Однажды в студенческие годы я переписала от руки «Поэму Горы» и «Поэму Конца» (сборник был библиотечный и на руки не выдавался) и вскоре заметила, что знакомые слова звучат немного иначе... как будто все это происходило со мной. Так вошла в мою жизнь Прага.

Давайте прогуляемся по этому городу вслед за теми многими, кто делал это до меня

Эта скульптура стоит прямо над рекой Влтавой, у Карлова моста. «У меня есть друг в Праге, каменный рыцарь, очень похожий на меня лицом. Он стоит на мосту и стережет реку: клятвы, кольца, волны, тела. Ему около пятисот лет и он очень молод: каменный мальчик. Когда Вы будете думать обо мне, видьте меня с ним." (Из письма Бахраху, 1923 г.)



"Для меня он — символ верности (себе! не другим)." (Из письма Тесковой, 1925)



Легенду о рыцаре Брунцвике историки сравнивают с "Одиссеей" и немецкой "Песней о Роланде". Рыцарь Брунцвик, сын короля, на третьем году своего правления отправился на поиски приключений на свою голову. Страну и молодую жену он оставил ради того, чтобы… добыть льва для чешского герба. Вернулся он домой спустя семь лет с верным львом и волшебным мечом, которому для победы достаточно было скомандовать, сколько вражеских голов нужно срубить. После этого Брунцвик долго и счастливо жил с женой (которая в его отсутствие чуть было не вышла замуж за другого), правил своей страной, а перед смертью велел тайно замуровать меч в пилон Карлова моста – туда, где сейчас установлена скульптура рыцаря со львом.



Легенда гласит: если когда–нибудь настанут для Чехии по-настоящему трудные времена, рыцари св. Вацлава поедут по Карлову мосту под предводительством самого наследника, конь которого споткнется и вытащит копытом из камней меч Брунцвика. Его возьмет св. Вацлав, поднимет над головой и воскликнет: «Всем врагам головы с плеч!» И тогда на чешской земле наступит мир и покой.



Напомню, что чешский период жизни и творчества М. И. – это меньше трех с половиной лет, с 1922 по 1925 гг. М. И. Цветаева приехала в Прагу к Сергею Эфрону, который учится в Карловом университете, 1 августа 1922 года. Как и многие другие эмигранты из России, из–за недостатка средств они жили в окрестностях Праги, в Дольних и Горних Мокропсах, во Вшенорах. В Чехии М. И. написала, может быть, лучшие свои произведения. Здесь родился ее сын Георгий – вымечтанный и обещанный Сергею.

В 1928 г. она напишет Анне Тесковой уже из Франции: "С щемящей нежностью вспоминаю Прагу... Ни один город мне так не врезался в сердце".



Петржин - прообраз горы из «Поэмы Горы» и «Поэмы Конца». В один из мартовских дней – это было воскресенье – мы поднимались на гору Петржин пешком, под перезвон колоколов. Внизу оставалась Прага.

Где сроки спутаны, где в воздух ввязан
Дом - и под номером не наяву!
Я расскажу тебе о том, как важно
В летейском городе своем живу.

Я расскажу тебе, как спал он,
Не выспался - и тянет стан,
Где между водорослью и опалом
День деворадуется по мостам.

Где мимо спящих богородиц
И рыцарей, дыбящих бровь,
Шажком торопится народец
Потомков - переживших кровь.

Где честь, последними мечами
Воззвав, - не медлила в ряду.
О городе, где всe очами
Глядит - последнего в роду.
(«Прага», 1923 г.)

А о горе Петржин Цветаева вспоминала перед самым отъездом из Парижа в Советский Союз:
«12 июня 1939 года, в ещё стоящем поезде.
...А самый счастливый период моей жизни — это — запомните!
— Мокропсы и Вшеноры, и ещё — та моя родная гора».
(Из письма А. Тесковой)



В Париже, узнав о немецкой оккупации Чехии, Цветаева пишет цикл "Стихов к Чехии". Строки из этих стихов выбиты на памятной доске, установленной в ноябре 1989 года на том самом доме, который мы искали и нашли, спустившись с горы Петршин. Дом этот находится в одном из самых спокойных районов Праги под названием Смихов (Прага 5, Шведска улица, 51). Здесь со 2 сентября 1923 года до конца мая 1924–го жили М. Цветаева и С. Эфрон.



Этот же дом с другой стороны:



Малостранское кладбище находится рядом, в том же Смихове. На нем перестали хоронить с 1884 года, и сегодня это парк с могильными камнями и памятниками. Рассказывают, что именно здесь любила гулять Цветаева, здесь она в одиночестве читала письма своих корреспондентов.



Наша гостиница совсем не случайно находилась на тишайшем острове Кампа, рядом с Мальтийской площадью и Храмом рыцарей мальтийского ордена, построенным в 1158 году, который также появляется в «Поэме Конца» («Серебряной зазубриной /В окне — звезда мальтийская!»)



Остров Кампа



Малая Сторона, набережная между Карловым мостои и мостом Легий, по которой бродят герои поэмы («Я таких не знаю набережных/ Кончающихся…») – это берег того же острова Кампа, откуда по тротуарам в шашку рукой подать на Смихов с его корпусами фабричными, а по улицам, что слишком круты - к дому на склоне Петршина.



Кафе «Славия» всегда было местом встреч литераторов, художников, музыкантов. M. И. Цветаева ходила сюда чаще всего из близко расположенной редакции «Воля России». Кафе находится возле моста Легий, напротив Национального театра. Вот какой была «Славия» почти сто лет назад, такой ее видела М.Ц.





И вот как выглядит это кафе сегодня. Не правда ли, почти ничего не изменилось?





Градчаны. Когда говорят, что Цветаева любила гулять в этом районе города, совершенно понятно же, что бродила она не по Градчанской площади с ее роскошными ренессансными и барочными дворцами, а по самым укромным и романтическим улочкам Градчан, тишайшему Новому Свету - этой маленькой деревушке в центре большого города.





Староместская площадь со знаменитыми пражскими курантами «орлоем» и самым удивительным, на мой взгляд, готическим сооружением Праги – храмом Девы Марии перед Тыном - особенно прекрасна ночью и на рассвете, когда туристы спят. Это же относится и к Карлову мосту. Трудно обойти это место стороной, вот и М. И. часто здесь бывала. Об «орлое» она вспоминает в «Поэме Горы».



Еврейское кладбище в районе Старого города – место довольно любопытное само по себе. Оно было основано в первой половине XV века. Здесь находится почти 12 тысяч каменных надгробий, в том числе могила выдающегося ученого и педагога, которого называли рабби Лёв. С его именем связана легенда о создании Голема.



«Помню одну изумительную прогулку на еврейское кладбище, в полный цвет сирени...» — читаем в одном и писем М. Цветаевой к А. Тесковой.



Замок Карлштейн в окрестностях Праги - место хранения королевских сокровищ и цель частых прогулок Марины Цветаевой. Даже накануне рождения сына Марина Ивановна с Ариадной совершили пешую прогулку из Вшенор в Карлштейн и обратно. А утром нужно было срочно вызывать доктора...



Вот примерно такой увидела Марина Ивановна Чехию, и эту Чехию она полюбила. Потом она скажет: «Таруса... Коктебель да чешские деревни – вот места моей души. По ним соберете».

http://tsvetaeva.livejournal.com/151641.html

В Малайзии живет и работает графический дизайнер Кэтрин Вельц-Штайн (Catrin Welz-Stein). В своем творчестве за основу дизайнер берет старинные фотографии, которые начинают выглядеть абсолютно по-новому после обработки в фотошопе. Так и получаются фотографии в современной интерпретации.

Сегодня, столица Малайзии, Куала-Лумпур, стала для Катрин Вельц-Штайн (Catrin Welz-Stein) настоящим домом. Хотя в ее биографии и прослеживается четкое немецкое происхождение. В свое время, девушка получила диплом бакалавра по специальности «Графический дизайн» в немецком Дармштадте. Работать с цифровыми коллажами Катрин попробовала еще три года тому назад. Неожиданная позитивная реакция на ее работы в социальных сетях, вдохновила девушку на продолжение данной линии творчества. Ее работы представляют собой некую смесь детских сказок, мистических новелл и открыток из прошлого.

Catrin Welz-Stein