Александр Никонов Голосов: 1 Адрес блога: http://a-nikonov.livejournal.com/ Добавлен: 2008-02-12 15:28:55 блограйдером Lurk

Все Пучком!

2011-12-18 00:30:02 (читать в оригинале)

Мне прислали ссылку на отзыв экс-опера Пучкова, посвященный фильму "Жила-была одна баба". Отзыв разгромный. Потому что фильм Пучкову не понравился. По идеологическим соображениям. Они просты и прослеживались еще в рецензии Гоблина на михалковский фильм: кругом грязища и говно. Эта любимая песня Гоблина - про грязищу и говно - звучала и повторялась в той рецензии, звучит и повторяется в этой.
Действие, пишет Гоблин, "проходит в суровой грязище и в адском говнище". А уже в следующем абзаце опять: "...повторюсь, сплошь в говнище и грязище". Почему же Гоблин так любит развозить говнище и грязищу по своим рецензиям - просто морями разливанными? Не потому ли, что на фоне равнины говна можно вытарчивать этаким белым айсбергом?

Фильм "Жила-была одна баба" снимал хороший режиссер, уже доказавший свой профессионализм (он снял "Белорусский вокзал"). Режиссер 30 лет провел в архивах, изучая историю Гражданской войны и тамбовских крестьянских восстаний. Он компетентен. А Гоблин - лох. И тем не менее лох пытается специалиста поучать: "...на показанный в фильме момент (начало двадцатых - АН) коллективизацию ещё не проводили — за тридцать лет работы в архивах это можно было бы узнать и запомнить. Колхозы на тот момент были сугубо добровольные, председателей себе выбирали сами крестьяне."
Это фактическая ошибка Гоблина. Он в школе проходил, что сталинская коллективизация была в конце 20-х, и потому не знает, что обобществление крестьянского хозяйства большевики (красножопые обезьяны) начали проводить сразу после победы. И именно там, на тамбовщине! Разумеется, это сразу убило все производство.
Более 40 тысяч десятин земли было отдано под советские хозяйства. Цитирую документы той эпохи по архивному исследованию Михаила Капустина:
"На этих государственных фермах работали не только их собственные рабочие (около 30 тыс. человек), но и насильно мобилизованные крестьяне. Хотя Ленин и другие большевистские лидеры многократно и публично заявляли, что Советская власть решила не прибегать к принудительному труду для обработки земель государственных хозяйств, насильственная мобилизация проводилась в неограниченных масштабах. (См. – Тамбовская кооперативная газета «Трудовой союз», 1919, № 36–43, где дается полный отчет, основанный на выступлениях делегатов зимнего губернского съезда земледельцев Тамбова.) Но даже при всех этих чрезвычайных мерах советское хозяйство не только не является образцом для подражания, но и иллюстрирует развал и разорение деревни.
Вот несколько фактов. Урожай 1919 года оставлен под снегом, без присмотра, в скирдах, уничтожается грызунами на ссыпных пунктах и в амбарах. Большая часть скота в советских хозяйствах страдает от болезней и гибнет в огромных количествах. Многие поля в запустении. В итоге деятельность этих ферм сводится к нулю. По официальному заявлению упоминавшегося съезда земледельцев, советские хозяйства Тамбовской губернии к концу сельскохозяйственного года не только ничего не дали государству, но обратились к продорганам с просьбой о 2 млн. пудов корма для скота и людей. Всю зиму крестьяне под угрозой реквизиции были обязаны обеспечивать из своего скудного запаса корм для рабочего скота советских хозяйств. В 1920 году поля совхозов были вспаханы и засеяны большей частью с помощью принудительного труда дезертиров и крестьян, которых силой оружия заставляли возделывать не свои собственные земли, а поля советских хозяйств. Так было в деревне Мельгуны Тамбовской губернии, где вооруженная охрана находящегося по соседству сахарного завода блокировала все выходы из деревни и, стреляя в воздух, применяя насилие, заставила крестьян отправиться на обработку полей, принадлежащих мельгуновскому государственному сахарному заводу.
Крестьяне выражали естественное возмущение и спрашивали, «чем, собственно, большевистский социализм отличается от крепостного права». Вынужденные трудиться для совхозов и поставлять им фураж, крестьяне невольно забрасывают собственные хозяйства. В результате – резкое сокращение посевных площадей, даже по официальным данным, безусловно заниженным, достигает в Тамбовской губернии 15% крестьянских пахотных земель..."
Далее Пучков снова издевается над режиссером: "...вместо национальной трагедии, каковой является гражданская война и интервенция, на экране русофобская клоунада. Изъятая картошка мелковата — тут же расстрел! Ворвались красные в дом – всей толпой бросаются жрать со стола, запивая хозяйской самогонкой..."
Про мелкую картошку - исторический факт: "Зимой 1920 года губернский комиссар продовольствия Гольдин приказал, чтобы крестьяне сдавали прод-работникам картошку размером не менее чем яйцо, пригрозив, что, если она будет мельче, телега и лошадь, которые доставят урожай, будут конфискованы. Этот указ был не простой угрозой: лошадь и упряжь Романа Молодцова, крестьянина деревни Токаревка, были конфискованы за подвоз к Токаревскому складу мелкой картошки. В Больше-Липовецком уезде крестьянин, отказавшийся отдать хлеб, был зарыт в землю по пояс, и его держали в таком положении до тех пор, пока он не согласился расстаться с последним своим хлебом."
Равно фактом являются немыслимые издевательства большевиком (красножопых обезьян) над крестьянами. На смену прежним царским эксплуататорам пришли новые - во сто крат более жестокие. И это этологически понятно: вдруг попавшие на вершину иерархической пирамиды подонки (омеги) ведут себя на месте бывших вожаков с непомерным садизмом, вымещая на соплеменниках все свои былые унижения.
Так что Гоблин в очередной раз обосрался. А фильм смотреть нужно.