Пока я падаю, я всё-таки лечу Голосов: 1 Адрес блога: http://gipsylilya.livejournal.com/ Добавлен: 2008-08-04 10:41:35 блограйдером pinker

растаращило

2012-01-06 02:01:25 (читать в оригинале)

это когда ты вроде бы хотел спать, но то ли переволновался, то ли пересидел, и вот не заснуть, даже глаза закрывать сложно, чтоб с закрытыми полежать, и вообще как-то беспокойно

признавайтесь, кто тоже юзает словечко :)

---

Не то, чтобы я не окрасилась

2012-01-06 01:55:08 (читать в оригинале)

Но я стала не пепельно-русая, а такая ядрёная буро-русая без пепла, заметно темнее своего обычного цвета О_о

---

***

2012-01-05 23:02:36 (читать в оригинале)

Пока вы кроили наделы, границы метили,
мы украли всю землю и солнце за пазуху спрятали,
и теперь дороги легли нам под ноги петлями,
поят ночи бескрайние нас ветрами пряными.
И неважно -- сидим, лежим, бежим или в танце взрываемся,
и неважно -- в лесу, в кибитке, в доме или на площади,
всё равно мы кочуем, пока по синему катится
колесо наших душ и бегут наших песен лошади.

---

Романс о чёрной боли

2012-01-05 20:33:36 (читать в оригинале)

Попытка просквозит полностью

Кирки петушиных криков
добыть пытаются зорю,
когда идёт из-за тёмной
горы Соледад Монтойя.
Конём и сумраком пахнет
жёлтая медь её плоти.
Тёмных грудей наковальни
звончато-песенно стонут.
— Кого, Соледад, ты ищешь
одна тут в час неурочный?
— К чему твоё любопытство?
К чему вопросы так срочно?
Ищу я то, что ищу я,
себя и отраду в горе.
— О, Соледад моей грусти,
себя обнаружит в море
понёсшая кобылица,
и волны её поглотят.
— Ни слова о море пенном,
что чёрную боль приводит
в земли оливковой рощи,
где листьев немолчен ропот.
— Соледад, как тебя жалко!
Как мука твоя огромна!
Рыданья с губ твоих едким
соком стекают лимонным.
— Как боль велика! Бегу я
безумицей прочь от дома,
Тянутся две косы мои
от кухни к спальне по полу.
Как больно! Вся из агата,
и платье, и медность плоти.
Ай, маковость моих бёдер!
Моих рубашек полотна!
— Омой, Соледад, себя ты
жавороночьей водою,
позволь наконец смириться
душе, Соледад Монтойя.

Снизу река выпевает:
небес и листвы оборка.
Тыквенным цветом венчает
день свою голову новый.
О, чистая боль цыгана!
Всегда одинокое горе.
О, боль от скрытого русла
и слишком далёких зорей!



Оригинал:

Las piquetas de los gallos
cavan buscando la aurora,
cuando por el monte oscuro
baja Soledad Montoya.
Cobre amarillo su carne,
huele a caballo y a sombra.
Yunques ahumados sus pechos,
gimen canciones redondas.
– Soledad, ¿por quién preguntas
sin compaña ya estas horas?
– Pregunte por quien pregunte,
dime: ¿a ti qué se te importa?
Vengo a buscar lo que busco,
mi alegría y mi persona.
– Soledad de mis pesares,
caballo que se desboca
al fin encuentra la mar
y se lo tragan las olas.
– No me recuerdes el mar,
que la pena negra brota
en las tierras de aceituna
bajo el rumor de las hojas.
– ¡Soledad, qué pena tienes!
¡Qué pena tan lastimosa!
Lloras zumo de limón
agrio de espera y de boca.
– ¡Qué pena tan grande! Corro
mi casa como una loca,
mis dos trenzas por el suelo,
de la cocina a la alcoba.
¡Qué pena! Me estoy poniendo de
azabache carne y ropa.
¡Ay, mis camisas de hilo!
¡Ay, mis muslos de amapola!
– Soledad, lava tu cuerpo
con agua de las alondras,
y deja tu corazón
en paz, Soledad Montoya.
Por abajo canta el río:
volante de cielo y hojas.
Con flores de calabaza
la nueva luz se corona.
¡Oh pena de los gitanos!
Pena limpia y siempre sola.
¡Oh pena de cauce oculto
y madrugada remota!

---

Сомнамбулический романс, перевод на русский

2012-01-05 11:06:38 (читать в оригинале)

Полностью сквозную не удалось сохранить, но я старалась сквозить по максимуму.

Люблю тебя, цвет зелёный.
Зелены ветер и ветви.
В море качается лодка,
конь по горам предрассветным.
Она у перил бездвижна,
по пояс во мгле дремотной,
глаз серебро ледяное,
вызелень волос и плоти.
Люблю тебя, цвет зелёный.
Луна цыганская выйдет,
вокруг на неё всё смотрит,
она ничего не видит.

Люблю тебя, цвет зелёный.
Звёзды с морозом во взгляде
являются с рыбой мрака,
рассвету пути изладив.
Шершавой ветвей наждачкой
смоковница ветер драит.
Гора жиганистой кошкой
щетинит бока лесами.
Но кто придёт? И откуда?
Она сидит и не встанет.
Вызелень волос и плоти.
Море во снах её давних.

— Земляк, хочу поменяться.
Отдам я коня за кровлю,
отдам за зеркало упряжь,
нож я отдам за покровы.
Земляк, с перевалов Кабры
иду, истекая кровью.
— Парень, была б моя воля,
хватило бы мне и слова.
Только я ведь уже не я,
и кров мой уже не кров мой.
— Земляк, умереть в кровати
хочу я, не под забором,
в кровати, может, железной,
на простыни чистой и новой.
Разве не видишь ты рану
от сердца и вверх до горла?
— На белой твоей рубашке
триста роз расцвело чёрных.
До пояса кровь стекает,
и всё здесь пропахло кровью.
Только я ведь уже не я,
и кров мой уже не кров мой.

— Так дай мне хотя б подняться
к высоким этим перилам!
О, дай мне, дай мне подняться
к зелёным этим перилам!
К перилам лунного света,
где воды гудят уныло!
Вот поднимаются оба
к высоким лунным перилам.
Следы оставляют кровью,
болью своей наследили.
Под крышами трепетали
фонарики жестяные.
Бубны стеклянные рани
лицо до крови разбили.

Люблю тебя, цвет зелёный.
Зелены ветер и ветви.
Вот поднялись они оба.
Оставил им щедрый ветер
привкус на губах нестойкий
жёлчи и пряной зелени.
– Земляк мой! Где же дочь твоя
горькая, ты поведай мне?
- Сколько тебя дожидалась,
высматривала преданно -
нежность лица, смоль её кос
за перилами в темени!

На лике воды цыганка
покачивалась дремотно.
Глаз серебро ледяное.
Вызелень волос и плоти.
Луна на воде цыганку
держала лучом холодным.
Уменьшилась ночь до тени
тихого сонного сквера.
Пьяные злые жандармы
в доме выбивали двери.
Люблю тебя, цвет зелёный.
Зелены ветер и ветви.
В море качается лодка,
конь по горам предрассветным.