Все, кто желают кому-нибудь зла, провалитесь сквозь землю, и не мешайте жить добру. Ты уже греешь меня изнутри, спасибо, лето прошло, но мне тепло, когда я вспоминаю о тебе.

Недавно мне снилось, что Мишу застрелили во время волнений гражданской войны, у него из груди лилась алая кровь, она не текла спокойным размеренным густым потоком, это был почти коралловый жидкий фонтан. Я чувствовала отчаяние, понимая, что человека  больше нет, даже волосы на моей голове осознали, что ничего не исправить. Прошло какое-то время, и я ехала на метро к его бабушке и дедушке на дачу, со мной были какие-то друзья, мне незнакомые наяву люди, я смотрела на улицу сквозь грязное стекло вагона. Там было так красиво,что я почувствовала эйфорию. Сложно понять, что это за чувство, если не знать,что такое эйфория на самом деле. От созерцания деревьев, грязной набережной,серой церкви, асфальта в колдобинах я ощутила такое восхищение, такое наслаждение, что, казалось, дзен родился во мне, чтоя – сама дзен, все вокруг дзен, и нет ничего важнее, чем эти пейзажи,непреметные обычно.

Когда мы приехали на необходимую станцию, оказалось, что нужно пешком пересечь какое-то поле со стройками, за ними вырос чудесный луна-парк. О Боже, как здесь было прекрасно, громадные грандиозные качели, великолепные захватывающие визуальные эффекты окружали нас со всех сторон, друзья веселились, радовались, а мне стало так жаль, что мы с Мишей не были здесь никогда, что больше не сможем даже. И тогда я упала на землю, стала ногтями загребать песок и выть, как бешенная пантера, я скулила, дикий плач вырывался из меня. Горе, разрывающее и разделяющее мою плоть на части, было таким же глубоким, таким же четким и материальным как эйфория немного перед.

Господи, не делай так больше, пожалуйста,  я не знаю, что самое ужасное на планете, но я не хочу в этот луна-парк, никогда.