нет читательского интереса» к такой теме. Но это лукавство. Во-первых, выложенные на интернет-ресурсах книги подобного направления стабильно читаются аудиторией, для которой они предназначены. А во-вторых… как видим, «Голубой Сл…», то есть – «Розовый жираф» деньги на издание откровенного злобствующего бреда, рассчитанного именно на подростков, – нашел. И уверен, что аудитория у книги будет.

А точнее – ее обеспечат.

Ну и как тут быть? Кому верить?..

…Вспоминая себя в 8–12 лет, я думаю, что был бы совсем иным без «Трех гор над Славутичем», «Пелко и волки», «Стрел Перуна», «На Поле Куликовом», «Были о ясном Стахоре», «Пушкаря Собинки», «Пути в Колу», «Верной Аниски», «Богат и славен город Москва!» – замечательных поэм в прозе Сергея Алексеева (еще ДО школы именно они, словно надежный и умный старший друг, буквально за руку провели меня по всей русской истории!) и многих-многих других книг, рассчитанных именно на мальчишек, которых надо было научить любить свою Родину и ее историю…

…Стоп!!! Так не в этом ли дело?! Не в страхе ли «деятелей культуры» перед историей русского народа и нашей страны – вообще?! Недаром «взрослые» собратья Ельчина не стесняются изображать всё прошлое нашего великого Отечества как цепь тупости, злобы, лжи, неудач, подлостей, низкопоклонства и всего самого мерзкого на свете. Как встала на дыбы «творческая элита», когда кто-то во власти робко заикнулся о необходимости написанного с патриотических позиций общего для всех школ учебника истории! Как забрызгала ядовитой слюной про «объективность»! Как завыла и затопала копытами, замахала хвостами, свирепо морща пятачки, дыбя рога и смердя серой! Как можно?! 282-я! Патриотизм русских – это заведомый фашизм! Мы не допустим!

И – зарубили проект.

А теперь «разоблачительская» поделка готова и для детей. Чтобы и у них история предков уже изначально ассоциировалась всё с тем же – тупостью, злобой, ложью и так далее. Чтобы они и помыслить не могли о том, что как раз они-то, а не их «сталинские» ровесники, и живут в неправильном мире, где их детство – товар и приманка.

***

Вообще есть такая печальная и интересная одновременно статистика – я ее приведу, а вы посмотрите. Опрос этот делался в пяти областных центрах Центральной России в декабре 2011 года (ничего более свежего у меня сейчас нет).

Вот так…

…Не столь давно деятели культуры и бывший еще кандидатом в президенты В. Путин предложили свои списки книг для обязательного чтения. Вот что пишут по этому поводу СМИ.

Лауреат «Супернацбеста» Захар Прилепин отметил, что ему интереснее было бы отметить ту литературу, которую не нужно рекомендовать школьникам. «При всем моем уважении к Солженицыну, я считаю, что «Архипелаг ГУЛАГ» нужно выключить из списка школьной программы и списка рекомендованной литературы, как и любую другую литературу, однозначно негативно освещающую мифологию страны, и однозначно трактующую историю 20 века, равно как и любого другого века. С подобной литературой нужно обращаться как можно аккуратнее. Не должны быть в списке и книги, положительно освещающие деятельность партии и правительства нашего времени. Но таких, слава богу, еще и не написали». Прилепин предложил обязательно включить в список сборник повестей Валентина Распутина, трилогию Дмитрия Быкова «Орфография», «Оправдание» и «Остромов, или ученик чародея», книгу Сергея Щаргунова «Ура!» «с зарядом подростковой, юной пассионарности», Хемингуэя, Томаса Манна, Экзюпери.

Президент фонда Александра Солженицына вдова писателя Наталья Солженицына считает, что общий список рекомендованной литературы обеспечивает школьная программа, а что-то сверх этого должна давать семья. Она отметила, что в семье Солженицыных есть такой список, составленный еще Александром Исаевичем: «Но я не буду им делится, чтобы не хвастаться. Ведь мои внуки очень рано начали читать, а у некоторых дети только в школе этому учатся. Знаете, в одной семье книг вообще не держат, в другой – покупают букинистические, и как можно таким разным детям давать один и тот же список? Это же абсурд».

Пермский писатель и сценарист Алексей Иванов уверен, что такой список должны составлять педагоги, «которые как профессионалы лучше знают, что нужно для детей». От себя лично он порекомендовал бы им внести туда книги Владислава Крапивина, Дениса Драгунского, «Над пропастью во ржи» Сэлинджера, приключенческие романы Дюма, фантастическую книгу Орхана Памука «Меня зовут Красный».

Писатель, лауреат премии «Большая книга»-2009 Леонид Юзефович хотел бы включить в этот список некоторые вещи его любимых писателей, которые, на его взгляд, незаслуженно остаются в тени читательского внимания. «Это некоторые вещи Николая Лескова – «Очарованный странник», «Запечатленный ангел», «Тупейный художник», роман Джозефа Конрада «Сердце тьмы», книгу рассказов Сомерсета Моэма «Эшенден, или Британский агент» – это странный взгляд очень умного человека на Россию 1917 года».

Дмитрий Быков отметил, что сам с удовольствием составил бы список рекомендованной литературы, куда непременно включил бы «Мертвые души» Гоголя, «Войну и мир» Толстого, «Петербург» Андрея Белого, «Медного всадника» и «Маленькие трагедии», «Бориса Годунова» Пушкина. «Обязательно включил бы туда Эмиля Золя. Его нужно читать – особенно нам, особенно сейчас, потому что картина жизни Второй империи чрезвычайно похожа на постсоветскую Россию. Из современных авторов я бы туда включил роман Алексея Иванова «Географ глобус пропил», «Черную обезьяну» Прилепина и в обязательном порядке – романы моего любимого питерского писателя Александра Житинского. Во всяком случае, его роман «Плывун» говорит о прошлом и будущем России больше, чем вся текущая литература».

Глава студии «Мосфильм» Карен Шахназаров убежден, что «в первую очередь любой подросток в нашей стране должен читать русскую классику. Не только Толстого, Достоевского,Чехова, но и «авторов второго эшелона, которых сегодня совсем не знают»: «У Лескова есть замечательные вещи, у Константина Станюковича. Я бы сделал упор на отечественную литературу, а к ней – определенный набор необходимых зарубежных авторов», – заключил режиссер.

Павел Лунгин считает, что в списке должны быть «древнегреческие мифы, без которых не может быть культурного человека». Кроме того, уверен режиссер, там непременно следует отвести место поэзии, потому что «если человек не начал читать стихи в юности, то он никогда не будет их читать – у него закрывается этот орган, и он почти что и не человек».

Режиссер Сергей Соловьёв напомнил, что сама идея списка не нова – еще Лев Николаевич Толстой составлял «Круг чтения». «Он указывал книги, которые надо прочитать каждому человеку, как и каждому русскому, который живет в России. Вообще, идея хорошая, человеческая. Но важно, каким будет список, что там будет указано. Это большая серьезная работа, дело интеллигенции, и это не должно быть частной инициативой, прочитать, скажем, «Капитал» Карла Маркса или поэму Пастернака «Лейтенант Шмидт». Критерии по подбору книг должны быть такие, чтобы формировалась в результате интеллигентная, свободная, умная личность. В России это осуществить не так уж сложно, мы живем в стране, великой своей литературой», – отметил он.

Мультипликатор Гарри Бардин озаботился тем, чтобы в списке не забывали Гайдара и Диккенса: «Хотя они отстоят от нынешнего времени далеко, но они для меня гораздо важнее, чем «Гарри Поттер». При этом он убежден, что «ни правительство, ни президент и даже ни кандидат в президенты не могут определять обязательные книги»: «Это очень личное и семейное дело. Иначе может получиться, что все опять будут читать Чернышевского или «Как закалялась сталь» Островского». Экзюпери надо читать и Льва Кассиля. Надо быть человеком мира, входить в культурную общечеловеческую среду. Но все это, конечно, очень индивидуально».

Художник, лауреат последней «Премии Кандинского» Юрий Альберт считает, что составление списка рекомендованной литературы –«инициатива довольно демагогическая и не самая актуальная на данный момент». По его мнению, книги должен каждый выбирать себе сам, и если государство составит список самых лучших книг, среди которых будут его любимые, все равно это будет безобразием. «Я сильно сомневаюсь, что в американских университетах употреблялось слово «западный культурный канон», потому что, насколько я знаю, они себя Западом не осознают, это мы знаем, что они – Запад. Во-вторых, тогда это было общественное движение, а не государственное», – пояснил Альберт.

Музыкант Андрей Макаревич признался, что идея списка удивительным образом совпадает с принципом его школьного учителя литературы, который считал, что любой человек среднего интеллектуального развития должен знать наизусть сто стихов: «При этом он не уточнял каких – начиная от «В лесу родилась елочка...» и заканчивая Маяковским или Бродским. Важно было то, что человек знает эти сто стихов, а это значит, что у него уже достаточно развитая голова и есть какое-то эстетическое сознание. И если человек прочитает сто книг, то не все же там будет помойка – что-то да окажется важным». По его мнению, есть книги, без которых этот список просто не обойдется – от Священного Писания до произведений Толстого, Чехова, Булгакова и Гоголя. «А все остальное – читайте кому что нравится: кому нравится Пелевин, кому Хемингуэй», – говорит Макаревич.

Его друг и коллега по «Машине времени» Александр Кутиков сразу предупредил, что не будет оригинальным и предложил включить в список книг для молодежи Гоголя, Куприна, Чехова, Шолохова, тем более что музыкант в юности сам их с удовольствием читал.

Певец Иосиф Кобзон считает, что Владимир Путин сам должен предложить список, из которого уже можно будет выбирать и составлять сотню произведений, обязательных к прочтению. «А так это не разговор, можно предлагать все что угодно. Думаю, что я должен посоветоваться со своими внуками, которые еще учатся», – сказал он.

Композитор Григорий Гладков включил бы в список Библию, книгу Станиславского «Моя жизнь в искусстве» – «это хороший учебник даже необязательно для тех, кто хочет стать актерами или режиссерами», Чехова, Льва Толстого, «Москву и москвичей» Гиляровского, и обязательно – поэзию. «Без поэзии жить невозможно – к ней нужно приучать с самого начала. Из современных поэтов Александр Кушнер, из поэтов прошлого, несомненно, Пушкин – он учит всему, что только можно представить, ну и поэзия Серебряного века, конечно», – уточнил Гладков.

Праправнук Льва Толстого, директор музея-усадьбы «Ясная Поляна» Владимир Толстой посоветовал не забыть про «Маленького принца» Антуана де Сента-Экзюпери, «Анну Каренину» своего великого предка, «Что-то случилось» Джозефа Хеллера.

По мнению актера и режиссера Александра Калягина, первыми номерами в списке должны стоять «Мертвые души» Гоголя «как энциклопедия русской жизни», произведения Чехова и Пушкина – «в них, как в Библии, вся мудрость нашей жизни».

Руководитель МХТ им. Чехова Олег Табаков в первую десятку включил бы сборники стихов Пушкина, прозу и драматические произведения Гоголя, книги Толстого, Булгакова, Пастернака, «Тихий Дон» Шолохова, Астафьева, Солженицына, Вознесенского, а также нынешних современных авторов – Улицкую, Шишкина, Прилепина. «Сегодня уровень чтения ниже низкого. Студенты, которые приходят поступать в школу-студию МХАТ, не знают самых основных значительных писателей. Я в своей актерской школе, которую недавно открыл, даю после занятий время до 11 вечера специально для чтения. А потом прошу рассказать, что читали и что поняли. Это очень важно», – рассказал Табаков.

Народный артист СССР Юрий Соломин убежден: нечего мудрить – надо, прежде всего, прочитать русскую классику: Пушкин, Толстой, Тургенев, Гончаров, Гоголь, Чехов. «Это основа основ, как нотная грамота для музыканта. И, кстати говоря, это все было в нашей «старой» школьной программе, к которой полезно было бы вернуться», – считает Соломин.

Артист Евгений Миронов лучшей книгой, которую должен прочитать каждый человек, назвал «Бесы» Достоевского, «потому что в этом романе все сказано о нашей стране, о проблемах России, о людях, о дурном и хорошем в них». По его мнению, чтобы дать серьезные рекомендации на этот счет, нужно собрать совет по культуре и серьезно поговорить на эту тему…

…Между прочим, что я скажу. Пожелания-то сами по себе в основном вовсе неплохие. От души они, от сердца, или от холодного ума и желания выглядеть интеллектуалом – это уж я не знаю. Но – неплохие пожелания.

И всё-таки выскажу я свой взгляд на проблему.

Неплохие-то они неплохие – но в основном не для детей. Даже не для подростков. Да и не для юношества. Как выражаются блогеры – «не пожелания, а благодушный сфероконь в вакууме».

Я – не деятель культуры. И я вам так скажу – я вообще против составления подобных списков. Потому что я считаю:

1. Выбирать что читать вне рамок школьной программы, дети и подростки должны сами и только сами. Взрослые могут помочь, посоветовать, намекнуть, заинтересовать, увлечь примером, подсунуть книгу. Но не распоряжаться. Если вам не нравятся фантастика и триллеры, то… увы, это всего лишь значит, что вы их не читали.

А ведь что смешно – уже подготовлены методические рекомендации для учителей – как «подавать» какое произведение классики. Состоит оно почти из одних «перлов». Так, например, я узнал, что Гоголь своего «Ревизора» писал-де «иносказательно», что весь паноптикум чиновников – это, мол, «человеческие грехи», а Хлестаков… Сатана.

Приехали, как говорится.

Нет, мои дорогие. Не Сатана ничтожный человечишко, завравшийся хвастунишка Хлестаков, и не о персонифицированных грехах речь идет в знаменитой комедии. А о самых обычных бытовых чиновничьих скотстве, трусости, лизоблюдстве. И ясней ясного сказал об этом не кто иной, как император Николай Первый. Посетив премьеру «Ревизора», он сидел молча, внимательно глядя на представление, а по его окончании сказал свите печально и с каким-то стыдом: «Да, господа… всем досталось, а мне – более всех».

Жесткий и тяжелый в общении, император никогда никому не лгал – мог себе позволить такую роскошь, видимо. И уж тем более считал постыдным оправдывать себя.

И не потому ли так усердно напускают туман вокруг ясной темы нынешние собратья Городничих, Земляник и прочих Добчинских-Бобчинских? Не себя ли узнали? Они-то как раз другого не могут – не лгать, не красть, не брать взяток борзыми щенками, не пилить бюджеты богоугодных заведений. Вот и выдумывают откровеннейшую чушь, надеясь «впарить» ее нашим детям.

2. А в школьной программе нечего делать литскороспелкам вроде того же Солженицына. Да и вообще современной литературе там делать нечего. Даже «якобы уже признанной». Школьная программа по литературе должна состоять из произведений классики, из произведений авторов, которых время испытало хотя бы вековым рубежом (исключение – разве что книги о Великой Отечественной войне, но тоже, – испытанные советским строем. Не унылое пораженчество и интеллигентские хитроумствования должны быть каноном для темы «Великая Отечественная война», а Подвиг, Героика, Отвага, Несгибаемость, Вера). Программа – просто как глубокое и серьезное знакомство с культурным наследием России и человечества (в таком порядке). Не для получения удовольствия, не для привития интереса – просто чтобы дети знали этих авторов и эти книги. Грубо говоря – вызубрили их. У многих и интерес появится – но позже и – сам. А пока не стоит благодушествовать – 999 учащихся из 1000 по доброй воле ни Тургенева, ни Гончарова и иже с ними – в руки не возьмут. Неинтересно им это.

Поясняю коротко. Вы думаете, я в школе обожал классику – я, до беспамятства любивший литературу как урок и чтение как занятие? Терпеть я классику не мог! Что зарубежную, что отечественную. Читал только то, что было нужно по программе. Или то, что прочел – у Пушкина, Лермонтова, Толстого – еще в дошкольном детстве (а прочел я много).

Интерес пришел после школы. И ведь далеко не сразу после школы! И сейчас я не представляю, как жил бы без Шекспира, например. Это не слова. Я действительно преклоняюсь перед этим гением. А Пушкин? Лермонтов? Лесков?

Но всех их я понял и принял полностью – не в школе. В школе я – узнал о них. Мне внушили, что они титаны, и я принял это на веру.

И отлично, что именно так. Так и должно быть.

3. Обязательной должна быть в литературе тема русских былин. На нее надо отвести (вообще на мифы и легенды нашего народа) не один и не десять часов. Это куда полезней греческих мифов (весьма интересных) и тем более – Библии.

4. Ну, а тема патриотизма, любви к Отечеству должна проходить через литературу в школе красной нитью, да простится мне это избитое сравнение…

…Но о чем я вообще говорю?! Мечты-мечты… Какой патриотизм, если, как я уже сказал, само слово «русский» пытаются снова и снова объявить признаком преступления или названием огромной националистической ОПГ?!

Ярчайшая история, хорошо показывающая массовую дерусификацию учебного процесса, произошла весной в городе Нижнекамске – городе, где все продолжавшиеся двадцать с лишним лет попытки создать «чисто татарские» школы провалились с треском, потому что в такие школы детей не хотели отдавать даже татары. Зато на «обычных» школах местная власть «оторвалась», впихнув в учебный план 5 часов татарского языка еженедельно – против 2 часов русского.

По-моему, последними жертвами национлингвоизуверства оказались двое русских мальчиков, братьев (старший и младший), оставленных после окончания 2012/13 учебного года в 7 классе на второй год из-за «академической задолженности по татарскому языку и татарской литературе». За год до этого младший из братьев экстерном сдал предметы за следующий класс, чтобы учиться вместе со старшим, – то есть ни о какой плохой успеваемости мальчиков речь не идет. Просто их мать сделала то, на что не решаются большинство русских родителей в национальных республиках – прямо заявила, что детям неупотребительный, сугубо региональный язык просто не нужен. Он – лишняя трата времени и сил.

За это ей отомстили. Были и угрозы отобрать детей, лишить ее родительских прав (а как же без этого тайм-брэнда?!). А суд вынес следующее официальное постановление: «Согласно пункту 10 приказа № 5582/12 от 10.05.2012 «О порядке окончания 2011/2012 учебного года, подготовке и проведении государственной (итоговой) аттестации выпускников общеобразовательных учреждений Республики Татарстан» учащихся М. А. и С. Н., имеющих академическую задолженность по двум предметам (татарский язык, татарская литература) оставить на повторное обучение». Если кому интересно знать больше – полностью эта история, например, тут.

У двух русских пацанов в России отнимают год жизни за задолженность по татарскому языку и татарской литературе. Хорошо еще – пока не отнимают их самих из семьи… В сущности, такие вот действия есть открытая попытка либо заставить русских уехать, либо ассимилироваться. С 5–6 лет, когда в детских садиках им начинают пихать в голову совершенно чужой и НЕНУЖНЫЙ НИГДЕ язык, затыкая протестующим родителям рот воплями про «фашизм» и «разжигание»…

…На минуточку можете себе представить, что английского мальчика, живущего в Уэльсе, оставляют на второй год за незнание валлийского? Притом что валлийских школ в Уэльсе полно, а валлийский считается вторым официальным языком, на нем дублируются все надписи в общественных местах и вся документация.

Правильно, представить такое нельзя. Так как ясно сказано, какой язык является в Великобритании государственным и преподается во всех школах в обязательном порядке, – АНГЛИЙСКИЙ. (К слову, в России – РУССКИЙ!) А остальные языки в системе образования преподаются факультативно.

И что интересно… 50 лет назад на валлийском говорила едва ли десятая часть тех, кто моложе 21 года. Сейчас – четверть этой же возрастной категории. При этом никто не кричал об английском фашизме, никто не вводил в школах обязательный валлийский язык, никто не оставлял на второй год англоговорящих детей и не принуждал их родителей пихать в головы чадам зубодробительные для англосакса «tha an gàrradh a’coimhead uabasach math am bliadhna» и «chan eil an aimsir cho math agus a chleachd i», которые ему никогда в жизни нигде в мире не пригодятся. Валлийцы поступили проще – стали организовывать в школах и коммунах кружки – лингвистические, танца, национальной одежды, ролевой истории. Использовали телевидение и радио – не для навязывания языка англичанам, а для пропаганды среди валлийцев. И получили за полвека рост популярности почти умершего было языка в два с половиной раза – СРЕДИ МОЛОДЕЖИ! И НЕ получили раскола общества и ненависти англичан.

А у «татарских просветителей» есть, видимо, четкое понимание: если они завтра разрешат родителям и детям выбирать языковую сферу обучения, то их двадцатилетний грандиозный эксперимент по дерусификации региона кончится за год. От
изучения «татарского языка» (по секрету вам скажу – это не татарский язык, а казанский диалект – увы, но татарский язык так и не вышел за пределы «бытового» языка и не оформился как единое целое: он состоит из трех крупных диалектов. Казанский диалект был «назначен татарским языком» в начале 90-х годов ХХ века, и сейчас в школах дети – и русские, и татары – презрительно именуют отнимающий у них нервы и бесценное учебное время предмет «таткой») убегут не только русские, мордовские, чувашские, башкирские дети, но и практически все татарские. Пропагандировать же что-то в честной борьбе, без административного ресурса, как их валлийские собратья, – чиновники-нацисты, увы, не могут. Нет таланта. Поэтому остается только выносить идиотические судебные постановления и истерично кричать: «Пусть русские будут благодарны, что у нас не как в Чечне!»

А это, между прочим, – националистические угрозы. Знаменитая 282-я статья, если кому интересно. Но, похоже, чиновникам на это плевать – они уже сляпали указ, согласно которому знание татарского языка будет обязательным для всех госслужащих. Ну а к началу 20-х годов на татарском языке «должна говорить вся республика».

«Блажен, кто верует – тепло ему на свете!» И этом, и том.

***

И, возвращаясь к началу статьи.

Во-первых. Не худо бы руководству КПРФ обратить на этот «Нос» самое пристальное внимание. И добиться-таки того, чтобы книга никогда не вышла. Просто потому, что она формирует у юных граждан России неправильное, негативное отношение к собственной истории и оскорбительна для всех нас. Потому что она и есть то самое «обезьянье выискивание блох и болячек», о котором говорил замечательный историк Лев Рудольфович Прозоров. Особенно опасная потому, что направлена на тех, кто еще не сформировал умения критически мыслить и верит взрослым.

По крайней мере поднять этот вопрос стоит на высоком уровне.

И во-вторых. Почему бы не найти деньги на издание 8–10-тысячным тиражом хорошего, красочного, иллюстрированного сборника художественных произведений о Сталине? Именно рассчитанных на детей и подростков. Найти их легче легкого, скомпоновать сборник – тоже не составляет особого труда. Это может любой девятиклассник. А могу и я взяться. И этот сборник раздать в дар от КПРФ по «надежным» школьным библиотекам – такие есть. Туда, где его не запихнут в задние ряды и не уничтожат, трясясь от страха и ненависти, втихую на заднем дворе.

Нужное дело, ей-ей.

Олег ВЕРЕЩАГИН. «Улики»

ertata

---

Царь Алексей Михайлович.

2013-07-30 00:24:11 (читать в оригинале)


Царь Алексей Михайлович с боярами на соколиной охоте близ Москвы. Сверчков Н.
В.Шамбаров. Правда варварской Руси. (Оклеветанная Русь) 2006 г. Гл. I Эпоха авантюристов
В.Шамбаров. Правда варварской Руси. (Оклеветанная Русь) 2006 г. Гл. II На границах тревожно.

Царевич Алексей родился 19 марта 1629 г. Как велось на Руси, до пятилетнего возраста воспитывался на «женской» половине дворца под опекой мамок и нянек, потом перешел на «мужскую». Получил неплохое для своей эпохи образование. Его обучением занимались В.Н. Стрешнев, дьяк В.С. Прокофьев, подьячий В.Г. Львов. Он освоил чтение, письмо, основы географии и арифметики, церковное пение. Много читал, уже в 10 лет его личная библиотечка насчитывала 13 томов — там была православная литература, «Букварь» Василия Бурцева, изданные на русском языке в Польше «Грамматика» и «Космография». Позже это собрание непрестанно пополнялась. А руководил его воспитанием «дядька» (иностранцы называют его гофмейстером) боярин Борис Иванович Морозов.


Он являлся одним из богатейших людей России и считался «западником». Охотно общался с чужеземцами, принимал их у себя, а свой дом обставлял по европейским образцам. Выписывал заграничную мебель, книги, механические диковинки, украшал стены картинами голландских мастеров. Впрочем, стоит иметь в виду, что никакой российской самоизоляции и ксенофобии в действительности не существовало. Уже и в XVII в. в нашей стране жило и служило множество иностранцев, и «западничество» Морозова никого не смущало. В противном случае разве оставили бы его «дядькой» наследника престола? Он и для царевича заказал немецкий костюмчик и детские доспехи европейского образца. Это тоже никаким грехом не считалось. Хотя не воспринималось и идеалом, к которому зачем-то надо стремиться. У них — свое, у нас — свое. Само собой подразумевалось, что немецкое платье — лишь забава, маскарад. Алексею и в голову не пришло бы, что в таком костюмчике можно пойти в церковь или на официальные торжества.

Но Морозов умел не только развлекать наследника — он также учил его военному делу, основам дипломатии и русского права. Развивал самостоятельное мышление, ввел метод бесед, обсуждая с ним те или иные вопросы и настаивая, чтобы он сам находил ответы. И Алексей рос умным и энергичным юношей. Как и его отец, любил верховую езду и охоту. Очень интересовался религиозными делами. Другом его детства стал постельничий Федя Ртищев — он был на два года старше Алексея и рос вместе с ним. Его современники называли «священномудрым» и «евангельским» человеком. Он и впрямь был необычной личностью — не имел врагов, прощал любые обиды, был начисто лишен алчности и честолюбия. Через Федора Алексей приглашал и любил слушать странников, паломников в святые места, ученых священников и монахов.

1 сентября 1643 г., на праздновании Нового года, Михаил Федорович официально «объявил» народу сына в качестве преемника. А в июле 1645 г. ему уже пришла пора заменить на троне отца. Кстати, полный титул царя был тогда очень длинным. «Великий государь, царь и великий князь Алексей Михайлович, всея России самодержец, Владимирский, Московский, Новгородский, царь Казанский, царь Астраханский, царь Сибирский, государь Псковский, великий князь Тверской, Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский, и иных, государь и великий князь Новагорода Низовыя земли, Рязанский, Ростовский, Ярославский, Белозерский, Удорский, 06дорский, Кондинский и всея северныя страны повелитель, государь Иверския страны, Карталинских и Грузинских царей и Кабардинския земли, Черкасских и Горских князей и иных многих восточных, западных и северных государств и земель отчичу, дедичу и наследник, государь и обладатель».

Тут, правда, надо учитывать, что в XVII в. не только в России, а и во всем мире титулам придавалось первостепенное значение. От титула монарха зависел и рейтинг всего государства. Казалось бы, мелочь на сегодняшний взгляд — имя какого правителя в договоре должно стоять первым, а какого вторым? Чей посол сидит «выше», а чей «ниже» на приемах? А в ту эпоху на подобных «мелочах» строилась вся система международных отношений. Уступить первенство в «чести» одному значило тут же вызвать аналогичные претензии со стороны других государств, считающих себя не ниже тех, кому уступили. И уже твоя держава, глядишь, скатится далеко вниз в дипломатической иерархии.

Титул был неотъемлемой частью политики. Так, владетель крохотного Шлезвиг-Гольштейна именовался «герцог Шлезвигский, Голыптейнский, Стормарнский и Дитмарсенский, граф Ольденбургский и Дельменгорстский». И пропустить в официальном документе, скажем, «графа Ольденбургского» означало усомниться в правах на обладание Ольденбургом. Это было смертельное оскорбление, такого повода вполне хватало для войны. Точно так же и у французского короля титул включал все его провинции — он был одновременно дофином Дофине, дофином Валентинуа, графом Прованским, графом Барселонским и т.д. и т.п. Как нетрудно увидеть, титул русских царей сложился исторически — он «рос» по мере присоединения к Москве Твери, Новгорода, Рязани. При Иване III, на начальном этапе подчинения сибирских племен, добавлялись «Обдорский», «Кондинский». Потом поняли, что уж слишком длинно получится, и закруглили общей фразой насчет «иных восточных и северных земель». Хотя то, что уже успели включить — оставили. Некоторые части титула не означали реальных владений, а были символическими или выражали претензии государств. Отсюда осторожная формулировка насчет «западных земель». А властители Грузии при Федоре Иоанновиче уступили царю титулы в обмен на материальную помощь. Претендовать на суверенитет над Грузией Москва в обозримом будущем не собиралась, но титулы приняла — запас карман не тянет, авось пригодится. Аналогичным образом, например, герцог Туринский носил титул короля Кипрского, купленный у наследников Кипра, давно принадлежащего туркам (и благодаря этому котировался в дипломатии выше «просто» герцогов).

Разумеется, несмотря ни на какую подготовку, 16-летний мальчик, убитый горем после смерти отца, не смог бы сразу подхватить всю массу государственных дел. Но царь на Руси правил не единолично. При нем постоянно действовал коллегиальный законосовещательный орган — Боярская Дума. А в отличие, допустим, от британских или французских пэров, на Руси боярство было не титулом, а чином, который присваивался персонально. Представитель знатного рода начинал службу в звании новика или стряпчего. Достойных производили в стольники. Следующей ступенью были окольничие — они были «около» царя и уже входили в Думу. А уж дальше, если заслужили, жаловалось боярство. Выходцы из 16 самых высоких родов имели право стать боярами, минуя чин окольничего, а кого-то жаловали по родству с царем и его близкими. Но за особые заслуги боярами могли стать и не аристократы. И к тому же в Думу входили еще думные дворяне (выходцы из мелких помещиков) и думные дьяки — из служилых чиновников и простонародья. Такие чины достигались только персональными способностями. Так что в целом состав Боярской Думы был весьма компетентным и работоспособным. Например, в середине XVII в. в ней насчитывалось 29 бояр (5 не из знати), 24 окольничих, 6 думных дворян и 4 думных дьяка.

Игорь Машков. "Царь Алексей Михайлович и Патриарх Никон"
Конечно, орган из 60 с лишним человек был бы слишком громоздким для текущей работы. Поэтому существовала более узкая, «Ближняя» или «Малая» дума при царе. Она-то и выполняла функции правительства, прорабатывая вопросы и вынося их на обсуждение Боярской Думы. После чего выносилось решение с формулой: «Царь повелел, и бояре приговорили». Исполнительную власть осуществляли на Руси приказы, аналог «министерств и ведомств». В разные годы их насчитывалось от 30 до 50. Так, Посольский приказ ведал иностранными делами, Разбойный — уголовными, Большой Казны — финансами. Штаты этих учреждений были минимальными: два-три дьяка (старшие чиновники), несколько подьячих (их помощников) и писцов. Весь центральный «бюрократический аппарат» насчитывал 600 — 1000 человек. И ничего, справлялись! В административном отношении Россия делилась на уезды и волости. В уезды назначались воеводы, им подчинялись волостные тиуны. Вот так, в общих чертах, выглядела «вертикаль власти» — которая, как уже отмечалось, дополнялась земскими «горизонталями».

Алексею Михайловичу сразу же пришлось столкнуться с очень сложными проблемами. Несмотря на мирный договор с Турцией, крымцы не оставляли планов сокрушить донских казаков и потеснить русских. И в июле, когда еще звонили погребальные колокола по Михаилу Федоровичу, царевич Девлет-Гирей Нуреддин с войском из 5 тыс. всадников задумал прощупать наши рубежи. Россия в это время усиливала обороноспособность Дона. Здесь находились воеводы Кондырев и Красников с 4 тыс. стрельцов и «новых казаков», навербованных из добровольцев. Отстраивалась и укреплялась новая казачья столица, Черкасск. Его-то и решили разгромить крымцы. Скрытно подобрались к городку и внезапно напали на него. Но царские ратники и донцы быстро сумели сорганизоваться и дали отпор. Нуреддин отступил на Кагальник.

Атаманы Петров и Васильев с воеводами пришли к мнению, что налетчиков надо проучить. На татар выступило объединенное войско из 7100 человек. На стругах и берегом спустились по Дону, оставили суда, совершили бросок через степь и внезапно обрушились на вражеский лагерь. Неприятель стал откатываться к Азову, запросив оттуда подмогу. Из города выступил турецкий паша с 6 тыс. янычар и спагов (отборная поместная кавалерия). И теперь уже на нашу рать навалились почти вдвое превосходящие силы. Многие «новые казаки» и стрельцы были необстрелянными, набирались они из всякой вольницы. Часть их ударилась в панику, побежала. Достигнув стоянки стругов, беглецы захватили их, а некоторые порубили, чтобы турки не смогли ими воспользоваться, и удрали вверх по Дону.

Но остальное войско устояло, упорно отбивая атаки. Нуреддин понес большие потери и, выйдя из боя, повел своих всадников в Крым. После чего и паше осталось лишь повернуть обратно в Азов. Атаманы и воеводы бросили свою конницу на преследование татар и трепали их арьергарды до самого Перекопа, а пехота 6 августа возвратилась в Черкасск. С донесением в Москву поехала станица во главе с атаманом Васильевым. Молодой царь действия одобрил, в ответной грамоте похвалил «бившихся честно». И послал «нашему Донскому Войску, атаманам и казакам, нашего царского величества знамя». Дезертиров было велено бить кнутом, «чтоб такое воровство другим было не в повадку». А на будущее ставилась задача: «Крымцев и ногаев воевать, а с турскими людьми под Азовом жить мирно». То есть требовалось не провоцировать Османскую империю, но и ее хищным подданным Москва больше спускать не собиралась.

Правда разбор этого дела и выработка решений вряд ли производились самим царем. На него обрушилось новое горе. Его мать, Евдокия Лукьяновна, была женщиной скромной, незаметной, всегда держалась в тени. Но настолько сильно любила мужа, что пережила его всего на 5 недель. Алексей почти в одночасье стал круглым сиротой. И был настолько потрясен, что вместо положенных 40 дней решил принять годичный траур по родителям. Однако траур — трауром, а жизнь продолжалась. И уж тем более не ждали государственные дела. В Москве собрался Земский Собор, утвердивший царствование Алексея Михайловича и принесший ему присягу от «всей земли». А траур стал удобным предлогом замять затянувшийся скандал с Данией. Принца Вольдемара без лишнего шума выпроводили на родину — теперь свадьба царевны Ирины отменилась как бы по «уважительной причине», без «урона чести».

Итальянский посланник Кальвуччи зарисовывает любимых соколов
царя Алексея Михайловича. А. Литовченко
Смена царя вызвала и большие перестановки в правительстве. Прежнее руководство, составлявшее костяк Ближней думы — Иван Черкасский, Федор Шереметев, Никита Романов — было постепенно оттеснено на второй план. Оттеснили и Стрешневых, родственников матери царя. А на роль фактического главы правительства выдвинулся воспитатель Алексея Морозов. Он возглавил приказы Большой Казны, Стрелецкий, Аптекарский и Новой Чети (ведавший доходами от винной монополии). Руководить Посольским приказом был поставлен доверенный человек Морозова, думный дьяк Назарий Чистый. Возвысились князья Львов, Одоевский. Поднялся по служебной лестнице и Алексей Никитич Трубецкой. Он успел зарекомендовать себя на воеводстве в Тобольске и Астрахани, организуя оборону от степняков. Хорошо командовал войсками при строительстве засечных черт и угрозе войны с Турцией. Теперь же царь приблизил его к себе и произвел из окольничих в бояре.

Надо сказать, что переменами на российском троне и при дворе попытались воспользоваться многие соседи. На этом решили сыграть, например, поляки. Они учли ухудшение отношений нашей страны с Данией, Крымом, и в Москву прибыл посол Стемпковский, который повел себя довольно нагло. В ультимативном тоне снова поднял вопрос о спорных территориях, потребовал выдачи православных перебежчиков украинцев. Но от агентуры Ордина-Нащокина Посольский приказ располагал исчерпывающей информацией, что Дания, разбитая шведами, угрожает России только на словах, а на более серьезные акции не способна. Известно было и о разногласиях у самих поляков, о том, что воевать они не готовы и не собираются. Словом, было ясно, что Варшава просто хочет взять Москву «на пушку». И правительство заняло на переговорах твердую позицию, на все выдвинутые претензии Стемпковский получил категорический отлуп.

«Прием иностранного посольства царем Алексеем Михайловичем. Неизвестный автор
Активизировался и персидский шах Аббас II. Он не оставил замыслов своего деда и отца подчинить Северный Кавказ. Действовал исподтишка. Влезал во внутренние дрязги дагестанских и кабардинских князей, старался стравливать их между собой, чтобы поддержать ту или иную сторону, добиться роли арбитра. Но подобная практика ему мало помогала. Горцы знали, какие налоги дерет шах со своих закавказских подданных, и предпочитали номинальное подчинение царю. И Аббас, понадеявшись на «междуцарствие» в Москве, предпринял силовое вмешательство. Для начала задумал отстранить от власти уцмия Кайтага Рустам-хана, послал в Дагестан отряд, но горцы его разбили. Взбешенный шах отправил большое войско. Оно погромило Дагестан, изгнало Рустама, а на его место посадило ставленника персов Амир-хана Султана. Аббас планировал сделать Кайтаг плацдармом для дальнейшей экспансии, иранцы начали строительство своей крепости в селении Башлы. Но остальные дагестанские властители сразу обратились к царю. Эндереевский князь Казанлип писал: «Яз с кизилбашскими (т. е. персидскими) и с Крымом и с турками не ссылаюсь, холоп ваш государев крепкий. Да бью челом вам, Великий Государь: токо учнут меня теснить кизилбашеня или иные наши недруги учнут на меня посягать, и вам бы, Великому Государю, велеть мене дать на помощь астраханских и терских ратных людей и Большому Ногаю помогать».

Москва отреагировала весьма решительно — терскому воеводе был послан приказ привести войска в боевую готовность и выступить при первой необходимости. На Терек пошли полки из Астрахани и Среднего Поволжья. А шаху был предъявлен ультиматум — немедленно очистить Дагестан. Аббас понял, что воцарение Алексея не вызвало шатости и ослабления в России, увел войско и отказался от своих проектов. Это чрезвычайно подняло авторитет нового государя. Ему присягнули на верность Тарковский шахмал Суркай, Аварский хан, Эндереевский князь и зависимые от них правители чеченцев, присягнули кумыцкие князья, в Большой Кабарде — мурзы Алегуко и Ходжуко Казиевы, в Малой — князья Шолоховы, Мударовы, Ахлововы, присягнула Анзорова Кабарда, мурза Ларе Салтан в Дарьяльском ущелье, присягнули абазины. И даже поставленный персами Кайтагский уцмий Амир-хан Султан, струсив, заверял терского воеводу, что готов быть «под его царскою и шах Аббасова величества рукою в опчем холопстве», а ежели шах не будет против, то и в царском «неотступном холопстве».

Крымцы тоже не прекратили попыток испытать на прочность русские рубежи. В декабре стало известно, что к границам со значительными силами приближаются царевичи Калга и Нуреддин. Большим воеводой (главнокомандующим) в Тулу был назначен Алексей Трубецкой — с задачей встретить и отразить врага. Он опять показал прекрасные полководческие качества, сумел быстро собрать войска и сосредоточить их на нужных направлениях. И татары, узнав об этом, на рожон не полезли. Ушли прочь.

Новое правительство продолжило курс по закреплению на Юге. В 1646 г. Алексей Михайлович издал указ, разрешавший вольным людям всех сословий уходить на Дон. Причем царь, как и его отец, считался с казачьими традициями, не вмешивался в самоуправление Войска Донского и сохранил юрисдикцию «войскового права». Признал даже закон «с Дона выдачи нет». Впоследствии эмигрант Котошихин писал: «А люди и крестьяне, быв на Дону хоть одну неделю или месяц, а случится им с чем-нибудь в Москву отъехать, и до них впредь дела не бывает никому, потому что Доном от всех бед освобождаются». Но считать, что казачество множилось за счет беглых, глубоко неверно. Они могли селиться на Дону, и только. А казаками становились лишь те, кого принимало Войско — кто хорошо проявил себя, отличился в боях, стал своим в казачьей среде. На Дону увеличивались и контингенты царских войск. В дополнение к отрядам Кондырева и Красникова в Астрахани стал собирать ратников князь Семен Пожарский, а по городам южной окраины — стольник Григорий Ромодановский.

Но правительство дало понять, что ограничиваться пассивной обороной больше не намерено. В Стамбул было отправлено посольство, и когда великий визирь попытался очередной раз предъявить требование изгнать казаков с Дона, ему было твердо заявлено, что о том и речи быть не может. А вот с Крымом Москва поддерживает отношения только благодаря «дружбе» с султаном, и на все враждебные вылазки татар будет отныне отвечать тем же. Слова были подкреплены силой — началась подготовка похода на Крым. В 1646 г. Трубецкой получил назначение не только «большим», а еще и «дворцовым» воеводой, под его начало передавался личный царский полк. И государь приказал «быть в сходе» в Туле как поместному ополчению, так и отборным войскам — стрелецким частям, служилым иноземцам, «и драгуном, и солдатом». На созданной еще при Филарете судоверфи в Воронеже пошло строительство казачьих стругов.

Турки об этом узнали от пленного казака, под пыткой он сказал, что в Черкасске готовится 300 стругов и в Воронеже 500. Конечно, он запугивал своих мучителей. Струг брал на борт 50-70 человек, и 800 судов должны были бы везти как минимум 40-тысячную десантную армию. Что являлось явным преувеличением — во всем Войске Донском насчитывалось 15-20 тыс. воинов. Но на турок подобное известие подействовало ошеломляюще. Великий визирь взбеленился. Велел посадить русских послов в Семибашенный замок и кричал на них, что если хоть сколько-нибудь казаков выйдет в набег, «сожгу вас в пепел, и если хотите живыми быть, посылайте гонцов». Однако положение самой Порты было сложным. Война за Крит оказалась не столь легкой, как казалось. И ссора с Россией была для Стамбула совершенно некстати. Впрочем, и Москва не желала войны. На самом-то деле поход на Крым, защищенный безводными степями и мощными укреплениями Перекопа, был чрезвычайно трудным предприятием. Поэтому подготовка была, скорее, масштабной демонстрацией. И своей цели она достигла, турки пошли на компромисс. Царь отменил поход, а Порте пришлось признать включение казачьего Дона в состав России и приказать хану прекратить провокации.

Игорь Машков. "Царь Алексей Михайлович и Патриарх Никон"
Не прерывались и контакты России с другими державами. Посольства с объявлением о восшествии на трон Алексея Михайловича поехали в Англию, Голландию, Данию, Швецию, Польшу, к германскому императору Фердинанду III. Но кроме государств, с которыми у русских уже сложились традиционные связи, была предпринята попытка установить дипломатические отношения с Индией. Торговля с ней велась уже давно. Индийские купцы добирались до нашей страны через Бухару, имели свои подворья в Москве, Казани, Нижнем Новгороде, а в Астрахани им разрешили построить особый квартал с жилыми домами, складами, даже с действующим храмом Вишну. На Руси их называли «агрыжане» — от Агры, столицы империи Великих Моголов. И в 1646 г. к властителю этой империи Шах-Джахану было отправлено посольство во главе с Никитой Сыроежкиным. Хотя добралось оно только до Ирана. Аббас II находился с Шах-Джаханом в состоянии войны, да и отпор в Дагестане не забыл. Возможно, опасался, что русские могут сговориться с его врагом, и не пропустил посольство через свою территорию.

Еще одна дипломатическая миссия, дьяка Анисима Грибова, поехала в Центральную Азию. Посетила Джунгарскую державу, была принята при дворе хунтайджи Батура. Калмыки к тому времени потерпели серьезное поражение в Средней Азии, а с востока у них вырисовывался новый грозный враг — маньчжурская империя Цин. Батур понимал, что рано или поздно столкновение с ней неизбежно, поэтому охотно откликнулся на предложение России о нормализации отношений. Ему была передана грамота Алексея Михайловича на право беспошлинной торговли в городах Сибири, в Томске калмыцким купцам выделялось специальное место, а через Астрахань им разрешалось пригонять лошадей для продажи в Москву.

Историко-архитектурный комплекс "Симбирская засечная черта". Ульяновск.
Правда, западная ветвь калмыков, ушедшая в Волго- Уральские степи, вместе с ногаями и башкирами по-прежнему досаждала России набегами. Но система защиты от кочевников с помощью засечных черт уже показала высокую эффективность. И правительство приняло решение таким же образом прикрыться с востока. Для этого на р. Барыш была заложена крепость Корсунь, а на Волге — Симбирск. Они стали базовыми пунктами для строительства Корсунь-Симбирской линии протяженностью 165 верст. В лесистых местах она представляла собой сплошную засеку, непроходимую для конницы, а на открытом пространстве — ров и десятиметровый вал с частоколом. Через каждые 20—30 верст ставились острожки для дежурных подразделений, а в районе Тамбова Корсунь-Симбирская черта смыкалась с Белгородской. Таким образом все густонаселенные районы Центральной России оказались опоясаны единой системой укреплений.

В.Шамбаров. Правда варварской Руси. (Оклеветанная Русь) 2006 г. Гл. III Царь Алексей Михайлович.

Читай ещё:

Великая Стена России
Из истории Симбирского края
Уездные города Империи. Карсун.
Правда Руси
Греховная тайна боярыни Морозовой
Алексей-птицелов
Встреча царя Алексея Михайловича с Марией Ильиничной Милославской
Бракосочетание царя Алексея Михайловича и Натальи Нарышкиной
Государственный оборонный заказ в XVII веке


ertata