Православный блог Голосов: 1 Адрес блога: http://theorthodox.dreamwidth.org/ Добавлен: 2012-07-23 18:00:27

Песнь Песней Соломона

2014-07-09 08:35:06 (читать в оригинале)

Книга Песнь Песней Соломона, состоящая из 8-ми небольших глав, построена как музыкальная пьеса, в которой участвуют жених, невеста и хор друзей, и представляет собой древнюю венчальную песню, схожую с теми, которые до сих пор существуют у всех народов. В основе ее лежит реальная история страстной любви царя Соломона (вообще весьма любвеобильного и из-за этого в итоге духовно пострадавшего) к эфиопской наложнице, юной Суламите, одной из многих в гареме славного царя. В книге они становятся только образами влюбленных друг в друга и поочередно воспевающих любовь жениха и невесты:

"Невеста: Да лобзает он меня лобзанием уст своих!

Ибо ласки твои лучше вина.

От благовония мастей твоих

Имя твое - как разлитое миро..

Влеки меня, мы побежим за тобою -

Царь ввел меня в чертоги свои -

Будем восхищаться .. тобою,

Превозносить ласки твои больше, нежели вино..

Что яблоня между лесными деревьями,

То возлюбленный мой между юношами.

В тени ее люблю я сидеть,

И плоды ее сладки для гортани моей.

Он ввел меня в дом пира,

И знамя его надо мною - любовь.

Подкрепите меня вином,

Освежите меня яблоками,

Ибо я изнемогаю от любви..

Жених: О, ты прекрасна, возлюбленная моя,

Ты прекрасна!

Глаза твои голубиные

Под кудрями твоими;

Волосы твои - как стадо коз,

Сходящих с горы Галаадской..

Как лента алая губы твои,

И уста твои любезны;

Как половинки гранатового яблока - ланиты твои..

Два сосца твои -

Как двойни молодой серны,

Пасущиеся между лилиями..

Вся ты прекрасна, возлюбленная моя,

И пятна нет на тебе!

Пленила ты сердце мое, сестра моя, невеста..

Одним взглядом очей твоих..

О, как любезны ласки твои, сестра моя, невеста!.

Округление бедр твоих как ожерелье,

Дело рук искусного художника;

Живот твой - круглая чаша,

В которой не истощается ароматное вино;

Чрево твое - ворох пшеницы,

Обставленный лилиями..

Этот стан твой похож на пальму,

И груди твои на виноградные кисти.

Подумал я: влез бы я на пальму,

Ухватился бы за ветви ее;

И груди твои были бы вместо кистей винограда..

Невеста: Возлюбленный мой бел и румян,

Лучше десяти тысяч других.

Голова его - чистое золото;

Кудри его волнистые,

Черные, как ворон..

Щеки его - цветник ароматный..

Губы его - лилии,

Источают текучую текучую мирру;

Руки его - золотые кругляки,

Усаженные топазами;

Живот его - как изваяние из слоновой кости,

Обложенное сапфирами..

Уста его - сладость,

И весь он - любезность.."

Воспеванию взаимного обладания вторит хор, то продолжающий поэтические сравнения, то вопрошающий жениха и невесту друг о друге. Автор абстрагируется от реальных Соломона и Суламиты и воспевает красоту, чистоту и силу чувственной земной любви. В конце книги невеста говорит:

"Положи меня, как печать, на сердце твое,

Как перстень, на руку твою:

Ибо крепка, как смерть, любовь,

Люта, как преисподняя, ревность..

Большие воды не могут потушить любви

И реки не зальют ее.

Если бы кто давал

Всё богатство дома своего за любовь,

То он был бы отвергнут с презреньем."

Итак, "крепка, как смерть, любовь". Эта фраза означает не только то, что мысль о смерти и чувство любви - важнейшие для человека. "Крепость" смерти есть начало разговора о смысле жизни; тема смерти неизбежно перекликается с размышлением и переживанием о Боге. Мысль о смерти возводит к Богу. Но, оказывается, и любовь возводит к Нему. Во-первых, потому, что юношеская любовь, неиспорченный эрос - это поистине Божий дар; и влюбленные, идеализируя друг друга и не желая думать о возможном будущем разочаровании, именно так это и воспринимают. А во-вторых, она есть земное преломление иной любви, любви Бога к своему творению. Разговор о любви, казалось бы, относится скорее к Новому Завету, но уже в рассматриваемой книге мы встречаем свидетельство откровения Божией любви. Может быть, не случайно название книги имеет ту же конструкцию, что и вся Книга Книг (Библия) - "Песнь Песней"? Чтобы понять это, обратим внимание на некоторые черты описания жениха и невесты, которые странно было бы отнести к поэтической лирике, даже столь древней:

Ж: "Кобылице моей в колеснице фараоновой

Я уподобил тебя, возлюбленная моя."

Хор (про невесту): "Кто эта, восходящая от пустыни

Как бы столбы дыма,

Окуриваемая миррою и фимиамом?.."

Ж: "Зубы твои, как стадо выстриженных овец,

Выходящих из купальни,

Из которых у каждой пара ягнят,

И бесплодной нет между ними..

Шея твоя - как столп Давидов,

Сооруженный для оружий,

Тысяча щитов висит на нем..

Глаза твои - озерки Есевонские,

Что у ворот Батраббима;

Нос твой - башня Ливанская,

Обращенная к Дамаску;

Голова твоя на тебе, как Кармил.."

О ком идет речь: о едва достигшей совершеннолетия девушке или о мощной крепости? При внимательном рассмотрении текста в образе невесты начинают проглядывать совсем иные черты - черты Иерусалима, черты Израиля, возлюбленного Богом. А вслед за тем в образе юного царя, величие которого подобно Ливанским кедрам и которого ищет по улицам и площадям душа невесты, угадывается Сам Ягвэ - Творец и Промыслитель избранного народа, являющийся в "хоре" - сонме ликующих ангелов.

Может показаться странным, что отношения между Богом и народом Израиля автор представляет в виде любовного обладания Жениха и Невесты. Но на самом деле это особый, принятый в Писании прием, встречающийся у пророков и перешедший в Новый Завет. Происхождение его весьма интересно. В древних религиях брачно-сексуальная символика занимала большое место, и часто процессы творения мира и появления его сущностей и стихий описывались в виде "брака богов", от которого рождались новые боги и энергии. У Бога-Отца обязательно имелась Божественная Супруга-Мать, у них рождались дети, и в мифологическом сознании древних возникали сложнейшие теогонические схемы, которые в новое время были унаследованы разного рода теософами. Словно полемизируя с древними выдумками, Библия говорит - Бог один, нет никаких богов рядом с Ним, а если говорить о браке, то этим браком, союзом является Завет, заключенный с Израилем со времен Авраама и подтвержденный на горе Синай при Моисее. По мере постепенного узнавания тайны Божественной любви Ягвэ представляется Женихом, взявшим в жены чистую (в идеале, в замысле, но не в реальной истории) "невесту" - Израиль. Бог не просто любящий Супруг, он - "Ревнитель", т. е. ревнует к Израилю, который часто оказывается Ему неверен. Подробно об этом скажут пророки Осия и Иеремия, а в Новом Завете Господь Иисус будет называть Себя Женихом, апостолов - друзьями Жениха или сынами чертога брачного, наши души - девами, готовыми к браку, Царство Божие - брачным пиром; св. ап. Павел назовет невестой Христову Церковь, а Апокалипсис св. Иоанна величественно завершит этот ряд образов. Но тема любви Бога и человека всегда будет присутствовать в жизни святых:

"Прииди, Свет истинный; прииди, Жизнь вечная; прииди, сокровенная тайна; прииди, сокровище безымянное; прииди, вещь неизреченная; прииди, Лицо непостижимое; прииди, непрестанное радование! Прииди, Свет невечерний; прииди, всех хотящих спастися истинная надежда. Прииди, мертвых воскресение; прииди, могучий, все всегда делающий, преобразующий и изменяющий одним хотением; прииди, невидимый, совершенно неприкосновенный и неосязаемый. Прииди, всегда пребывающий неподнижным и ежечасно весь передвигающийся и приходящий к нам, во аде лежащим,- Ты, превыше всех небес прерывающий. Прииди, имя превожделенное и постоянно провозглашаемое, о котором никто не может сказать, что оно, и никто не может узнать, каков Ты и какого рода, так как это нам совершенно невозможно. Прииди, "венок неувядающий. Прииди, Ты, Которого возлюбила и любит несчастная моя душа. Прииди, Единый, ко мне единому. Прииди, отделивший меня от всех и соделавший на земле одиноким. Прииди, Сам соделавшийся желанием во мне и возжелавший, чтобы я желал Тебя, совершенно неприступного. Прииди, дыхание и жизнь моя. Прииди, утешение смиренной души моей" (св. Симеон Новый Богослов).

В свое время иудейские авторитеты сомневались насчет включения Песни Песней в канон Ветхо Заветных книг, но всё-таки книга была признана канонической из-за глубины содержащейся в ней идеи. Здесь показано восхождение к Богу путем узнавания за границами земной, данной свыше, брачной любви, существования любви иной, Божественной, путем преображения чувственного эроса в духовную любовь. И потому, в частности, эту книгу некоторые Отцы Церкви рекомендовали читать именно совершенным монахам.

В конце книги мы находим своеобразное пророчество, косвенно подтверждающее вышесказанное:

"Есть у нас сестра,- говорит невеста,- которая еще мала, и сосцов нет у нее; что будем делать (с ней), когда будут свататься за нее?" - так сказано о будущем "браке", Завете Бога с язычниками, которые пока не доросли ("нет сосцов"); и мы по ассоциации не можем не вспомнить слова Спасителя: "Есть у меня и другие овцы, которые не сего двора; и тех надлежит Мне привести .. и будет одно стадо и один Пастырь."

Источник: http://vsemolitva.ru

comments

---

Богослужение

2014-06-27 09:42:12 (читать в оригинале)

Начиная с 25-й гл. книги Исход Пятикнижие неоднократно рассказывает об устройстве у древних израильтян богослужения, центром которого во время странствования по пустыне была "скиния" Завета. Скиния (происходит от евр. "шехина" - осенение Божие, благодатный покров) была по сути походным храмом, сооруженным в виде огромной палатки. (Известные строчки из Псалтири "простираяй небо яко кожу" в оригинале так и звучат: "Ты простер небо как палатку"). Располагавшаяся в центре стана скиния состояла из следующих частей: "святое святых", "святилище" и "двор скинии". В огражденном дворе стоял жертвенник, на котором совершались жертвоприношения. Здесь собирался для молитвы народ. Внутрь скинии, а именно в святилище, имели право входить только священники. В святилище помещался семисвечник, символизировавший действие Божественной благодати, стол для хлебов предложения (разновидность не-животной жертвы, предтеча наших просфор) и другие богослужебные предметы. А вот в "святое святых" мог войти только первосвященник и только в особые дни. Там находился ковчег Завета - ящик, содержавший три предмета: каменные скрижали Завета, сосуд с манной, которая была насущным хлебом и в то же время чудом Божьего промысла для голодных людей, и жезл брата Моисея первосвященника Аарона - знак священнического служения. Разнообразные материалы, многоцветные покрывала и каменья имели символическое значение, подобно тому, как в нашей Церкви форма или цвет богослужебного предмета несут определенную символику. Во время странствования священнослужители, продев шесты в соответствующие отверстия, со словами "Да восстанет Бог" (отсюда наша молитва "Да воскреснет Бог..") поднимали скинию и несли ее на себе, а придя на очередное место, опускали со словами "Да воссядет Бог". Т. о., скиния напоминала евреям о постоянном присутствии Ягвэ в Израиле и Его водительства. Через несколько веков трехсоставное устройство скинии повторилось в Иерусалимском храме, а после - и в наших храмах, которые обычно состоят из алтаря, собственно храма и притвора.

В Исх 22, 29 читаем: "Не медли приносить Мне начатки от гумна твоего и от точила твоего. Отдавай Мне первенца из сынов твоих; то же делай с волом твоим и с овцой твоей.. Семь дней пусть они будут при матери своей, а в восьмой день отдавай их мне". Принятое у некоторых соседних народов приношение детей в жертву в буквальном смысле Моисеев закон объявляет мерзостью, за которую положена смертная казнь, и противопоставляет этому обязанность первого сына посвятить на служение храму. Позднее этот закон был заменен на новый, согласно которому священниками становились люди только из колена Левия; колено это целиком посвятило себя богослужению. К священникам Закон предъявляет высочайшие требования: теснее других соприкасаясь со святостью Ягвэ, они и сами должны быть безупречны и святы. Священнику позволено "кормиться от жертвенника", и потому для скинии и обеспечения священников израильтянин по закону Втор 14, 22-29 откладывать от своего имущества специальную подать - десятину.

Основным богослужебным занятием священников было жертвоприношение. Древние историки, описывая Пасху в Иерусалимском храме, говорят о забрызганных кровью священниках, приносивших в жертву десятки тысяч овнов и тельцов. Священник ВЗ был по сути настоящим мясником! Он должен был уметь тщательно разделывать туши жертвенных животных и ловко сворачивать головы голубям. Жертвы были весьма разнообразными; они классифицировались в зависимости от того, за кого приносились: обычный он человек, начальник или священник, в зависимости от материального положения. Бедный человек не мог позволить себе козла или быка, ему позволялось принести голубков. Кроме кровавых жертв существовали и бескровные: мука, хлеб, соль и др. Наиболее характерно разделение жертв в зависимости от причины:

• жертва всесожжения;

• жертва за грех;

• жертва повинности;

• жертва мирная.

Жертва всесожжения, при которой животное сжигалось на жертвеннике полностью, приносилась за грехи всего народа дважды в сутки: вечером и утром; при этом огонь никогда не должен был угасать. Постоянное курение от жертвенника означало "неусыпную молитву, памятование о Ягвэ. Перед закланием священник возлагал руки на голову животного, символически превращая его в носителя грехов, которые будут уничтожены в огне. Кровь животного, к которой ВЗ относился со строгим благоговением, собиралась отдельно, и ею со всех сторон кропился жертвенник.

Во всех случаях жертвы специальным образом обрабатывались. Жертва за совершенный грех очищалась от внутренностей, которые сжигались на жертвеннике; лучшие части мяса посвящались Богу и вкушались священниками и их семьями, а остальные сжигались за оградой двора. Жертва повинности имела свои отличительные особенности и совершалась в тех случаях, когда человек (или весь народ) совершал грех по неведению, когда укрыл чужое преступление и в др. случаях. А мирная жертва приносилась в знак благодарения Богу за его дары и милосердие. В этом случае часть животного отдавалась священникам, а остальная туша приготавливалась и вкушалась принесшим и его семьей.

Животные жертвы Ветхого Завета, чистые, без порока, мужского пола, кровь которых искупляла Израиль от грехов, являлись прообразом искупительной жертвы беспорочного агнца Нового Завета - Господа Иисуса Христа. Даже сожигание животных вне скинии отцы Церкви сравнивали с казнью Христа вне стен Иерусалима.

Источник: http://vsemolitva.ru

comments

---

Законодательство

2014-06-25 18:55:17 (читать в оригинале)

Рассмотрим подробнее некоторые законы, каждый из которых имеет отношение к одной из десяти заповедей. Может показаться странным, что в качестве наказания за преступление Закон требует либо смертной казни (побивания камнями) - когда прямо нарушается заповедь декалога, и грех считается смертным, либо, в менее значимых случаях, - возмещения ущерба в адекватном размере. Нет тюрем, нет изгнания - только смерть или штраф, выражающийся отнюдь не обязательно в деньгах. Смертная казнь оправдана только в Ветхо Заветном теократическом обществе: если человек смертно согрешил, то он отвержен Богом, и в жизни, Им дарованной, ему нет удела. И если одни законы Пятикнижия могут показаться жесткими и в чем-то устаревшими, то другие и сегодня удивляют своей мудрой последовательностью и благородством.

"Кто ударит человека, так что он умрет, да будет предан смерти. Но если кто не злоумышлял, а Бог попустил ему попасть ему под руки его, то Я назначу .. место, куда убежать убийце. А если кто с намерением умертвит ближнего коварно и прибежит к жертвеннику, то и от жертвенника Моего бери его на смерть." Законом определялись города-убежища, и невольный убийца мог найти там приют от мести родственников убитого, если успевал добежать и коснуться жертвенника.

"Кто ударит отца своего или свою мать, того должно предать смерти. Кто злословит отца своего или свою мать, того должно предать смерти."

"Когда ссорятся двое, и один человек ударит другого камнем или кулаком, и тот не умрет, но сляжет в постель, то если он встанет и будет выходить из дома с помощью палки, ударивший его не будет повинен смерти, только пусть заплатит за остановку в работе его и даст на лечение его.. Когда дерутся люди, и ударят беременную женщину, и она выкинет, но не будет другого вреда, то взять с виновного пеню, какую наложит на него муж той женщины.. А если будет вред, то отдай душу за душу, глаз за глаз, зуб за зуб, руку за руку, ногу за ногу, обожжение за обожжение, рану за рану, ушиб за ушиб." В случае нанесения ущерба применялся принцип равного воздаяния: "око за око, зуб за зуб", и его духовный смысл не имеет ничего общего с кровной местью. Человек не побуждался ко злу, а предупреждался об ответственности: "если ты собираешься повредить другому, то в той же мере поступят с тобой". Это относится и к краже имущества, и даже к бешенству скота: "Если вол забодает мужчину или женщину до смерти, то вола побить камнями и мяса его не есть, а хозяин вола не виноват. Но если вол бодлив был вчера и третьего дня, и хозяин .. не стерег его .. то вола побить камнями, и хозяина его предать смерти. Если на него наложен будет выкуп, пусть даст выкуп за душу свою, какой наложен будет на него. Сына ли забодает, дочь ли .. - по сему же закону поступать с ним".

Строго и бескомпромиссно Закон относится к идолопоклонству, язычеству, кощунству и магии: "Ворожеи не оставляй в живых.. Приносящий жертву богам, кроме одного Господа, да будет истреблен."

Как было уже сказано ранее, Ветхо Заветный иудаизм разделяет отношение к иноземцам и соплеменникам. Лишь последние попадают в категорию "ближних". Неравные условия жизни могли приводить к тому, что некоторые евреи оказывались в долговой зависимости и попадали в экономическое рабство. Тем не менее Закон ограничивал хозяйскую власть, что особенно заметно на общем фоне древнего отношения к рабам:

"Если купишь раба еврея, пусть он работает тебе шесть лет, а в седьмой год пусть выйдет на волю даром. Если он пришел один, то пусть один и выйдет. А если он женатый, пусть выйдет с ним и жена его. Если же господин его дал ему жену, и она родила ему.. то жена и дети .. пусть останутся у господина ее, а он выйдет один. Но если раб скажет: "люблю господина моего, жену мою и детей моих; не пойду на волю", то пусть господин его приведет его пред (судьями), и .. проколет ему господин его ухо шилом, и он останется рабом его вечно.

Если кто продаст дочь свою в рабыни, то он не может выйти так же.. Если она не угодна господину своему, и он не обручит ее, пусть позволит выкупить ее, а чужому народу продать ее .. не властен, когда сам пренебрег ее. Если он обручит ее сыну своему, пусть поступит с нею по праву дочерей. Если же другую возьмет за него, то она не должна лишаться пищи, одежды и супружеского сожития. А если он сих трех вещей не сделает для нее, пусть она отойдет даром, без выкупа." ("Три вещи" - это описанные выше три ситуации.) Попутно обратим внимание на характерную черту: каждая женщина должна пройти через брачное ложе (войти в Завет через обрезанного мужа и рожать детей, обетованных еще Аврааму).

"Кто украдет человека из сынов Израилевых и, поработив его, продаст его .. то должно предать его смерти.. Если кто ударит раба своего или служанку свою палкою, и они умрут под рукою его, то он должен быть наказан. Но если они день или два переживут, то не должно наказывать его, ибо это его серебро. Если кто раба своего ударит в глаз, или служанку .. и повредит (глаз), пусть отпустит их на волю за глаз."

Закон повелевает быть милосердным: "Пришельца не притесняй .. ибо сами вы были пришельцами в земле Египетской.. ни вдовы, ни сироты.. Если же ты притеснишь их .. то Я услышу вопль их, и воспламенится гнев Мой.. Если даешь взаймы бедному из народа Моего, то.. не налагай на него роста. Если возьмешь в залог одежду ближнего твоего, до захождения солнца возврати ее, ибо она есть единственный покров его .. Когда будете жать жатву на земле вашей, не дожинай до края поля твоего, и оставшегося от жатвы твоей не подбирай, и виноградника твоего не обирай дочиста.. оставь это бедному и пришельцу. Я Господь, Бог ваш .. Не обижай ближнего твоего. Плата наемнику не должна оставаться у тебя до утра..". Как тут не вспомнить сталинское голодное время, когда расстреливали за подобранную на колхозном поле картошку. Как не подумать о современных директорах, годами не выплачивающих зарплату!

Божественное воспитание народа законом предполагает правосудие и истинное свидетельство. Тесть Моисея Иофор однажды предложил Моисею судить самому только наиболее важные дела, а остальные распределить между начальниками разных уровней, выбрав для этого бескорыстных людей. Специальные законы посвящены их деятельности. "Не внимай пустому слуху, не давай руки своей нечестивому, чтобы быть свидетелем неправды.. Не суди превратно тяжбы бедного твоего. Даров не принимай, ибо дары слепыми делают зрячих и превращают дело правых." Но, с другой стороны, "и бедному не потворствуй в тяжбе его", ведь бедность не означает обязательного благородства. И наконец: "не ходи переносчиком в народе твоем" - Закон не оставляет без внимания и "стукачей".

Целый пласт неоднократно высказанных запретов и постановлений касается темы брака и половых отношений. Кроме прелюбодеяния (измены), особенное внимание обращалось на любое блудодеяние, которое в большинстве случаев наказывалось смертью.

"Если обольстит кто девицу не обрученную и переспит с нею, пусть даст ей вено и возьмет ее себе в жену. А если отец .. не захочет выдать ее за него, пусть заплатит отцу.." "Если кто возьмет жену, и войдет к ней, и возненавидит ее, ..и пустит о ней молву (что) не нашел у нее девства, то отец отроковицы и мать ее пусть .. вынесут признаки девства .. к старейшинам города .. наложат на (мужа) сто сиклей серебра пени .. отцу отроковицы; она же пусть останется его женою, и он не может развестись с нею во всю жизнь свою. Если же сказанное будет истинно .. то отроковицу .. приведут к дверям дома отца ее, и жители города .. побьют ее камнями до смерти, ибо она .. блудодействовала в доме отца своего.. Если найден будет кто лежащий с женою замужнею, то должно предать смерти обоих.. Если будет молодая девица обрученная мужу, и кто-нибудь встретится с нею в городе и ляжет с нею, то обоих их приведите к воротам того города, и побейте их камнями до смерти.. Если же кто в поле встретится с отроковицей обрученною и, схватив ее, ляжет с нею, то должно предать смерти только мужчину.. а .. на отроковице нет преступления .. ибо хотя отроковица (в поле) кричала, но некому было спасти ее".

Под страхом смерти были запрещены скотоложство (грех соединения со смертной душой), мужеложство (извращение смысла и задачи брака) и кровосмешение, причем под последним понимались, к примеру, отношения между сыном и любой женой или наложницей отца, рассматривавшиеся как осквернение отцовского ложа (это продолжение мотива поведения Хама).

Специальные законы касались границ между коленами и семьями, причем рекомендовалось не передвигать межу, установленную отцами, о воинской повинности и отсрочке от нее молодому мужу, пока не насладится браком и др. Один из интереснейших обычаев запечатлен в законе о назорействе. Любой мужчина в Израиле мог на определенный срок (на несколько лет, реже на всю жизнь) стать назореем пред Господом. Для этого он давал три обета: во все время назорейства не пить вина, не стричь волосы и не прикасаться ни к чему нечистому. Если хоть один раз он нарушал эти обеты, то срок назорейства начинался снова. Это явление нельзя отождествлять с монашеством, даже дохристианским, но оно безусловно было подвигом, совершавшимся ради Ягвэ.

Наконец, целый свод законов и пояснений касался темы чистоты и нечистоты. Щепетильность в отношении чистого и нечистого была связано с глубоким осознанием "святости Бога", о чем будет сказано позже; подобное разделение возникало в Ветхом Завете в связи с четырьмя проблемами:

• "чистые" и "нечистые" животные;

• физиологическая нечистота женщин и истечения мужчин;

• нечистота трупов;

• нечистота проказы.

Запреты относительно определенных зверей описаны в 11 гл. кн. Левит. Но мы знаем о том, что еще Ной взял с собой в ковчег по семь пар чистых и по паре нечистых животных; стало быть, представления эти уходят в древнейшие времена. Из текста, смысл которого местами затемнен, мы не сможем понять логической причины подобного разделения животных. Нечистыми названы верблюд, тушканчик, заяц, свинья, орел, гриф, коршун, ворон, страус, змея и т. д. Может быть, это связано с памятью об Адамовом знании сути животных, когда в раю он "нарекал им имена", а может - с наблюдением за теми или иными видами животных. Не исключена и та версия, что животные, запрещенные Законом, могли иметь жертвенное значение у народов Ханаана, чьи нравы считались мерзостью в глазах Божиих. Только чистое животное могло быть символом общения с Богом, заместительной жертвой за грехи народа.

Физиологическая нечистота, связанная с месячными отправлениями, брачными отношениями или послеродового состояния женщины, воспринималась как явное свидетельство греховного недостоинства пред Богом, почему в этих случаях полагалось водное омовение и специальная жертва.

Нечистой считалась смерть. "Бог смерти не сотворил", - говорит Писание. Физическая смерть прежде всего является напоминанием о первородном грехе. Она противоположна жизни, исходящей от Бога. Поэтому труп сам по себе и всякое прикосновение к нему нечисты.

Самым страшным проявлением нечистоты была болезнь проказы, во время которой человек весь покрывается язвами, и всё его тело гниет и постепенно распадается. Приходившая невесть откуда и поражавшая в древности целые города, проказа, как в других случаях бездетность, считалась явным знаком проклятия Божия, отверженности. Кроме основных своих обязанностей, Ветхо Заветный священник обязан был заниматься освидетельствованием проказ. При появлении пятен на коже еврей обязан был придти к священнику. Тот осматривал его, и повелевал придти через семь дней. В следующий раз священник ставил диагноз, и если это была не проказа, то совершалось омовение и очистительные жертвы, ну а в печальном случае больной обязан был выйти из стана и поселиться вдали, живя лишь подаянием.

Источник: http://vsemolitva.ru

comments

---

Жизнь Моисея

2014-06-20 10:55:27 (читать в оригинале)

В начале книге Исход, второй в Пятикнижии, мы застаем еврейский народ в тяжелом положении. Иногда это связывают с тем, что во времена Иакова в Египте правили завоеватели из семитского племени гиксосов, родственного евреям и благорасположенного к ним, а когда к власти вернулась исконно египетская династия, ее правители усмотрели в евреях союзников ненавистных врагов. Так это или нет, но в XIII в. до Р.Х. знаменитый фараон Рамзес II-ой задумал уничтожить потомков Иакова, для чего, во-первых, заставил их в тяжелейших условиях строить пирамиды, а во-вторых, издал страшный указ о убиении всех рождающихся младенцев мужского пола. В это время и рождается великий Моисей, чудесным образом спасенный самой фараоновой дочерью и воспитанный при египетском дворе. Апостол Павел говорит, что Моисей был научен всей мудрости египетской. Но что есть сия мудрость? Вряд ли речь идет о технике орошения полей водами Нила. Мудрость Египта - это прежде всего его религиозная система. (Высказывалось предположение, что Моисей мог стать египетским жрецом). Египетскую религию часто называют язычеством, но это несправедливо. Язычество всегда является результатом духовной безграмотности, но в чистом своем виде религия Египта состояла из четырех положений:

• вера в единого Бога-Творца, достойного благодарения;

• понятие о Божественном воздаянии каждой душе в зависимости от исполнения ею нравственного закона;

• вера в победившего смерть божественного Осириса;

• вера в загробную жизнь и в собственное телесное воскресение.

Т. о., возрастание Моисея в Египте, который в духовном отношении являлся преемником "райского" Откровения, оказалось промыслительным. С другой стороны, скорее всего от родной матери, выдававшей себя за простую кормилицу, Моисей знал о своем еврейском происхождении и о Божественном обетовании Аврааму. Став взрослым, он не мог более оставаться равнодушным к страданию своего народа. Однажды, увидев, как надсмотрщик избивает раба-еврея, он вступился за него и был вынужден убить египтянина. В другой раз он попытался разнять двух ссорившихся евреев, но один из них ответил: "кто поставил тебя начальником и судьей над нами? не думаешь ли убить меня, как убил вчера египтянина?". Наверное, это был первый из многих последующих случаев, когда Моисей убедился в неблагодарности своих соплеменников; в слепоте совей они не способны увидеть главную причину порабощения в забвении Бога и разобщенности. Испугавшись разоблачения, сорокалетний Моисей бежит в соседнюю Мадиамскую землю. Сорок - это символическое число, означающее завершенность, полноценность некоего жизненного этапа; оно часто встречается в Библии и вряд ли соответствует точному календарному сроку. Жизнь Моисея также символически разбита на три периода: 40 лет жил в Египте до бегства, еще 40 лет жил в изгнании до получения Откровения и 40 лет водил евреев по пустыне. В мадиамской земле Моисей женился на Сепфоре, дочери Иофора, который, как и Мелхиседек, являлся священником истинного Бога. Все годы вынужденного изгнания Моисей пас овец у своего тестя. Но судя по всему, его никогда не оставляло желание помочь своему народу. Пребывание в пустыне перед призванием на служение - частый сюжет в библейской истории. Находясь один под огромным небом, особенно ночью, праведный человек переживает величественную непостижимость Бога. Однажды, находясь у горы Хорив, Моисей увидел терновый куст, объятый необычным пламенем и не сгоравший куст (по-славянски "неопалимая купина"). "Господь увидел, что он идет смотреть, и воззвал к нему Бог из среды куста: Моисей! Моисей! Он сказал: вот я, Господи! (образ готовности: "вот я весь пред Тобою") И сказал Бог: не подходи сюда; сними обувь свою с ног твоих; ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая... Я Бог отца твоего, Бог Авраама, Исаака и Иакова. Моисей закрыл лице свое, потому что боялся воззреть на Бога". Видение Моисея оказалось фоном со-беседования с Богом, а сам несгорающий куст стал многоплановым прообразом: и Израиля, страдающего, но не уничтоженного, и Церкви, которая непобедима, и двухприродности Христа, и приснодевства Марии.

Господь сообщает Моисею, что Он, "услышав вопль" народа Израиля, идет избавить его от египетского гнета, для чего Ему нужен верный исполнитель - Моисей. Призвание Моисея удивительным образом описано в виде диалога Бога и Моисея, в котором Творец уговаривает Моисея взяться за этот подвиг, а Моисей всячески отказывается. "Кто я, чтобы мне идти к фараону и вывести сынов Израильских?" - "Не бойся, Я буду с тобой". "Кто поверит в это?" - "Ты поразишь их чудесами". "Но фараон меня не послушает." - "Я поражу Египет казнями Моими и фараон отпустит вас". "Но я человек не речистый и косноязычен - как мне говорить с евреями?" (есть древний апокриф о том, что Моисей в детстве обжег язык горячим углем и потому стал "гугнив") - "Брат твой Аарон будет растолковывать людям то, что Я скажу тебе". Наконец, Моисей пытается "искусить" Бога еще одним вопросом: "вот, я приду к сынам Израилевым и скажу им: "Бог отцов ваших послал меня к вам". А они скажут мне: "как Ему имя?" Что сказать мне им?" Ранее на вопрос о Своем имени Бог не ответил Иакову. Но ныне Моисею Он отвечает: "Я есмь Сущий (Ягвэ)...скажи сынам Израилевым: Сущий послал меня к вам". Так впервые в Библии было произнесено главное ВЗ-ное имя Бога, приоткрывающее Его таинственность: Он есть "Сущий", точнее с еврейского: Он есть Тот, Кто есть. За этой кажущейся тавтологией скрывается глубокий смысл. "Сущий" - это причастие от глагола "быть". Обычно поэтому говорится о том, что Бог-Ягвэ (лат. Иегова) есть Источник или Податель всякого бытия. Но по сути дела не было бы никакого нового откровения в том, что Бог является Творцом и Первопричиной всякой тварного бытия - это аксиома истинной религии. Необходимо более пристально приглядеться к таинственной тетраграмме IXVX: "Я есть Тот, Кто есть". Во-первых и в главных это означает, что Бог является истинным Бытием, единственной Реальностью, по сравнению с которой всё не столь реально или не реально вовсе. Всё обретает реальность, настоящее бытие только в той мере, в какой причастно бытию Сущего. Только Он "есть" по-настоящему. Во-вторых, в этом имени можно усмотреть надвременный аспект: в отличие от преходящего мира Он "есть" всегда. В отличие от нашей жизни, в которой каждый будущий миг превращается в прошедший, у Бога всегда "настоящее" время, настоящая жизнь. В-третьих, обратим внимание на слово "Тот". В индуизме человек говорит Божеству: "Ты еси То", и высшим качеством Его считается безличностность. Но Бог Авраама и Моисея - не океаническая бездна, Он есть высшая Личность, обладающая мыслью, волей, и, если можно так выразиться, характером. В библейской религии нельзя спросить "что есть Бог?", но только "Кто есть Бог?". Пред Единым Личностным Богом праведный человек "говорит лицом к лицу". В будущем подобное представление развилось в знание о "человечности" Бога. Моисей, ответив Божественному призванию, созвучному его собственному чаянию, оказался перед сложнейшей задачей. Вначале ему предстояло убедить соплеменников в своем Божественном посланничестве и пробудить в них веру в избавление от рабства, духовного и физического. Вероятно, далеко не все и не сразу потомки Иакова поверили Моисею и увидели в нем желанного избавителя. Затем наступило время, когда Моисей вместе со своими помощниками стал приходить к фараону во дворец и бесстрашно требовать отпустить народ Израиля уйти в пустыню хотя бы на несколько дней, чтобы он совершил праздник своему Богу. Но фараона не убедили ни чудеса Моисея, которые были повторены египетскими чародеями, ни даже "казни Египетские" - многочисленные природные бедствия и эпидемии, которые по молитве Моисея Бог наводил на Египет. После этих "казней" сердце фараоново более ожесточалось, и результат получался обратный - правитель усиливал репрессии в отношении евреев. С психологической точки зрения это понятно - фараон не может признать своей неправоты, ведь он мнит себя божественным; он не может также поверить в то, что Бог Египта может уступить суевериям жалких иноплеменников, которых вполне могли считать колдунами, наводящими зло на египтян. Однако многим непонятны слова о том, что именно Ягвэ совершает это "ожесточение": "И сказал Господь Моисею: когда пойдешь.. в Египет.. все чудеса.. сделай пред лицем фараона. А Я ожесточу сердце его, и он не отпустит народа." Почему Ягвэ ожесточает сердце фараона? Для того, чтобы последующее освобождение от рабства было воспринято не как закономерное следствие испуга фараона перед бедствиями, испуга, который может быть объяснен естественными причинами, и не как горделиво и магически воспринятая победа Бога Израиля над другими богами, но как явное чудо Божие, совершившееся вопреки очевидному ходу событий. Ведь даже после того, как фараон, потрясенный гибелью всех египетских первенцев, в т. ч. и своего наследника, растерявшись, отпустил евреев, он, опять же "ожесточенный Богом Сущим", погнался через несколько дней за народом-беженцем.

В ту ночь, когда, по повелению Моисея, евреи должны были совершить исход из Египта, они первый раз совершили Пасху (евр. "пейсах" означает "прохождение мимо"). Для этого приготовили в пищу закланного агнца, не имеющего изъяна ("беспорочного"), не ломая ему костей, в соусе из горьких трав (образ страдания), обмакивая в солило "опресноки" - пресные хлебы (образ нравственной чистоты); ели стоя, препоясавшись, всем своим видом символизируя готовность к следованию за Богом. С тех пор Пасха стала для евреев праздником избавления от египетского рабства, но в дни земного страдания Господа Иисуса Христа она неожиданно приобрела прообразовательный смысл. Вслед за Моисеем, судя по тексту, из Египта вышло 600 тыс. мужчин, поэтому, с учетом женщин и детей, всего ушло около 2-х млн. человек. Впрочем, возможно, эти цифры преувеличены.

Опомнившись, фараон (как считается, Мернептах), не желая упускать дешевую рабскую силу, погнался за евреями с огромным войском и догнал беглецов в тот момент, когда они расположились станом перед Красным (по слав. "Чермным") морем. Окруженные с остальных сторон горами, евреи впервые пожалели о том, что доверились Моисею, и приготовились к худшему. И тут Ягвэ являет чудо: "И простер Моисей руку свою на море, и гнал Господь море сильным восточным ветром всю ночь, и сделал море сушею; и расступились воды. И пошли сыны Израилевы среди моря по суше .. Погнались египтяне, и вошли за ними в средину моря все кони фараона, колесницы его и всадники его.. И простер Моисей руку свою на море, и к утру вода возвратилась в свое место; а египтяне бежали навстречу воде. Так потопил Господь Египтян среди моря .. не осталось ни одного из них". (Иногда отцы Церкви говорят о том, что Моисей, веля жезлом воде сначала расступиться, а затем собраться, сделал вертикальное и горизонтальное движения, т. е. пророчески начертал крест.) Ученые высказывают две естественнонаучные гипотезы того, что именно произошло по молитве Моисея. Возможно, речь идет о том, что случился отлив, а когда египтяне пошли по броду, вода вернулась на свое место. Вторая версия, зная то, что Красное море во многих местах заболочено, предполагают, что тяжелое фараоново войско увязло в топях. Косвенно об этом может говорить стих: "И отнял Господь колеса у колесниц их, так что они влекли их с трудом". Так или иначе, но израильтяне были потрясены свершившимся. Они сумели увидеть в этом не просто чудо Божьего избавления, а чудо реального присутствия Бога и участия Его в их исторической судьбе. Сущий на небесах явил Свою близость, и забыть теперь этого уже было нельзя. В дальнейшем пророки Израиля, призывая народ к покаянию, неизменно напоминали ему о неоспоримом чуде перехода через Красное море. (И сегодня в Церкви каждый канон начинается с ирмоса на эту тему: "Яко по суху пешешествовав Израиль, по бездне стопами..", "Колесницегонителя фараона погрузи" и т. д.). Вся история народа Израиля началась с чуда Божьего явления. И потому специфика формирования этого народа в том, что он образовался прежде всего не по территориальному или экономическому признаку, и даже не по кровному: к примеру, не все евреи стали Израильтянами, а только те, кто вышел из Египта за Моисеем. Народ этот сформировался преимущественно по религиозному признаку. Этимологически "еврей" скорее всего происходит от "ибри" - кочевник, но в библейском смысле еврей это тот, кто верует в единого Бога Ягвэ, открывшегося Аврааму, Исааку, Иакову, а теперь еще и Моисею.

Согласно кн. Исход, Моисей по воле Бога водил евреев по пустыне сорок лет. Маршрут этого путешествия, прослеженный по карте, оказывается по сути замкнутой кривой. Значит, задача, поставленная перед Моисеем, была не в том, чтобы быстрее достичь обетованной земли, а в том, чтобы в пустыне родилось и окрепло новое поколение народа Израиля, способное выживать в труднейших условиях, и, самое главное, не знающее о Египте. Что касается людей, вышедших из Египта, то несмотря на многочисленные чудеса, явленные им от Бога (описаны в кн. Исход), они, подобно Лотовой жене, постоянно жалели о прошлом, роптали на Бога и малодушно упрекали Моисея: "зачем ты вывел нас из Египта? Ведь там мы ели много мяса". Великому пророку приходилось сталкиваться не только с малодушием и неблагодарностью спасенных евреев, но особенно с рецидивами идолопоклонства и даже с восстаниями, одно из которых вдохновлял его родной брат Аарон, ставший в Израильском стане первосвященником. Это поколение не увидело новой жизни. Не вошел в землю обетованную даже сам Моисей, которому однажды передалось маловерие народа. Но самым значительным событием этого многолетнего странствования стали дарованные Богом Моисею знаменитые десять заповедей, которые полагается знать наизусть каждому христианину.

Источник: http://vsemolitva.ru/c322.html

comments

---

Грехопадение

2014-06-06 14:35:14 (читать в оригинале)

3 глава книги Бытия целиком посвящена грехопадению и его последствиям. Мифологический (в значении "священно-символический") язык древнего сказания не всегда понятен современнику. Часто говорят о невесть откуда взявшемся яблоке, которое съела жена - а она "вкусила плод" приходится также слышать о том, что первородный грех состоял в первом половом сожительстве, что-де запрещено Богом, и т. д. Западные средневековые сказки и ереси в отношении 1-3 глав книг Бытия перекочевали в обличительные книжки атеистов XIX в. и современных шутников, которые высмеивают то, чего в Библии нет и в помине. Но в Библии присутствует иносказательное описание величайшей драмы, произошедшей с человеком на заре его исторического существования.

В раю неожиданно появляется змей. Образ этот означает сразу две мысли:

• во-первых, зло уже существовало, до и вне человека;

• во-вторых, носитель этого зла, сатана, пред Богом всего лишь творение, хитрая гадина.

Примечательно, что во всём повествовании о творении мира и грехопадении человека не сказано прямо ни о диаволе, ни об изначальном отпадении части ангелов, им увлеченных во тьму. В 1 главе говорится о бездне, в 3 главе - о змее. По мысли Бытописателя, основные библейские события и проблемы спасения лежат только на оси "Бог - человек". Появление змея в райском саду есть отзвук того обстоятельства, что за границами рая - еще не преображенная, "безвидная" земля, вселенная, а за ее границами - всё та же тьма небытия. Змей - это "партизан" бездны в раю. Подползая к жене, он не может проникнуть в ее душу и потому силится обратить на себя внимание: "подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю?". Здесь характерен призыв усомниться в истинности Бога (подлинно ли?) и в Его благости (не дает вкушать). Поистине, змей искушает жену логикой! Она отвечает ему, припоминая слышанную от Адама заповедь, что только плодов того дерева человекам нельзя вкушать, чтобы им не умереть. Но змею, который и так всё это знает, на самом деле важно то, что жена сумела его расслышать и беседует с ним. В следующей фразе он уже полностью являет себя духом клеветы на Бога: "нет, не умрете; но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их (плоды), откроются глаза ваши, и вы будете как боги, знающие добро и зло (т. е. всё на свете). Падение жены произошло уже в тот момент, когда она не возразила на эти слова. Некая тварь Божия опровергает Бога и продолжает спокойно существовать, значит, так можно жить! Она начинает по-новому смотреть на Бога, Он неискренен, Он что-то скрывает. Но и на окружающий мир тоже, оказывается, можно посмотреть с иной, не Божией точки зрения, и не умереть. И она по-иному смотрит на страшное дерево: оно "хорошо для пищи, приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание". Это те самые три составляющие первородного греха, которые святой апостол Иоанн Богослов назовёт "похотью плоти, похоть очей и гордостью", а отцы-аскеты сластолюбием, сребролюбием и славолюбием. Что же обещает змей человеку? - "будете как боги". Но разве не то же самую задачу поставил человеку Бог? "Я сказал: вы - боги" - восклицает от имени Творца Псалмопевец. А в Новом Завете Господь говорит еще определеннее: "будьте совершенны, как Отец ваш небесный совершенен" - это и есть то самое "уподобление" Богу. Святой Ириней Лионский, святой Афанасий Александрийский, развивая эту мысль, дерзновенно говорят о Христе: "Бог стал Человеком, чтобы человек стал богом". Но диавольская подтасовка заключена в слове "как" - "как боги". Бог призывает человека стать "богом у Бога", сыном Божиим, Его причастником. А змей соблазняет возможностью быть "богом без Бога", самому себе богом, ведь человек имеет потенциальное могущество.

Т. о., вкушение плода от древа познания добра и зла, приведшее человека к духовной катастрофе, означает познание мира вне Бога и устроение своей жизни в нем без Бога. Духовная тенденция, при которой человек стремится поставить себя в центре вселенной и подчинить себе все ее духовные и материальные силы, в богословии называется магизмом. И эта тенденция во всей дальнейшей истории противостоит тенденции религиозной, в которой человек, поставив Бога в центре своей жизни и жертвенно служа ему, стремится восстановить утерянную близость (термин "религия" можно трактовать как "воссоединение", возобновление единства).

Жена "взяла плодов его, и ела; и дала также мужу своему, и он ел. И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и .. сделали себе опоясания". А до того "были оба наги, Адам и жена его, и не стыдились". Адам вкушает то же, что и жена, ведь любовь еще не нарушена, они - как неразделенные сиамские близнецы. Итак, думали, что боги, но узнали, что наги. "Нагота" имеет весьма специфический смысл. Это ощущение собственной малости, ничтожества, незащищенности: всего лишь червь, всего лишь прах, всего лишь песчинка на окраине миров. Узнать о своей наготе - значит потерять ощущение благодати. До падения человек не знает об этой наготе и не боится, не знает о грехе и не стыдится, а падшему человеку состояния стыда и безблагодатности знакомы. Сделать себе "опоясания" - жалкая попытка прикрыть "наготу", компенсировать духовную потерю. Об этом же сказано и в (3, 8): "И услышали голос Господа Бога, ходящего в раю во время прохлады дня близость Господа для автора, жившего в знойном климате Палестины, описана как желанная прохлада; и скрылся Адам и жена его от лица Господа Бога между деревьями рая". Это могли быть "древо науки", "древо искусства" и т. п.; так выражена попытка заглушить всё нарастающую душевную тревогу. "И воззвал Господь Бог к Адаму, и сказал ему: Адам, где ты?". Вот удивительно, не человек Бога, а Бог взыскует человека! Змей действует нагло, обманывает, соблазняет, парализует волю тот, кто обещает свободу и не отступает, пока не добивается своего. Творец, подарив человеку жизнь и мир, дав заповеди и предупредив об опасности, требует доверительных отношений и не управляет каждым шагом человека, и когда последний совершает ошибку, не корит, не угрожает, а отечески спрашивает: где ты, куда уходишь, подумай, что ты теряешь. "Он сказал: голос Твой я услышал в раю, и убоялся голос Божий был мелодией блаженства, а сейчас он источник страха - вот откуда появляется в древних религиях специфический ужас перед многорукими божествами, потому что я наг (ложное раскаяние, разве этого надо было бояться, стыдиться), и скрылся. И сказал Бог: кто сказал тебе, что ты наг? Не ел ли ты от дерева, с которого Я запретил тебе есть?". Прямой вопрос требует прямого ответа. Если бы Адам сказал: да, это так, прости меня, то история пошла бы менее драматично. Но первый человек греховный путь прошел до конца. "Адам сказал: жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел". Ему, как говорит в одной из своих проповедей преп. Симеон Новый Богослов, следовало так ответить своему Создателю: "Ей, Владыко, истинно согрешил я, преступив твою заповедь... Помилуй мя, Боже, и прости".Адам внешне говорит правду, но на самом деле он вместо раскаяния отвечает неблагодарностью и двойным обвинением: жены, которая его совратила - так рушится брачное единство, Бога, который ее даровал - так Адам впервые доходит до сатанизма. Жена на аналогичный Божий вопрос ссылается на змея: "змей обольстил меня, и я ела". (3, 9-14)."О нечувствие окамененное! И ты, Ева, после того, как согласилась беседовать со змием, предпочла ... заповеди Господа совет его и почла его (змия) более истинным, чем заповедь Божия!.." - горестно восклицает преподобный Симеон.

Из последней сцены мы видим, что в грехопадении виноваты и Адам, и жена его, (Адам в итоге повел себя гораздо хуже), и когда говорится, что грех вошел в нас через жену, подразумевается не особая ее вина, а механизм проникновения первородной испорченности. Ввиду того, что в идеале "Адам и жена его" - это и есть полноценный человек (имя Ева появляется уже после грехопадения и означает начало разобщенности), некоторые комментаторы аллегорически толкуют Адама как ум и Еву как сердце человека; т. о. первородный грех сначала поразил чувствительную сторону души, а затем уже разумную ("вне Бога разум становится подобным животному и бесам" - святой Григорий Палама).

Вообще говоря, в Библии и христианстве Адам - это не только первый человек или первое человечество. Слово Адам также означает "человек вообще", "генотип человека". Западно-христианской формулировке - "все грешат из-за вины Адама" - святой апостол Павел противопоставляет "генетический" взгляд: " в нем (в Адаме) все согрешили" (Рим. 5, 12). Т. е. мы грешим "в Адаме", "вместе с Адамом", "как Адам". Мы все - это первый, или ветхий Адам. Понятие первородного греха описывает всеобщую испорченность человеческого рода, падшесть его, потенциальную греховность; отцы Церкви называют это "удобопреклонностью ко греху". (Но сия удобопреклонность не означает фатальной неизбежности совершения греха.)

Дальнейшее повествование 3 главы касается проклятия змея, осуждения людей и изгнания их из рая. Но то, что называется изгнанием, является результатом уже осуществившейся по вине человека потери рая в смысле духовном. Непослушание, нераскаянность и богоотвержение после грехопадения привели к тому, что прежняя жизнь с Богом была уничтожена. Падший человек не может быть в раю по определению, а не из-за гнева Божия.

В (3, 14-15) звучит Божественное проклятие змея-диавола перед всем светом. Он будет ползать на чреве своем (зло пресмыкается, затрагивает низменные страсти) и всегда питаться прахом (Адам - это одухотворенный "прах", но пища диавола - полностью бездуховные, внутренне мертвые люди). Некоторые отцы Церкви по избытку любви высказывали мнение о возможности спастись даже бесам, но по-видимому Люцифер, соблазнив человека, не только перенес грехопадение на другой уровень, не только значительно углубил искажение чудесного Божественного замысла, но и сам себя отлучил от зыбкой возможности спасения, т.е. оказался действительно проклят. И далее: "вражду положу между тобою и между женою, .. между семенем твоим и ..семенем ее; оно (в оригинале - "Он") будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту". Действительно, отныне одной из главных задач духовной жизни станет борьба человека (семя жены) со всевозможными проявлениями зла (семя змея) - борьба на смерть. Пророки и праведники всех времен будут пытаться уничтожить зло (поразить змея в главу), но диавол будет успешно находить их слабые места (ср. с "ахиллесовой пятой"). Главной "пятой" окажется, конечно, смертность и беззащитность праведника, и зло будет часто торжествовать. Но однажды явится Тот, Кто уничтожит корень зла (на славянском это звучит конкретно: "семя жены сотрет главу змия"). Подобное сообщение прежде всего отражает древнейшую надежду человечества на спасение от власти зла и греха. Но в столь очевидных образах ("Он", "семя жены", "поразит в главу") Церковь не могла не усмотреть первого в библейской истории пророчества об Иисусе Христе. Поразительно: еще до того, как Бог определяет наказание Адаму и Еве за совершенное в раю, Он уже произносит Свое первое Евангелие, содержащее обещание непременного спасения! А ведь для Бога это означает отдание Сына на крест.

Далее Бог определяет человеку наказания, которые в то же время можно назвать последствиями первородного греха:

• беременность жены отныне скорбна и роды болезненны;

• в браке неравенство: муж будет господствовать над женой;

• в любовь вошла нечистота, похоть;

• земля (природа) отныне "проклята" за человека, больна, враждебна ему (св. апостол Павел говорит, что всё творение совокупно мучается из-за человека...);

"Кожаные одежды", данные Богом (3, 21), могут говорить либо о неком иммунитете либо об огрубении человека в связи с изменившимся климатом труд из благодатной задачи становится мучительной необходимостью для добычи пропитания. Самым страшным последствием первородного греха становится смерть. Она описана вначале просто как причина жизненной бессмыслицы: человек в поте лица добывает хлеб, произрастающий из земли, для того, чтобы сей хлеб, становясь частью самого стареющего человека, возвратил его в ту землю, из которой он был (материально) образован: "земля еси, и в землю отыдеши" (святой Иоанн Дамаскин, из последования панихиды). Но стихи (3, 22-24) глубже объясняют эту тему: "И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас..и теперь как бы не простер он руки своей и не взял также от древа жизни ..и не стал жить вечно. И выслал его Господь Бог из сада Едемского.. и поставил.. Херувима и пламенный меч (вращающийся), чтобы охранять путь к дереву жизни". Итак, после грехопадения физическое бессмертие стало невозможным. Но и это, оказывается, не прихоть Творца (атеистические комментаторы любили здесь порассуждать о зависти Бога). Смерть не только трагична. Если бы человек, выбравший однажды зло, остался бессмертен, то это, особенно из-за слабости человека перед активным напором и обманом диавола, неминуемо привело бы к возникновению тотально осатанелого мира, где люди бы безвыходно и бесконечно страдали, т. е. к победе бездны над Божиим творением. Смерть становится тем естественным пределом, который ограничивает во времени любое злое явление, отныне уже не всевластное, а для самого человека означает важнейший жизненный рубеж. Смерть физическая не означает конец бытия, но является символом и предупреждением о "второй смерти" - духовной. Если первая смерть есть временное разделение души и тела, то вторая означает вечную разлуку души и Бога. Смерть оказывается последним аргументом в пользу веры и покаяния. Воистину, "благодетельно установлена смерть" (святой Иоанн Златоуст).

Грехи, болезни, страдания - всё это последствия смертности. Отцы Церкви говорят, что после грехопадения изменилась сама природа человека. В частности, действия разума, воли и чувств, а также тела и души между собой потеряли былое гармоническое единство. В связи с этим аскетика говорит о возникновении душевных и телесных страстей - глубинных болезненных комплексов.

Источник: http://vsemolitva.ru

comments