al_an_dudkin Голосов: 2 Адрес блога: http://al-an-dudkin.livejournal.com/ Добавлен: 2008-07-15 20:26:32 блограйдером pinker

Сухоч (XVI – середина XIX вв.). Часть 2

Деревня Маза[2] всегда была Мазой. Я не знаю ни одного источника, в котором она поименована как-то иначе. Имя своё она, скорее всего, получила от речки, на которой стоит. А река Маза так была названа, по всей видимости, ещё финно-угорскими племенами, которые жили здесь до прихода славян. К этим племенам относится и мордва. В мордовском языке слово «мази» означает красивый, а слово «маза» - спокойный. По одному этому признаку и была, предполагаю, названа речка Маза, которая впоследствии дала название деревне. Интересно, что и в русском языке есть слово «смазливый», то есть красивый. А глаголы «красить» и «мазать» в некоторых случаях синонимы. Хотя в одном из областных диалектов (псковском) слово «маза» обозначало человека, который мажется. А вода в речке Мазе «выкрашенная», «смазанная» - жёлтая, коричневатая,  потому как течёт из болота, богатого железом.

Мошницое[3]. В документе первого упоминания эта деревня названа Мошенником. Мошницким она, по всей видимости, стала называться тогда, когда превратилась в сельцо, то есть в ней или рядом с нею появилась помещичья усадьба. На топографической карте Новгородской губернии, изданной в 1847 году, у неё чуть-чуть другое имя – Мошницко.

Нижние. Как я уже писал, эта деревня весь досоветский период имела несколько иное название, а именно - «Нижняя», так как, судя по всему, находилась ниже по течению реки Колпь относительно Николаевского Сухачского погоста, центра волости. Отмечу, что Успенский Сухачский приход, к которому деревня Нижняя стала принадлежать впоследствии, возник на столетие – полтора позже соседнего Никольского прихода и уже тогда, когда деревня Нижняя существовала. Согласно Писцовой книге 1645 года Нижняя относилась к волости Сухоч, согласно данным переписи 1710 года к Воронской Кулиге Бухацкой волости Суцкого стана.

В деревне Нижние семнадцатый век «проявил себя» в середине века двадцатого: «20 июня 1958 г. при прокладке улицы тракторный канавокопатель с глубины 0,8 метра выбросил против дома колхозника В.В. Балашова серебряные монеты, 96 монет из клада, общим весом в 43,40 г., поступили в Государственный исторический музей»[4].

Заэрап.  Начну с цитаты: «Судя по писцовой книге 1678 г., селение принадлежало московскому боярину И. Е. Спецневу[5], называлось оно Заирапье (СПК Белоз, л. 101). Названо по местоположению: Заирапье – деревня, находящаяся за ручьями, которые именовались Ирапы. В XVI – XVII вв. поблизости располагалась Филиппо-Ирапская пустынь (небольшой монастырь). Гидроним Ирапы финно-угорского происхождения, этимология его неясна»[6].  

Но много вариантов названий существует у этой деревни: что ни исторический документ, то немножко иное название. По источнику первого упоминания, по мнению А. И. Копанева, – она Заграп. В писцовой книге 1645 года – Зарепье. Согласно данным переписи 1710 года – Арапье. На одной из карт XVIII века – Зарапье. Заирапьем же эта деревня именуется ещё в конце XIX и даже в начале ХХ веков, в метрических книгах тех лет.

Жительница деревни Татьяна Михайловна Кузьмицкая (1915 г.р.) считала, что «эрап» - финское слово, обозначает наличие руды[7].

Бор. Название деревни – славянское.  По источникам первых упоминаний – Борок. Думаю, цитата из «Истории Белозерского землевладения» А. И. Копанева сразу всё разъяснит: «В XIV-XV вв. идёт усиленная вырубка леса. То и дело возникают деревни на "лесе", которые ставятся волостными крестьянами, землевладельцами, монастырями. Поэтому деревни с названием Дор, Дорище, Дорок встречаются в значительном количестве на территории Белоозера... На карте Новгородской губернии 1847 г. на Белоозере отмечено более 20 деревень с такими названиями. Много деревень с названием Борок, Бор, Березник»[8].

Капчино. Капчина или Капшина Гора. В некоторых языках слова, близкие по написанию к слову «капчино» переводятся на русский как курган, могила, насыпь, бугорок[9].

Уйта. Как ни странно на первый взгляд, понять, почему эта деревня имеет именно такое название, совсем не трудно, по той простой причине, что слово «уйта» имеется в толковом словаре В. Даля и означает биль, чистое моховое, безлесное болото[10]. Именно такое болото находится рядом с деревней, как либо иначе этот населённый пункт не именовался. В писцовой книге 1645-46 гг. деревня Уйта отсутствует. Но в документе 1678 г. про неё сказано: «В волости Сухач... за В. П. Хрипуновым треть д. Уйты поселена вновь...»[11].

Шоборово. В источнике первого упоминания называется Шубарева[12], в писцовой книге 1645 г. – Шуобарева[13], в материалах переписи 1710 года – Шобурово. Если судить по первому названию, то деревня сия названа по фамилии первого или одного из первых её владельцев. С течением времени оно трансформировалось в Шоборово.

С вепсского слово «шуб» переводится как «осина», а в округе деревни много осинников,  на болоте у деревни есть Осиновый остров[14].

Кузьминка. По документам первого упоминания – Кузьминская. Эта деревня, единственная из всех перечисленных, весь рассматриваемый в этом очерке период относилась вначале к волости Дуброва, затем к Барановской, к приходу Зелено-Дубровской Преображенской церкви. Деревень с таким названием не мало в Белозерском крае. С большой долей вероятности можно сказать, что название свое она получила от имени основателя или одного из первых жителей её.

5

Итак, XVII век, его начало. В России – смутное время. Волна беспредела и разбоя докатилась и до Сухоцкой волости. Вот что пишет об этом русский историк XIX столетия Николай Ардашев (речь идёт о 1613 годе): «В Белозерском уезде пошли черкасы по разным местам; водили их от волости до волости мужики, где кого сведут. К Покрову дню, одни из них перевезлись за Шексну реку на пошехонскую сторону. Перелезши Шексну реку, шли мимо Ферапонтовской вотчины и тут стояли. И крестьяне монастырские слышали, что говорят между собой, идет де государева казна зелейная от Холмогор, и им бы перенять ее, а переняв, идти под Кириллов монастырь и к Белозеру.

Иные люди ночевали в Покров день в Засудье (за р. Судой) и стояли на Петухе. И пришли вести в Андожскую волость (Андога): в Дуброве ссекли черкасы 170 человек да в  Танищах  и в Тырныче посекли мвогих людей и, на Суде учали острог ставить, от Белозера за 100 верст. Крестьяне Андожской волости разбежались все по лесам. Послан был в Андожскую волость белозерский „разсыльщик" и приехав по деревням никого крестьян не изъехал: были все на лесу; старосту, двух попов и троих крестьян – и тех собрал с лесу. А к Устюжне белозерского розсыльщика не пропустили ехать де; и пешему пройдти не можно: на Петухе и за Судой, и в Сухаче, и на Сявсе стоят воровские люди»[15].

Для нас главными в этой статье являются слова: «И в Сухаче стоят воровские люди». В описании Сухачского Николаевского прихода сказано: «…есть предание, что была и здесь литва и опустошила окрестности…»[16]. Ещё одно косвенное свидетельством о присутствии «воровских людей» находим в описании прихода Сухачской Успенской церкви: «По неимению никаких документов, ни старожилов, помнящих что-либо о приходе, кроме только того, что бывала и литва, сказать более нечего, о бытии же литвы предание подтверждается по городку, сделанному из земли в открытом месте на волоке, близ реки Колпи, на левом берегу ея; этот городок такой же, как и в Устюжне на устье реки Ижины -  четырёхугольный, по бокам на насыпной земле возвышенность, как бы крепость»[17].

6

В том же, 1613-м году началось испомещивание земель волости Сухоч и соседних волостей. "Сразу же после изгнания польских интервентов, - пишет Копанев, - Московское правительство производит громадные по размерам раздачи земель на Белоозере, испомещая здесь служилых людей сотнями... В феврале 1613 г. грамотой бояр приказывалось испоместить на Белоозере волоцких, иосифовских и погорелогородских сидельцев, дворян и детей боярских. Состав их был очень различен: там были клиняне, можаитяне, звеногородцы. Там были государевы люди: кречетники, сокольники, ястребетники... Позднее на Белоозере испомещаются "сытного, кормового и хлебного дворца дворовые люди". В 1613 - 1614 гг. …новгородские помещики, казаки, черкасы и множество иноземцев: литва, немцы, "угрены", волошеняне. Вся эта разношерстная масса в большом количестве в 1613- 1615 гг. хлынула на Белоозеро"[18].

Служилые люди в дворцовые села Сухотцкой волости были испомещены в феврале 1613 года[19]. В столбцах Поместного приказа[20] дворцовыми названы сёла, а не волость. Поэтому,  считает А. И. Копанев, трудно сказать все ли населённые пункты волости были дворцовыми[21] или только часть из них.

Испомещивание происходило в обстановке «ожесточённой классовой борьбы крестьянства против феодало-помещиков"[22].

7

А. И. Копанев, опираясь на переписную книгу князя Шеховского 1626/27 г., охарактеризовал экономическое состояние каждой белозерской волости. Сухотская волость состояла из 44 селений и 102 пустошей или из 80 дворов крестьянских, 42 бобыльских и 87 дворов пустых и мест дворовых. Пашни худой и средней земли за вотчинниками числилось 54 четверти[23], за крестьянами - 294 четверти, перелогом - 326, перелогом и лесом поросшие - 682, лесом поросшие - 872. Пустошей к общему числу селений – 69,9% (в среднем по белозерским волостям, которые находились во владении помещиков, -  71,5%), бобыльских дворов к общему числу дворов и мест дворовых пустых – 20,1% (в среднем по Белоозеру – 20,3%), дворов пустых и мест дворовых к общему числу крестьянских и бобыльских дворов – 41,6% (в среднем по Белоозеру – 62,6%),  пашни перелогом, перелогом и лесом поросшей и лесом поросшей 1880 четвертей или 84,4% к общему количеству пашни (по Белоозеру – 85,3)[24].

Показатели экономического состояния Сухотцкой волости близки к средним показателям по Белозерскому краю. "...в начале XVII в., - пишет А. И. Копанев, - земледелие переживает сильный упадок. Печать запустения лежит на всех районах края. Прежде всего, бросается в глаза большое количество пустошей, т. е. запустевших населённых пунктов, пустых дворов и мест дворовых... Большой процент запустенья деревень всегда соответствует большому количеству бобыльских дворов. Рост бобыльских дворов явился следствием экономического обнищания населения. Раз пустели деревни, то неизбежно запускалась и пашня. Она превращалась в перелог, и если соха не касалась его какой-нибудь десяток лет, то эта земля зарастала мелким кустарником и молодым леском - "в кол и в жердь", превращалась в землю, "перелогом и лесом поросшую", как её называет наша писцовая книга. А если и дальше рука человека не прикасалась к ней, то молодой лес вырастал в большой, "дикой", как называют его на севере, и писец эту пашню именует уже "пашня лесом поросшая". Слабела рука человека - наступали леса.

...на Белоозере было больше земель запущенных, не обрабатываемых, ушедших в перелог и поросших лесом, чем земель возделываемых - пахотных...

Запустение началось ещё в конце XVI в... Косвенное доказательство тому... даёт писцовая книга князя Шеховского. Большое количество запустевших земель книга относит к разряду пашен, "перелогом и лесом поросших" или просто "лесом поросших". По этим указаниям писцовой книги можно судить о том, за сколько времени до описания запустела земля, так как, чтобы пашне порасти лесом, нужно, по крайней мере, лет 30 - 40, т. е. большинство необрабатываемой пашни, описанной князем Шеховским в 1626-27 г., запустело ещё в XVI веке...

Следовательно, можно предположить, что до последних десятилетий XVI в. большинство пашен, которые поросли лесом к 1626 г., обрабатывалось; большинство пустошей, указанных книгой Шеховского, были населёнными пунктами. Поэтому мы можем полагать, что... крестьяне возделывали все те, позже поросшие лесом пашни, отмеченные в столь большом количестве писцовыми и переписными книгами начала XVII в."[25].

Сухоч (XVI – середина XIX вв.). Часть 1

2

Ещё одно упоминание о наших местах того века, а именно о реках Суде и Колпи от её устья вверх по течению на 5 вёрст (то есть от нынешней деревни Усть-Колпь до, примерно, деревни Нижние), сохранилось в послушной грамоте 1680 года царя Федора Алексеевича, который ссылается в свою очередь на документ времён Ивана Грозного: «Да в списку с жалованной грамоты написано: «Лета 7070-г марта в 4 день блаженные памяти государь царь и великий князь Иван Васильевич всея России пожаловал черного попа Герасима с братьею, что служит в Живоначалные Троицы в Белозерском уезде в Филипове пустыне в Красном Бору на Ирапе, или кто в той пустыне впредь // иные попы и братья будут. В Белозерском уезде рыбная ловля им в Суде реке от устья реки Андоги вверх де речки Колпи и в Колпи речке на 5 верст… в пустыню, в дом Живоначалные Троицы и чудотворцу Филиппу, без отдачи; ловцам Шексны реки села Любца и Луковеси на те рыбные ловы ездить невелено; и в тот их лес и в угодье черным волостям вступатца и лесу сечь не велено ж; чтоб им ни от кого обиды не было» …Писан на Москве лета 7188-г июня в 1 день».[5]

3

Но, конечно же, селения наши стали появляться значительно раньше. Об этом говорят источники археологические[6] и легендарные.

По данным А. Я. Брюсова[7] курганы  X – первой половины XIII вв. находятся близ станции Уйта[8].  В первой половине 1980-х годов экспедицией Череповецкого краеведческого музея открыта курганная группа X-XI веков у д. Куракино[9]. В 2007 году производились раскопки около деревни Усть-Колпь, археологи считают, что следы существования деревни относятся к XV-XIX векам[10]. В 1981-82 гг. экспедиция А. Н. Башенькина обследовала Усть-Староарапский могильник на реке Колпи близ деревни Заэрап, который датируется второй половиной XIII – XVI веком, рядом с ним находится селище[11].

Судя по всему, легендарные сведения из описания прихода Сухачской Николаевской церкви относятся в том числе и к Усть-Староарапскому могильнику: «Есть один курган, о котором говорят, что будто бы литва тут зарыла своё сокровище. В другом месте есть курганы, о коих говорят, что на этих местах были жители и тут находили будто бы сковороды и сковородники»[12].

Вологодчина глазами вологжан