Многоуважаемый Марк Солонин отметил: "...приоритет пропаганды над научным исследованием в последние годы даже усиливается. Вероятно, это связано с общим изменением настроений в российском обществе, в котором «комплекс неполноценности», вызванный прогрессирующим отставанием страны — теперь уже не только от Западной Европы, но и от бурно развивающихся государств Азии и Латинской Америки, — причудливо переплетается с великодержавными, имперскими амбициями. В такой отравленной атмосфере критика сталинской внешней политики начинает восприниматься как «проявление русофобии», а знакомые еше с советских времен нетерпимость и агрессивное невежество дополняются несвойственной ранее даже коммунистической пропаганде словесной разнузданностью."
Сказано верно. Чем хуже дела в стране, тем больше угар реваншизма и интеллектуальной деградации. Тем больше в ней идиотизма. Гоблин, например, всерьез утверждает, будто антисоветизм есть русофобия, а на оплаченных правительством Москвы мероприятиях, проводимых Обществом "Знание", которые состоятся 28 января, будет прочитана лекция под названием "Измерение длинноволнового спектра электромагнитного излучения при схождении Благодатного огня в иерусалимском Храме Гроба Господня". И это, увы, не шутка .
Теперь вернемся в пробному шарику. Многие полагают, будто поддерживать свою страну нужно даже если она неправа. Это дикарский, племенной признак, а не государственный. Мы теряем государственность!
И еще один момент... Почему-то глупые люди полагают, будто живя в стране ее нужно любить. Откуда взяалась столь дурацкая мысль, мне не ясно. Какая вообще связь между "жить" и "любить"? Это разные вещи! Тем более, что насильно мил не будешь.
Можно жить в стране и не любить ее, не жить и не любить, жить и любить, не жить и любить. Видите, сколько вариантов! Выбирай любой!
Каждый человек имеет право испытывать те эмоции, которые пожелает. Оба гражданина (а гражданство дается по рождению, автоматически) - и любящий свою страну, и не любящий ее - имеют одинаковое право, как жить в стране, так и испытывать эмоции. Так что те, кто испытывает приливы душной любви от своей родинки, может задыхаться и дальше, но не забывать при этом, что все люди разные. У кого-то глаза голубые, а у кого-то серые, у кого-то территориальный и стадный инстинкты выражен сильнее, а у кого-то ум преобладает над животностью.

"Выступление по радио президента Финляндии Ристо Рюти
26 июня 1941 года

Граждане!

Наш миролюбивый народ, который второй год прилагает все силы до крайнего предела на восстановление страны от следов предыдущей войны, вновь стал объектом жестокого нападения. Снова тот же противник, который в течение добрых пятисот лет с краткими перерывами, в общей сложности примерно около ста лет, воевал против нашего небольшого народа, вторгся на нашу территорию, убивая с помощью авиации мирных жителей, в основном стариков, женщин и детей, и уничтожая имущество мирных граждан.

Сразу после того как вспыхнула война между Германией и Советским Союзом, со стороны Советского Союза произошли многочисленные нарушения границы, по поводу которых мы заявляли решительные протесты, но все без какого-либо результата. Со вчерашнего дня вооруженные силы Советского Союза, невзирая на соглашения и без всякого повода с нашей стороны, по распоряжению своего правительства производят регулярные, обширные военные действия во всех частях нашей страны, и, по своему обыкновению, в основном направляют их на полностью открытые местности и против мирного гражданского населения.

Так началась наша вторая освободительная война после прошедших неполных 19 месяцев от предыдущего нападения. Новое нападение Советского Союза на Финляндию было как конечная точка в той политике, которую Советский Союз проводил по отношению к Финляндии после Московского мирного договора и задачей которой было уничтожение независимости нашей страны и порабощение нашего народа.

Оставшись в зимней войне 1939—1940 годов без военной помощи, мы вынуждены были темной ночью 13 марта заключить с Советским Союзом мирный договор, который казался угнетающе тяжелым. Из условий мира мы уже догадывались, каковы были главные намерения при их выдвижении. Новая граница определялась так, чтобы Финляндия потеряла возможность обороны. Граница проходила поперек естественных линий обороны и так, что нарушалась дорожная сеть. Советский Союз при заключении мирного договора искал для себя выгодную в военном отношении исходную позицию в случае новой наступательной войны. Но и этого было мало. Чтобы сделать Финляндию полностью беззащитной против нападения своих мощных вооруженных сил, Советский Союз потребовал морскую базу Ханко и строительства железной дороги Салла. Они мотивировали необходимость аренды базы Ханко тем, что эта ключевая позиция в Финском заливе нужна Советскому Союзу для упрочения безопасности большого морского порта Ленинграда. Но расположенные на полуострове Ханко вооруженные силы все же больше указывают не на оборонительную задачу с моря, а на нападение и на нападение с суши. Для морского сражения не нужно ни больших танковых частей, ни мощной железнодорожной артиллерии. Военные силы на Ханко в основном собирались для быстрого нападения по суше. Ханко — это направленный прямо в сердце Финляндии пистолет. Требование строительства железной дороги Салла, так же как и территориальные притязания на северо-востоке Финляндии, не были включены в предварительные условия мира, представленные правительству Финляндии. Железная дорога Салла, с помощью которой предполагалось соединить железнодорожную сеть Финляндии с Мурманской железной дорогой, очевидно, означала для Советского Союза новый путь для наступления. Угроза, которая содержалась в этом требовании, касалась всей Северной Скандинавии, но в первую очередь это был кинжал, направленный в спину Финляндии...

И хотя у нас, финнов, уже был горький опыт в том, как мало для Советского Союза значат данное слово и заключенное соглашение, мы все-таки надеялись, что слово будет сдержано хотя бы в какой-то мере и на какое-то время.

Но мы вновь вынуждены были отметить, что никакому данному Советским Союзом слову нельзя доверять. Невзирая на то, что было дано обещание не вмешиваться во внешнюю политику Финляндии, Советский Союз выставлял требования по поводу ведения внешней политики Финляндией.

После жестоких сражений и больших потерь, без опоры на полевые укрепления наша страна была полностью беззащитна перед возможными новыми нападениями со стороны Советского Союза. Чтобы каким-то образом защитить свою страну, правительство Финляндии приступило к переговорам о вступлении в оборонительный союз северных стран. Об этих переговорах в Москве стало известно в тот день, когда был заключен мирный договор. Во время обсуждения документов мирного договора в парламенте Финляндии 21 марта Советский Союз выступил с резким протестом против нашего намерения войти в союз северных стран, необоснованно уверяя, что это находится в противоречии с мирным соглашением. По данному вопросу СССР еще трижды в угрожающей форме вмешивался в наше право на самоопределение: 27 сентября 1940 года, в День независимости [6 декабря] и две недели спустя, 18 декабря, хотя указанный оборонительный союз совершенно не был направлен пробив кого бы то ни было, а был предназначен только для защиты северных стран.

Против всяких международных правил и практики советские дипломатические и консульские представительства в Финляндии стремятся вмешиваться во внутренние дела Финляндии и занимаются шпионажем.

В связи с этим штат представительства Советского Союза расширился до необыкновенных размеров. В посольстве в Хельсинки 31 чел. в дипломатическом корпусе и 120 чел. вспомогательного персонала. В консульстве в Петсамо 3 консула и 21 чел. вспомогательного персонала, в консульстве в Марианхамина 8 консулов и 30 других служащих. Таким образом, всего в представительствах Советского Союза 42 дипломата и консула и 171 чел. вспомогательного персонала. С помощью своих посольств, а также используя тех финляндских граждан, которые согласились поменять свою родину на серебряные монеты Иуды, Советский Союз стремился бесцеремонно вмешиваться во внутренние дела Финляндии. Поддерживая и воодушевляя революционную работу Общества Дружбы между Финляндией и Советским Союзом, которую фактически организовывали и поощряли из Москвы, Советский Союз стремился привести Финляндию к такому же развитию, которого он достиг в странах Балтии.

Советский Союз пытался вмешиваться даже во внутренние персональные вопросы и оказывать давление в этих делах. Пропаганда и шпионская деятельность Советского Союза в Финляндии становились все более наглыми и активными. Каждого финна, который попадал в руки советских, начиная с военнопленных, пытались завербовать или заставить заниматься шпионажем против Финляндии...

Политические и экономические требования Советского Союза, помимо перечисленных в мирном договоре, простирались во многие другие области и становились с точки зрения безопасности Финляндии все более тревожными. Упомяну некоторые из них. В прошлом году в канун Иванова дня Советский Союз неожиданно поднял вопрос об Аландских островах, который не был включен в Московский мирный договор. Когда мы сослались на это, чтобы отклонить новые требования, то нарком иностранных дел Молотов цинично заявил, что Советское правительство не поднимало вопрос об Аландских островах в связи с заключением мира, потому что это могло помешать мирным переговорам.

Советский Союз требовал теперь, чтобы Аландские острова были демилитаризованы, находящиеся там оборонительные сооружения уничтожены, и чтобы Советский Союз мог бы сам контролировать все разрушительные работы. Этими требованиями Советский Союз, очевидно, хотел предоставить себе возможность при случае без труда завладеть Аландскими островами.

В то же время, т.е. примерно год назад, Советский Союз высказал претензии на никелевые рудники в Петсамо. Он не довольствовался требованием участия в разработках рудника, на их требованиях было явное политическое клеймо. Советский Союз требовал, в частности, отдать в их руки руководство рудником и иметь там пятую часть рабочей силы. Размещение в районе Петсамо такого количества мужской рабочей силы означало бы, что у Советского Союза фактически имелся бы в Петсамо также военный опорный пункт.

Примером двойной морали в поведении Советского Союза является и то, что в отношении никеля Петсамо нам и одному заинтересованному в этом деле крупному государству характер своих требований он излагал совершенно по-разному. Одному говорил, что заинтересован в никеле Петсамо только в хозяйственном плане, другому заявлял, что направленные на территорию Петсамо меры являются чисто политическими.

Третье опасное требование касалось военных железнодорожных перевозок через территорию Финляндии на арендованную базу Ханко. Они также не предполагались в мирном договоре. С точки зрения безопасности и права на самостоятельность опасность этих перевозок была явной. Таким образом Советский Союз стремился ослабить политическое и военное положение Финляндии.

В то же самое время, когда все это происходило, Советский Союз всеми способами стремился ослабить нашу обороноспособность в хозяйственном плане. Не имея ни малейшего основания в мирном договоре, Советский Союз требовал передать ему значительное количество железнодорожного оборудования. Одновременно Советский Союз требовал компенсации за разрушенное или вывезенное с переданной территории оборудование, распространив свои требования даже на вывезенное с арендованной территории Ханко имущество, на которое у Советского Союза не могло быть ни в коем случае никаких прав. Характерным в этих требованиях было то, что возмещения требовали даже за такое оборудование, которое было продано с предприятий Карелии и вывезено за много лет до начала войны. Это оборудование, видимо, в свое время, попало в списки русских шпионов, на основании которых составлялись требования компенсации.

Далее, Советский Союз требовал для себя находящийся в Вуоксе порог Валлинкоски, который бесспорно полностью был на финской стороне. Основанием для этого требования было то, что финны в свое время предполагали объединить строительство этого порога в одну электростанцию с Энсокоски, который оказался на русской стороне.

Таким образом Советский Союз постоянным нажимом и повторяющимися угрозами стремился укреплять свою позицию, расширять влияние на Финляндию и ослаблять наше и так трудное хозяйственное положение. Во многих случаях мы вынуждены были соглашаться с требованиями СССР. В других случаях незавершенные переговоры с началом новой войны оказались прерванными.

Привыкший держать свое слово финский народ придерживался того договора, который мы вынуждены были подписать в Москве. Мы спокойно решили и высказывали открыто бесчисленное множество раз, что нам необходимо компенсировать потерю Карелии восстановительными и созидательными работами внутри новых границ страны. Глубоко все обдумав, пришли мы к этому выводу. Мысли о мести у нас не возникало. Финляндия со своей стороны стремилась забыть пережитую несправедливость и вынужденное подчинение, хотя раны войны, начатой Советским Союзом против всех международных правил и требований морали, ныли в сердцах всего народа. Мы исходили из того, что раз мы живем из поколения в поколение в этом уголке земли в непосредственном соседстве с Россией, то отношения с ней нужно нормализовать. Мы хотели, невзирая на случившееся, строить прочные мирные отношения с Советским Союзом.

Это стремление к миру подвергалось раз за разом испытанию, как видно из вышеуказанных постоянных требований. Стремясь к миру мы шли на большие уступки, соглашаясь с требованиями, и надеялись, что открытое противоречие будет отклонено или во всяком случае отсрочено и отношения с Советским Союзом как-нибудь стабилизируются. Но мы не ограничивались в налаживании отношений только пассивной податливостью. У нас возникал интерес к активному оживлению отношений. С нашей стороны было стремление к взаимоотношениям в самых различных областях. Для организации культурных отношений и руководства ими было создано общество «Вокруг Балтийского моря». Со стороны Советского Союза, однако, были отклонены инициативы этого общества, так же как и другие попытки, исходящие от частных лиц. Таким же образом Советский Союз относился и к официальным попыткам правительства к сближению. Подготовленные созданным министерством образования комитетом предложения для развития культурных отношений между Финляндией и Советским Союзом не нашли никакого отклика в СССР, который даже не согласился принять министра образования Финляндии для переговоров о развитии культурных отношений. С нашей стороны также совершенно искренне, невзирая ни на какие трудности, было стремление развивать торговые отношения.

На основании всего вышеизложенного ясно видно направление устремлений Советского Союза по отношению к нам. Самостоятельность Финляндии нужно было ликвидировать или с помощью внутренних переворотов и трудностей, или же насильственно уничтожить страну. Когда путь внутренней революции закрылся из-за огромной любви нашего народа к свободе и внутренней сплоченности, тогда Советский Союз решил пойти по внешнему, насильственному пути.

С этой целью заместитель председателя СНК и нарком иностранных дел господин Молотов на переговорах в Берлине 12—13 ноября 1940 года, т.е. только через 7 месяцев после Московского мирного договора, потребовал у Германии «свободных рук», чтобы свести счеты с Финляндией и ликвидировать эту страну. Мы в глубочайшем долгу перед канцлером Германии за то, что он тогда решительно отклонил эти требования СССР.

Со времени разжигания мировой войны можно ясно констатировать, каковы устремления Советского Союза и его позиция по отношению к этой войне. Советский Союз принял с удовлетворением начало войны и все время желал того, чтобы война расширялась и продолжалась как можно дольше, чтобы таким образом народы Европы, а если возможно и за пределами Европы, материально и морально ослабли, их способность сопротивляться большевистской агитации снизилась, и они таким образом стали бы легкой добычей в империалистических притязаниях Советского Союза, когда с точки зрения Советского Союза наступит момент для вооруженного вмешательства в войну. Советский Союз беззастенчиво пользовался различными ситуациями, и наша страна вынуждена была одна сражаться с превосходящей силой СССР, когда на других фронтах бушевала война между крупными странами. Мы не ненавидим много страдавшие и всегда угнетенные народы Советского Союза, но после всего случившегося вряд ли можно ожидать от нас, что мы оденем траурные костюмы по поводу того, что господин Молотов и вместе с ним ответственные за политику СССР круги стали сейчас жертвами своей шакальей политики..."

Начнем с описания жизни угнетаемого (в марксистской терминологии) класса и работников советской торговли, которые... в своем репертуаре.

"В трамваях часто встречаются разряженные девицы с плотными физиономиями. Иногда их украшают золотые сережки и браслетки. Замшевые туфельки плотно врезаются в крупные ноги. Это своеобразные нувориши, сумевшие нажиться на чужом горе. Мелкие хищники нарпита и торговой сети. Пригретые весенним солнцем, они уже не боятся выставлять напоказ свое благополучие".
Дневник смольнинского чиновника Г. Кулагина

"Из письма работников треста "Похоронное дело" председателю исполкома Ленгорсовета депутатов трудящихся П.С. Попкову от 18 декабря 1941 года:
"За последнее время увеличилась смертность на почве истощений и заболеваний… Могильщики требуют, а иногда просто вымогают у родственников, кроме обычной платы за рытье могил и похороны, продукты – 1 кг хлеба, крупу, масло и т.д."



СПЕЦСООБЩЕНИЕ УНКВД ЛЕНИНГРАДА № 10068 ОТ 13 ДЕКАБРЯ 1941 г.
"Возрастает процент отрицательных сообщений, выражающих недовольство снижением норм выдачи хлеба и голодным существованием... Характерные выдержки из писем приводим:

«Вы всё врете: и ты, и радио, и газеты. Мы перестали верить всему, верим только тому, что вокруг нас делается...». «Спасибо нашим главарям! Стыдно, что за такое короткое время войны – и уже так нуждаемся...».
«Наша жизнь – ад. Ходим все опухшие от голода и находимся под непрерывным артобстрелом. Вот до чего довели наши правители ленинградских рабочих. Нельзя этого простить никогда».

"К., 1912 г.р., жена красноармейца, задушила свою младшую дочь в возрасте полутора лет. Труп употребила на приготовление пищи себе и троим своим детям...

27 ноября с.г. К. убил своих двоих дочерей – в возрасте 7 лет и одного года. Часть трупа старшей дочери К. съел...

30 ноября с.г. В., 1915 г.р., ранее работавший мастером шинного завода, убил проживавшего совместно с ним рабочего шинного завода 3., 1923 г.р. На допросе В. показал, что убийство совершено им в связи с тем, что он голодал и имел намерение питаться телом 3.

6 декабря с.г. в вагоне трамвая обнаружен мешок, в котором оказались кости человека и обуглившаяся человеческая голова. Экспертизой установлено, что кости варились, мягкая часть с них срезана и частью обглодана.

1 декабря с.г. Б., 1911 г.р., нормировщик завода им. Свердлова, в отсутствие жены убил двух сыновей в возрасте 4-х лет и 10-ти месяцев. Труп младшего сына употребил в пищу…

У работницы Металлического завода М. 20 мая пропала 4-х летняя дочь Галина. Расследованием установлено, что девочку убила Л., 14 лет, при участии своей матери Л., 42 лет.

Л. созналась, что 20 мая она заманила к себе в квартиру 4-х летнюю Галину и убила с целью употребления в пищу. В апреле месяце Л. с той же целью убила 4-х девочек в возрасте 3-4 лет и вместе со своей матерью употребила в пищу.

П., 23 лет, и его жена Л., 22 лет, заманивая в квартиру граждан, убивали их и трупы употребляли в пищу. В течение месяца они совершили убийства 3-х граждан.

Безработная К., 21 года, беспартийная, убила своего новорожденнoгo сына и труп употребила в пищу. К. арестована, в убийстве созналась.

Безработные К., 50 лет, совместно с дочерью, 22 лет, убили дочь К. – Валентину, 13-ти лет, и совместно с другими жильцами квартиры – токарем завода № 7 В. и работницей артели В. – употребляли труп в пищу.

Пенсионерка Н., 61 года, совместно с дочерью Л., 39 лет, убила свою внучку С., 14 лет, с целью употребления трупа в пищу. Н. и Л. арестованы. В преступлении сознались."


СПЕЦСООБЩЕНИЕ УНКВД ЛЕНИНГРАДА № 73 от 2 МАЯ 1942 г.
"На станции Разлив Парголовского района арестована банда убийц-людоедов:
В. – 1921 г.р., б/п, путевой обходчик;
Ш. – 1913 г.р., б/п, путевой обходчик;
К. – 1909 г.р., б/п, сторож,
Ш. – 1917 г.р., Г. – 1917 г.р., К. – 1910 г.р. (все трое б/п, без определенных занятий).
В течение января-марта 1942 г. эта банда совершила убийства граждан, проживающих на ст. Разлив и в г. Сестрорецке, и употребляла трупы убитых в пищу.
Участницы банды посещали продуктовые магазины, намечали жертву и заманивали её на квартиру Г., якобы для обмена вещей на продукты.
Во время беседы на квартире Г. участница банды В. ударом топора сзади в затылок совершала убийство. Трупы убитых участницы банды расчленяли и употребляли в пищу. Одежду, деньги и продуктовые карточки делили между собой. На протяжении января-марта они убили 13 человек. Военным трибуналом все 6 участниц приговорены к расстрелу. Приговор приведен в исполнение...
Всего за употребление в пищу человеческого мяса арестовано 1965 чел. Следствие по делам 1913 закончено. Военным трибуналом приговорены к расстрелу 586 чел., осуждено к разным срокам лишения свободы 668 чел."


Из докладной записки военного прокурора А.И.Панфиленко А.А.Кузнецову от 21 февраля 1942 г.:

"В условиях особой обстановки Ленинграда, созданной войной с фашистской Германией, возник новый вид преступлений.
Все [убийства] с целью поедания мяса убитых, в силу их особой опасности, квалифицировались как бандитизм (ст.59-3 УК РСФСР).
Вместе с тем учитывая, что подавляющее большинство указанного вида преступлений касались поедания трупного мяса, прокуратура г.Ленинграда, руководствуясь тем, что по своему характеру эти преступления являются особо опасными против порядка управления, квалифицировали их по аналогии с бандитизмом (по ст. 59-3 УК)...
В ряде убийств с целью поедания человеческого мяса, а также в преступлениях по поеданию трупного мяса участвовали целые группы лиц.
В отдельных случаях лица, совершавшие подобного рода преступления, не только сами поедали трупное мясо, но и продавали его другим гражданам.
Социальный состав лиц, преданных суду за совершение указанных видов преступлений, характеризуются следующими данными:
1. По полу:
Мужчин –332 чел (36,5%)
Женщин – 564 чел. (63,5%)
2. По возрасту:
от 16 до 20 лет – 192 чел (21,6%)
от 20 до 30 лет – 204 чел (23,0%)
от 30 до 40 лет – 235 чел (26,4%)
старше 40 лет – 255 (29,0%)
3. По партийности:
членов и кандидатов ВКП(б) – 11 чел. (1,24%)
членов ВЛКСМ – 4 чел (0,4%)
беспартийных –871 чел (98,51%)
4. По роду занятий привлеченные к уголовной ответственности распределяются следующим образом:
рабочих – 363 чел. (41,0%)
служащих – 40 чел. (4,5%)
крестьян – (0,7%) чел.
безработных –202 чел. (22,4%)
лиц без определенных занятий – 275 чел. (31,4%)
...Из 886 чел., привлеченных к уголовной ответственности, только 18 чел. (2%) в прошлом имели судимости.
По состоянию на 20 февраля 1942г. за указанные выше преступления Военным трибуналом осуждено 311 чел.

Военный прокурор г.Ленинграда бригадвоенюрист А.Панфиленко
ЦГАИПД Спб Ф.24, Оп.26, Д.1319, л. 38-46"

Всего за полгода было арестовано около 2000 людоедов, расстреляно более 500. И это только выявленные.


Заметили, что партийцев и служащих среди людоедов почти не было? Так, рядовая шушера... Как же жили партийцы?

Ну, про то, что Жданов ел пирожные, известно. Правда, красные юные совкодрочеры иногда визжат, когда такое слышат: "пруф или пиздобол!" Им очень не хочется верить, что товарищ Жданов усиленно питался пирожными. Им больше нравится героизированная картинка. У них даже припасен убойный по своему смехотворному воздействию аргумент: "Жданов не мог есть пирожные, у него был диабет!" Причем, это говорится на полном серьезе!
У моей тещи диабет. Но ведь жрёт пирожные!..
Короче говоря, при ближайшем рассмотрении выясняется, что не только товарищ Жданов трескал пирожные. Читаем...

Зав. орготделом горкома партии Л.М. Антюфеев в докладной записке А.А. Жданову:
"За октябрь-ноябрь на фабрике Клары Цеткин задержано 46 человек, пытавшихся вынести 7065 штук папирос и 1 кг табака. Особенно увеличились кражи на хлебозаводах и кондитерских фабриках. Например, извозчик Федоров (2-я кондитерская фабрика) пытался вынести несколько десятков пряников. В чемоданчике у агента снабжения Кузнецовой обнаружено 40 пирожных."
Хочу заметить, что пирожные по карточкам не выдавались. Возникает резонный вопрос, для кого же их делали на фабрике? Не для простых людоедов же!..
Да, товарищи, не только партийный царь города - толстый Жданов (так и не похудевший во время блокады) - жрал пирожные, которые изготавливали промышленным спсобом. В интернете ходит дневник мелкого партийного клерка времен блокады по фамилии Рибковский. (Тогда модно было вести дневники. Впрочем, это модно и сейчас, только сейчас дневники переместились в интеренет.) Совкодрочеры неоднократно пытались превратить его дневники в фальшивку.
Вот вам типичнейший пример такого юного отважного разоблачителя-совкодрочера по кличке putnik1:
"Вокруг т.н. "Дневника Рибковского" уже много лет камлают все, кому не лень, рассказывая о том, как "партийная номенклатура обжиралась, пока ленинградцы вымирали". Текст, - вернее, два абзаца из него, - стал, можно сказать, культовым, неотъемлемой частью этакого "катехизиса антисоветчика", и чем чаще встречался он мне, тем больше хотелось разобраться. Ну что же, по-моему время пришло...
Начнем с начала.
А кто он вообще такой, Николай Андреевич Рибковский?
Я прошерстил Сеть по-максимуму, но ни единого упоминания об этом персонаже не нашел..."
Эти современные уёбки всю свою мудрость и знания берут в Википедии и в интернте. Они даже слово "сеть" пишут с большой буквы, как видите. Однако, есть еще и серьезная литература. Например, такая:



Именно в этом журнале доктор наук Наталья Козлова в 1998 году опубликовала дневник мелкого партийного клерка времен блокады Николая РИбковского 1903 г.р. (журнал "Социологические исследования" 1998. № 2. С. 108-119.)
Приехав из Выборга и угодив в блокаду, этот тип сначала жил как все - то есть подыхал с голоду, как простые рабочие и прочий плебс. А потом по партийному знакомству устроился всего-навсего инструктором по кадрам в горком партии. И жизнь его волшебным образом изменилась!

9 декабря 1941 года:
«С питанием теперь особой нужды не чувствую. Утром завтрак - макароны, или лапша, или каша с маслом и два стакана сладкого чая. Днем обед - первое щи или суп, второе мясное каждый день. Вчера, например, я скушал на первое зеленые щи со сметаной, второе котлету с вермишелью, а сегодня на первое суп с вермишелью, на второе свинина с тушеной капустой. Вечером для тех, кто работает, бесплатно бутерброд с сыром, белая булочка и пара стаканов сладкого чая. Не плохо. Талоны вырезают только на хлеб и мясо. Остальное без талонов. Таким образом по продкарточкам можно будет выкупить в магазинах крупу, масло и другое что полагается и подкармливаться малость дома...»

5 марта 1942 года:
«Вот уже три дня как я в стационаре горкома партии. По моему это просто-напросто семидневный дом отдыха и помещается он в одном из павильонов ныне закрытого дома отдыха партийного актива Ленинградской организации в Мельничном ручье. Обстановка и весь порядок в стационаре очень напоминает закрытый санаторий в городе Пушкине.
Местность здесь замечательная. Двух этажные с мизонином дачные домики окружены ровными, высоко вытянувшимися к небу соснами и лапчатыми елками. Отойдет несколько шагов в сторону и домик теряется в лесной гуще. Огромная территория дома отдыха обнесена высоким забором. Но, когда идет по этой территории - полное впечатление, что ты в непроходимом лесу... От вечернего мороза горят щеки... И вот с мороза, несколько усталый, с хмельком в голове от лесного аромата вваливаешься в дом, с теплыми, уютными комнатами, погружается в мягкое кресло, блаженно вытягивает ноги...
Питание здесь словно в мирное время в хорошем доме отдыха: разнообразное, вкусное, высококачественное, вкусное. Каждый день мясное ~ баранина, ветчина, кура, гусь, индушка, колбаса; рыбное - лещь, салака, корюшка, и жареная, и отварная, и заливная. Икра, балык, сыр, пирожки, какао, кофе, чай, триста грамм белого и столько же черного хлеба на день, тридцать грамм сливочного масла и ко всему этому по пятьдесят грамм виноградного вина, хорошего портвейна к обеду и ужину.
Питание заказывает накануне по своему вкусу.
Я и еще двое товарищей получаем дополнительный завтрак, между завтраком и обедом: пару бутербродов или булочку и стакан сладкого чая.
К услугам отдыхающих - книги, патефон, музыкальные инструменты - рояль, гитара, мандолина, балалайка, домино, биллиард... Но, вот чего не достает, так это радио и газет…
Отдых здесь великолепный ~ во всех отношениях. Война почти не чувствуется. О ней напоминает лишь далекое громыхание орудий, хотя от фронта всего несколько десятков километров.
Да. Такой отдых, в условиях фронта, длительной блокады города, возможен лишь у большевиков, лишь при Советской власти.
Товарищи рассказывают, что районные стационары нисколько не уступают горкомовскому стационару, а на некоторых предприятиях есть такие стационары, перед которыми наш стационар бледнеет.
Что же еще лучше! Едим, пьем, гуляем, спим или просто бездельничаем слушая патефон, обмениваясь шутками, забавляясь «козелком» в домино или в карты...
Одним словом отдыхаем... И всего уплатив за путевки только 50 рублей.»

Отсюда разнарядки по посадкам, рассылаемые по областям. А как иначе обеспечить внутриведомственные заводы рабочей силой и инженерным составом? Поэтому в СССР ведомства дрались друг с другом - колхозы всячески старались сохранить стремившихся разбежаться крепостных, заводам нужны были специалисты, армии - пушечное мясо, а предприятиям внутри карательной системы - рабсила.
Вот как описывает разбойный отлов людей для фронта свидетель эпохи. Он специалист, у него бронь, но его против закона загребают на фронт, потому что у военкомата план:
"В одно прохладное осеннее утро я ехал с Женей в поезде пригородной электрички, возвращаясь с дачи. Я вынул из кармана повестку Военкомата с приказанием явиться для перерегистрации и сказал:
«Завтра утром пойду, поставлю штемпель…» «Гриша, но тебя же могут забрать…» Голос Жени захлестнулся тревогой, карие бусинки глаз метнули на меня обеспокоенный взгляд. За эту пару слов и секундный взгляд я был бесконечно благодарен девушке.
«Э, чепуха! Не в первый раз», – ответил я.
На следующее утро в ватной солдатской телогрейке, в синих брюках, заправленных в солдатские кирзовые сапоги, и с неповторимой кепкой на голове я шагал в Военкомат... В кармане у меня торчала увлекательная книжка Конан-Дойля «The Sing of Four», которую я читал в Метро для практики в английском языке.
Сдав свои документы в 11-й части Военкомата, я примостился в угол и принялся за увлекательный роман, помогающий коротать бесцельное время. Комната была наполнена странным людом – бледные меловые лица, заросшие небритые щеки, измятая, не по сезону легкая одежда.
У дверей прислонились в ленивой позе двое милиционеров. Я читаю про таинственного пигмея с отравленными стрелами, про колченогого злодея и терпеливо дожидаюсь, когда мне вернут мой воинский билет со штемпелем «перерегистрирован».
Через некоторое время в комнате появляется начальник 11-й части со списком в руке. Он зачитывает фамилии, где-то посредине и моя фамилия. Я даже и не знаю, что это за список. Когда начальник исчезает из комнаты, звучит команда милиционеров: «Выходи, стройся на улицу!» Всех до одного бывших в комнате, в том числе и меня с пальцем между листами книги, выгоняют на двор. Что за представление? Ведь это ко мне не относится – у меня всемогущая «броня»! Я пробую сунуться налево – на меня смотрит дуло нагана. Я направо – снова наган.
"Никаких разговоров! – кричит один из милиционеров. – Пока тут все заключенные! Вот сдадим вас на пересыльный пункт – там будете вольные…» Так и прошагал я через всю Москву под охраной милиционеров с наганами в руках.
Ошибка, скажете вы?! Ничего подобного. Просто диалектика! Нехватка резервов для фронта была колоссальной. Потребности тыла – не меньше. Тыл даёт людям бронь от мобилизации. А фронт ворует этих людей вместе с «бронью». В основе всего – план."

Плановая социалистическая система - это система тотального воровства. Народ ворует с предприятий. Ведомства - пиздят друг у друга...
Почитаем еще одни воспоминания о том времени:
"Требуя от комиссариатов увеличения продукции, я часто сталкивался с острым недостатком рабочей силы. Народные комиссары знали положение лучше, чем я; они часто просили Памфилова о дополнительной рабочей силе из резервов НКВД и он, в свою очередь, делал заявки НКВД на рабочую силу для того или иного важнейшего предприятия. Иногда он ставил эти вопросы прямо перед Вознесенским, Молотовым, Берией. Главное Управление лагерей принудительного труда, известное как ГУЛАГ, возглавлялось генералом НКВД Недосекиным, одним из помощников Берии. Недосекин получал приказы на контингенты рабов от Государственного Комитета Обороны, за подписями Молотова, Сталина, Берии и других членов его, и соответственно действовал.
Я живо вспоминаю свою беседу с одним из руководителей ГУЛАГ. Он должен был срочно поставить одному комиссариату несколько сотен заключенных. Мы находились под страшным давлением со стороны Памфилова, на которого, конечно, также нажимали сверху и я устроил сцену этому представителю ГУЛАГ из-за рабочей силы.
«Но, товарищ Кравченко, будьте благоразумны», прервал он мою речь. «В конце концов не только ваш Совнарком поднимает вой из-за рабочих. Государственный Комитет Обороны требует их, товарищ Микоян делает нам несчастную жизнь, Маленкову и Вознесенскому нужны рабочие, Ворошилов требует рабочих для строительства дорог. Каждый, естественно, думает, что его работа наиболее важна. Но что же мы должны делать. Мы ведь еще не выполнили нашего плана арестов. Требование превышает наличность».
Планы арестов! Фантастический, хладнокровный цинизм этой фразы еще и сейчас заставляет меня содрогаться. Но что делало ее особенно невероятной, это тот факт, что чиновник совершенно не представлял себе ужаса своего замечания — аресты и заключение в тюрьму стали обычным делом в его жизни."