между альфой и омегой Голосов: 1 Адрес блога: http://fluffyduck2.livejournal.com/ Добавлен: 2016-06-09 03:20:20 блограйдером fluffyduck

Восставшие "предатели родины". Как фронтовики против советской власти воевали

2017-05-29 02:33:34 (читать в оригинале)

26 мая 1953 года в норильском Горлаге вспыхнуло восстание заключённых, ставшее самым крупным за всю историю.

В нём участвовало сразу несколько лагерных отделений общей численностью свыше 16 тысяч человек. Характерной чертой восстания стало то, что в нём не принимали никакого участия уголовные заключённые, а участвовали только политзаключённые. На протяжении двух с половиной месяцев заключённые отказывались повиноваться, требуя приезда комиссии из Москвы и прекращения произвола.


Коллаж © L!FE. Фото: © EAST NEWS, © Flickr/Leszek Pietrzak


Лагерь для героев войны

Система особлагов — особых лагерей — была учреждена в СССР вскоре после войны в связи с отменой смертной казни. Их было около десятка, и наказание в них отбывали в основном политические заключённые, осуждённые по 58-й статье.

Политических считали в СССР особо опасными заключёнными, поэтому в особлагах, как уже понятно из названия, существовал очень жёсткий режим. Заключённые практически полностью изолировались от общества, они имели право только на два письма домой в течение года, они изолировались даже от всех остальных категорий заключённых, им запрещалось покидать бараки в нерабочее время. Рабочий день в особлагах длился около 12 часов. Работать приходилось на самых физически тяжёлых работах. И такие заключённые не могли рассчитывать на досрочное освобождение.

Первоначально подразумевалось, что в столь жестоких условиях будут содержаться пособники нацистов, участники военных преступлений. Но очень скоро особлаги стали пополнять осуждённые по 58-й статье, чаще всего за "клевету на советский строй" и "антисоветскую агитацию".

Один из активных участников восстания Андрей Шебалков прошёл всю войну с первого и до последнего дня, был четыре раза ранен и получил звезду Героя Советского Союза. После войны он вернулся в колхоз, где у него возник конфликт с председателем. Он обвинил героя войны в клевете на советский строй и партию, и Шебалков получил 10 лет лагерей.

Или военный разведчик Вячеслав Нагуло, имевший три ранения и боевые награды, осуждённый по 58-й статье за "антисоветские высказывания" в собственном дневнике и почтовой переписке уже после войны.

В итоге к моменту смерти Сталина среди заключённых особлагов оформилось несколько основных категорий: "буржуазные националисты", в основном из числа прибалтов и западных украинцев, советские фронтовики, а также особо опасные уголовники.

Уголовники считались "общим контингентом" в противовес "особому", т.е. политическим. До войны им принадлежали все самые выгодные тюремные должности, фактически они были низовой администрацией лагерей. Но после войны всё изменилось. Теперь политическими были не вчерашние правоверные коммунисты, которые искренне верили, что произошла чудовищная ошибка и товарищ Сталин разберётся, а люди, прошедшие войну. После войны по лагерям прокатилась волна расправ над уголовниками.

В связи с этим наиболее проблемную часть политических обычно переводили в самые далёкие лагеря. Предтечей норильского восстания стало прибытие в Горлаг т.н. карагандинского этапа — примерно 1200 человек, которые участвовали в волнениях в казахстанских особлагах и расправах с уголовниками. Этап считался штрафным, поэтому заключённых разбили на несколько групп и разместили в разных отделениях Горлага. Это стало явной ошибкой администрации, поскольку ячейки сопротивления появились в каждом из лагерных отделений.


Причины восстания

Восстанию способствовало несколько факторов. Во-первых, крайне жёсткий режим содержания. Во-вторых, произвол администрации — охране разрешалось стрелять на поражение по своему личному усмотрению, чем она активно пользовалась. Эти накопившиеся тяготы совпали со смертью Сталина, на которую заключённые возлагали большие надежды, полагая, что начнётся амнистия. Вскоре амнистия действительно состоялась, однако политических заключённых она вообще не затронула.

События развивались стремительно. 21 мая 1953 года во 2-м лагерном отделении началась забастовка после драки с уголовниками, в результате которой погибло несколько человек. Заключённые считали, что уголовники действовали по указанию администрации, которая якобы вооружила их ножами.

23 мая в 1-м лагерном отделении произошла стрельба. Двое заключённых из числа староверов, осуждённых за антисоветскую агитацию, отказывались разлучаться. Одного из них должны были этапировать, и они упрашивали либо этапировать обоих вместе, либо оставить их в отделении. Спор закончился тем, что конвоир дал по ним очередь из автомата. Один заключённый погиб, второй был ранен.

Ещё через день, 25 мая, произошла стрельба в 4-м отделении. Группу заключённых должны были этапировать из одного отделения в другое, однако вместо того, чтобы увезти их на машине, как требовала инструкция, отправили по таёжной весенней распутице пешком, увезя в машине только вещи. Пройдя несколько сотен метров, они отказались идти дальше, указывая на то, что они не могут пройти через огромную лужу, вместо обуви у них было сшитое из тряпья подобие бурок. Сержант конвойной охраны застрелил зачинщика.

Весть о расстреле быстро распространилась по всем лагерным отделениям, и 26-го все заключённые были на взводе. С этого дня принято отсчитывать начало всеобщего восстания. Поводом к нему послужил очередной инцидент со стрельбой.

Караульный 5-го лагерного отделения дал автоматную очередь по группе заключённых, находившихся возле барака. По версии заключённых, они пели песни, что не понравилось караульному. По версии администрации лагеря, они оскорбляли его, сержант разозлился и разрядил в них автомат. Погибло семь человек.

Через час над одним из бараков отделения был поднят флаг — чёрная тряпка в знак траура по убитым.

На следующий день 4-е, 5-е и 6-е отделения отказались выходить на работу, а женское 6-е дополнительно объявило голодовку. Заключённые требовали приезда комиссии из Москвы и прекращения произвола администрации.

Через несколько дней к забастовке присоединилось и 3-е отделение. Там администрация попыталась повлиять на нескольких политических, отправив их в т.н. молотилку к уголовникам, сотрудничавшим с администрацией. Их принялись избивать, но они сумели вырваться из помещения и выбежать на улицу, где их попытались защитить другие заключённые, услышавшие крики. Уголовники, увидев превосходящие силы, перебежали через проволоку к администрации, а охрана стала бить вырвавшихся из "молотилки". Началась драка, завершившаяся стрельбой по заключённым, в результате чего погибло шесть человек и ещё 15 получили ранения. Администрация покинула лагерь, предварительно отключив электричество.


Лидеры восставших

После начала забастовки во всех лагерных отделениях создаются комитеты заключённых — во-первых, для самоуправления, во-вторых, для переговоров с московской комиссией, приезд которой был одним из главных требований.

В 4-м отделении комитет забастовщиков возглавил Евгений Грицяк, который одновременно являлся и советским фронтовиком, и "буржуазным националистом". Грицяк вырос в Польше, где ещё несовершеннолетним вступил в молодёжную ячейку ОУН. Однако после прихода Красной армии он не стал уходить в подполье, а пошёл служить в неё. Грицяк прослужил до конца войны и даже получил медаль "За отвагу". Но после войны СМЕРШ выяснил, что он раньше состоял в антисоветской организации, и Грицяк отправился в лагеря.

В 3-м отделении комитет заключённых был организован лучше всего, поэтому именно это отделение бастовало дольше всех. Возглавляли его два фронтовика — Иван Воробьёв и Борис Шамаев.

Воробьёв в силу стремительного наступления вермахта не попал в советскую армию, его просто не успели мобилизовать, и он остался на оккупированной территории. Там он пять месяцев прослужил во вспомогательной полиции, после чего с оружием и группой соратников перебежал к партизанам. В дальнейшем он воевал в партизанском отряде, а затем был мобилизован в армию после освобождения от немцев Псковской области. Воробьёв получил несколько медалей, но после войны стало известно, что он несколько месяцев прослужил у немцев. Воробьёву дали 25 лет.

Некоторое время он отбывал срок в Казахстане, где с ним познакомился Солженицын. Несколько раз он пытался бежать и в итоге был переведён в один из самых суровых особлагов в Норильске.

Борис Шамаев, бывший лейтенант инженерных войск, попал в первые месяцы войны в плен и после освобождения получил 20 лет.

Шамаев настаивал на том, чтобы вести протест в советском русле. В частности, чёрные флаги заменили на красные, периодически вывешивались советские лозунги. Заключённые из числа прибалтов и западных украинцев настаивали на том, чтобы выдвигать лозунги с требованиями соблюдения прав человека, но Шамаев объяснял, что "буржуазные" лозунги про права человека совершенно точно не будут приняты советской системой.

Воробьёв был настроен весьма радикально и предлагал оказать вооружённое сопротивление, для чего даже организовал производство дубинок и ломов силами заключённых. Однако узнавший об этом Шамаев запретил это и исключил Воробьёва из забастовочного комитета.

Шамаев, возглавлявший протест в своём отделении, сделал много, чтобы направить протест в мирное русло. Ему даже удалось удержать заключённых от расправ над завербованными администрацией зэками.


Ход восстания

Заключённые требовали разрешить переписываться с родными, разрешить воссоединяться с семьями, снизить рабочий день до восьми часов, начать выдавать зарплату, ввести систему зачётов, как в обычных лагерях, освободить от работ инвалидов.

Среди главных требований были наказание виновных в злоупотреблениях сотрудников администрации, а также пересмотр политических дел.

Через несколько дней после начала всеобщей забастовки в лагерь из Красноярска приехал генерал Панюков. Комиссии передали ему свои требования, после чего он уехал.

К началу июня бастовали все лагерные отделения, кроме 2-го. Только 6 июня из Москвы наконец прибыла комиссия во главе с полковником МГБ Кузнецовым. Он пообещал, что режим будет смягчён. После этого среди заключённых произошёл раскол: одни хотели вернуться к работе, другие настаивали на продолжении забастовки, пока не пересмотрят политические дела.

4-е, 5-е и 6-е отделения после визита Кузнецова на время прекратили забастовку. Она продолжалась только в 1-м и 3-м. Там заключённые с недоверием встретили представителей комиссии Кузнецова и попросили у них показать документы, свидетельствующие о том, что их прислало правительство. Таких документов у них не оказалось, и заключённые продолжили бастовать, требуя не комиссию МВД, а правительственную комиссию во главе с Ворошиловым и Жуковым.

13 июня 1-е отделение было взято администрацией под контроль при участии солдат. Заключённых частями вывели из отделения, отфильтровали зачинщиков, которых перевели в штрафной изолятор, остальных вернули назад. Бастовать продолжало только 3-е отделение.

Вскоре его посетил представитель прокуратуры, который ужаснулся быту заключённых, после чего уехал. Тем временем в вернувшихся к работе отделениях начались зачистки наиболее активных участников забастовки, что привело к тому, что они вновь отказались работать.

Возможно, в Москве проявили бы больше внимания к столь беспрецедентным волнениям, но как раз в то время там шла подготовка к свержению Берии, а после его ареста расправлялись с бериевской командой. Поэтому ситуация в лагере как бы зависла. С лагерной администрацией заключённые сами не хотели переговоров, поскольку не доверяли ей, а в Москве были заняты другими делами, и даже члены комиссии МВД, прибывшие на переговоры, толком не понимали, что они могут обещать.

В начале июля начинается силовое усмирение отделений. При помощи пожарных машин и вооружённых дубинками солдат были подавлены восстания во всех отделениях, кроме 3-го.

Только в середине июля, через полтора месяца после ареста Берии, зэки узнают сенсационную новость: антипартийная группа Берии разгромлена, сам он арестован. По-прежнему бастующее 3-е лагерное отделение воодушевлено этой новостью. Комитет забастовщиков вновь пишет обращение к Ворошилову с просьбой прислать комиссию.

Предполагается попросить членов комиссии посодействовать расстрелу всех заключённых. По мнению членов забастовочного комитета, столь ошеломительная просьба заставит членов комиссии понять, сколь тяжелы условия в Горлаге.

Однако вместо комиссии приехали автоматчики. В ночь на 4 августа 1953 года вооружённые солдаты усмирили последнее бастовавшее отделение. В отличие от предыдущих усмирений, в этот раз активно применялось оружие. В эту ночь погибло 57 заключённых, ещё около 100 получили ранения.

Всего за всё время восстания погибло около ста человек из числа заключённых. Лидер восставших Борис Шамаев получил огнестрельное ранение в ночь штурма.


Последствия

Лидеры забастовщиков получили дополнительные сроки заключения. Несколько сотен наиболее активных участников — ужесточение режима. Остальных заключённых либо этапировали в другие лагеря, либо перемешали по разным отделениям Горлага.

Норильское восстание и последовавшие следом за ним Воркутинское и Кенгирское стали определённым вызовом для нового советского руководства. Хотя все три восстания были жёстко подавлены силовым способом, они заставили руководство задуматься над реформированием системы.

В 1954 году начинается расформирование особлагов. В том же году в лагерях начинают работать правительственные комиссии по пересмотру политических дел, по итогам работы которых значительное число заключённых было освобождено.

Судьбы лидеров восстания сложились по-разному. Грицяк был освобождён в 1956 году. Но в 1959-м его вернули в лагерь отбывать срок до конца, однако через пять лет вновь отпустили и сняли судимость. Он умер в мае 2017 года в возрасте 90 лет на Украине.

Иван Воробьёв скончался в тюремной больнице в конце 1954 года от последствий неоднократных избиений.

Борис Шамаев получил дополнительно 25 лет лишения свободы за руководство восставшими заключёнными. Он освободился только в 1968 году. За несколько месяцев до начала войны Шамаев женился на молодой девушке. Домой он вернулся только через 27 лет. К этому времени его жена, так и не дождавшаяся его, родила двух детей и успела овдоветь. Они вновь поженились и прожили до самой его смерти в 1998 году. За пять лет до кончины он был реабилитирован.

Герой Советского Союза Андрей Шебалков, также принимавший участие в восстании, в 1954 году был освобождён в результате пересмотра его дела правительственной комиссией. Он был полностью реабилитирован, и ему вернули все награды. Он умер в 1980 году.

Евгений Антонюк life.ru

---

Православный святой Ахмед

2017-05-29 00:32:27 (читать в оригинале)

Оригинал взят у serg_slavorum в Святой мученик Ахмед Калфа. Его же память ныне совершаем.

---

Пионер Петя

2017-05-29 00:06:14 (читать в оригинале)

Говорят, когда октябрёнка Петю Порошенко приняли в пионеры, он ни днём, ни ночью не мог расстаться с пионерским галстуком, носил его дома и даже с пижамой.

---

Экономика войны в Сирии: нефть и газ как последний шанс Асада

2017-05-26 16:04:27 (читать в оригинале)

Россияне, пристально следящие за телерепортажами из Сирии, задаются вопросом – когда же, наконец, президент Башар Асад победит террористов и восстановит контроль над своей страной? Однако надо понимать, что правительство в Дамаске сейчас держится в первую очередь благодаря поддержке мощных союзников. Главная задача Асада сегодня – отвоевать контроль над главными месторождениями углеводородов: ведь после окончания войны нефть и газ будут единственными «кормильцами» для миллионов сирийцев.


фото aranews.org


В предыдущих материалах цикла «Сирия: Экономика войны» ФБА «Экономика сегодня» подробно рассказывала об интересах трех других сторонах сирийского конфликта – «Исламском государстве*», Сирийской свободной армии и курдских повстанцах.


Кто воюет за Асада

Успех проасадовских сил при взятии Алеппо породил в России волну прогнозов о «коренном переломе в войне» и «тяжком поражении врагов Дамаска». Однако темпы продвижения сил Сирийской Арабской Республики с ноября 2016 года можно охарактеризовать как достаточно медленные (за исключением возвращения под контроль Пальмиры). Аналитики отмечают, что на текущий момент у правительства Асада не хватает сил и ресурсов для того, чтобы отбить главные месторождения нефти и газа у боевиков ИГ*, курдов и т.д.

По мнению военспецов, говоря об армии Асада, нужно понимать: на сегодня личный состав САА составляет 50–60 тысяч человек - огромные военные потери и дезертирство сделали свое дело. Две трети этой армии Дамаск использует только для гарнизонной службы, еще 10–15 тысяч военных – «неприкосновенный запас», держащий под контролем ключевые регионы в Дамаске и Латакии. Есть еще ополченцы из «Шабихи», отрядов местной самообороны, воюющие на стороне Асада - их около 40 тысяч, они защищают только свои селения и города.

Эксперты констатируют: ВПК Сирии деградировал за шесть лет непрерывных военных действий настолько, что пик его нынешних возможностей – это полевой ремонт военной техники, старых танков и пушек. Восполнять боевые потери в более сложной технике войска Асада могут только за счет поставок от союзников. И главное: военный потенциал Сирии держится на иностранной помощи - подразделениях, присланных Ираном и «Хезболлой».

Со стороны Тегерана на сирийских полях сражений задействованы силы элитного «Корпуса стражей исламской революции» - 8-10 тысяч бойцов. Здесь же сражается 65-я воздушно-десантная бригада спецназначения NOHED - около трех тысяч человек. А также отдельные танковые и артиллерийские части Ирана (размером до батальона) – еще около трех тысяч человек. Иран вооружает и снабжает шиитские батальоны из Ирака, воюющие на стороне Асада - около 10 тысяч человек. На его же балансе – дивизия «Фатемийон», состоящая из афганских шиитов-хазрейцев - более 15 тысяч человек. За Дамаск бьется и формирование «Зейнабийон», состоящее из шиитов Пакистана - около 7 тысяч человек.



Наконец, за интересы Асада воюют подразделения «Хезболлы» - около 20 тысяч бойцов. По оценкам военспецов, общие затраты Ирана на поддержку режима Асада с 2011-го года превышают 100 миллиардов долларов. Только на содержание иранских военных, а также бойцов шиитских батальонов, воюющих в Сирии, Тегеран расходует до 100 млн долларов в месяц.

Кроме того, на стороне Асада - российские ВКС (от 30 до 50 бомбардировщиков и штурмовиков, плюс до 20-ти вертолетов). Их задача - «точечные атаки» с воздуха на позиции ИГ и «Джебхат-ан-Нусры», а также вся разведка и контроль боевых действий с воздуха. Сирийские ВВС, располагающие парой десятков старых Су-24, обычно действуют «под крылом» россиян. Также в Сирии находятся военные инструктора из РФ – они планируют операции САА.

При всем при этом, Дамаску остро нужны людские ресурсы и огромные деньги, а значит – нефть и газ, которые еще предстоит отбить у террористов.


Экономика «нулевого цикла»

Сегодня армия Асада контролирует ряд нефтяных месторождений в провинции Хомс, в районе Пальмиры – в том числе Аш-Шаир и Т-4, а также крупное месторождение в районе города Саламия. Большинство же нефтегазовых полей все еще остается под контролем вооруженной оппозиции или боевиков радикальных исламистских группировок. По данным экономистов, финансовые, политические и военные ресурсы Дамаска уже к концу 2015-го были полностью исчерпаны, и тогда экономику Сирии удержали на плаву финансовые транши Китая, российские военные поставки и иранская нефть. Однако собственных сил и ресурсов Дамаску хватит лишь на то, чтобы контролировать территории в Дамаске и Латакии.



По оценкам Мирового банка, состояние экономики САР сейчас хуже, чем было у Германии и Японии к концу Второй мировой. ВВП САР сократился с 60 миллиардов долларов в 2010-м до 14 миллиардов долларов в 2015-м (на 75%). 60% дееспособных сирийцев - безработные, 83% живут за чертой бедности, 2 миллиона жилых домов (треть всего жилфонда) полностью разрушено. Восстановление инфраструктуры Сирии будет стоить 150-200 миллиардов долларов. И сейчас гибель правительства Асада ускорит превращение страны в «дикое поле» вроде Ливии.

Сегодня, считают аналитики, сирийский конфликт переходит в новую, «замороженную» фазу. Однако если США и Евросоюз нарастят финансовую и военную поддержку оппозиции, свержение власти Асада все еще возможно. Парадокс в том, что Западу это…не нужно. Если победит антиасадовская оппозиция, Америке и Европе придется брать на себя послевоенное обустройство страны. Плюс - полностью «зачищать» Сирию от остатков «ИГ» и других террористических банд. Тратить огромные деньги ни на то, ни на другое в Вашингтоне и Брюсселе не намерены.

У остальных сторон конфликта - Ирана и РФ, с одной стороны, Турции, Саудовской Аравии и Катара, с другой - недостаточно ресурсов, чтобы добиться коренного перелома в войне. Возможности Асада или подразделений ССА позволяют лишь поддерживать сложившееся к концу 2016-го территориальное статус-кво. «Локальные успехи у армии САР еще могут быть - например, она теоретически способна освободить провинцию Дейр-эз-Зор. Но вернуть ситуацию к довоенному состоянию Дамаск не сможет, мобилизационный ресурс у государства на исходе, истощены и другие ресурсы. Поэтому цели Асаду нужно ставить очень четко, не распыляясь – иначе в ходе наступлений САА может растратить немногие оставшиеся силы», - считает востоковед Анатолий Несмиян.


План действий для Дамаска

Аналитики уверены – президент Сирии Башар Асад должен предпринять сверхусилия, чтобы сохранить хоть какую-то перспективу для своей страны. Его первая задача – удержать и расширить плацдарм вокруг Пальмиры, поставив под контроль все окрестные месторождения нефти и газа.



Вторая и главная задача – аккумулировав все силы, провести быстрое и успешное наступление на Дейр-эз-Зор, не только деблокировав аэродром (который находятся в осаде «ИГ» с 2014 года), но и поставив под контроль все богатейшие месторождения этой провинции. Времени для того, чтобы «застолбить» за собой Дейр-эз-Зор, у Дамаска осталось немного – США руками Свободной сирийской армии уже начали собственное наступление на него с целью освободить эту нефтяную провинцию. Свои виды на Дэйр-эз-Зор имеют и курды, теснящие отряды «ИГ» на юг от провинции Эль-Хасака. Если курды или «армия дезертиров» добьются своего, то шансов вернуть нефтяные поля Дейр-эз-Зора у Асада в ближайшие годы не будет. А значит – не будет и сотен миллионов долларов от продажи нефти, на которые предстоит кормить сотни тысяч беженцев.

На нынешнем этапе конфликта все его ключевые участники – в лице Дамаска, курдов, «ИГ» и ССА - будут стремиться к созданию и удержанию в Сирии своих протекторатов. Максимум, на что может рассчитывать Асад в самом «оптимистическом» варианте – это разделение страны на четыре неравные части. А в том счастливом случае, если из страны удастся вытеснить террористов – на три части. В любом случае, о едином государстве - Сирийской Арабской Республике – после нынешней войны придется забыть. И приготовиться к появлению на ее месте «территорий хронической нестабильности».

Что еще советуют политологи Асаду и его союзникам? Во-первых, максимально мобилизовать всех сирийцев, признающих его власть. Озвучить некую цель-сверхзадачу, способную объединить донельзя уставший от шестилетней войны народ, и заставить его выступить единым фронтом. Во-вторых, начать на подконтрольных ему территориях немедленную и масштабную борьбу с коррупцией – начиная с министров и заканчивая офицерами его армии, держащими продуктовые лавки прямо в частях. Наконец, Асаду советуют в ближайшем будущем провести в стране процесс федерализации.

Тем не менее, даже по самым радужным прогнозам, послевоенную Сирию ждут трудные годы. Состояние страны сегодня таково, что даже если ее активное поствоенное восстановление начнется уже в 2018-м, а рост экономики составит стабильные 4,5 процента в год – все равно понадобится около 20 лет, чтобы САР достигла предвоенного уровня ВВП, зафиксированного в 2010-м.

* Организация запрещена на территории РФ.

Иван Денежкин rueconomics.ru

---

Маша в тренде

2017-05-26 00:29:04 (читать в оригинале)

Кладезь остроумия российского МИДа Мария Захарова посоветовала экс-госсекретарю Джону Керри приобрести томик Владимира Владимировича, да не этого, а того, который "русский бы выучил только за то, что им разговаривал Ленин".

У меня с этой строчкой Маяковского связан один из самых памятных эпизодов моей школьной жизни, смысл которого я осознал лишь спустя несколько лет после окончания школы.



Первый урок первого сентября в советской школе. Наш 8-а сидит за партами кабинета русского языка и литературы, со стен которого на нас взирают "говорящие" портреты классиков отечественной литературы - под изображениями писателей вставлены авторские цитаты. Учительница произносит напутственное слово собственного сочинения по случаю начавшегося учебного года. Переходя к теме важности изучения русского языка, она медленно, с логическими ударениеми почти на каждом слове произносит вопрос: "Ребята, почему нам необходимо изучать русский язык?" На последнем слове она устремляет долгий взор на портрет Маяковского с цитатой: "Я русский бы выучил только за то, что им разговаривал Ленин". Кто-то поймал направление её взгляда и несколько рук поднимается вверх.

Учительница делает короткий проход вдоль первых парт и снова обращается к классу: "Так почему же нам нужно учить русский язык?" и опять впивается глазами в портрет Маяковского с известной цитатой. Поднимается ещё несколько рук. После третькго добля руки подняли все. Все кроме меня.

Ещё в начале этой мизансцены я без подсказки наглядного пособия понял к чему она клонит, но рука почему-то не слушалась и не хотела отрываться от парты, за что я и поплатился - именно меня она попросила дать ответ. Мне очень не хотелось быть белой вороной, но когда я медленно вставал из-за парты, опустив очи долу, то осознал, что в эту минуту мне будет легче снять штаны перед всеми, чем произнести эту проклятую строчку Маяковского.

Школа, в которой я учился была построена на грязной пролетарской окраине "города Ленина", при этом, оттуда было удобное сообщение с императорскими пригородами: Петергофом, Ораниенбаумом, Царским Селом, Гатчиной. Поездки туда в детстве были для меня путешествиями в удивительную волшебную страну, на развалинах которой построена эта страна, в которой я жил. Причём ту страну я ощущал своей родиной, а эту страну - чужбиной.

Разумеется, в школе нас учили, что в той стране были не только дворцы, но и "Горелово, Неелово, Неурожайка тож..." Однако в своих детских мечтах я готов был стать хоть бурлаком на Волге, лишь бы вдохнуть воздуха той страны.

Впрочем, возможность мыслями переноситься в ту страну у меня была и дома - как полагалось в квартирах всяких уважающих себя советских людей, полки были уставлены томами: Пушкин, Гоголь, Тургенев, Чехов. Были и Маяковский с Горьким, но их я почему-то не любил. Русский я бы выучил и без Маяковского и Ленина.

Кто-то назвал это распространённое в советское время психологическое состояние внутренней эмиграцией. У людей, которые в зрелом возрасте пережили её, она была осознанной, а у меня бессознательной.

Крах Страны Советов, не смотря на все тяжкие издержки, я воспринял как возвращение на Родину, и я тогда не мог себе представить, что когда-нибудь официальное лицо Государства Российского будет цитировать поэта, выражавшего одобрение убийству Царской Семьи - преступлению, которое не решился взять на себя даже воспетый им Ленин.

Ну а товарищ Захарова женщина не глупая - чутко улавливает веяния с душком красного реваншизма.

Маша в топе. Маша в тренде.