«Тренировочный лагерь прошел отлично», - заявил Вайхель в предматчевом интервью. «Я в лучшей форме за всю свою жизнь и я готов это сделать»

«Патрисио очень дисциплинированный боец. Он один из лучших полулегковесов в мире, как и я. Я усердно готовился со своей командой и думаю, мы разработали отличный план на бой – я буду работать на своей дистанции, пользоваться преимуществом в длине рук, но я так же готов бороться и работать в партере. Я чувствую себя очень комфортно и уверен в том, что завтра чемпионский пояс отправиться домой вместе со мной»

«За последние пару лет я сильно изменился. Я изменил свой стиль, в том числе значительно улучшил ударную технику благодаря тренеру Мохаммеду Уали. Он очень много работал со мной, и это сделало меня разносторонним бойцом ММА. Именно поэтому мне удалось стать победителем десятого сезона и выиграть у Пэта Куррэна, который является бойцом мирового уровня»

«145 фунтов – мой дивизион. Я чувствую себя более быстрым и сильным, чем в легком дивизионе. Как боец я стал значительно лучше в полулегком весе. Когда я спустился в более легкую весовую категорию, я почувствовал, что мне в ней более комфортно. Переход в полулегкую весовую категорию был отличной идеей»

«Каждый раз, когда я выходу в клетку, я стремлюсь завершить бой досрочно, но в то же самое время я считаю себя умным бойцом. В поединке с таким бойцом как Патрисио Фрейре нельзя спешить. Я буду терпеливым и сосредоточенным, но когда я увижу свой шанс, я его использую. В стойке, или на земле, я его финиширую»

Начав карьеру бойца в 2007 году, Амагов выиграл 13 поединков, два проиграл, и еще один свел вничью. В октябре 2013 года, на UFC 166 в Хьюстоне, он уже в первом раунде нокаутировал Ти Джей Уолдбургера, записав на свой счет вторую победу под баннером UFC.

Спустя полтора года после поединка с Ти Джей Уолдбургером Адлан Амагов официально сообщил о том, что уходит из профессионального спорта. При этом слухи о его уходе впервые появились еще в конце 2013 года, однако менеджер бойца, Сэм Кардан тогда опроверг эту информацию, заявив, что у них не было разговоров об отставке и что «Адлан возьмет небольшой перерыв, а затем вернется».

— Была такая история: один из самых популярных бойцов смешанных единоборств Джон Джонс написал в Инстаграм, что ему не хватает совместных тренировок с вами в зале, призвал вернуться. А вы ему ответили, что обязательно вернетесь.

— Это не я ему ответил. Я не сижу ни в одной из соцсетей. Там есть пара страничек — инстаграм, ВКонтакте. Но я не знаю, кто их ведет. Мне близкие друзья иногда звонили: «Я тебе лайк поставил. А что ты мне лайк не поставил? Я тебе написал, а ты мне не ответил». Я им говорил: «Меня там нет нигде в интернете, как я тебе могу ответить?» Некоторые до сих пор не верят, что это не я веду.

— А если бы вы отвечали Джонсу, что бы вы ему сказали на призыв вернуться?

— Я бы то же самое написал, только без обещания вернуться. Я тоже скучаю. В Америке в зале были очень хорошие парни – мы не только как спортсмены общались, но и как люди дружили. Я иногда тоже очень скучаю по тем тренировкам, спаррингам… Как мы там рубились!

— Вам не хватает тех эмоций, которые вы получали, тренируясь с лучшими бойцами мира?

— Нельзя, наверное, так говорить. Если бы не хватало, я бы поехал обратно, потренировался бы с ними.

— Адлан, вы все-таки объясните.

— Что?

— Почему так произошло? У вас в карьере всего два поражения: первое – от Олейника в дебютном бою. Второе…

— Про второе не говори, пожалуйста.

— Нет, ну второе – от действующего чемпиона UFC Робби Лоулера. В принципе, люди продолжают карьеры с куда менее впечатляющими показателями. Почему вы решили уйти?

— Не знаю, что рассказать. Решил оставить все это, завязать.

— Это окончательное решение?

— Да. По профи я уже не вернусь выступать.

— Так вам 28 лет.

— Да тут же не из-за возраста. Когда я начинал, у меня не было такого: «О-о-о, я спортсмен, туда-сюда». Просто тренировался, выступал, получал кайф от этого. А теперь решил завязать.

— Я вообще ничего не понял. Когда заходит речь о вашем уходе, люди начинают писать, что вы это сделали по религиозным мотивам. Другая версия — что вы устали вес срезать, чтобы влезть в свою весовую категорию. Какая версия правильная?

— Версия… Да просто решил завязать. Решение пришло спонтанно. Лежал на кровати, думал, что делать дальше. А, думаю, ну его нафиг, завяжу со спортом. Дальше живу, тренируюсь.

— Не было ни одного дня, когда вы жалели бы об этом?

— Пока не было такого.

— Трудно было вес гонять?

— Да. Здесь не могу соврать. На последний бой я 16 кг скидывал. Очень тяжело было. 92-93 весил обычно. За 40 дней до последнего боя я хорошо поел и ради интереса встал на весы — 95,5 кг! А моя категория была — 77 кг. Просто ужас.

— Когда-нибудь вы расскажете, почему завязали?

— Да я же говорю – просто решил завязать!

— «Просто решил» — странное объяснение. UFC это вершина единоборств – и если человек может отказаться от выступлений там, то только под влиянием каких-то веских факторов. А вы говорите – «просто решил».

— У меня никаких таких факторов нет. Я самостоятельный человек, взрослый парень. Сам принимаю решения.

— Есть люди, которые пытаются вас вернуть туда?

— Менеджер мой, Сэм Кардан. Болельщики, знакомые.

— У вас братья выступали в ММА. И у них тоже такой перерыв. Это связано?

— У братьев были травмы. У одного – рука и нос. У второго ребра. И они решили завязать. Не знаю, на время или нет, за них не могу ответить. Нас в семье шестеро: пять братьев, одна сестра. Один брат в Финляндии живет, другой в Турции, я в Москве, остальные дома в Чечне – с родителями.

— Неужели, выступая по рукопашному бою, вы получаете те же ощущения, что в UFC?

— Нет, конечно. Я бы не стал сравнивать. Как по мне, рукопашка это самый тяжелый вид спорта: эти щитки, кимоно, в день три-четыре боя. А по ММА у тебя один бой за два месяца, а то и реже. С противником, который тебе известен, к которому ты готовишься. Выложишься за вечер - и все. А эмоции совсем разные. В UFC экшн такой.

— И гонорары совсем другие.

— Ну да. В рукопашке совсем гонораров нет. К сожалению. Как говорит один мой знакомый: «За идею выступаешь».

— Вы бы могли зарабатывать и зарабатывать в UFC.

— Может, и была такая мысль. А потом ушла.

— Вы решили, что есть вещи важнее денег? Как вы себе это объяснили?

— Такой ты интересный вопрос задал.

— Ну правда – это ведь бытовой вопрос. Как себе объяснить, что не зарабатываешь столько, сколько мог бы?

— Я понял. Просто не знаю, как тебе ответить.

— Вы по религиозным соображениям завершили карьеру?

— Нет. Скорее всего — просто устал.

— Расскажите, как вы пришли в спорт. Я слышал, вы какую-то драку увидели на улице и на следующий день записались в секцию.

— Это точно, было такое. Я учился в Московском государственном открытом университете. С двоюродным братом после занятий шли к общежитию – и перед общагой толпа была. Молодые ребята, студенты. Я смотрю – там парни дерутся один на один. Я это увидел и испугался, что если мне придется так драться, то, скорее всего, меня побьют. А если бы меня побили, то по-любому узнали бы дома, узнали бы старшие братья. У нас эти темы немножко по-другому воспринимают. И на следующий день пошел записываться в борьбу в ЦСКА. Меня там не взяли, потому что мне было 19 лет – куда уже такому старому. И потом через неделю я записался на платную секцию борьбы во дворце спорта имени Ивана Ярыгина. И вот там начал заниматься вольной. Полгода тренировался, потом у меня чашечка коленная вылетела. Из-за этого ушел на рукопашку. Тренировался чисто для себя. Года не прошло – выступил на чемпионате Северо-Восточного округа Москвы. Выиграл. Потом еще что-то выиграл. И у меня уже желание было – стать мастером спорта. Стал. И вот так пошло-поехало.

— А до 19 лет занимались спортом?

— Для себя, по-деревенски, я боролся с детства. Знаешь, как в селах: даже если секций нет, все равно дерутся, борются в садиках, в школах, на полянках. Все это идет с детства. Фильмы с Джеки Чаном смотрел. У нас же война была, мы в спортзале собирались, грушу били. Бокс, кикбоксинг. Два на одного, толпа на толпу.

— Когда война началась, вам 8 лет было.

— Да. Первая война. После первых бомбежек мы стали беженцами, ушли в соседнее село – в Ингушетию. Там жили год. Потом ближе к 1996-му приехали, война закончилась. В 1999-м вторая началась. Давай не будем про это.

— Хочется понять — что-то помните из того времени?

— Конечно, помню. Первый штурм помню.

— На Новый год?

— Не, на Новый год было в Грозном. Я имею в виду – первый штурм у нас в селе. Если не ошибаюсь, это был март. Я помню, родители спорили. Мама хотела в подвале ночевать, а отец говорил: «Ничего не будет. Там договорились с федералами, штурма не будет». И вот я, старший брат Муса и мама ушли ночевать в подвал. А младший брат Беслан и отец остались в доме. И где-то под утро бомбежка началась. И отец с мелким на руках побежал к нам в подвал.

— Страшно было? Или можно к этому привыкнуть?

— Поначалу было страшно: когда ты маленький и вокруг взрывы. Но потом год, два - все равно привыкаешь. Если штурм будет – уже все вместе бегом в подвал. Сидим, ждем. Потом выходим, дальше живем. Еды очень мало было. Хлеб, в основном. Соседи помогали друг другу. Ни света не было, ни газа. Скучно. У нас был в селе такой человек – Асланбек. Он открыл спортзал – мы туда ходили.

— Это во время войны?

— Да. Не во время боевых действий, конечно. У нас в селе войска стояли.

— Когда штурм был, у вас в селе были отряды боевиков?

— Не, не было никого. Село у нас маленькое.

— А зачем тогда штурмовали?

— Ты сейчас такой вопрос задаешь. Сразу спросил бы – почему война началась! На этот вопрос я не могу ответить.

— Как так получилось, что вы в первом своем бою попали под Алексея Олейника?

— О, ему очень повезло! Ха-ха-ха, шучу я. Было как. Я перешел на рукопашку, еще года не прошло, как я тренировался. Тренер зашел: «В Перми бои без правил будут. Кто хочет участвовать?» Я говорю: «Это то, что по телевизору показывают? Руками-ногами бить можно? Я хочу». Бои были в цирке. Я за шторами стою перед боем. И передо мной девушка. Она объявляет: «Олейник – чемпион мира по версии М-1, чемпион Украины…» Я у девушки спрашиваю: «Это мой противник?» - «Наверное». Вот так я вышел. Он мне прошел в ноги. Мне тогда казалось, что я его бросил, а сейчас понимаю: это он сам дал мне перевести себя в партер. Я оказался сверху и думаю: «Вот я его сейчас добью». Потом ничего не помню. Просыпаюсь, свет такой в глаза, ничего не понимаю. И я говорю: «Могу продолжать». Я первый раз выступал, мне казалось – можно драться, пока тебя не убьют. Олейник меня задушил приемом, который сейчас так и называется - «Олейник».

— Ваш бой с Робби Лоулером. Повлияло то, что судьи сняли с вас одно очко за удар коленом в голову в партере? Почему вы вообще ударили его коленом в голову — вы хотели в грудь ударить и промахнулись?

— Я там немного не разобрался. Мне казалось, что он стоит на трех точках опоры, я его держал и следил за одной рукой, которой он касался пола. И когда он оторвал руку от пола, я сразу ударил коленом в голову. А оказалось, что у него и без этой руки были три точки опоры. И вот бой приостановили, нас подняли, с меня сняли балл, была такая пауза – это меня чуть сбило. Мы дальше продолжили – и, пока я думал, что ему сделать, он прыгнул с ударом коленом. Самый прикол, сам злился потом: каждый раз, даже по любителям, я бил колхозный такой удар с правой навстречу. Всегда бил! А тут не сделал. И если бы я этот удар в том бою кинул, он бы умер, потому что он кинулся открытым. Но такова воля Всевышнего.

— Лоулер ведь вскользь попал коленом?

— Если бы чисто попал, то уже я умер бы. Вскользь был удар. Но пока я развернулся, искал его, в область уха посыпались удары – и уже темно было. Он меня не вырубил, но судья правильно остановил. Я уже там ничего не видел – и если бы не эта остановка боя, то Лоулер меня как раз добил бы и вырубил.

— Неужели хотя бы мысль о реванше с Лоулером не заставляет думать о возвращении? Он ведь сейчас чемпион UFC.

— Наверное, интересен был бы реванш. Тем более он сейчас чемпион.

— Этот бой теоретически мог бы вернуть вас в MMA?

— Если бы с Робби Лоулером? Сразу же? Наверное, каждый бы согласился. Робби сейчас чемпион, после нашего боя он набрался опыта пятираундовых боев. Но подраться с чемпионом, повторю, согласился бы каждый.

— Смотрите бои сейчас?

— Да. UFC смотрю. Интересно. Очень хороший бой был Дос Аньос – Петтис. У Хабиба прогноз оказался стопроцентный! Самое интересное, когда в Америке тренировались, Хабиб много раз такие точные прогнозы давал. Так что если кто-то ставками увлекается – советуйтесь с Хабибом.

— Когда смотрите бои UFC в своей весовой категории, неужели у вас не возникает мысли: «Я лучше. Но этого никто не видит»?

— Такого никогда у меня не было. Я просто тренировался, выступал, мне нравилось. И все.

— Как вы провели полтора года вне ММА?

— Тренировался. Отдыхал. Домой ездил. За границу ездил – в Европу, в основном: Швеция, Норвегия, Финляндия.

— Хабиб в Мекку ездил. А вы?

— Очень хочу — в этом году, надеюсь, получится. Не получится - в следующем. Без этого никуда: каждый мусульманин, если есть возможность, должен туда поехать. В этом я Хабибу завидую белой завистью.

— Как считаете, за время без боев в ММА вы в чем-то стали слабее как боец?

— Вроде пока я в спаррингах ни от кого не получал. Значит, наверное, в нормальной форме. В июне чемпионат внутренних войск. Готовлюсь.

— У вас контракт с UFC по-прежнему. И если бы вы решили выступить в России по ММА, то у вас не получилось бы.

— Ну да, выступать нельзя нигде, кроме как в UFC. Но я ведь закончил – и я по жизни не чувствую, что этот контракт есть. Честно сказать, пока не оставил спорт, я и не знал, что я такой известный спортсмен, ха-ха-ха.

prosport-online.ru

Об этом во время традиционного общения с фанатами сообщил президент UFC, Дана Уайт.

«Это будет Стипе или Орловский», - заявил Уайт. «Да, я согласен, Джуниор Дос Сантос должен получить этот бой, но он все еще травмирован и не сможет принять его»

Руководитель организации так же опроверг слухи о том, что Орловский уже получил звонок от UFC с сообщением о том, что он будет драться с Вердумом в этом году.

«Мы еще не приняли решение», - продолжил президент UFC. «Мы все еще над этим работаем. Я слышал, ходят слухи, что мы уже все решили в пользу Орловского, но это не так»

В настоящий момент Стипе Миочич и Андрей Орловский занимают третью и четвертую строчки в рейтинге тяжеловесов UFC, соответственно. При этом Орловский поднялся к вершине рейтинга буквально в два шага, последовательно нокаутировав в первых раундах Антонио Сильву и Трэвиса Брауна, а Миочич в предыдущем поединке победил техническим нокаутом Марка Ханта, до этого проиграв спорным судейским решением Джуниору Дос Сантосу.

{gallery}20150606{/gallery}

фото: mmafighting.com

«Мне нравится Альдо и я его большой поклонник, но я думаю, что МакГрегор выиграет этот бой», - заявил Вайдмэн в интервью FOX Sports. «Думаю, МакГрегор нокаутирует Альдо в конце второго раунда»

«Это безумие. Верьте мне – мир сойдет с ума, если МакГрегор выиграет. Все, кроме UFC, хотят, что бы МакГрегор проиграл этот бой. Но он слишком большой для своего веса. Он очень атлетичен, уверен в себе и у него внушительные габариты. Это его сильнейшие стороны»

«В прошлом поединке Жозе Альдо одержал одну из самых впечатляющих побед в своей карьере. Он показал очень много в бою против Чеда Мендеса, но по определенным причинам я считаю, что он проиграет следующий поединок»

Напомним, что титульный поединок между Жозе Альдо и Конором МакГрегором станет главным событием турнира UFC 189, который состоится 11 июля в Лас-Вегасе.