- У ваших взаимоотношений с Эдди есть некоторая предыстория. Какие события привели вас к этому поединку?

Я всегда хотел драться с Эдди, так как считал его одним из самых крутых парней, выступающих вне UFC. Pro Elite и Strikeforce проводили общий турнир, так что я надеялся, что они  пойдут на это еще раз, договорившись с Bellator. Я стремился к этому бою. Я бросил ему вызов и, похоже, он воспринял это как оскорбление.

Он говорил всякое дерьмо, рассказывая о том, что мы могли с ним драться в Японии в рамках DREAM, и что я будто бы уклонился от поединка. Он должен благодарить меня за то, что наш поединок тогда не состоялся. Как и Bellator. Бьорн Ребни пытался подписать со мной соглашение перед своим дебютным турниром. Он пришел в мой зал, рассказал о своих планах и показал мне список привлеченных бойцов – среди них не было Эдди Альвареса.

Мы были с ним связаны с самого начала, так что, рано или поздно наш бой должен был состояться. Мне не нравится этот парень, и я не думаю, что что-то изменится после нашего поединка, но я уважаю его как бойца. Он говорил обо мне плохие вещи, но я всегда на шаг опережал его в карьере, действовал умнее, чем он, и тот же расклад будет в нашем поединке.

- Джо Роган назвал ваш бой с Диего Санчесом величайшим поединком, который он когда-либо видел. В конце концов, что для вас важнее, зрелищное представление для фанатов, или победа?

Я думаю, что отличный поединок всегда важнее. Я всегда стараюсь показать хорошее шоу, мне не приходится заставлять себя это делать – это мой стиль. Я не умею драться отступая – я иду только вперед. Я настроен на победу, но каждый раз хочу показать знаковый поединок. Я хочу вписать свое имя в историю.

- В прошлом бою вы уступили Энтони Петтису. Если бы у вас была вторая попытка, что бы вы сделали по-другому в этом поединке?

2014 год выдался довольно продуктивным для моей карьеры, но на меня много чего навалилось, так что я, наверное, должен был лучше распределить свое время. Я провел хороший тренировочный лагерь, чувствовал себя полностью готовым, но мне кажется, я вышел на бой чрезмерно агрессивным, при этом мой бокс не был таким же опасным, как всегда – я допустил небольшие просчеты в подготовке и почувствовал разницу. Если бы можно было повернуть время вспять, я бы действовал менее агрессивно и не стремился так к тейкдаунам.

- Вы успешно реваншировали два из четырех своих поражений. Вы заинтересованы в реваншах против Петтиса или Хендерсона, или считаете, что ваши карьеры уже не пересекутся?

Все дело в правильном выборе времени. Безусловно, я хочу реваншировать оба поражения, но главное для меня – топовая конкуренция. Если бы моими соперниками стали парни, побившие меня, это было бы отлично, но с другой стороны, я не хотел бы драться с ними сразу после того, как они потерпели поражения – в этом нет никакого смысла. Я не хочу заглядывать за спину своему сопернику, у меня впереди большой бой, но так или иначе, я всегда думаю о потенциальных поединках. Хабиб, Ковбой – это большие имена, и я хотел бы проверить себя в поединках с ними. В свое время Хабиб побил парня, который стал чемпионом, но на самом деле кроме этого у него не было больше серьезной конкуренции.

- Что вы думаете о сделке с Reebok, и как она отразится лично на вас?

Пока что у меня нет полного понимания того, что нас ждет. Я понимаю, что UFC делает это ради организации. Я понимаю, что они хотят, что бы мы выглядели как профессиональная команда. Я вижу это, но с другой стороны я не знаю, как все будет работать и могу только надеяться на то, что это хорошо отразится на нашем будущем. У меня есть спонсоры, которые платили мне ежемесячно, и именно это позволило мне стать профессиональным бойцом. Я получал от них деньги и жил на них от боя к бою  - мне даже удавалось что-то откладывать. У меня отличные взаимоотношения с людьми, которые помогли мне подняться, и без их поддержки я бы не оказался там, где нахожусь сейчас. Это звучит банально, но я бы не смог достичь всего этого без них. Я знал, что однажды мои спонсоры уйдут, но не предполагал, что это случится так быстро.