между альфой и омегой Голосов: 1 Адрес блога: http://fluffyduck2.livejournal.com/ Добавлен: 2016-06-09 03:20:20 блограйдером fluffyduck

СПб сегодня: большинство и меньшинства, крестный ход и гей-хоровод

2017-02-13 03:07:40 (читать в оригинале)

Оригинал взят у general_ivanoff в СПб сегодня: большинство и меньшинства, крестный ход и гей-хоровод

---

Искушение сепаратизмом. Как татарстанский политикум инициирует новый парад суверенитетов

2017-02-13 02:40:31 (читать в оригинале)



Если выстроить доминошные костяшки в цепочку одну за другой, а затем слегка подтолкнуть крайнюю, начнётся цепная реакция. Кажется, об этом знают все с самого детства – кроме, пожалуй, политиков из Казани, настаивающих на продлении договора о разграничении полномочий между Татарстаном и федеральным центром, срок которого истекает в июле текущего года. Такой договор у Москвы есть только с Казанью – даже Чечня не претендует на что-то подобное. Но это пока.

Если договор с Казанью продлят в его нынешнем виде, у российских регионов появится искушение. Искушение сепаратизмом.


Умному – намёк, а глупому – палка, – гласит народная мудрость. Воистину так. В конце января президент принял в Кремле Минтимера Шаймиева, бывшего главу Татарстана. И по случаю юбилея подарил карту древней Тартарии голландского картографа XVII века Виллема Блау. Тонкий намёк был, кажется, понятен и школьнику: у нас, у Москвы и Казани, общая культура и общая история (Путин, к слову, об этом на всякий случай прямо сказал, даря Шаймиеву карту). И, похоже, Шаймиев намёк понял правильно. В отличие от значительной части татарстанской элиты. Те истолковали подарок президента очень по-своему. «Татарстан сегодня маленький, а когда-то он был такой большой! – заходился в восторге вице-президент Академии наук Татарстана Рафаэль Хакимов. – Татария – это реальная база для того, чтобы возникла Российская империя. Мы просто думали, когда наконец российская общественность повернётся к своим реальным корням?» Ну а основе государства Российского однозначно положены совершенно особые, исключительные права!


«Великая Татария» чуть было не спровоцировала пол-России «на выход»

«Великая Татария» занималась фрондёрством на грани лютейшего местечкового сепаратизма всю первую половину 90-х годов. В августе 90-го депутаты Верховного совета автономной республики приняли декларацию о государственном суверенитете – причём безо всякого согласования с Москвой. В этом документе ни словом не оговаривалось, что суверенный Татарстан – составная часть РСФСР и СССР. Годом позже местные парламентарии провозгласили акт государственной независимости. А под занавес советской истории, в декабре 1991-го, Казань приняла декларацию о вхождении Татарстана в СНГ на правах учредителя. Затем последовал референдум, участникам которого предлагалось ответить на провокационный вопрос: «Согласны ли вы, что Татарстан – суверенное государство, субъект международного права, строящее свои отношения с Российской Федерацией и другими государствами на основе равноправных договоров?». Более половины респондентов – 61,4% – проголосовали «да, согласны». Плевать, что самопровозглашённые акты шли вразрез с основными законами РСФСР и СССР (что в 1992 году и зафиксировал Конституционный суд РФ). В марте 92-го Казань наотрез отказалась подписывать федеративный договор, а в мае провозгласила статус Татарстана как суверенного государства. Затем, правда, формулировки чуть смягчили: в договоре о взаимном делегировании полномочий с Российской Федерацией 1994 года Татарстан провозглашался объединённым с Россией ассоциированным государством с конфедеративным статусом. Лишь в апреле 2002 года Госсовет Татарстана принял новую редакцию Основного закона республики, приведённую наконец в соответствие с Конституцией России. Тем не менее в 2007-м Москва и Казань пролонгировали действие договора о разграничении полномочий с федеральным центром. И сегодня местные элиты настаивают на том, чтобы продлить договор ещё раз – с сохранением поста президента и конфедеративного статуса.

Тут крайне уместно напомнить, что повлекло за собой подписание договора 1994 года. Именно с этого момента в России начался «парад суверенитетов». Прочие регионы, прознав, что Казань урегулировала отношения с Москвой в особом режиме – практически как независимое государство с независимым государством, – ожидаемо возжелали чего-то подобного и для себя. И пошло-поехало. Борису Ельцину пришлось создавать специальную комиссию при президенте России – «по подготовке договоров о разграничении полномочий между федеральными органами государственной власти и органами государственной власти субъектов Российской Федерации». Возглавил эту комиссию Сергей Шахрай. В результате за четыре года было подписано 42 (!) таких договора с 46 российскими субъектами. Вакханалия закончилась, когда в июле 1998 года Шахрая на его посту сменил замглавы президентской администрации Владимир Путин. С тех пор больше не было подписано ни единого подобного договора.


Блох сепаратизма вывели, но они выжили и возродились

Помнится, когда в 2007 году договор между Москвой и Казанью пролонгировали в первый раз, эксперты предупреждали: желающих последовать за Татарстаном найдётся немало. Так и вышло: всколыхнулась Чечня, за ней Башкирия, а следом Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия, Дагестан, Ингушетия. Федеральным властям пришлось долго увещевать взалкавших такого же особого подхода: мол, Татарстан – исключение, компромисс. «Кремль хотел бы отойти от практики асимметричной федерации, когда одни субъекты имеют больше прав, чем другие, – разъяснял политолог Сергей Михеев. – Но сделать это слишком резко он не может. Не хватает политической воли, да и ситуация этому не способствует: «ломать через колено» национальные республики накануне выборов!» В итоге башкир и чеченцев кое-как уломали: мол, «особые отношения» с Татарстаном пролонгируются в последний раз.

А вот дальше что-то явно пошло не так. Договор с Татарстаном в 2007 году продлевали на фоне добровольно-принудительной кампании приведения местных законодательств в соответствие с федеральным. Прижали тогда и Казань – по новому договору природные ресурсы республики уже не провозглашались «достоянием и собственностью народа Татарстана». Вкладыш в паспорт «на государственном языке – татарском» оставили, изображение герба Татарстана – тоже. И закрыли глаза на то, что глава региона всё ещё именуется «президентом» – вразрез с федеральным законодательством. Но ресурсы – этого не замай! Казалось, что проблема регионального сепаратизма в целом исчерпана. Однако через несколько лет утихомирившаяся было глубинка вновь забурлила. Кульминацией этого бурления стало признание в прошлом году Конституционным судом Якутии правового статуса коренного народа республики. Конституция, признавал суд, защищает и обеспечивает неотъемлемые права коренного народа «на владение и пользование в соответствии с законом землёй и природными ресурсами». В общем, блохи, выловленные и уничтоженные федеральными властями в ходе «приведения в соответствие» местных законодательств, благополучно воскресли, заставляя Москву неприлично почёсываться. А за якутами уже заняли очередь буряты и башкиры – раз им можно, то почему нам нельзя?


Национальные руководители – «прогиб» Москвы?

То, насколько непросто федеральному центру придётся в борьбе с новыми очагами регионального сепаратизма, наглядно демонстрирует пример Бурятии. Отправленный на днях в отставку губернатор Вячеслав Наговицын («Наша Версия», к слову, ещё в декабре предлагала ему начать паковать чемоданы. – Ред.), по-видимому, долгое время манипулировал сепаратистскими настроениями, стремясь тем самым упрочить свою личную власть. В итоге местный хурал, в котором две трети состава – этнические буряты, буквально заискрил инициативами, начиная от неоднократно описанной нашим изданием «войны памятников» (отказ от возведения монумента казакам-первопроходцам и строительство мемориала Шептехею-Чепчугую – борцу с «российскими «захватчиками») до предложения пойти за Якутией и признать коренным народом бурят, закрепив за ними единоличное право владения всеми ресурсами республики. Сдерживать волну сепаратизма Наговицыну становилось всё труднее. Дошло до того, что Москве пришлось подыскивать ему сменщика по национальному принципу – депутаты хурала чуть ли не ультиматум такой поставили. Хотим, мол, во главе республики только этнического бурята! Предложенный им исполняющий обязанности главы Бурятии Алексей Цыденов – бурят по отцу, своего языка не знает, да ещё и не местный – читинский. Не факт, что местные «коренные» его примут, но согласитесь, что стремление федерального центра идти на уступки любой ценой налицо. А что прикажете делать, если в местных периодических изданиях нынче вовсю полощут «имперских захватчиков», а кумир местной молодёжи – недавно ушедший из жизни балерун Бакалин Васильев, прославившийся скорее не театральными постановками, а своей пещерной русофобией?!

Теперь, как полагает политтехнолог Роза Абдулина, «назначение бурята, хоть и читинского, выбьет почву из-под ног местных националистов – ни у одной из партий не осталось даже теоретического шанса разыграть на выборах национальную карту». Думается, однако, что всё не так-то просто: если депутаты хурала всё же продавят закон о коренном населении – продавили же аналогичный в Якутии! – губернатор, какой бы он ни был, едва ли сможет удержать ситуацию под контролем. И кстати: теперь, что же, Москве придётся расставлять новых назначенцев, руководствуясь в первую очередь этническим принципом? Не приведёт ли такой подход к ещё большей эскалации регионального сепаратизма?

КОНКРЕТНО
Проблема местечкового сепаратизма в Калининграде весьма актуальна. Предыдущее руководство проворонило тот момент, когда Калининград стали преобразовывать в Кёнигсберг, а теперь процесс уже идёт по накатанной. В последние месяцы многочисленные германские неправительственные структуры (в частности, фонды Бёлля, Науманна и Аденауэра) неустанно продвигают сценарии «большей самостоятельности» Калининградской области – разумеется, не в смысле последующего разжигания сепаратизма, а токмо ради святых идей демократии. Фонд Науманна навод­няет область всевозможными учебными пособиями, весьма двусмысленно трактующими прошлое и будущее российского региона. А Фонд Аденауэра тем временем проводит «конференции-совещания», на которых обсуждаются темы «гражданской безопасности» и «налаживания механизмов сотрудничества» (это выдержки из программы сентябрьского мероприятия под названием «Регион Балтийского моря: от планирования к совместным действиям», куратор – Клодия Кроуфорд). Участников конференции настраивают в том смысле, что истинное будущее региона – в Европе, а не в России. Тому же учат и школьников. Странно, что подобной учёбой не интересуются ни местные законодатели, ни правоохранители – дело явно пущено на самотёк. Зато, как только летом Татарстан вновь заручится особым статусом, в очередь за чем-то подобным могут выстроиться не только национальные субъекты, но и Калининград. А дальше – Приморье, даром, что ли, японцы засуетились с программой «экономической помощи» региону? Растащить Россию по кусочкам будет просто, если сработает принцип домино, и регионы посыплются, подобно доминошным костяшкам.

Источник: https://versia.ru/tatarstan-mozhet-sprovocirovat-rossijskie-regiony-na-novyj-parad-suverenitetov

---

Чьё бессилие показала Крымская война

2017-02-13 02:15:37 (читать в оригинале)

Севастопольские небылицы

«Еще одна такая победа, и у Англии не будет армии»

Восприятие Крымской войны подобно айсбергу. Все помнят со школьных времен верхушку: оборона Севастополя, гибель Нахимова, затопление русского флота. Судят о тех событиях, как правило, штампами, заложенными в головы многолетней пропагандой. Тут и «техническая отсталость» России, и «позорное поражение царизма», и «унизительный мирный договор». Канонической для советских учебников стала фраза «Крымская война показала гнилость и бессилие крепостной России» (В. И. Ленин. «Крестьянская реформа» и пролетарски-крестьянская революция»). Истинный масштаб и значение войны остаются малоизвестными. Многим кажется, что это было какое-то периферийное противостояние, далекое от основных центров России.

Упрощенная схема выглядит незамысловато: противник высадил десант в Крыму, нанес там поражение русской армии и, добившись своих целей, торжественно эвакуировался. Но так ли это?


Эжен-Луи Лами. "Битва при Альме 20 сентября 1854 года"


И примкнувший к ним Шамиль

Против России тогда выступили три империи (Британская, Французская, Османская) и одно королевство (Пьемонт-Сардиния). Что такое Британия тех времен? Гигантская страна, промышленный лидер, лучший в мире военный флот. Что такое Франция? Третья экономика мира, второй флот, многочисленная и хорошо обученная сухопутная армия. Союз этих двух государств уже давал такой резонансный эффект, что объединенные силы коалиции располагали невероятной мощью. А ведь была еще и Османская империя.

Да, к середине XIX века золотой период остался в прошлом и ее даже стали называть «больным человеком Европы». Но это говорилось при сравнении с самыми развитыми государствами. Турецкий флот располагал пароходами, армия была многочисленна и частично вооружена нарезным оружием, офицеров направляли учиться на Запад. Кроме того, иностранные инструкторы работали на территории самой Османской империи.

Между прочим в Первую мировую уже лишившийся почти всех своих европейских владений «больной Европы» победил Британию и Францию в галлиполийской кампании. И если Османская империя была такой на излете, то надо полагать, что в Крымскую войну она вступала куда более опасным противником.

Роль Сардинского королевства обычно вообще не учитывают, а ведь эта страна выставила против нас двадцатитысячную хорошо вооруженную армию. Таким образом, России противостояла мощнейшая коалиция.

Какие цели преследовал противник? Согласно его планам от России должны быть отторгнуты Аландские острова, Финляндия, Прибалтийский край, Крым и Кавказ. Восстанавливалось Польское королевство, а на Кавказе создавалось независимое государство Черкесия, вассальное по отношению к Турции. Дунайские княжества Молдавия и Валахия, находившиеся под протекторатом России, предполагалось передать Австрии. Трофеи хотели поделить так: Прибалтику – Пруссии, Аландские острова и Финляндию – Швеции, Крым и Кавказ – Турции. Черкесию получал предводитель горцев Шамиль – кстати, во время Крымской войны его отряды тоже воевали против России.

Но «отсталая, бессильная и прогнившая» Россия не оставила от этих проектов камня на камне. Черту под Крымской войной подвел Парижский конгресс 1856 года. Согласно заключенному договору Россия теряла крохотную часть Бессарабии, соглашалась на свободное судоходство по Дунаю и нейтральный статус Черного моря.


Пароходометрия

Перейдем ко второму важному вопросу – к «технической отсталости крепостной России». Когда речь заходит об этом, вспоминают: у Британии и Франции армия была оснащена нарезными ружьями, а наши солдаты – устаревшими гладкоствольными. Передовые страны Запада давно перешли на пароходы, русские корабли ходили под парусом. Казалось бы, все очевидно и отсталость налицо. Вы будете смеяться, но и у нас были нарезные ружья и паровые корабли. Да, флоты Британии и Франции значительно опережали российский по числу пароходов. Но это же две ведущие морские державы.

Надо признать, что нарезных ружей у противника было намного больше. Но правда и то, что в русской армии имелось ракетное оружие. Причем боевые ракеты системы Константинова значительно превосходили западные аналоги. Балтийское море надежно прикрывали отечественные мины Бориса Якоби. Это оружие также относилось к лучшим мировым образцам.

Впрочем, давайте проанализируем степень «военной отсталости» России в целом. Для этого нет смысла перебирать все виды вооружений, сравнивая каждую техническую характеристику. Достаточно посмотреть соотношение потерь в живой силе. Очевидно, что они должны быть у нас принципиально выше, если Россия действительно серьезно отставала от противника по вооружениям.

Цифры общих потерь в источниках сильно разнятся, а число убитых примерно одинаково, поэтому обратимся к этому показателю. Итак, за войну в армии Франции убиты 10 240 человек, Англии – 2755, Турции – 10 000, России – 24 577. К потерям России еще добавляют около пяти тысяч человек. Столько было погибших среди пропавших без вести. Таким образом, общее число убитых считают равным 30 тысячам. То есть соотношение совсем не катастрофическое, особенно если учесть, что Россия воевала на полгода дольше Англии и Франции.

Разумеется, в ответ скажут, что основные потери пришлись на оборону Севастополя, здесь противник штурмовал укрепления, отсюда большие жертвы. То есть «техническую отсталость» России удалось частично компенсировать выгодной позицией обороны.

Хорошо, рассмотрим первое же сражение вне Севастополя – битву при Альме. Армия коалиции численностью около 62 тысяч высадилась в Крыму. Чтобы задержать противника и выиграть время для подготовки оборонительных сооружений Севастополя, русский командующий Александр Меншиков решил дать бой у реки Альма. На тот момент ему удалось собрать всего лишь 37 тысяч человек. Пушек у него тоже было меньше, чем у коалиции, кроме того, противника поддерживал с моря еще и корабельный огонь.

«По одним показаниям, союзники потеряли в день Альмы 4300, по другим – 4500 человек. По позднейшим подсчетам, наши войска потеряли в битве на Альме 145 офицеров и 5600 нижних чинов», – такие данные приводит академик Тарле в своем фундаментальном труде «Крымская война». Постоянно подчеркивается, что в ходе сражения сказалась нехватка у нас нарезного оружия, но обратите внимание, что потери сторон вполне сопоставимы. Да, наши оказались больше, но ведь коалиция имела значительный перевес в живой силе. При чем здесь техническая отсталость русской армии?

Интересное дело: и численностью наша армия уступала почти двукратно, и пушек у нее меньше, и флот врага с моря обстреливает наши позиции, вдобавок оружие отсталое. Казалось бы, при таких обстоятельствах разгром русских должен быть полным. А результат? После боя русская армия отступила, сохраняя порядок, измотанный противник не решился организовать преследование, то есть его движение на Севастополь замедлилось, что дало гарнизону города время на подготовку к обороне. Слова командира британской Первой дивизии герцога Кембриджского как нельзя лучше характеризуют состояние «победителей»: «Еще одна такая победа, и у Англии не будет армии».


Иллюзия падения

Почти год продолжалась осада Севастополя. Ценой тяжелых потерь противник занял часть города. Никакого «падения Севастополя» так и не произошло, русские войска просто перешли с южной на северную часть города и приготовились к дальнейшей обороне. Несмотря на все усилия, коалиция практически ничего не добилась. За все время боевых действий противник захватил небольшую часть Крыма, Бомарзунд на Аландских островах и Кинбурн на Черном море, но при этом потерпел поражение на Кавказе. Между тем в начале 1856 года Россия сконцентрировала свыше 600 тысяч человек на западных и южных границах. Это не считая кавказской и черноморских линий. Удалось создать многочисленные резервы и собрать ополчения.

Россия была готова воевать и поднималась на Вторую отечественную со всеми вытекающими для противника последствиями. Но тут с дипломатического фронта пришла тревожная весть: к Британии, Франции, Османской империи и Сардинскому королевству открыто присоединилась Австрия. Спустя несколько дней с угрозами Петербургу выступила Пруссия. К тому времени Николай I умер, на престоле находился его сын Александр II. Взвесив все за и против, царь принял решение начать переговоры с коалицией.

Как уже было сказано выше, договор, завершивший войну, получился отнюдь не унизительным. Об этом знает весь мир. В западной историографии исход Крымской войны для нашей страны оценивается гораздо объективнее, чем в самой России:

«Итоги кампании мало повлияли на расстановку международных сил. Дунай было решено сделать международной водной артерией, а Черное море объявить нейтральным. Но Севастополь пришлось вернуть русским. Россия, ранее занимавшая в Центральной Европе доминирующие позиции, на ближайшие несколько лет лишилась своего былого влияния. Но ненадолго. Турецкая империя была спасена и тоже только на время. Союз Англии и Франции не достиг своих целей. Проблема Святых земель, которую он должен был решить, даже не упомянута в мирном договоре. А сам договор русский царь аннулировал через 14 лет», – так охарактеризовал итоги Крымской войны Кристофер Хибберт. Это британский историк. Для России он нашел куда более корректные слова, чем Ленин.

Дмитрий Зыкин. vpk-news.ru

Э.Ы.
от автора блога

На всех некрымских театрах военных действий союзники потерпели позорные поражения:
- на Балтике огромная союзная эскадра упёрлась в Свеаборгскую крепость (там впервые в мире русские применили морские мины);
- на Белом море монахи и ополчение отбили атаку союзной эскадры на Соловецкий монастырь;
- Камчатский гарнизон под командованием контр-адмирала Завойко В.С. разгромил союзный десант в Петропавловск-Камчатский, причём, было захвачено британское знамя морской пехоты;
- на Кавказе русская армия разбила турецкую и захватила крепость Карс.

---

Эффективный рецепт народной медицины для снижения давления

2017-02-12 01:51:55 (читать в оригинале)



Есть один очень простой и невероятно эффективный рецепт народной медицины, который поможет привести артериальное давление в норму, ну как минимум на пару лет. И к тому же он не стоит ни копейки. Как вам такое?

Итак состав отвара: возьмите 5 столовых ложек хвои сосны, 2 ст ложки плодов шиповника и 2 ст ложки луковой шелухи. Залейте всё это 1 литром холодной воды, доведите до кипения и варите на малом огне под крышкой 10 минут. Дайте настояться и процедите. Можно немного добавить воды. Выпивать всё это за 2 дня. Курс такого лечения – 4 месяца.

Улучшение может наступить уже через 5 дней – уйдут головные боли, а через месяц можете пробовать постепенно отменять гипотензивные препараты.

Стул станет регулярным – значит происходит ещё и очищение кишечника и печени.

Этот отвар обладает иммуноукрепляющими свойствами, является профилактическим средством против гриппа.

Обладает хорошим мочегонным действием.

Поможет при болезненной кровоточивости десен.

Будьте здоровы!

---

Foreign Policy: Киев тоже разжигает войну на востоке Украины

2017-02-12 01:32:57 (читать в оригинале)



Перевод статьи, опубликованной на сайте Foreign Policy 6 февраля.

Приглушенная позиция Белого Дома не только ободряет Кремль, но и подстрекает политику войны на Украине

Менее чем через две недели после инаугурации Трампа полномасштабная война вернулась в Украину.

Начиная с 29 января начались обстрелы прифронтовых военных и гражданских объектов, в результате которых погибли и солдаты, и мирные жители. Одна шестидесятилетняя женщина погибла в результате сепаратистского обстрела по дороге из своего дома в магазин; 24-летний медик погиб в результате разрыва снаряда возле машины скорой помощи, которой он управлял. Бои разрушили большую часть водной и энергетической инфраструктуры, возвращая регион в состояние гуманитарного кризиса, от которого могут пострадать сотни тысяч человек, потому что температура опустилась ниже нуля по Фаренгейту.

Само собой разумеется, что возобновление военных действия на востоке Украины каким-то связано образом с политическим событием, которое имело место за 9 дней до того – инаугурацией Трампа. Однако его избрание влияет на войну и мир на Донбассе двумя способами. Президентство Трампа, по мнению аналитиков, подогревает не только российскую агрессию. Киев тоже стал менее склонным к компромиссу, потому что политика Вашингтона в контексте данного конфликта остается неопределенной.


До прошлой недели все угрозы полномасштабных боевых действий утихали в соответствии со вторыми Минскими договоренностями от февраля 2015 года. Время от времени сепаратисты и правительственные войска обменивались мелкими ударами, но ничего из этого не напоминало значительного столкновения.

Все изменилось 29 января, когда в Авдеевке начались бои. Более двух десятков гражданских и солдат погибли, и еще многие получили ранения в результате артиллерийских обстрелов, которые ОБСЕ охарактеризовала, как самые тяжелые за всю историю конфликта, начавшегося в 2014 году. Прошла неделя, и украинские солдаты, укрепив свои оборонные позиции, подвели ближе к фронту тяжелое вооружение, включая танки, хотя Минские соглашения запрещают такого рода технику вблизи линии разграничения.

Киев обвиняет Россию в новом витке насилия, и этому есть некоторые доказательства. За три дня до начала боевых действий Александр Мотузянык, пресс-секретарь Минобороны Украины, предупредил о сосредоточении российских войск на границе с Украиной в Ростовской области; на следующий день Россия предупредила Постоянный Совет ОБСЕ о высоком риске эскалации конфликта. Но, в отличие от предыдущих полномасштабных боевых действий, нет никаких доказательств тому, что регулярные российские войска принимают участие в боях.

Однако продвижения Киева вперед также внесли свой вклад в разжигание войны. Отказавшись от политики размежевания прошлой осенью, Украина производила вторжения в «серую зону» все чаще – это ничейная территория между правительственными позициями и сепаратистами, которую обе стороны пытаются захватить с момента провала первых мирных договоренностей в сентябре 2014 года. Сепаратисты также произвели несколько вторжений в эту зону за недавнее время. «Серая зона» на востоке Украины стала очагом напряжения. Во многих местах вдоль линии фронта всего несколько сотен ярдов отделяет противоборствующие стороны.

Обе стороны были раскритикованы ОБСЕ и другими организациями, которые считают, что сокращение расстояния между позициями может привести к насилию. За несколько дней до начала боевых действий заместитель главы мониторинговой миссии ОБСЕ в Украине Александр Хуг выразил обеспокоенность по поводу наращивания сил и тяжелого вооружения в «серой зоне», предупреждая о том, что локальные мирные договоренности могут побудить обе стороны, включая Украину, создать новые «реалии», чтобы в будущем вести переговоры с позиции силы.

В то же время, Администрация президента Украины использовала ситуацию, чтобы напомнить Трампу о цене сближения с Путиным: «Обстрелы массированные. Кто осмелится говорить о снятии санкций в таких условиях?», — эти слова произнес Порошенко в видеообращении от 31 января. Путин же обвинил Украину в эскалации насилия с целью «наладить отношения с новой Администрацией в Белом Доме», потому что киевское правительство ставило на кандидатуру Клинтон. Российский президент также отметил, что Украина «нуждается в деньгах прямо сейчас, и лучшим способом их получить от ЕС, США и финансовых организаций, это сделать из себя жертву агрессии».

Приглушенный ответ Госдепартамента на возобновленные бои, в котором ничего не сказано о российском вмешательстве, только подогрел неопределенность для всех участников конфликта. Аналогичным образом, формулировка заявления Белого Дома после разговора Порошенко и Трампа 4 февраля поднимает вопросы о понимании Администрацией войны на Донбассе. В заявлении сказано «длительный конфликт Украины и России», но не сказано о роли России в подогревании и обострении военного противостояния. И хотя постпред США в ООН Никки Хейли осудила российскую агрессию в Украине, а также настояла на сохранении санкций, связанных с аннексией Крыма, она не сказала о санкциях в контексте Донбасса и действий Кремля там.

И хотя украинское правительство действительно ищет пути налаживания отношений с Администрацией Трампа, оно неуверенно ищет способы установить мир на Донбассе. Порошенко посетил Берлин 30 января, но этот визит был прерван из-за возобновленных боев. Президент должен был обсудить с канцлером Меркель, как «заставить Минские соглашения работать», — такое мнение высказала Алена Гетманчук, директор Института мировой политики в Киеве.

До избрания Трампа условия киевского правительства были ясны: Украина не пойдет на политические уступки и местные выборы в сепаратистских регионах, пока тяжелое вооружение не будет отведено от линии разграничения и пока контроль над восточной границей с Россией полностью не перейдет к украинскому правительству. Гетманчук сказала, что на фоне избрания Трампа и колеблющейся поддержки Вашингтона Киев готов рассмотреть менее идеальное соглашение, если Россия покажет, что готова на компромисс. Украина весьма уклончиво дает понять, как все это будет выглядеть.

Заставить работать Минские соглашения – это всегда было легче сказать, чем сделать. Несмотря на Трампа в Белом Доме и перспективу потери значительной поддержки, украинская общественность и политическая элита весьма неохотно идут на любые сделки на востоке Украины. Согласно общественным опросам, война на Донбассе является главной темой для украинцев, только 9,2% населения поддерживают Минские соглашения. Общественность, в целом, негативно относится к компромиссу в данном конфликте.

29 декабря влиятельный украинский олигарх Виктор Пинчук вызвал шквал протестов в Киеве, заявив в статье для WSJ, что «Украина должна пойти на болезненные компромиссы с пророссийскими сепаратистами». По его словам, Крым не должен «стоять на пути» мирного процесса и проведения выборов на оккупированных территориях. Кроме того, Украина «должна отказаться от своих стремлений присоединится к ЕС». Статья была резко раскритикована украинскими чиновниками и политологами, а самого Пинчука назвали «пропутинским», тем самым превратив бизнесмена и его приближенных в политических изгоев. Украинское правительство также ударило по Пинчуку менее чем через неделю: заместитель главы Администрации президента написал ответ Пинчуку в WSJ, в котором было сказано, что предложения Пинчука «играют на руку России и провоцируют только больше агрессии и людских страданий». Пинчук был вынужден отступить, написав еще одну статью для Украинской Правды, в которой заявил, что его не так поняли, а материал в WSJ был отредактирован для американской аудитории.

Однако множество источников, близких к Администрации президента, утверждают, что за историей есть нечто большее. Предполагается, что выпуск статьи Пинчука был организован политическими консультантами Порошенко для того, чтобы измерить готовность украинцев к компромиссу и заявить то, что Трамп хочет услышать, поскольку и Порошенко, и Пинчук стремятся наладить отношения с новым американским президентом. Тем не менее, оба, кажется, недооценили общественного мнения: украинцы считают компромисс провокационной темой.

Даже те, кто призывал к менее резкому компромиссу, также подверглись критике в Украине. Надежда Савченко, украинский пилот, находившаяся в заключении в России по политически мотивированным обвинениям и ставшая за это время героем, была осуждена как предатель сторонниками жесткой линии, поскольку заявила, что «только мирное решение» положит конец войне на Донбассе, а чтобы вернуть подконтрольные сепаратистам украинские земли на востоке, нужно отставить «Крым на задний план».

Некоторые в Киеве расценивают жесткую линию в качестве правильной политики. Одним из таковых является секретарь СНБО и бывший и.о. президента сразу же после Революции Александр Турчинов, который выступает за продвижение украинских войск в «серую зону». Это «ползучее наступление» — политика, известная среди военных аналитиков и украинских СМИ, кажется, направлена на то, чтобы заручиться поддержкой той части общества, которая критически смотрит на Минские соглашения и хочет видеть более твердую позицию в контексте конфликта на востоке страны.

В декабре Турчинов также выступил за полную блокаду сепаратистских регионов, чтобы приостановить поток нелегальных товаров на неподконтрольные территории. Это стало оправданием для украинского наступления вблизи населенного пункта Новолуганское в декабре 2016 года – одного из самых значительных вторжений за последние месяцы. Позиция Турчинова больше связана с его политическими амбициями, чем с неопределенностью, привнесенной Трампом: ходят слухи, что в будущем он может баллотироваться в президенты.

Популярность позиций таких людей, как Турчинов, вынудила даже тех, кто изначально выступал за мир, высказывать более жесткое мнение. Порошенко победил на выборах в мае 2014 года, выступая за мир, и его партия, «партия мира», противостояла более воинственной партии Арсения Яценюка. В сентябре 2015 года Порошенко начал отходить от позиции мира, потому что она становилась все менее популярной, примерив, в конце концов, мантию войны после развала коалиции Яценюка и его отставки в апреле 2016 года. «К зиме 2015-16 годов уже не было групп, выступающих за мирное решение», — уверен Михаил Минаков, президент Фонда качественной политики и профессор в Киево-Могилянской Академии.

Отсутствие существенной оппозиции воинственной риторике Порошенко означает, что многие придерживаются мнения, что мир может быть отвоеван только посредством войны. Но, если предыдущие Минские соглашения являются хоть каким-то путеводителем, Украина не навяжет свои условия России и сепаратистам: Украину вынудили принять первые и вторые Минские договоренности на российских условиях, потому что украинская армия понесла значительные потери в кровавых боях за Иловайск и Дебальцево, в которых принимали участие и российские отряды. Если в Киеве не пойдут на более компромиссный подход, это, скорее всего, станет парадигмой для всех мирных соглашений, где бы они ни были подписаны.

Все это показывает, каким может стать конфликт на востоке Украины без Вашингтона и ведомой им украинской коалиции в мирном процессе. Бывший вице-президент Джо Байден, который занимался украинским вопросом в Белом Доме и регулярно контактировал с Порошенко, отвечал за подавление ястребиных импульсов в Киеве и заставлял правительство оставаться приверженным Минским соглашениям. На данный момент насилие на востоке Украина рассматривается в Вашингтоне как действия осмелевшего Кремля. Но ситуация на востоке Украины носит комплексный характер, она зависит от внутренних факторов в той же степени, что и от международных. «На данный момент партии мира в Украине нет», — подытожил Минаков.