Ваныч Голосов: 12 Адрес блога: http://www.liveinternet.ru/users/940343/ Добавлен: 2007-11-28 19:32:26 блограйдером кадо

Я женщина порядочная, поэтому...

2011-01-31 09:09:21 (читать в оригинале)

Я женщина порядочная, поэтому в карманах пальто у меня всегда полно окурков.
*
Мне иногда кажется, меня заслали на Землю с тайной миссией:
рвать, уничтожать, уничтожать, уничтожать
колготки.
*
Обидно за Васатасьяну. Стал бы он так корячится, если б знал, что его будущая аудитория – теоретики в пубертате.
*
Я связалась с мужчиной, он пахнет моим счастьем.
из-за этого мужчины я бываю то счастлива, то несчастна.
Но все равно
иду на запах.
*
Я читала, если пьешь красное вино, радионуклиды погибают. Очень страшной показалась минувшая ночь моим радионуклидам.
*
У коллеги аллергия на 2 продукта питания, на вино и шоколад. Ей-то ничего, раз она считает их продуктами питания.
*
Когда бабушке было 80, "девочки" (ровесницы-подружки) подучили её тонировать седину. Бабушка не справилась с концентрацией и стала, как Мальвина, с голубыми волосами. Ей это очень шло.
Дедушка занервничал и стал интересоваться, по-прежнему ли можно купить в магазинах Фиксатуар для укладки. Бабушка польщено смеялась и называла его "стервец"...
*
Только что мне под окна упал с неба пластмассовый стул и две банки из-под пива. Можно, конечно, представить, они летели не с неба, а с четырнадцатого этажа, там у нас живет наркоман.
Точно!! свалю всё на наркомана, буду думать, это он сыплет сверху
стулья
банки
и СНЕГ...




Это был самый чудесный блог моей юности. Я тогда ещё не знал, если женщина мыслит как ребёнок, скорей всего, в её жизни уже отгрохотали три мужа и сто любовников. Конечно, я влюбился. Мне казалось, она выглядит примерно так:




И я не хотел думать, что всё это пишет лысый мужчина. Он сидит в трусах на кухне, пишет и хохочет. Как иногда я сам, ночами.

В той своей страсти я был безжалостен. Я обрушил ей на голову тысячу подвигов и мешок интригующих писем. Это была настоящая любовь с применением интернета.
Так считал я, поскольку не знал ещё про волшебный портал Стихи.ру. Там жестокие люди дарят друг другу поэзию. Ужасное место.

Со стороны они все прохладны как медузы. Но внутри у них кипит и клокочет. Поэты каждый час помирают, но тут же воскресают для новых связей. Доны Хуаны и Отелло. И Джульетты, по женской линии.

Например, поэт Петров, влюбился в девушку Леру. Прямо на глазах у других пользователей.
Как поэт, он был хороший человек. Но как мужчина, оставался несколько женат.
Лера целый месяц ждала от него решений по поводу этой неприятной кляксы в паспорте. Не дождалась и ушла к холостому композитору с другого сайта. Петрову же посвятила утешительный сонет. Так Петров узнал, что он милый и обязательно влюбится ещё, потом.

Он преподавал в школе какую-то ахинею под видом биологии. Как педагог, Петров представлял собой огромный дымный шлейф плачущих женщин. И вдруг, Лера ушла. Петров не скрывал, что расстроен. Его сайт разбух размышлениями о женском вероломстве. В хлёстких ямбах он обличал Лерины глаза, пальцы и походку. Если выражать языком математики, выходило: глаза + пальцы + походка = жестокий обман.
Так Петров узнал: упреками женщину не вернёшь. Им совесть в любви вообще не указка.

Тогда он спланировал вызвать ревность. От лица выдуманной поэтессы Светланы стал писать себе дифирамбы. Светлана получилась сексуально голодная. Всё вспоминала какую-то ночь. Петров отвечал ей (то есть, себе) многозначительно, что да, было неплохо. Особенно, на кухонном столе.

Такой роскошный пиар дал побочный эффект. На Петрова залипла совершенно лишняя поэт Ковалёва, математичка из его же школы. Она посвятила Петрову цикл игривых куплетов «Приди и содрогнись».
Петров погряз в переписке. Он кокетничал за себя, за Светлану и ещё отбиваться от Ковалёвой. Триста Петровских подписчиков замерли в ожидании развязки. От напряжения куртуазный Петров стал путать женские и мужские глаголы.

Леру заинтересовал этот гендерный полиморфизм. Поскольку она была умной, а Петров всего лишь красивым, Лера взломала его страницу. (Никогда, никогда не берите в пароли слово «пароль».)
И выложила иронический стих о природе отношений поэта с самим собой. Стих призывал Петрова и Светлану скорей уже переходить от поэзии к ощупыванию. Тем более, что в любви к самому себе Петрову даже контрацепция не понадобится, а только гибкость. Если на каком-то этапе его заклинит, стих обещал потом всем народом разогнуть поэта.

Приходит Петров, видит ужасный пасквиль. Конечно, ему захотелось мести. В тот миг он бы с удовольствием задушил десяток - другой начинающих женских поэтов. Если б только повстречал.
Он проверил посетителей. Нашёл среди них Ковалёву и понял – это она.
- Сейчас пойду и убью её линейкой три раза подряд – сказал Петров ученикам.

Ковалёва была не в курсе своих поступков. Вдруг ей звонит Петров и глухим голосом зовёт в учительскую.
– Ну, наконец-то! – оживилась Ковалёва.
И полетела скорей в сторону счастья, предвкушая встречу прямо на столе, где бумажные простыни с расписанием уроков и графиками роста успеваемости.
- Боже мой – мечтала она, сбивая на бегу некрупных учеников – завтра вся школа будет смотреть на эти графики, может быть, со следами нашей страсти.

И вот они сошлись.

- Послушай, Ковалёва! – сказал Петров, прежде чем порвать эту пергидрольную кучу на тысячу разноцветных тряпочек.
- Ах, молчи, молчи! – крикнула женщина, и крепко-крепко к нему присосалась. И сдавила Петрову уши с такой силой, что ему показалось – ногами.

Хорошо зафиксированный мужчина очень покладист в любви. Даже если Петров не планировал целоваться, Ковалёва этого не заметила. Через восемь секунд бесполезной борьбы он решил – а что? На ощупь Ковалёва была приятней, чем Ким Бейсинджер в плейбое его детства.

Ну и вот. Мне тоже, обязательно нужно кого-то любить. Особенно, в январе. А то не пишется.

---

О мистической сущности потопов.

2011-01-17 08:26:15 (читать в оригинале)

Раньше я работал женатым сантехником. Тайфуны, цунами, домоуправления и другие природные бедствия боялись меня и уважали. Когда я в дом входил, они слагали гимны краны прекращали течь, унитазы смывали как миленькие, батареи нагревались до сковородочного вида. Председатель ЖЭКа кормил меня конфетами. Семь лет, каждый день я заговаривал воду, а по ночам сочинял книжку.

Теперь уволился. Работаю холостым литератором. Вода сразу распоясалась и стала стихией. Как во Второй день творения. Проникает сквозь потолок, целится капнуть за шиворот или в чай. Научилась игнорировать крышу. В гостиной вспучило паркет, в спальне вздулись обои. В ванной погас свет, похоже, это навсегда.

Против катаклизма я использую ведро, таз, кастрюли и другое удивительное оборудование. Например, поднос коричневый, краденый в заводской столовой из героических побуждений. Сейчас он так ловко примотан скотчем, наводнение течёт на подоконник, потом, по подносу, в ванную. Очень удобно. Остальное выливаю в унитаз по сложному графику. Кастрюля в центре кухни наполняется раз в два часа, ведро в шкафу – каждые четыре.


И никто не орёт на меня – иди и убей это домоуправление, ты ж мужчина.
Ною в аналогичной ситуации пришлось хуже. К нему сбежались слоны, жирафы, львы и многодетная жена. Наверняка, в доме стало шумно.
Я ходил на крышу, интересно же. Там замёрз водосточный желоб, вода переливает на стену, растекается по балкам. Я считаю, ничего такого, летом растает. Мы с компьютером сидим на кухне, где почти сухо. Пишу книжку. Сделал три волнующих открытия.

1. Иногда, проработав писателем шесть часов подряд, обнаруживаешь, что написал всего два слова, оба неприличные.
2. Семья не виновата. Даже сбежав в деревню, где снег, печка и горничная Глаша - все ужасно необщительные – можешь в голове найти лишь белый шум. Тогда даже хочется нарисовать кому-нибудь котика или сварить каши.
3. Единственный путь – встать в пять утра и долбить, долбить. Удивлённый мозг, бывает, и отрыгнёт страницу.

Ещё о потопах. Расскажу про Гену. Он служил директором бетонного завода, и вдруг сбрендил. У него развилась странная фобия, боязнь лить воду в канализацию. Он осел дома, стал собирать слёзы из текущего крана. Тазики выносил на улицу, под деревья. Кран капал обильней, Гена бегал всё быстрей. Не спал месяц. Наполнял вёдра, банки и миски. Потом посуда кончилась, он не выдержал, вызвал сантехника.

Раньше Гену никто не обслуживал, потому что он - мать латвийских тараканов. У него вырастали совсем ручные экземпляры. Доверчивые, как олени в мультиках. Выбегали гостю навстречу и просили хлебушка. Гена обещал их отравить, но не мог. Такой гуманист. Тараканам для жизни необходима была вода, у Гены она везде. В тазах, мисках, вёдрах и в коробках из-под сосисок.

Работники ЖЭКа боялись его богатой фауны. Электрик Саша кричал Геннадию с улицы, куда вставлять провод. И чего крутить отвёрткой. И по крикам определял, фаза в розетке, или ноль.
Я тоже объяснял Гене в окно, как скрутить кран-буксу в смесителе. Ему не хватало сил. Пришлось подняться. Гена говорит:
- Вы осторожно, у меня тут тазики...
Тут – означало «везде». Хождение по тазам нам не преподавали. Я злой такой, стал выливать всё в раковину. Гена айкал, будто его колют. И ещё эти тараканы...
Когда щенки или котята приходят смотреть, что принёс сантехник в сумке, выходит мило. Тараканы так не умеют. Им не хватает пушистости. Но тоже лезут.

Я работал быстро. Не хотелось привлекать к себе внимание. Но всё равно меня заметили. Кое-как доделал, выскочил вон. И уже на улице, чувствую, под курткой, кто-то гадкий ползёт по руке.

Физики установили, самый краткий отрезок времени, это момент между поглощением фотона и выбросом электрона в атоме.
Лирики считают, скорей всего пролетает миг между началом зелёного света и гудком сзади.
У сантехников быстрей всего на свете происходит выпрыгивание из костюма водопроводчика, ощутившего, что он в этом костюме не один, а вдвоём с тараканом. Уж поверьте, фотоны с электронами не подозревают, что такое настоящая скорость.

Я разделся до трусов. Был октябрь, из кафе «Ноктюрн» на меня смотрели печальные люди. Два животных вытряхнулись из ботинка, один сидел в штанах, трое доехали в сумке. И тут Гена открывает окно и орёт, мне, голому, с третьего этажа:
- Извините, вы сломали такую, ну, дюбочку. Вы принесёте мне такую же, новую?

Мы стали спорить о природе дюбочек. Я утверждал, их жизненный путь очень короток. Гена клялся, если б не такие как я, дюбочки жили б вечно. (Речь об аэраторе, не важно).

Я танцевал пасадобль с тараканами, Гена кричал сверху, что потребует моего увольнения. Я махнул ему кулаком и крикнул
- Шоб ты сдох!
В шутку.
Теперь Гена там, где ему не каплет. Умер. Шлёт мне с неба воду. И вчера ещё, пригнал таракана. Десять лет их не было, а тут бежит по кухне такой, с характерно оленьими глазами.

Уволился, сижу дома. Заговариваю буквы.
Не знаю, как пишутся Большие книги, но знаю, с чего начинаются Великие потопы.

Сначала в доме заканчивается вся посуда...

---

Сходил на утренник.

2011-01-06 08:39:52 (читать в оригинале)

Трезвый Дед Мороз это позор и неуважение к детям. Жалкое зрелище. Безответственно являться в таком виде на праздник.
Год назад приходил пьяным, подарил малышам вулкан юмора и счастья. Наступал на ноги, рассказывал ужасные анекдоты. Ущипнул заведующую. Под глазом фингал, малыши его боялись и любили одновременно.

А в этом году какой-то накрахмаленный пельмень. Провалил мероприятие. Бородатый робот. Чего-то кричал на ёлочку, никто ему не верил. Был туп и незлобив, но вы же понимаете, этого мало. Новогоднее волшебство начинается с трёхсот граммов коньяка, а не с бороды и валенок.

Дети развлекались сами.
Показали новогоднюю сюиту, быт животных средней полосы. Снежинка и Эльф возглавили фауну, искали Снегурочку, которая где-то там завязла. Неожиданно, белки подрались муляжами орехов. Меньшая треснула большую в лоб. В процессе репетиций в ней скопилось раздражение. На агрессивное животное зашипели надзирающие органы. Ушибленная решила, что силы добра на её стороне и ответила орехом за орех. Муляжи были размером с дыню, но лёгкие. От драки звук получался, будто лошади скачут. Грызунов растащили по углам, настроение зрителей улучшилось.

Потом волк. По старинной традиции, это самый картавый мальчик. Вместо рыка он может лишь горестное «ы-ы-ы-ы». Родители опять улыбались и хлопали.

Вручали подарки. Всё шло ровно, пока не пришёл заяц. Прочитал что-то длинное и унылое. Получил пакет сластей, нашёл глазами мать и с воем, как сбитый мессершмит, стал пикировать в её сторону. Добежал, упал в колени. Было удивительно, как такой не крупный ещё заяц может вылить столько слёз. Всего через секунду мать впору было развешивать в сушильном шкафу, где варежки висят.

Косой хотел машину. О чём уведомил Мороза письменно, в октябре. А выдали конфеты. Стало ясно: надули зайца. Детство кончилось внезапно и трагически.
Мама принялась шептать, что этот Дед поддельный, из муниципалитета. Настоящий прилетит ночью на бровях и сядет на крышу. Он будет кривей коромысла, с хрустальными глазами, в зюзю, в хлам, в сосиску, черней государевой шляпы, ввалится и сунет под ёлку лучший из подарков.

И вы знаете, всё сбылось. В новогоднюю ночь над моей квартирой кто-то сломал крышу и теперь в ванной с потолка капает снег. И ещё, он подарил японские часы, красивый ремень, ведро сельдей в шубе и уже початый одеколон. То есть точно был, точно пьяный и главное, он меня помнит.

Давайте и вы, что ли, хвастайте подарками, интересно же.

---

Без заголовка

2011-01-01 11:17:59 (читать в оригинале)

Первого января лучше всего читать вот это

http://ezdivala.livejournal.com/103...214290#t4214290

---

Три истории о психиатрии.

2010-12-23 09:13:38 (читать в оригинале)

Если женщина хочет в Париж, не отчаивайтесь. Медицина на вашей стороне. Хороший психиатр быстро развеет этот опасный морок. Вы не представляете, как эффективно современная наука борется о всем прекрасным.


Например.
Одну старушку донимали пришельцы. Они жили рядом, притворяясь соседями. По ночам пищали и светили сквозь розетку вредными лучами. Не дожидаясь, пока по всему телу вырастут ложноножки, женщина позвонила в космическую полицию.

К ней приехали санитары. Старушка уже сидела на постели в пальто и с сумочкой, собралась. Казалась смирной. Спустилась вниз спокойно. Но лишь пригласили сесть в машину, обернулась злым Чаком Норрисом. Чтоб вы знали, Чак Норрис звонит санитарам только когда хочет съесть их.



- Это обострение! – обрадовались медики.
Пациентку замотали в одеяло. Она возмущалась, выдавала себя за другую бабку. Спрашивала, куда её везут.
Санитары поняли, у больной дезориентация, делирий и сумеречное сознание.
Скорую остановила милиция. Посмотреть, не едут ли в фургоне футболисты с заточками. Попутно поставили интересный диагноз – это другая бабка. Здоровая. Приехала проведать сестру, никого не застала.
Тут входит наша медицина и всё, поехали.

Или вот.
Пациент верил, что где-то в Аргентине о нём скучает тётка перспективного возраста. Больной ужасно страдал. Сорил деньгами, хамил начальству. С женщинами вёл себя как Луис Альберто времён расцвета.
За его разум психологи бились несколько лет. Наконец, бред рассосался. Человек зажил нормально. Выучился глотать овсянку, ушел из большого секса к водительнице троллейбуса.
И тут приходит это проклятое завещание.

Третья история.
Даша спрашивает, в каком ухе звенит. Я трижды не угадал. Из-за моей чёрствости Даша осталась без сапог, колечка и этого дурацкого Парижа. Это был почти развод.
Ночью просыпаюсь, звенит уже у меня. Я загадал всё утерянное днём и омлет на завтрак. Потом денег, всем здоровья и миру мир. Под утро желания закончились. Я встал и пошёл на звук. А это звенел сосед. Он увлёкся гравировкой на стаканах и до рассвета не мог уняться.

В рамках теории Зигмунда Фрейда, я выложил соседу всё о его детстве. Объяснил, чем его делал папа, и из каких материалов.
Потом, по Юнгу, рассказал про архетип соседской его матери. На прощание пообещал вставить томик Фрица Пёрлза так, чтоб он вечно помнил эту интересную фамилию, - Пёрлз.

Исцелённый сосед сменил увлечение. Уже неделю он учит французский по песням Джо Дассена. Вот так, спасибо Психологии, мы возненавидели всё французское, по Париж включительно. Новый год встречаем в бане