Зайди і зареєструйся та й почни заробляти в мережі. http://immanager.ru/0979050423

Квіу пють багато людей. То ж давайте заробимо на продажі смачної та корисної кави!

Комментировать

Постоянная ссылка

Комментировать

Постоянная ссылка

Комментировать

Постоянная ссылка

Комментировать

Постоянная ссылка

Иногда мне кажется, что Украине немножко не хватает диктатуры крепкой руки. Точнее, кулака, который стукнет в нужное время нужное должностное лицо, и у того включится режим «эффективная работа», а не «тырить подано».
Где еще найдешь такой народ, который в предельно сжатые сроки сумел по кирпичику разобрать весь имущественный комплекс страны, создававшийся десятилетиями, сдать в металлолом целые заводы, разворовать практически все сельское хозяйство и всю доступную для ломки инфраструктуру?
То, что теоретически могло быть экономической фишкой Украины на мировом рынке, также очень быстро пришло в упадок. Авиастроение и танкостроение, как отрасли затратные, пострадали больше остальных. Новые самолеты можно пересчитать по пальцам: их три или четыре, в общем столько же, сколько и заводов.
С танками еще веселее – предприятие, где был разработан и произведен легендарный Т-34, где когда-то работал конструктором «танковых дел мастер» Михаил Кошкин, может быть признано банкротом. И это при наличии широко разрекламированных «иракских» и «пакистанских» контрактов.
Напомню, что завод имени Малышева является главным исполнителем подписанного в 2009 году контракта на поставку 400 единиц бронетехники (БТР-4) в Ирак. Есть контракт с Таиландом на поставку «Оплотов». Выполняется «китайский» контракт на 50 силовых установок для БТР. И контракт с Египтом на модернизацию силовых установок для танков. Причем еще недавно оставались сомнения, будет ли он выполнен после смены власти в стране, но есть информация, что опытная партия из первых машин уже проходит испытания по Египту.
Пройдет ли? Этот вопрос пока остается открытым. На фоне славной истории малышевцев недавние скандалы с качеством техники особенно досадны.
Год назад «иракский контракт» чуть не лопнул из-за (как мягко выразились американцы) «конструктивных недостатков в вооружении БТРов, выявленных на этапе приема-сдачи». Если точнее, то прибывшие из Багдада для приемки боевых машин специалисты обнаружили существенные недостатки в системах ведения огня, в частности повальные отказы установленных на БТРах новых автоматических 30-миллиметровых пушек ЗТМ-1.
Тогда вину списали на разработчиков пушек из Каменец-Подольского; 26 доведенных до ума бронетранспортеров с опозданием и извинениями все-таки отправили заказчику. Но это было, как говорится, «в свинячий голос», ибо техника не попала на военный парад в Багдаде. Мы опозорились.
Подобных инцидентов было немало – практически у каждой партии вооружения находился какой-то брак. Не удивительно, что репутация украинских танков не позволяет им конкурировать с мировыми лидерами даже теоретически. Наш потенциальный заказчик – страны третьего мира, у которых нет денег на дорогую, но качественную западную технику.
Тем не менее, даже в этой нише можно жить, если вести разумную экономическую политику: по оценкам нынешнего руководства завода объем портфеля заказов оценивается примерно в $3 млрд.
Парадоксально, но в ситуации, когда завод в прямом смысле слова завален заказами, а те профессиональные кадры, которые не успели с него сбежать, вынуждены собирать танки даже по выходным, чтобы не сорвать графики, у него постоянно есть долги по зарплате, которые исчисляются миллионами гривен.
Проблема в неэффективном управлении государственным предприятием, в интригах, которые буквально «съели» его в «оранжевый» период, и в том, что слишком много людей отдают команды, как делать танки, и слишком мало – непосредственно крутят гайки.
«При Тимошенко, – говорит информированный источник в Минобороны, – занимались тем, что выживали тогдашнего директора. Занимался этим профсоюзный деятель Волынец. О работе танкового завода никто не думал. Там сменилось несколько директоров. Из-за этой кутерьмы допускались финансовые нарушения, практически уничтожившие потенциал завода.
Насколько я знаю, кто-то из руководителей успел заложить в банк и потерять весь комплекс центральной лаборатории, без которой нормальная работа предприятия невозможна. СБУ возбудила по этому поводу уголовное дело. Но откатить ситуацию назад это все равно не поможет».
Как жить и что делать с танковым заводом, похоже, не знает никто. Министр экономического развития Петр Порошенко, который очень скоро сменит правительственный кабинет на депутатский мандат, допускает, что завод имени Малышева нужно приватизировать. «Одни из лучших в мире танков – американские – производятся на частных заводах», – сказал он журналистам.
Однако профессионалы не уверены, что приватизация спасет танкостроителей. «Никому из отечественных финансово-промышленных холдингов завод не нужен. Его могут купить иностранные конкуренты, чтобы вывести из игры за рынки третьих стран. Не думаю, что Украине выгодно терять такой завод», – говорит наш собеседник.
Впрочем, понять, что нам выгодно, а что нет, – сложно. Душа украинских менеджеров и чиновников – потемки. И нынешняя попытка обанкротить стратегический завод – это яркий тому пример.
Сами подумайте: два госпредприятия, оба принадлежат к одному ведомству, оба относятся к стратегической оборонной сфере (официально, во всяком случае), уже почти год «веселятся» в судах. При этом категорически избегая разговоров на эту тему с журналистами.
Говорят, малышевцы задолжали львовянам, как своим подрядчикам, серьезную сумму. Может быть. Но в иске, который рассматривается в Хозяйственном суде Харьковской области, речь не идет о деньгах. Там не суммы. Просто ГП “Львовский бронетанково-ремонтный завод” требует признать завод им.Малышева банкротом. Решение о признании банкротства с последующей ликвидацией или же о закрытии процедуры банкротства предприятия будет вынесено на заседании суда 6 ноября.
Юристы, с которыми мы обсуждали эту тему, говорят, что обанкротить государственное предприятие при нашем законодательстве практически невозможно. Но если это будет сделано, страна получит оригинальный прецедент. И затем под нож банкротства можно будет пустить остатки других стратегических отраслей – ракетостроения, например. Там ведь тоже какие-никакие контракты просматриваются.
В экспертной среде бытует версия, что львовяне подыгрывают кому-то из конкурентов харьковских коллег, скорее всего, российским танкостроителям, которые могли бы перехватить упавшее знамя выгодных (многомиллиардных) контрактов. Но поскольку фактического подтверждения этой версии нет, она остается на уровне догадок и слухов.
Еще одно предположение высказал наш источник в Минобороны. Он говорит, что в самом Харькове у завода имени Малышева появился конкурент, это ГП "Харьковский бронетанковый ремонтный завод". «Они там немного подтянули технические ресурсы и предлагают оказывать такие же услуги по модернизации двигателей, как это делает завод Малышева. Но все контракты сосредоточены у него. Поэтому я допускаю, что интрига не выходила за пределы города...».
Как бы там ни было, но выглядит все это чудовищно. Во всяком случае, для здравомыслящего наблюдателя. Хорошо, что Украина живет себе в формате тихого хутора в Европе и никому особенно не нужна. И наша боеспособность – это условный термин, такой же как минимальная зарплата и уровень жизни. Потому что боеспособности в стране, где поставщики военной техники передрались и пересудились между собой, где командиры заняты интригами, а генералы – строительством дач, не может быть априори. Максимум, на что мы способны, – это красивый променад на парадах с несколькими единицами военной техники, которая еще заводится и ездит.

Комментировать

Постоянная ссылка