oh-la-la Голосов: 1 Адрес блога: http://dimk-dims.livejournal.com/ Добавлен: 2010-06-17 19:35:11 блограйдером dimk_dims

все мужики козлы конечно

2011-09-25 09:22:47 (читать в оригинале)

Длинные загорелые женские ноги правильный самурай замечает лишь спустя три года, как его бросили. До того – ни-ни, и прелестной формы бедро, чуть прикрытое молодым жирком с гладкой лоснящейся кожей цвета спелого персика, остаётся незамеченным ввиду благородных национальных менталитетов.
 
Однажды выдали прекрасного человека, заодно собутыльника, в совершенстве владеющего тремя языками. На вид он как все – всё те же сто шестьдесят пять сантиметров в макушке, странные и косящие в разные стороны глазки, костюм, словно прилипший к телу и ставший второй его кожей, но в душе это был человек с личной трагедией. Три года назад его бросила женщина.
 
Разговорить самурая, который пусть даже владеет тремя языками, непросто. Но виски всегда делает своё дело, а влезть и нагадить в душу – моё любимое хобби, я в нём ас. По совокупности пьяных бесед порой вскрываются страшные вещи и выходят забавнейшие истории.
 
Шесть лет назад мой самурай вернулся на Окинаву с языковой стажировки в Атланте. Родной дом радостно встретил его – почти янки, тут же нашлась работа, объявились друзья, и вдруг появилась Она. Иногда в жизни бывает любовь. Нечасто, далеко не у всех, но мою веру в неё подпитывают разные случаи. К сожалению, взаимное чувство, как учит жизнь, ещё более редко, чаще ж бывает, что любит один, а второй до поры принимает то, чем жертвует первый. Вот и самурай попался в подобный капкан.
 
Его молодая любовница раздувалась от гордости, что рядом находится человек, готовый ради неё на всё. Что он, по их меркам конечно, красив, образован и начал неплохую карьеру. Что дарит дорогие подарки и водит в приличные заведения, а разве ж брильянт заблестит без огранки? Вот и самурай со своими ухаживаниями стал для неё резной позолоченной рамой, которая просто необходима любой картине.
 
Строить совместные планы на будущее – прерогатива влюблённых. Они тоже любили всякие перспективы, хотели детей, сад с фонтаном и о чём там у них ещё принято было мечтать. Была идиллия, ну хоть внешняя, до тех пор, пока в посольстве Империи Зла не случился приём.
 
Бонд – не Бонд, но часто на подобных тусовках можно встретить показательного мерзавца. Дипслужбисты в массе своей глупы, напыщенны и необразованны. К сожалению, их скудоумие скрывает лоск самомнений. Харизма – черта врождённая, но я знаю один способ, чтобы привить её любому самому гадкому индивиду. Это дип.паспорт, такая же неприкосновенность, привычка входить во вражеский кабинет, открывая двери пинком, и высказывать в лицо самые неприятные вещи. Всё это вкупе с увиденными за жизнь сотнями стран рождает в человеке уверенность и снисходительную ухмылку, которую так любят женщины.
 
Харизма ли это в чистом виде – не знаю, но на очаровательное нахальство покупаются почти все. Невозможно устоять перед мужчиной, который не заморочен на одном месте, кормит с руки лабрадоршу Кони и позволяет себе поржать над книжками Дженны Буш в лицо автора. Вот и женщина самурая пала. Раздвинув, естественно, ноги.
 
Он не узнал бы об этом, но она ушла. Наверное ей показалось, что новое обрамление более достойно её красоты. Самурай не пытался её вернуть, большое чувство, я замечал это много раз, всегда очень требовательно. Оно может быть терпеливым, но если его предать, то сил на прощение взять уже попросту неоткуда. Это ведь не обида, а разрушение того парного мира, который они строили вместе. А разве можно простить человека, который сломал построенный вместе дом?
 
Но и от расставаний не становится легче. Чувства никуда не уходят, долгое время просто физически невозможно терпеть кого-то другого рядом. Кто-то способен скрывать своё отвращение к новым людям, терпеть и даже находить какие-то прелести в чужом человеке и отношениях. Другие не способны даже на эту малость. К счастью, и это лечится временем.
 
 
Смеясь о чём-то своём, мимо прошли пэтэушницы. Может быть немки, или, скорее, шведки. Высокие, с золотистым загаром, в шортах и мини, с гривами выцветших за лето волос. В них была сила молодости, оптимизм будущих лет и беззаботность настоящих моментов. Возможно даже, что они не красивы, а лишь чуть-чуть симпатичны, но энергия жизни тянула к ним словно магнитом. Вряд ли найдутся мужчины, способные отказаться от мимолётного приключения с юной жизнерадостной нимфой.
 
Все сидевшие в баре умолки. Оторвавших от своих пьяных бесед, оставили внимание от стаканов и смотрели на дефиле тех, кто олицетворял собой секс. Даже мой самурай, прекративший ныть, перестал разглядывать ногти и перевёл взгляд на чудо и силу молодости.
 
- Только этим летом начал замечать других женщин, - сказал он. – Да и то, знаешь ли, как-то вскользь.
 
Бывает, чо уж.

---

наблюдизмы

2011-09-24 09:47:22 (читать в оригинале)

Если женщина пишет на песке имя своего мужа, фотографирует и вешает на всеобщее обозрение, то это значит лишь то, что любит она себя. Казалось бы, с чего такой вывод, но тут всё очень и очень просто – влюблённому человеку не нужно никого убеждать в своих чувствах. Даже себя. А все эти открытки на Сент-Валентайн являются лишь прикрытием и попыткой доказать, что внутри что-то есть. Прежде всего, себе.
 
Женщины часто так – делают вид. Внутренняя порядочность их не позволяет спать с нелюбимым, но если он весь такой подходящий, то грешно же к нему не прилипнуть. Душевное противоречие отсутствия искренних чувств и прагматического расчёта компенсируется внешним проявлением чувств, подсмотренным в какой-нибудь голливудской слюнявой мелодраме.
 
Всей показухой она заставляет поверить себя, что трахается не за материальное, а исключительно за духовное. Чем ярче проявления, тем меньше искренних чувств. По-настоящему любящий человек любит молча, ему достаточно прижаться щекой к плечу, чтобы всё стало понятно.

---

взлётная полоса 1

2011-09-23 16:25:09 (читать в оригинале)

В китайском языке важны интонации, поэтому разговаривать с их женщинами лучше кошельком и глазами. Подмигнул, достал десять долларов, и этот человек весь день тебе предан. Назвать это проституцией – не поворачивается язык, процесс обмена настолько натурален, что воспринимаешь его походом в булочную за сигаретами. Давно заметил, чем ближе к восходу солнца, тем женщины беззастенчивее любят брать деньги. Турция, Россия, Кавказ, Средняя Азия, Киргизия, а уж Китай и подавно.

Для азиатских народов – мы на одно лицо, поэтому купленную по случаю переводчицу очень важно не потерять в толпе. Ни ты её не найдёшь, а уж она-то тем более. Коммунистическая мораль их, с явным НЭПмановским уклоном, подразумевает, что каждый сам за себя, и только Государственный Комитет Обороны за всех. Тем более, на друго-вражеской территории.

На стороне северокорейской республики китайская женщина преображается и чувствует себя существом высшего сорта. По сравнению с местными женщинами, естественно. У тех – кожа, кости, воспалённый чахоточный взгляд, у этой – относительно сытая рожа и удивление от идеи ангсоца чучхе. Хотя, в последнем, они, возможно, похожи, но это привычно привыкли с[крывать].

За секс с иностранцами тут, говорят, казнят концлагерями. Во всяком случае, те двое, кто ходил за мной, лицами были морально устойчивы, и прокладывали маршрут с учётом шаг влево-вправо – расстрел. На джинсы посмотрели неодобрительно, покивали головами, о чём-то коротенько друг с другом поквакали и подарили значок Старшего Брата с Ким Ир Сеном на лацкан. Сказали, что в приличные места – только так. В пиджаке. Со значком.

Здание Министерства Изобилия гостиницы Рьугён как бы должно внушать всем, что денег девать некуда. Пирамида тщательно охраняется, но до сих пор не достроена. Видимо баллистическая ракета с прицелом на Калифорнию для руководства страны важнее. Оно и правильно, ведь Океания всегда воевала с Остазией.

Официально в стране голодающих нет. По оценкам ООН – каждый шестой. В реальности – все. Если не кормить людей, то они тихо и безболезненно умирают, но нет большего садизма, чем выдавать чашку риса в неделю. Товарищ как бы и жив, и кричит лозунги, но ни о чём кроме еды думать не может. Поэтому двухминутки ненависти наступают сами собой. Перепады настроения на фоне голода – дело в психиатрии обычное. Почти такое же, как и местное двоемыслие.

С одной стороны, на любого человека с внешностью европейца выливаются ненависти, с другой, особенно это заметно у женщин, глаза выражают концепцию «шоб я так жил». Свергнуть этот режим через бомбардировки почти невозможно – каждый третий с погонами, но если скинуть на страну сотню тонн платьев, юбок и кружевных трусиков, то демократия победит в течение суток.

---

дивно-чудный мир

2011-09-18 18:48:51 (читать в оригинале)

Алевтина Самуиловна подтирает жопу ладонью, которую затем елозит по французским обоям своего зятя Гасанова. Гасанов – кавказских кровей, мужчина горячий, но что делать с выжившей из ума тёщёй. Говорит, в молодости была первой красавицей, шесть мужей бросила, а уж воздыхателей было. Один подарил белую Волгу с оленем, другой, увидев презент, купил ей дом в Ялте. Третий вообще кидался с обрыва вниз головой – в приступе неразделённой любви, а сегодня она – пальцами по обоям. Кто бы мог подумать, предположить.
 
Вселенская ссука справедливость иногда такая прям справедливость, что не поймёшь – уж не сука ль.

---

за день

2011-09-17 08:01:37 (читать в оригинале)

Август Дюрер, маленький худенький человечек в потрёпанных брючках, бежал по городу, и только он знал, что завтрашний день уже не наступит. Уединённая жизнь, полная страстью к науке, не дала шанса обзавестись семьёй пока это было возможно, а позже подкралась старость. Сейчас, в пятьдесят, кроме огромного телескопа, ночных наблюдений за небом и потрёпанного в уличных боях кота Сардинки, у него ничего не было.
 
Август бежал, бежал задыхаясь, захлёбываясь непривычным для себя свежим воздухом и стонал от колющей боли в правом боку. Ещё немного и он бы рухнул, поджав к груди ноги, в которой разорвалось бы сердце. К счастью, чья-то женская, но сильная рука схватила его за плечо. Обернувшись, Дюрер разглядел женщину лет тридцати восьми, бедно, но опрятно и строго одетую, которая участливо смотрела ему в глаза.
 
- Вы упадёте, - сказала она и тёплыми пальцами нащупала пульс на запястье Августа. – Присядьте, скорее присядьте! В конце концов, это же неприлично – носиться так в вашем возрасте.
 
В Анхгальсте было не принято торопиться. Люди тут жили основательные, дела планировали задолго и передвигались по улицам чинно. Европа вообще, и тихий австрийский городок в частности, всегда были строги к внешним приличиям. Бегущий по улице астроном в самом деле вызывал удивление, которое силой традиций немедленно трансформировалось в осуждение и порицание.
 
- Ну, говорите теперь, что заставило вас – взрослого человека – нестись по улице, словно школьника?
- Я… я, - старик задыхался, но задержав на секунду дыхание, выпалил: - Я обнаружил всплеск. Гамма-всплеск. Рядом с Землёй.
- Так что ж с того? – удивилась женщина, - Ваше открытие не даёт повода вести себя неприлично. Вы же не Архимед!
- Как вы не понимаете! Вы не понимаете! – Август занервничал и вновь стал усиленно жестикулировать. – Гамма-луч, достигнет нашей орбиты уже утром и уничтожит на Земле всё живое!
- Вы в этом твёрдо уверены? – женщина с подозрением покосилась на Дюрера, как бы подозревая в своём ли уме тот.
- Да! Да! Тысячу раз да! – закричал старик. – Я астроном, я посвятил жизнь наблюдениям!
 
Женщина задумчиво посмотрела на носки своих ботильонов, затем перевела взгляд на Августа, заглянула ему в глаза, вздохнула и задрала голову к небу. Она поверила Дюреру, он взволнован, но не был сумасшедшим, коих она – врач лечебницы для душевнобольных – насмотрелась за свою практику вдоволь.
 
- А куда вы бежали? – спросила она.
- Не знаю… Не знаю. Рассказать всем? Да, да, немедля рассказать всем! – Дюрер в волнении и сам не понимал, что делает и куда бежит. И только сейчас он задумался о том, что же следует предпринять в первую очередь.
 
Женщина представила свой тихий приличный Анхгальст, жителям которого объявят о грядущем последнем дне. «Вот уж начнётся», - подумала она, - «Враги вспомнят о взаимных обидах, бывшие любовники о предательствах. Мародёры захотят поживиться насилием, и городок превратится в ад. Убийства, изнасилования, разврат – вот то, чем всё это грозит нам».
 
Женщина встала и взяла Августа под руку.
- Пройдёмте до моего кабинета. Обсудим, что делать дальше.
 
Она привела Дюрера в клинику и позвала санитаров:
- Буйнопомешанный, - сказала она и железным тоном приказала: - Отдельную палату и седативные внутривенно. Немедленно.
 
Растерянного Дюрера поволокли по коридору. Женщина, взяв из сейфа несколько ампул с ядом, вышла из лечебницы и быстрым шагом направилась к дому бывшего мужа, где тот устроился с восемнадцатилетней любовницей.