— Я целеустремленный человек.

— И каких целей Вы уже достигли?

 

После этого вопроса люди мямлят что-то неопределенное, стараясь всё же выдать какие-то свои достижения за цели, которые они поставили и достигли их. Это забавно и грустно. Всегда же есть подвох, зачем говорить о себе что-то, что спровоцирует вопрос с подвохом, на который ты не сможешь ответить.

 

— Ей кажется, что раньше было лучше, хотя она понимает, что лучше-то сейчас, но раньше всё было как-то радостнее.

— Видимо, это кризис среднего возраста. Мне вот даже не кажется, что раньше было лучше. 

— А у тебя какой кризис?

— У меня всегда кризис. И сейчас, и в 19 лет, и в 15, в 11 и так далее. Я вообще не помню себя радостной, хотя пытаюсь иногда вспомнить

 

Порой я могу несколько часов просидеть, пытаясь понять, как живут люди, скрывающиеся за всеми окнами в домах напротив и за теми, что мне не видны, что совсем не рядом. Понять не схему их действий и мотивацию, а то, что они при этом думают и чувствуют. Может, мне от этого станет спокойнее, может, я стану легче засыпать, если пойму, как они определили для себя ценность этой жизни и пробуждений по утрам, или же смирились с тем, что есть. Иногда мне все так интересно, словно мне и правда есть дело до того, как у кого дела, как дела у твоих друзей, у друзей твоих друзей, у их хомячков. Но в какой-то момент я насыщаю своё любопытсво и снова пытаюсь вывести алгоритм, заставляющий людей рассказывать только самое важное и без лишних подробностей.

 

— Тебе нужен кто-то попроще.

 

Мне нужно снотворное, но вряд ли оно попадает в категорию "кто-то".