Не читайте перед сном «рыночных комментариев» украинских т.н. «технических аналитиков». И вообще их лучше не читайте. И «ленту друзей» Svinoryl’а на ночь не просматривайте. Иначе может присниться примерно такое:
 
 
Очутившись в толпе почтенных стариков, гомонивших напротив крытой веранды паба «Сундук», что на Леонтовича, он опомнился и принялся спокойно взвешивать шансы. Пока он предавался своим размышлениям, рассеянно прогуливаясь взад и вперед, старики продолжали заниматься ежедневным своим делом.
Это были странные и смешные в наше время люди. Почти все они были в темных пиджаках и в галстуках, некоторые носили даже подтяжки. И уже, конечно, все были в пожелтевших розовых рубашках. Здесь, в пабе «Сундук» собирались обломки докризисного Киева: трейдеры, оставшиеся без своих контор, сейлзы, увядшие по случаю отсутствия комиссий, выжившие из ума аналитики и другая шушера. Когда‑то они собирались здесь для совершения сделок. Сейчас же их тянули сюда долголетняя привычка и необходимость почесать старые языки. Они ежедневно прочитывали Financial Times, – местную прессу они не уважали, – и все, что бы ни происходило на свете, старики рассматривали как прелюдию к появлению в Украине фондового рынка. Когда‑то в Украине действительно был фондовый рынок, и это было так весело и доходно, что легенда о нем до сих пор еще бросала золотой блеск на паб «Сундук».
– Читали про выход Греции из зоны евро? – обращался один темный пиджак к другому темному пиджаку. – Выступление премьера Папандреу?
– Папандреу – это голова! – отвечал спрошенный пиджак таким тоном, будто убедился в том на основе долголетнего знакомства с премьером. – А вы читали, какую речь произнес Берлускони на собрании в парламенте?
– Ну, о чем говорить… Берлускони – это голова! Слушайте, Ильячишин, – обращался он к третьему старику в подтяжках. – Что вы скажете насчет Берлускони?
– Я скажу вам откровенно, – отвечали подтяжки, – Берлускони пальца в рот не клади. Я лично свой палец не положил бы.
И, нимало не смущаясь тем, что Берлускони ни за что на свете не позволил бы Ильячишину лезть пальцем в свой рот, старик продолжал:
– Но что бы вы ни говорили, я вам скажу откровенно – Баррозу все‑таки тоже голова.
Розовые рубашки поднимали плечи. Они не отрицали, что Баррозу тоже голова. Но больше всего утешал их Бернанке.
– Бернанке! – говорили они с жаром. – Вот это голова! Он со своим проектом количественного смягчения…
– Скажу вам откровенно, мосье Твердый, – шептал Ильячишин, – все в порядке. Берлускони уже согласился на количественное смячгчение, но знаете, при каком условии?
Темные пиджаки собрались поближе и вытянули куриные шеи.
– При условии, что в Украине появится фондовый рынок. Бернанке – это голова. Ведь им же нужно сбывать кому‑нибудь свои мусорные акции? Вот мы и будем покупать.
При этом сообщении глаза стариков блеснули. Им уже много лет хотелось покупать и продавать,
– Бернанке – это голова! – сказали они вздыхая. – Берлускони – тоже голова.
Когда Svinoryl очнулся от своих дум, он увидел, что его крепко держит за борт пиджака незнакомый старик в пиджаке в елочку с засаленным галстуком Armani. Подтяжки его опали, прямо на Svinoryl’a смотрел неработающий айфон.
– А я вам говорю, – кричал старик в ухо блоггеру, – что Меркель на эту удочку не пойдет! Она не пойдет на эту удочку! Слышите?
Svinoryl отодвинул рукой раскипятившегося старика и выбрался из толпы.
– Путин – это голова! – неслось ему вдогонку. – И Медведев – это голова.
 
За идею и «рыбу»-текстовку большое спасибо покойным Ильфу с Петровым. За сюжет и отдельные фамилии из текста – постам и прочим творчествам ряда юзеров из френленты, чьи творения служат отличным пособием на тему «как нельзя писать о фондовых рынках» для начинающих журналистов и аналитиков :-)