oh-la-la Голосов: 1 Адрес блога: http://dimk-dims.livejournal.com/ Добавлен: 2010-06-17 19:35:11 блограйдером dimk_dims

сила искусства

2011-12-13 09:39:42 (читать в оригинале)

На днях был в балетах. Давали красивых женщин с неприкрытыми ногами и обтянутой жопой, в красивых костюмах, и по сюжету нечто сакральное. О том, что во сне даже уродец может стать принцем. В процессе, обожравшись заранее буфетного коньяку, чуть и сам не уснул. В начале второго акта, когда герои-почти любовники смотрят в звёздное небо, вспомнил одну историю.

Дело было то ли при раннем Путине, то ли при позднем Ельцине. В те годы мне по делам часто приходилось бывать в Петербурге, где несмотря на наличие не только красивых, но и культурных женщин, случалось иногда свободное время. В один из таких одиноких вечеров я вышел прогуляться по улице, конечно же, Декабристов, ну а где же ещё. Буквально в паре шагов от гостиницы стояло здание цвета заполярного мха-ягеля, такого же как, впрочем, и все здания в этом прокисшем городе, включая Зимний дровец. Оказалось, что это театр и в нём, если судить по афише, давали Жизель.

Отвлекусь. Жизель в моём понимании – верх искусства. Главное, интрига. Любовный треугольник и даже многоугольник. Девушку-крестьянку Жизель – это имя такое – совращает распутный граф, у которого уже есть в наличии невеста. Он подло переодет в деревенский камзол, но манеры – манеры! – не пропьёшь и не спрячешь. Жизель, понятное дело, сражена наповал, причём наповал – в самом буквальном смысле. Хотя у неё тоже есть воздыхатель, какой-то там егерь или лесник, но человек по происхождению подлый, и девушка выбирает всё-таки графа. Ну, а как же иначе? Лесник Ганс, впав в экзальтацию, трубит в рог (ну, а куда же ещё, как не в рог, трубить обманутому воздыхателю, правда?) и призывает настоящую невесту графа. Тут же всё раскрывается, и несчастная обманутая Жизель умирает с горя.

Вот тут, казалось бы, и делу конец. Ан, нет. Есть и второй акт, на который лучше не опаздывать из буфета, потому что интересно. Ночь. Кладбище. Из могил выходят девушки, не дожившие до свадьбы. Все в подвенечных нарядах. Это вилисы со своей начальницей Миртой. Встретив мужчину, они кружат его в танце (это окультуренная версия), а на самом деле (теперь реальная реконструкция событий) затрахивают его до смерти.

Рогатый лесник, терзаемый муками совести, неосторожно и в полночь идёт на кладбище к могиле несчастной Жизели. Естественно, это плохо кончается, на него кидаются мёртвые, но возбуждённые женщины, и он умирает. Разделавшись с Гансом, вилисы замечают идущего тоже с муками совести графа Альбера и, предвкушая расправу, кидаются теперь на него. Но тут появляется Жизель и спасает любимого, прикрыв его своей тенью. На рассвете все исчезают. Граф Альбер стоит и рыдает, оплакивая любовь, которую не смогла победить смерть.

Обычно в этом месте я тоже рыдаю. Если, конечно, не засыпаю. Мало того, что там все умерли-умерли, так негодяй Альбертик ещё и выжил. И спасла его та, которая первой должна была бы прибить. Вот это перфоманс, вот это я понимаю – трагедь. Смотреть на такое – одно удовольствие и наслаждаться сюжетом можно хоть сто тысяч раз. Ну, и не только сюжетом, вы же понимаете, в каком виде балетные женщины выходят на сцену.

Так вот, увидев в репертуаре Жизель, я, само собой, тут же бросился в кассы коротать холостяцкий вечер. Купив билет, направился в гардеробы, чтобы раздеться и причесаться. Театр всё же, культурное место, а у меня на голове хуй знает что.

Впереди стояла женщина в белом плаще. Невысокого роста, довольно упитанная, в очках. По возрасту она годилась мне в матери, но учитывая, что находились мы в культурной столице, я помог ей снять плащ. В ответ она зыркнула в меня совиным взглядом сквозь стеклянные линзы и осклабилась в улыбке.

- Валерия Ильиниша, - сказала она. – Из Маасквы.

Затем она схватила меня за плечо и принялась рассуждать, передвигаясь в сторону зала, что молодые люди, вроде меня, в Петербурге рождаются априори культурные, не то, что в столице. Я не стал расстраивать и разубеждать её, в конце концов, она имела право на свои заблуждения. Через какое-то время перфоманс начался.

Пока на сцене шёл первый акт, пока герои-любовники и герои-воздыхатели решали свои проблемы, Валерия Ильнишна лишь изредка крякала.
- Прыгают, - сказала она в антракте, - как прыгают.

И покачала головой. Понятное дело, такие па не могут не возмутить женщину, посвятившую жизнь демократии. Пока она изучала иностранные языки, боролась с режимом, проклинала на демонстрациях коммуняк, эти вертихвостки прыгали! И добились, надо признать, впечатляющих результатов.

В какой-то момент мне показалось, что второго акта Валерия Ильинишна не выдержит. Встанет, громко плюнет в сторону сцены и гордо уйдёт. Но нет, осталась, и даже больше не крякала.

И вот на сцене рассвет. Альберт рыдает, я тоже. Зрительный зал замер в тишине. И тут, посреди общего ощущения величия безысходности, Валерия Ильинишна громко сморкается в платок. Лицо её залили слёзы, плечи поникли, взгляд растерян.
- Сволочиии! – протяжно выводит она в тишине, и слова эхом отдаются по всему залу.

Вот она, блядь, сила искусства.

---

что творится

2011-12-11 09:13:10 (читать в оригинале)

Универсальной, подходящей всем народам и странам формы управления государством не существует. Англичане нуждаются в чопорной королеве и заумных дебатах в парламенте, арабам необходим тиран, а французы при любом политическом кризисе бегут разбирать мостовую, запевая по пути Марсельезу. У русских же в крови – вера в царя. Царя доброго, милосердного, но, к сожалению, незнающего, как плохо его народу.

Вся история России доказывает одно – демократия, во всяком случае в том виде, какой её видит Запад, тут не нужна. Дореволюционный царизм не подразумевал плюрализм мнений, однопартийная система, случившаяся после 17-го, отправляла всех неугодных в Сибирь, да и современная политическая жизнь – фарс. Существует ли сегодня в России хоть одна дееспособная партия? Ответ очевиден – нет. Да и не нужна она никому.

Единая Россия, как крупнейшее политическое образование, состоит из обычных чиновников и государственных служащих, мэров и губернаторов, директоров предприятий и руководителей любого звена. Их объединяет, что очевидно, не политическая идея, а принадлежность к властным структурам. Многие из них ностальгируют по ушедшему в небытие СССР, другие мечтают о демократических ценностях, а третьи уверены в том, что стране нужен тиран. Но несмотря на такие явные идеологические противоречия, все они состоят в одной партии.

Партия без идеи набирает большинство голосов, и это не удивительно. Можно говорить о подтасовках, но в глаза фальсификацию не видел никто. Иначе, разговор бы шёл в зале суда, а никак не на митингах. Да и митинги эти – тема отдельная.

Русский народ, безусловно, устал. От нищеты, от ожидания лучшей доли и хоть какой-нибудь справедливости. От наглости чиновников, непробиваемой их глупости, от неумелого и непрофессионального руководства. В стране сокращается количество рабочих мест, не строится промышленных предприятий, безработная молодёжь спивается и не видит никакой перспективы. А нувориши, укравшие на залоговых аукционах национальное достояние, в это время рассекают просторы Средиземного моря на яхтах за сто миллионов евро. Их дети учатся в частных школах туманного Альбиона, гоняют на Феррари по дорогам Швейцарии, и пьют шампанское «Кристалл», встречая православное Рождество в Куршавеле.

Причём делается всё это открыто. С одной стороны, никто не скрывает нищеты, деградации и отсутствия будущего простого народа, с другой же, любой начальствующий прыщ выставляет напоказ своё благосостояние. Естественно, такое не может продолжаться вечно.

Народ, протестующий на Болотной площади, возмущается не результатами выборов, он пытается докричаться до власти. До доброго, но незнающего правды царя, если хотите. Сам Путин большинству россиян симпатичен, а если кто-то визжит с пеной у рта, доказывая обратное, то он либо провокатор, либо дурак, который не знает того, что творится в России. Единороссы набрали большинство в Думе вопреки тому, что они из себя представляют.

Путину нужен парламент, в котором нет места анархии 90-ых, и народ, который прекрасно помнит ельцинский беспредел и клоунаду в Федеральном Собрании, пытаясь скрыть отвращение к депутатам, идёт голосовать за тех, кого не уважает, не любит и презирает.

Русский народ мудр, поэтому ни о каких десятках тысяч восставших на Болотной площади не могло быть и речи. Провокаторы, современные Гапоны, живущие на гранты ГосДепа, вчера это поняли. Пусть сегодня они кричат, пытаясь сохранить лицо, что народ поддержал их, но всем, кто вчера был там, стало наконец очевидно – цветной революции в России не будет. Продажные журналисты, когда-то предавшие НТВ, грузинские писатели и прочие оранжевые эмиссары из Украины, члены правительства Ельцина, полностью дискредитировавшие себя, и националисты под руководством знаменитого Эдички – вот те, кто пытался выдать себя за русский народ.

Тем не менее, эти события должны стать сигналом действующей власти. Давно необходимо понять, парламентаризм в России – идея, по сути, утопическая. Нужны честные чиновники, не рассматривающие свою должность, как «тёплое место» для личного обогащения, профессионалы, не играющие в политические игры, а добросовестно исполняющие свои обязанности. Пора призадуматься и найти собственный путь развития страны, не следуя псевдодемократическим моделям, навязываемым нам США. Пора строить заводы, наводить порядок во власти, прекратить воровство и коррупцию. Иначе, наша национальная особенность веры в доброго батюшку-царя может иссякнуть.

Не поддержав провокаторов различных мастей, мы дали последний кредит доверия действующей власти. Для неё это, возможно, последний шанс измениться, поняв, что народ устал. Измениться хотя бы в благодарность за то, что мы их не сдали.

---

про гражданские позиции (репортаж)

2011-12-07 15:15:59 (читать в оригинале)

Вчера в районе Триумфальной площади состоялась гражданская акция по сбору средств в фонд помощи голодающих детей Африки. Известные в узких кругах личности, такие как латентные и не очень гомосексуалисты Борис Н., Эдуард Л., Алексей Н. решили предоставить свои хорошо откормленные тела всем желающим для сексуальных утех за небольшую плату. Всего в акции участвовало около пяти тысяч сознательных добровольцев.

Силовые ведомства столицы, не желая оставаться в стороне от такого благородного дела, выдали холостым и одиноким работникам органов внутренних дел небольшую премию, презервативы и доставили на грузовиках в центр Москвы. К сожалению, желающих продать своё тело во имя идеи было значительно больше, чем одиноких военнослужащих, поэтому за клиентов развернулась настоящая драка. Одну из них удалось снять нашим корреспондентам.

Божена Рынска, светский обозреватель газеты Известия, известная в Живом Журнале как беки шарп, завидев идущих стражей порядка, с презрением оттёрла от них всех своих конкурентов и заявила, что готова взять в рот за пятьсот рублей. Полицейский сержант, на руке которого повисла Божена, покраснел и смущаясь сказал ей на ушко, что у него слишком большой член, и что он не поместится в рот женщины-светского хроникёра. Беки Шарп, представив в своей головке голодающих детей Сомали, самоотверженно дала клятву:
- Пасть порву!
Сержант Василий, родом из Твери, засмущался, покраснел ещё сильнее и попытался высвободить свою руку из зажима Божены. Госпожа Рынска в ответ подумала: «Вдруг это быдло меня не узнало?!» и закричала:
- Я – Божена! Снимайте меня, снимайте!

Полицейские снимать её не пожелали и попытались скрыться. Они уже разглядели глазок видеокамеры нашего корреспондента, испугались, что их увидят по телевизору родители, да и госпожа Рынска не особо их возбудила, а скорее даже испугала своим старческим дряблым видом и нахальным поведением. Продолжая кричать Бажена бросилась вслед удирающим полицейским.

По сообщениям наших источников, г-жа Рынска так и бежала за ними, пока те не скрылись в ОВД.

Комментарии | Постоянная ссылка

---

пу-рум-пум-пум

2011-12-06 10:37:38 (читать в оригинале)

Когда живёшь маленьким, жизнь кажется проще. В детском саду девочка Света завязывает тебе шнурки, ты за это её безгрешно целуешь. В школе она носит за тобой книжки, потому что ты их постоянно теряешь, и за это она снова друг. А в девятом классе вдруг какая-то девочка Настя начинает первой курить, и ты уже, как и полшколы, влюблён в неё. Впрочем, не безответно. Светка же лежит полгода в больнице, а ты замечаешь её отсутствие лишь после Нового года, когда она, исхудавшая до горящих глаз, возвращается в школу. Говоришь ей - ну, что же ты, Светка! не болей, выздоравливай, - и снова бежишь за Настей.

Взрослеешь рывками. Толчками, импульсами. В момент, когда обернёшься и встретишь этот Светкин взгляд в спину. Или когда добежав до Насти, до кома обиды в горле узнаешь, что она так же весело курит с чужими мальчишками на заднем дворе. Так же громко хохочет - ну, как с тобой. Так же не стесняется растущей груди и длинных ног. А увидев тебя, смущается как кот на сметану.

Мир сразу становится как-то сложнее. Исчезает детская невесомость, гравитация кладёт руку на плечи. И дальше - только хуже. Получается вдруг, что кого любишь ты - не любит тебя, и это возводится в аксиому. Перестаёшь, конечно, любить. Чтобы любили тебя. Старики никого не любят, они же прожили жизнь. Привыкли терять и где-то смирились, закрывшись панцирем или, кто послабже здоровьем, памперсом. Б-г смотрит на них - укрытых памперсами - и грустно вздыхает: он же хотел, чтобы мы научились любить тут. А мы с каждым прожитым днём только теряем в себе свет.

Комментарии | Постоянная ссылка

---

.

2011-10-25 08:39:22 (читать в оригинале)

Дерево за окном гнулось под ветром. Вот-вот и начнётся дождь, сметая с веток последние листья, смывая каплями по стеклу прошедшее лето. В этом году осень пришла неожиданно быстро, как и болезнь молодого мужчины, который лежал в больничной постели и вглядывался в сумерки за окном.
 
Когда облетят последние листья, я умру, - подумал почему-то мужчина и первый раз не испытал страха. – Интересно, скоро ли ляжет снег?
 
До рези в глазах захотелось разглядеть искрящийся инеем серый фасад дома напротив, в котором жила та, которую он любил в той прошлой счастливой жизни. Обязательно бы увидеть в мороз, который приходит на смену первому снегопаду, когда поутру небо выцветает дрожащими звёздами. Как раньше, как в тот первый день, когда он пришёл в её дом.
 
За свою недолгую жизнь он успел повидать много глаз, выражающих грусть и веселье, похоть, неприкрытую алчность, скуку, пьяный задор, и только в её глазах разглядел главное – этот человек его ждал. Когда ещё молод, такие взгляды пугают. Накладывают и возлагают. Смыслы тут очевидны – и до конца только с ней? Новые груди, свежие попки, чужая атласная кожа – табу. Конечно сбежал. Да кто б не сбежал в его-то годы.
 
И приносило ли радость новое – кто ж его знает. Но почему-то в самом конце даже не вспоминалось – ни лиц, ни имён, ни звонкого смеха. А были только её глаза.

Звонким цоканьем каблучков раздались шаги в коридоре. Она бежала, почему-то простив, но было уже слишком поздно. Последний лист, слетев под натиском ливня, глухо шлёпнул в стекло и упал под окно.

Комментарии | Постоянная ссылка

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 ...