Восторг внезапный ум пленил… М.В.Ломоносов



Я в поэтическом настроении;

Муза засела внутри.

В сутки рожаю по стихотворению,

А иногда и по три.

Это случается время от времени.

Это сильнее меня.

Чем хуже живется тем я "беременей"

И разрешаюсь от тяжкого бремени,

В тетрадке стихи хороня.

Я - человек! Мне надобно выговориться!

Бумага все стерпит - вот плюс.

Я - уголек! Мне надобно выгореться!

Я скоро потухнуть боюсь…

Это - болезнь. Это - как сумасшествие.

Об этом читай между строк.

Я снова предчувствую звуков нашествие,

Сегодня я - светоч и Бог!

Текстов экспрессам не создано тормоза,

Карениной брошусь под них.

Мысли и чувства поселятся в образы,

А образы сложатся в стих.

Закончу я новое стихотворение,

Замкну его в клетку листка,

На клетке означу я: "Тихо: творение!"

И имя сниму с потолка.

Зал пуст давно, одни лишь тени,

Театром правит пыль и тьма.

Когда-то здесь, на этой сцене

Один актёр сошёл с ума.

Его забыли, как кумира,

Он был разбит, потух и взгляд,

В конце трагедии Шекспира

Он выпил настоящий яд.



Театр с той поры пустой,

И думается что не скоро,

В его стенах найдёт покой

Дух позабытого актера.

Затихла музыка и падает из рук

Безликий образ яркой полумаски.

Мой милый друг, мы замыкаем круг.

Отныне жить нам суждено лишь в сказке.



Окончен бал, пустеет темный зал,

Развеян дым иллюзии и фарса.

Мой мудрый друг, а помнишь, ты сказал,

Что наша жизнь с препятствиями трасса.



Снимаем грим усталою рукой,

В углу небрежно брошены костюмы,

Мой добрый друг, нелепостью какой

Наполнили сердец мы наших трюмы.



И темный снег нам устилает путь,

Ведь мы певцы, увы, чужого счастья,

Мой верный друг, прошу, не позабудь

Зонт юмора – защиту от ненастья.



Пусть будет так, и каждому своё:

Пилоту – небо, страннику – дорога,

А нам Пьеро тихонечко споёт

Под шум дождя у милого порога.